One problem with you

Сегодня мне приснился странный сон. Ко мне посреди ночи вновь явился Великан – впервые с событий в марте. - Ты не видишь того, что происходит, - сказал он мне. – Ты забыл о заключенном договоре. Скоро тебе о нем напомнят. Следуй за ароматным человеком, он поможет тебе исполнить твой долг. Развязка уже близко. После этого он исчез, и я, не успев задать ему ни одного вопроса, проснулся. Впрочем, опыт предыдущих его визитов подсказывал, что я все равно не смог добиться бы от Великана ничего большего. Сон Одри, лежавшей рядом, не был нарушен. Еще некоторое время я безуспешно пытался разгадать смысл сказанного, но в итоге не придумал ничего лучше, чем лечь спать дальше. Утром после завтрака Одри, собравшаяся в город по делам, подвозила меня до участка. Когда мы проезжали мимо дома шерифа Трумана, то увидели, как оттуда выходит Энни Блэкберн. Многозначительно посмотрев на свою спутницу, я улыбнулся. Похоже, Гарри наконец нашел в себе силы перестать вспоминать Джози и решил двигаться дальше, чему я был искренне рад. В полдень шериф собрал нас – меня, Энди, Хоука и доктора Хейворда – в своем кабинете. - Итак, парни, у нас наконец-то есть результаты вскрытия. Доктор Хейворд? - Да, Гарри. Я сам провел его, я должен был отдать Саре последний долг. Кроме перелома нескольких шейных позвонков я не нашел ничего особенного. В нескольких местах, в том числе на кистях рук, были небольшие гематомы, но их можно легко объяснить падением с лестницы. В крови не обнаружено никаких следов яда или наркотиков. - Спасибо, док. Осмотр дома, как сообщил Дейл, тоже не принес никаких существенных улик: не было обнаружено посторонней ДНК, следов взлома или других признаков незаконного проникновения. Цветок, упавший с комода, могла задеть рукой сама миссис Палмер во время падения, вызванного, вероятно, тем, что она обо что-то споткнулась на втором этаже. Куп, у тебя есть что добавить? - Нет, ты изложил все очень точно. У нас нет никаких доказательств того, что эта смерть была насильственной, кроме показаний самой миссис Палмер о том, что в ее дом уже вторгались неизвестные личности с целью грабежа. - Но, как ты и отметил, эти свидетельства только устные. Таким образом, отсутствуют основания не считать ее смерть несчастным случаем. Тогда мы можем закрыть это дело… Я не дал ему договорить: - Позволь мне вмешаться. Я прошу отложить принятие окончательного решения еще на 2 дня. Мы должны провести более тщательное расследование. Хоук, пожалуйста, съезди в «Great Northern» и от секретаря мистера Хорна получи любую информацию, которую она сможет предоставить, о психиатре из Сан-Франциско – вот его визитная карточка – и о торговце из Сиэтла по имени Итан Браун. Откуда родом, были ли приводы в полицию, есть ли какая-нибудь связь с семейством Палмеров. Энди, тебя я попрошу узнать то же самое про людей из этого списка. Это члены национальной службы парков. Вряд ли они причастны к нашему делу, но проверить стоит. Помощники вопросительно взглянули на Гарри. Тот лишь пожал плечами, тогда Хоук и Энди вышли из комнаты. Когда мы с шерифом остались одни, он спросил: - Куп, что все это значит? Какое отношение эти люди имеют к смерти миссис Палмер? Это как-то связано с ограблением мистера Хорна и приездом Альберта Розенфилда? Я ответил довольно резко: - Гарри, я сам мало что знаю. Я прошу лишь довериться мне и задержать составление отчета на 2 дня. Скоро я все тебе объясню. - У тебя опять были видения? - И да, и нет. Прости, я должен идти. Шериф не стал меня останавливать. Я решил еще раз перечитать дневник Палмера для поиска зацепок. Возможно, с помощью него я смогу понять, о каком «ароматном человеке» говорил Великан? Может быть, имелся в виду Боб? Доктор Джакоби упоминал, что почувствовал запах прогорклого масла, когда Палмер задушил Рено. Но в каком обличье Боб появится на этот раз? Вопросов у меня оставалось больше, чем ответов. Вернулся домой я затемно. Одри уже была там, сидела в кресле у потрескивающего камина и читала какую-то книгу. - С возвращением. Где ты пропадал? Много работы в участке? - Да, разбираемся с делом миссис Палмер. Получив ответ на свой вопрос, Одри вернулась к чтению, я же поужинал бутербродами с копченой индейкой, заботливо оставленными для меня на столе. Затем я вновь вернулся к девушке в гостиную. - Что читаешь? - «Король Лир». Я кивнул и молча сел на диван. Бенджамин Хорн часто цитировал Шекспира, поэтому такой выбор литературы меня не удивил. Я в свою очередь включил телевизор. На одном из каналов показывали красивые сады в Австралии под спокойное музыкальное сопровождение: идеальный вариант, чтобы расслабиться после рабочего дня. Через полчаса я заметил, что Одри отложила книгу и смотрит на меня. Я удивленно поднял брови. - Ты выглядишь устало. Что-то произошло? - Нет, ничего такого. Обычный день. - Я не про сегодня. Мне кажется, что с твоего приезда в Сиэтл на тебя что-то давит. И с каждым днем это все заметнее. Я не нашелся, что ответить, и девушка продолжила: - Ты сказал тогда, что у вас будет простая полицейская облава. Но Гарри Труману так не показалось. На вечеринке он сказал мне, что вас там было всего трое. - Зачем ты расспрашивала Гарри? У него и так могут быть проблемы из-за того, что он вмешался в проведение операции не своего ведомства. - Я беспокоюсь за тебя. Ты всегда берешь на себя слишком большой груз ответственности. И еще этот дневник… - Какой дневник? Одри смутилась, поняв, что сказала лишнее, но затем, тряхнув головой, ответила: - Когда я вернулась домой, а ты спал на диване, я заметила на столике возле камина записную книжку. Пока ты был в душе, я ее мельком посмотрела. - Ты сделала что?! Я вскочил с дивана. Одри тоже поднялась с кресла и встала передо мной. - Я только увидела, что это – дневник мистера Палмера. Твое нынешнее расследование как-то связано с ним? Девушка попыталась положить руки мне на грудь, но я отстранился. - Почему ты вечно суешь свой нос не в свои дела? Это убийство – заботы полиции Твин Пикс, к которой ты не имеешь никакого отношения. Не смей трогать мои вещи. Это тебя не касается! Одри гордо выпрямилась: - Меня касается все, что касается тебя! И почему ты разговариваешь со мной в таком тоне?! Я не намерена… - Хватит! Я резко прервал девушку, наотмашь ударив ее по щеке. Одри прикрыла рукой тут же начавшее краснеть лицо. На глазах у нее выступили слезы. Не сказав ни слова, она схватила пальто и выбежала из дома, даже не сменив домашние туфли на сапоги. Я не пошел за ней. Внутри у меня бушевало пламя.