Чёртов акцент

      Шла пятая неделя шоу, каждое новое испытание становилось все интереснее и сложнее. Как и готические залы, наполненные бурными конфликтами. Одни люди силы отсекали других, сводили со счетов, принижали, и в конечном итоге доминировали, приводя их к краху и уходу с шоу. Так произошло с Ларисой. Так вот-вот произойдет с Сергеем. Анзор понимал Семёна, становясь свидетелем того, как между ним и Руфлядко происходили стычки за кулисами. Сергей сам напрашивался, цеплял словами каждый раз, стоило Лескову проявить инициативу в «сканировании» конвертов или зеркала. — Не разговаривай со мной в гот-зале. — А то что? — Просто не надо, я серьезно говорю.       Анзор с замиранием наблюдал за спокойной уверенностью ведьмака, как он отставивал себя, при чём нейтральными словами и очень приятным голосом, в который хотелось вслушиваться, его тембр похож на туман, и экстрасенса из Грузии совсем не смущала романтичность метафор и образов, которые ему приходили на ум от этого парня. Наоборот, Анзор признавал свой внутренний интерес и поддавался ему, даже наслаждался. Тем, как этот туман сгущается, словно затягивая в омут тьмы своего оппонента, и, как вмиг Сёма менялся оборачиваясь на Анзора и шепча ему что-то прямо посреди съемок в готическом зале. Одним словом, Анзор поддерживал Семёна, изначально сошедшийся с ним во мнении о том, что Сергей — сомнительный персонаж. А Семён всегда отзывался на эту поддержку, реагировал.

А потом съемки просто заканчивались…

      Впервые за долгое время Одишария нашел в себе смелость просто выдохнуть и ничем не заниматься в свободное время. Желание попасть в белый конверт, практики и тренировки отнимали много сил, которые, естественно нужно восполнять и экономить. Заниматься этим в четырёх стенах по правде надоело, а выбираться куда-то далеко, искать места силы совсем не тянуло, вместо того на ум пришёл давний разговор. Как много места может занимать в уме один человек? Семён-Семён-Семён-Семён… Неужели от этого опустились руки? Неужели оморочка? Энергия прилила к рукам, они сами потянулись за свечи, которые мужчина как в бреду расставил по спальне, бросил бордовую ритуальную ткань на пол, нашептывая слова на родном языке. Анзор быстро нашел в маленьком кармашке сумки сюрикен и положил перед собой, опустившись на пол. Нет, нет… На нем нет ничего… Ничего, кроме энергии обладателя. Ладони долгое время находившиеся в движении при «просмотре» в момент сомкнулись вместе. Образы начали мелькать даже под сомкнутыми глазами. Почти черные глаза с вызывающей ухмылкой, обнаженнающиеся тонкие руки, когда он разматывает эластичные ткани и… Вот Анзор чувствует то, что не мог до сего момента осознать в полной мере. Крайняя степень симпатии, граничащая с чем-то пошлым и совершенно противоречащая традиционно мужским желанием. Хотя желание — мужское. Уж никак не женское, Одишария точно понимал, что это — его пробудившиеся демоны. Спустя время Анзор листал социальные сети, видео в тиктоке и страдал. Никак иначе это чувство не назвать. Целые сутки в саморефлексии, в анализе поведения ведьмака, копошение в воспоминаниях и невербальных жестах и попытка построения вероятности того, что Лесков может быть так же заинтересован.

***

      Неделя была тяжелой, Семён уже наблюдал за полемикой, развернувшейся в интернете на фоне конфликта, в который он вступил. Голова забита мыслями — а стоило ли вообще заваривать эту кашу? И без того Лесков чувствовал, что выполняя базовые задачи по телепрограмме он стучится об потолок своих сил. Всегда делает всё возможное. Ради себя, ради людей, которые ему каждый день пишут о том, как каждое его слово для них важно. И на фоне этого конфликт, зреющий за кадром продолжился под светом прожекторов.       Вода стекала по телу капала с волос и заглушала слух. Семён с закрытыми глазами стоял под душем и в какой-то момент понял, что рингтон ему не слышится. Телефонный звонок раздался как никогда не вовремя. Взмах руки отключил воду, затем погладил полотенце и более менее сухим пальцем смахнул в сторону «принять вызов», даже не посмотрев на набор цифр. — Алло.       В голове пронеслись флешбэки с испытания, прошедшего не так давно, вновь заставив почувствовать себя «экстрасенсом по телефону». Еще одна странная профдеформация. Но все оказалось для ведьмака даже более непредсказуемым.

— Привет, Семён, — мужской голос звучал до боли знакомым. Или интонация… Но парень так опешил, что ответил только с огромной задержкой.

— Привет, — нога наступила на выцветший коврик, который впитывал всю капающую влагу с тела.

— Я не отвлекаю? — не интонация. Акцент.

— Не-ет, — час поздний, Семён уже ощущал себя уставшим, но звонок явно взбудоражил. — Анзор, это ты что ли? — Лесков прижал телефон ухом и сорвал с сушилки полотенце плотно оборачивая его вокруг пояса, даже не обтеревшись.

— Да, это я, — в низком голосе зазвучала улыбка. Анзор сам удивился, от чего ему так приятно от одного звучания своего имени по ту сторону линии. — Ты сейчас не занят?

— Не занят, — Лесков ухмыльнулся. — А что?

— Думал позват.

Через час

— Блять-блять-блять… — шепотом ругательства лились из уст. Семён бежал со всех ног, увидев в далеке зелёный светофор, но тот по закону подлости замигал, стоило ногам приблизиться к пешеходному переходу. Не успел. Ебаная перчатка мешала использовать смартфон. Лесков благодарен своей торопливости за то, что ему не надоумилось надеть какие-нибудь кольца, как он это делал для понтов на съемках. Поэтому, не убирая телефон в карман Семён, зубами оттянув за кончик ткани на пальце, за считанные секунды избавил руку от защиты. Перчатка оказалась смята в ладони, а большие пальцы провернули пару вращений карты, до того момента, пока ведьмак не понял, что ему сейчас через перекресток и направо до того момента, пока не увидит вывеску. Анзор уже там. Конечно, не проще было вызвать такси? Это место ведь не так далеко от дома, всего каких-то двадцать минут ходьбы. Сёма сделал звонок, сообщая, что он на месте, перед тем, как зайти в заведение, около которого чувствовалось веяние паровых коктейлей. Место уже приятно радовало, стоило переступить порог и не только ароматом в воздухе, который совсем не удушал благодаря хорошей вентиляции, но и интерьером. Тёплое освещение ламп и множество видов растительности создавали ощущение уюта и какого-то южного, околотропического вайба. Лесков поспешил избавиться от куртки, пока не перегрелся. В момент, когда он вешал куртку, сбоку приблизился Анзор, уже сияющий широкой улыбкой. Лесков не мог не ответить такой же, несмотря на то, что впервые уловил незнакомое прежде ощущение неформальности с этим человеком. Семён еще не успел надеть перчатку, от которой избавился на улице, что оказалось весьма кстати для рукопожатия, на котором оба немного задержались. После волны мурашек Лесков быстро и незаметно натянул аксессуар обратно. Обменявшись приветствием, Одишария мигом провел своего спутника за самый дальний столик, который даже был огорожен подобием стенки из дерева с вырезами-просветами, которые волнообразно имитировали очертания листьев. Тот момент, когда без слов понятно, что Анзор очень позаботился, выбирая местечко подальше от проходной зоны. Лесков даже озвучивать не стал от какого-то странного смущения, проживал благодарность внутри. — Вот, это только принесли, — Анзор разместился напротив и взял трубку, через пару секунд выпустил клубок густого пара. — Я еще напитки не заказал, что ты будешь? Сёма погладил себя по коленям, подтянул меню. — Чувствую неделя будет тяжелой… — на носу съемки готического зала, новые неизвестные испытания. Возможно, очередное путешествие по стране. Здесь и сейчас ощущалось как какое-то затишье перед бурей и необходимость расслабиться и отвлечься прямо-таки кричала о себе. — Значит, посмотрим покрепче. Водка, вино… Пиво. Коктейли. Эти названия алкоголя не внушали какой-то… Уместности что-ли. — Устал? — Анзор спокойно наблюдал, сложил руки на груди и периодически делал затяжки. — Не то слово. — Не волнуйся, скоро голосование. И все станет спокойно, — эти слова действительно звучали успокаивающе. — Ладно, хрен с этими… С этим шоу, — Лесков запнулся, наверное, от волнения. Нужно сменить тему, такая редкая возможность выпала побывать в компании приятного человека вне работы. — Ты всё же решил попробовать здесь? — Лесков пальцем указал на аппарат с тлеющими в нем углями. — Да, соскучился, — в этом звучала умиротворенно-довольная эмоция. — И как тебе? — Хорошо, — Семён так обрадовался услышанному то ли из-за того, что Анзору понравилось, то ли испытывая гордость за Россию, которая не проиграла грузинскому табаку. — Хочешь? Тут вкус что-то… Ягоды. Анзор хотел бы рассказать поподробнее про оттенки и кислинку, которую он попросил добавить, но память на слова неродного языка подводила. Впрочем, мужчина уже привык не стараться там, где и без того его мысль ясна. Тонкие пальцы перехватили эстафету. Семён затянулся сначала аккуратно, но словно не распробовав вдохнул чуть ли не полной грудью, а затем одобрительно закивал и постарался не подать признаков того, что его заштормило, красноречиво отодвинув трубку обратно в руки Анзора. Тот все понял и по-доброму посмеялся. — Слушаю вас, — материализовалась рядом девушка, готовая записывать заказ. — А, Анзор… Хотел спросить. Может, пьяные шашки?