Леон

      Глубокой ночью, лежа в кровати, Леон не мог уснуть. Тело, хоть и оказавшееся в безопасности и комфорте, никак не хотело отключаться. Он никогда не был склонен к излишней рефлексии, скорее предпочитал действовать. Но сейчас он все время думал, перебирал в голове мысли о прошлом, планы на будущее, на самом деле банально переживая о завтрашнем дне. Слишком много могло быть «если» и «но» между ним и Грейс.              Если он прав в своих наблюдениях и выводах, в своих ощущениях, то он тоже небезразличен ей. Это давало некоторую надежду. Но все зависит от того, что решит она, когда он откроется ей, когда покажет, что она важна для него и чертовски желанна. Ведь он, опасаясь отпугнуть ее, старался не выдать своего явного интереса и боялся, что это может сыграть с ним злую шутку. Она может не поверить ему и не согласиться быть с ним, как бы он ни был убедителен и настойчив. Он не хотел давить на нее, поэтому ему стоило расслабиться и смириться с тем фактом, что все может получиться не так, как ему бы хотелось.       Проще сказать, чем сделать.       В конце концов разум сжалился над ним, и он заснул, бродя в лабиринте нечетких и сумбурных сновидений.       На утро, после пробежки и небольшой разминки, Леон сидел на кухне за чашкой крепкого кофе. Свежий после душа и гладко выбритый, он прикидывал в голове план действий. Небо снова нависало тяжелыми серыми тучами. С экрана включенного на фоне телевизора миловидная девушка советовала взять с собой зонт – к вечеру была высокая вероятность дождя.       Встретить Грейс после работы показалось самым лучшим решением. Во-первых, так он сможет точно увидеться с ней. Во-вторых, если она без зонта, тогда у него будет отличный повод, чтобы предложить подвезти её, а заодно и поужинать вместе. Мысль о том, что у девушки могут быть планы на вечер, назойливой мухой кружила в голове, но он решил действовать по ситуации.       Осталось только как-то скоротать день. Его квартире не хватало немного живого участия, а ему – запаса чистой одежды и продуктов в холодильнике, так что поход в магазин и стирка были выбраны приоритетными задачами на день.       В нескольких кварталах от дома был неплохой супермаркет. Надев джинсы и толстовку, Леон прихватил ключи от машины и спустился на парковку.       Бродя среди полок со всевозможными продуктами, он клал в корзину то, что, по его мнению, могло бы пригодиться или из чего можно приготовить довольно приличный ужин: спагетти, яйца, пакет молока, несколько стейков. Задержавшись у полок с алкоголем, подумал, что бутылка хорошего красного вина в запасе будет нелишней. Ведь может так случиться, что Грейс заглянет к нему в гости, останется на ужин, они выпьют по бокалу. Она будет расслабленной и милой, будет смешливой или, наоборот, смущенной. Не то чтобы он хотел ее напоить – совсем нет. Но чуть снизить градус напряжения и настроиться на доверительную манеру общения вино помогало прекрасно.       Недалеко от кассы на отдельном прилавке высилась большая гора мягких игрушек. Милый розовый заяц с длинными свисающими ушами и сонными глазами сразу привлек внимание, чем-то напоминая малышку Эмили.       Дети. Это был вопрос без ответа. Нет, скорее этот вопрос даже не задавался. Не с его работой. Тема сразу была внесена в раздел «закрытых» и поэтому никогда не всплывала. Зачем об этом думать, если ты большую часть жизни находишься под угрозой? Но с определенного времени он все чаще размышлял о том, что в его квартире хватит места не только для него, но и для одной красивой девушки и одной храброй малышки. Возможно, он слишком сильно забегал вперед, но ничего не мог с собой поделать.       Заяц был решительно посажен в корзину к остальным покупкам. Он узнает у Грейс, можно ли навестить Эмили, а если нет, то отдаст игрушку девушке с просьбой передать малышке привет от него вместе с этим зайцем.       Вернувшись домой, он первым делом выбрал из своей обширной коллекции один из альбомов B.B. King и опустил иглу на пластинку. Тишина была прервана ритмичными мотивами его «When love comes to town». Знакомые звуки заполнили квартиру, отлично отвлекая, и он, напевая вполголоса, не спеша пошел на кухню разбирать продукты.       За делами Кеннеди не заметил, как наступил вечер. Поспешно надев приготовленные заранее темные брюки и рубашку, он постарался придать приличный вид своим слегка отросшим волосам, воспользовался парфюмом, застегнул на запястье металлический браслет любимых часов.       Ну что ж, удачи мне.       Накинув кожаную куртку и взяв ключи, он решительным шагом спустился к своему автомобилю.       На улице действительно начал моросить мелкий дождь. Дорога до офиса ФБР прошла без приключений. На полпути он резко свернул к цветочному магазину. Даже если для Грейс это, возможно, ничего не значило, он просто хотел её порадовать, поэтому купил букет нежно-розовых роз.       Плотные бутоны источали тонкий медовый аромат. Всякий раз, стоя рядом с девушкой, он улавливал похожий пьянящий запах от ее кожи, а цвет бутонов напоминал Леону оттенок ее губ, поэтому выбор для него был очевиден.       Доехав до бюро, Кеннеди припарковался на противоположной стороне дороги, левее центрального входа, надеясь, что успел и Грейс ещё не ушла.       Шли минуты, он наблюдал через лобовое стекло, как сотрудники один за другим медленно покидают офис. Светлых, чуть вьющихся волос девушки среди них не мелькало.       Сгущались сумерки, постепенно уступая место ночи. На часах было почти десять. Внешне мужчина был спокоен, расслабленно откинувшись на сиденье, но его нервозность выдавало ритмичное постукивание пальцев по рулю и напряженный взгляд, которым он провожал каждого выходящего из здания. Всё больше закрадывались подозрения, что он приехал слишком поздно и Грейс уже ушла, поэтому в какой-то момент, устав от неизвестности, он взял телефон и набрал её номер.       – Эшкрофт слушает.       Неожиданный поток мурашек мгновенно прошел через все его тело от одного звука её голоса. Он до последнего не осознавал, как же сильно скучал по этой девушке. Подняв голову, Леон мгновенно увидел её, стоящую под козырьком у центрального входа в бюро.       – Ты всегда так поздно заканчиваешь? – он поспешно вышел из автомобиля, не обращая внимания на прохладную морось. Не спуская с Грейс глаз, мужчина прислонился к капоту и стал наблюдать за ней.       – Что? Я… да, то есть нет… то есть, – он не мог разглядеть выражения ее лица, так как она смотрела в другую сторону, но уловил, как девушка постаралась незаметно выдохнуть, словно волновалась так же сильно, как и он. – Прости, я совсем не ожидала твоего звонка, Леон.       Её растерянность немного позабавила.       – Ничего. Так что аналитик ФБР делает поздно вечером на работе, когда рабочий день давным-давно закончился?       Усмешка всё не сходила с его лица. Переговариваясь с ней, он ждал, когда же Грейс догадается, что он находится рядом. Сердце ускорило ритм от предвкушения, хотя внешне он оставался абсолютно невозмутим.       – А… а ты? Как ты? Как твои дела? Ты снова на задании?       – Да, на очень важном. Жду, когда девушка-трудоголик из ФБР наконец-то закончит свой рабочий день и выйдет на улицу.       – А… постой, ты здесь?       – Посмотри налево.       Он затаил дыхание. Тело гудело в ожидании. Она резко повернулась в его сторону, и Леон мог поклясться, что шок на её лице сменяется смущением и радостью.       Привет, красавица.       Он фактически пожирал её глазами, пока Грейс поспешно сбегала по ступеням крыльца и быстро шла в его сторону. Сердце гулко стучало, но он старался не выдавать своего волнения.       Каблуки её аккуратных черных лодочек звонко стучали по асфальту, подчиняя себе биение его сердца. Под накинутым на плечи плащом был виден строгий костюм цвета индиго. Округлые бедра, обтянутые юбкой, плавно покачивались при каждом шаге, создавая какой-то гипнотический эффект. Он ещё ни разу не видел её в юбке, открытые стройные ноги с тонкими щиколотками что-то творили с его сознанием. Она была так хороша в этом простом, но женственном наряде и абсолютно не осознавала, какое сокрушительное впечатление производила на него.       Ты попал. Ты точно попал.       Быстро посмотрев по сторонам, пока она приближалась к нему, он убедился, что никакой угрозы рядом нет и её не украдут у него из-под носа.       Только рискните.       Наконец девушка, чуть запыхавшись, остановилась рядом с Леоном, и его окутал знакомый медовый аромат её тела.       – Грейс, – он с трудом совладал с собой, но раскатистые хищные нотки в его голосе могли выдать его с головой. Произносить ее имя было отдельным видом наслаждения, щекочущей чувства прелюдией.       – Привет, Леон, – и снова поток колючих мурашек прошил его с головы до ног, сконцентрировавшись покалываниями на кончиках пальцев и горячим комом внизу живота.       Держи себя в руках.       Он внимательно разглядывал её лицо: его взгляд скользил по светлой, будто светящейся коже, длинным ресницам, жемчужным глазам. На секунду дольше задержался на розовых губах, мельком вспомнив букет роз, лежащий на заднем сиденье автомобиля.       Если бы он ещё умел краснеть, то для Грейс сейчас был бы неожиданный сюрприз. Но скорее для него приятной неожиданностью стали наливающиеся интенсивным румянцем щеки девушки.       – Всё хорошо? Ты вся покраснела.       – Да-да, всё нормально, не обращай внимания. Просто немного запыхалась. Давно ждешь? – она нервно заправила прядь отросших за несколько месяцев волос за ухо.       – Достаточно, чтобы подумать, что ты решила заночевать на работе. Может, сядем в машину? Иначе ты вся промокнешь.       Убедившись, что она с комфортом устроилась на переднем сиденье, Леон аккуратно закрыл за ней дверь. Обходя автомобиль, он краем глаза заметил, как Грейс прикрыла глаза и глубоко вдохнула.       Думаю, это можно добавить в копилку моих наблюдений.       Он казался себе наркоманом, с жадностью улавливая ее ответные маленькие отклики.       Дождь усилился и начал барабанить по стеклам с удвоенной силой. Рассеянный свет от ближайшего фонаря создавал интимный полумрак в салоне. В глубине души Леон был рад, что все сложилось именно так и сейчас они вдвоем в ограниченном пространстве автомобиля. Необязательно было что-то говорить или делать в эти мгновения, хотелось просто побыть с ней, насладиться моментом.       Спустя минуту они одновременно заговорили.       – Ты…       – Как ты…       Услышать то, что с Эмили все хорошо и Грейс решительно настроена на то, чтобы забрать малышку себе, было настоящим облегчением. Девочка как никто другой заслуживала любви и заботы. Но чтобы он мог позаботиться о них обеих, ему сначала нужно было прояснить все с Грейс, поэтому он заставил себя не торопиться, чтобы не совершить ошибку.       – Это замечательные новости. Я говорил тебе, что ты справишься, – гордость за девушку, за её решительный настрой наполняла его сердце.       В этот момент ему так отчаянно захотелось к ней прикоснуться, разделить момент её маленького, но такого важного триумфа, что рука непроизвольно дернулась в желании сжать её ладонь. Но он быстро взял себя в руки. Не хотелось шокировать своим напором или отпугнуть.       – Ей очень повезло с тобой. Ты замечательная и будешь хорошей мамой для неё.       – Это мне повезло с ней, – ее губы растянулись в мягкой улыбке.       Атмосфера резко изменилась, когда она пристально посмотрела на Леона и тихо, но твердо сказала, что без него они бы не справились. Она была так уверена в своих словах, что у Кеннеди отпало всякое желание перечить.       – Не помню, чтобы благодарила тебя за это…       – Грейс, ты не…, – ее слова на мгновение выбили из колеи. Ему совсем не нужна была благодарность, он был счастлив, что она осталась цела.       – Нет, Леон, прошу, позволь мне, – девушка была явно смущена, но решительно настроена сказать ему то, что скопилось у неё на душе с момента их спасения в ARK. Всё, что он мог – продолжать жадно всматриваться в её лицо, еле различимое в полумраке, пытаясь снизить градус напряжения в своем теле.       – Я просто хотела сказать, что неважно, как отчаянно я бы пыталась выбраться сама или спасти Эмили. Иногда своих сил катастрофически недостаточно. Поэтому спасибо, Леон. От меня и от Эмили. Спасибо, что поделился с нами своими силами.       Грейс…       В наступившей тишине он продолжал вглядываться в ее жемчужные глаза. Что он мог сказать? Что спас бы их снова, если бы потребовалось? Что не задумываясь пожертвовал бы своей жизнью ради них? Других ответов у него просто не было.       Он привык держать себя под контролем, быть сдержанным. Но сейчас чувства переполняли его так сильно, что он с трудом мог управлять собой. А она сидела рядом, меньше чем в полуметре, так невыносимо близко.       Нужно было сделать хоть что-нибудь, иначе он не сможет сохранить самообладание и поцелует её прямо сейчас.       Леон резко вздохнул, откинулся на спинку сиденья и провел ладонью по волосам, слегка взлохмачивая их. Ему нужен контроль, он должен взять себя в руки. Они пока не в таких отношениях, когда он может дать волю своим чувствам и сжать её в объятьях. Если они вообще когда-нибудь будут в таких отношениях.       Оптимист, ничего не скажешь.       Всматриваясь в капли дождя, стекающие по лобовому стеклу, Кеннеди медленно сосчитал про себя до пяти. Что ж, если он хотел провести вечер с Грейс, то нужно было взять себя в руки и что-то предпринять. Сам факт того, что она здесь, с ним и никуда не убегает, придумывая тысячи отговорок, уже был хорошим знаком, но стоило проявить инициативу.       – Ты голодная? Могу я угостить тебя поздним ужином? – самый простой и логичный вариант. Он сможет накормить её, позаботиться, наслаждаясь каждой минутой проведенного с ней времени.       По её застывшему в замешательстве лицу нельзя было точно понять, рада она его предложению или нет. Решив, что, возможно, поторопился, он мягко коснулся её плеча.       – Все нормально?       – Да, я… почему бы и нет? – она улыбнулась и её глаза таинственно замерцали в тусклом свете фонаря.       – Тогда пристегнись.       Она согласилась. Леон не ожидал, что это прокатится такой сильной волной облегчения. Ещё недавно он мучительно размышлял, что бы ей написать, а сейчас она рядом и согласна провести с ним вечер.       Тебе точно 49? Волнуешься как зеленый юнец.       Позже стоит присмотреть для Шерри какой-нибудь подарок за то, что она дала ему пинка под зад и заставила действовать.       Двигатель автомобиля издавал мягкое урчание. Они ехали по пустеющим улицам, разрезая полумрак рассеянным светом фар.       Он знал один небольшой итальянский ресторан, который работал с незапамятных времен. В те редкие моменты, когда он был в городе и хотел насладиться вкусной едой и приятной, почти домашней атмосферой, Леон выбирался туда.       Дорога не заняла много времени. Они припарковались недалеко от входа. Слабый поначалу дождь перерос в ливень, свет от вывески над входной дверью в заведение отражался в собравшихся лужах.       – Подожди минуту, – Леон быстро вышел из машины.       Он стремительно обогнул автомобиль, одновременно снимая свою куртку и расправляя ее над головой в попытке закрыться от дождя. Открыв дверь перед Грейс, он помог ей выйти. Удерживая над ней куртку, проводил девушку до входа, приноравливаясь к ее короткому шагу.       Когда они дошли до навеса, уже у самого входа в ресторан, Грейс неожиданно оступилась. Реакция Леона была молниеносной – он поймал ее, крепко обхватив за талию и вплотную прижав к себе. Они никогда еще не были настолько близко друг к другу. Она была идеальна в его руках, повторяя жёсткие линии его мощного тела своими плавными изгибами. Их лица разделяли ничтожные сантиметры, Леон чувствовал ее теплое дыхание на своих губах и заполошное биение ее сердца, отдающееся у него в груди. Выражение лица девушки неуловимо менялось с легкого испуга до удивления, приправленного крупицей ожидания. Она была так чертовски близко, а он был так сильно влюблен, что …       – Осторожней, – голос Леона еле слышно вибрировал между ними. – Ты в порядке?       Грейс судорожно сжимала его плечи и была также шокирована их случайной близостью. Как завороженная, она опустила глаза и наблюдала за движением его губ, словно пыталась прочесть по ним только что сказанное, но в какой-то момент потеряла связь с реальностью.       – Да, – ее ответ был таким же тихим, похожим на выдох. Мелькнул розовый язычок, она бессознательно облизала свои губы, но через мгновение, будто испугавшись чего-то, резко подняла голову, и их взгляды встретились.       Время тянулось бесконечно, хотя прошло всего несколько секунд. С трудом взяв себя в руки, мужчина помедлил и чуть отстранился, чтобы быстро оглядеть ее и убедиться, что все в порядке. Магия, на несколько мгновений окутавшая их, рассеялась, оставив после себя легкое чувство нервозности и предвкушения.       – То есть… я… да. И-извини. Всё моя неуклюжесть. Давно не носила каблуки, т-так что немного отвыкла, и вот…, – быстрая речь и пылающие огнем щеки выдавали крайнюю степень смущения. Она нервно поправила свой плащ, видимо, мечтая провалиться сквозь землю, – чуть не свалилась. Спасибо, что подхватил.       – Ничего страшного, главное, что ты цела, – Леон слегка улыбнулся, открывая перед ней дверь. Его большая ладонь так и осталась лежать на ее пояснице, мягко поддерживая. Никто во всем мире не мог даже представить, каких усилий ему стоило не наделать глупостей и оторваться от неё сейчас. Сладкая пытка, не иначе.       Колокольчик тихо звякнул над входной дверью, несколько сотрудников приветливо кивнули ему. Кеннеди знали как одного из давних посетителей, и он всегда мог рассчитывать на уютный столик в дальнем конце зала, подальше от посторонних глаз.       Проходя мимо открытой части кухни, Леон привычно кивнул шеф-повару Марко – мужчине за 60, бойкому итальянцу, давным-давно перебравшемуся в Штаты. Открыв ресторан, он долгие годы отдавал своему детищу всего себя. Казалось, что время над этим человеком абсолютно не властно – его живой и кипучий темперамент нисколько не утих, а в темных кудрях едва можно было разглядеть пару седых волос.       Кеннеди как-то однажды, под закрытие ресторана, разговорился с ним, когда Марко подошел узнать, понравились ли блюда. Шеф-повар сказал, что давно заметил, что мужчина периодически приходит на ужин. А когда Леон обмолвился, что его мать – итальянка, то Марко громогласно рассмеялся и одобрительно похлопал его по плечу, уверенно заявляя, что сразу почувствовал в нем родную итальянскую кровь.       Он всегда готовил для Леона, как для “любимого клиента”, вкуснейший кофе по особому рецепту и с удовольствием делился новостями о своей многочисленной семье, которую тоже перевез в Америку.       Увидев сейчас, что его давний клиент в первый раз пришёл не один, а с девушкой, Марко мгновенно сменил шокированное выражение лица на довольную улыбку и весело подмигнул.       Их проводили до столика у окна в дальнем углу зала. Небольшая лампа в центре стола, покрытого белой скатертью, давала теплый приглушенный свет, мягко очерчивая границы и создавая интимную атмосферу. Обилие зеленых растений, расставленных по залу, умело отделяло столики друг от друга. На фоне приглушенно звучал мягкий голос Joy Rhodes. Её “Open” отдавалось чем-то щемяще-сладким в душе, чутко читая их сердца.       – Ты не первый раз здесь? Такое чувство, что тебя все знают, – тихо спросила Грейс, пока он помогал ей снять плащ. Стоя у неё за спиной, он на мгновение позволил себе забыться и незаметно вдохнул ее дурманящий запах.       – Да, иногда бываю здесь.       Он галантно подвинул к ней стул и устроился напротив. Официант оставил им меню и, пожелав хорошего вечера, отошёл. Грейс скользнула взглядом по залу.       – Мне нравится здесь. Очень уютно.       – Согласен, – быстро оглядев знакомый интерьер – скорее по профессиональной привычке, чтобы убедиться, что рядом нет никого опасного и подозрительного – Леон снова посмотрел на сидящую перед ним девушку, заметив, как она пристально за ним наблюдает.       – Ты же не на работе сейчас, верно? – звучало больше как утверждение, а не вопрос.       – Да, небольшой отпуск.       – Я думаю, что с нами ничего здесь не случится, Леон, – она слегка улыбнулась, будто ее позабавил его сканирующий пространство внимательный взгляд.       – Да, но ты сама знаешь, что ни в чем нельзя быть уверенным на 100%, – помедлив, он решил, что может попробовать вскрыть некоторые карты. – Кроме того, со мной рядом дорогой для меня человек, поэтому я должен быть в разы осмотрительнее. Я не допущу, чтобы ты снова пострадала, Грейс. Никогда.       Он постарался вложить в свой пристальный взгляд и в слова столько уверенности и силы, чтобы у неё не было никаких сомнений в том, что он действительно сможет это сделать и, если потребуется, он отстоит ее у всего мира.       Она безотрывно смотрела на него, почти не моргая и как будто бы не дыша. В ее глазах стоял немой вопрос о том, действительно ли она услышала то, что услышала, не была ли это слуховая галлюцинация? Если нет, тогда Леон …       Она прикусила нижнюю губу и опустила голову, пряча свой взгляд. Через мгновение, чуть помедлив, аккуратно взяла меню. В полумраке на её щеках угадывался розовый цвет. Постаравшись незаметно глубоко вздохнуть, она взяла себя в руки.       – Может, посоветуешь мне что-нибудь? Раз ты тут не первый раз, то точно должен знать, что здесь самое вкусное, – её беззаботный голос не обманул мужчину. Она была взволнована и немного расстроена, хотя пыталась это скрыть. Впрочем, безуспешно. Или он просто читал её как открытую книгу и легко улавливал ноты её настроения. Возможно, она ему не поверила?       Стоило подыграть ей и немного отвлечь, пока он не поймет, в чем дело и не исправит ситуацию.       – Попробуй то, что тебе хочется, в любом случае не ошибешься. Повар – мой хороший знакомый, и его манера готовить так, что не захочется есть ничего другого, работает уже не первый год.       Они сделали заказ. Официант разлил по бокалам вино насыщенного рубинового оттенка, от которого шел терпкий фруктовый аромат.       – За встречу?       – Да, за встречу.       Тихий звон стекла. Приятное тепло, растекающееся по венам. Первая неловкость ушла, Леон чувствовал как Грейс расслабилась после пары глотков и под влиянием атмосферы. В глазах появился живой блеск, движения стали легче. Она задавала вопросы и рассказывала последние новости о себе, смеялась его шуткам, а он чувствовал себя как никогда живым. За разговорами и вкусным ужином время летело незаметно.       – Хочешь попробовать? – неожиданно девушка протянула к нему вилку, на которую были накручены спагетти в сливочном соусе.       Он на секунду застыл, пристально смотря в ее искрящиеся глаза. Она была так восхитительно расслаблена и наивна сейчас и совсем не понимала, какие чувства будила в нем.       Не прерывая зрительного контакта, он медленно наклонился и сомкнул губы на её вилке, стянув угощение.       Улыбка медленно сошла с лица Грейс, пока она, как завороженная, наблюдала за ним. Взгляд, сосредоточенный на его губах, казался голодным. Её губы чуть приоткрылись, и Леон различил еле слышный вздох.       – Вкусно, – он продолжал пристально смотреть на нее, улавливал её растерянность, жар и чуть сбитое дыхание. Поспешно глотнув вина, девушка отвела взгляд, не зная, куда себя деть. Смущать её было ни с чем не сравнимым наслаждением.       Это определённо войдёт у меня в привычку.       Решив сыграть в ее же игру, он протянул к ней свою вилку с равиоли.       – Твоя очередь.       Она с опаской посмотрела на него.       – Ну же, оно не кусается. Это правда вкусно.       – Да, л-ладно.       Она наклонилась к нему, обхватила своей ладонью его запястье и сомкнула губы на вилке.       И тут он понял, что сам загнал себя в ловушку.       Леон никогда раньше не касался открытых участков её кожи. Он либо был в перчатках, либо они были достаточно сдержаны и не позволяли себе лишних прикосновений. Ощущение было такое, словно через него прошла волна напряжения мощностью в несколько тысяч вольт. Её ладонь была маленькой и теплой, пальцы с легкостью улавливали его участившийся пульс. Грейс без труда могла понять, что с ним происходит сейчас, что она делала с ним. И, честно говоря, он совсем не хотел этого скрывать.       Она не отпускала руку Леона, пока медленно стягивала с вилки угощение и пробовала его. Он чувствовал, что место их соприкосновения горит огнём. Грейс бессознательно водила указательным пальцем по его запястью, улавливая ускоренный бег крови в его теле, и не торопилась отпускать его руку. Вглядываясь в его глаза, она словно искала ответ на висящий между ними вопрос.       Да, это из-за тебя.       – И правда вкусно, – её тихий голос прорезал напряженную пелену между ними.       Взгляд невольно опустился на ее губы. В уголке была небольшая капля соуса.       – Могу я…? – он аккуратно освободил свое запястье из ее ладони, положил вилку и слегка протянул руку к ее лицу.       – Что? – она затаила дыхание, не понимая, что он имеет в виду. Глаза широко распахнулись и в боязливом предвкушении смотрели на него.       – Сейчас, – он дотянулся до ее лица одной рукой и, удерживая за подбородок, большим пальцем аккуратно стер каплю.       Ее губы приоткрылись, и он почувствовал на своей руке ее теплое дыхание. Бороться с собой было так безумно тяжело. Она не опускала взгляд, он чувствовал мягкость ее кожи под своими пальцами. Секунда, две, три…       – Если бы… если бы у нас были отношения, то я бы решила, что это свидание, – Грейс говорила так тихо, что он смог понять ее, только следя за движением ее губ. Казалось, что она собрала всю свою храбрость, чтобы сказать это.       Свет ее потрясающих глаз окутывал, окуная в какую-то полуреальную действительность, где она первая заговорила с ним о чувствах, о том, что медленно тлеет между ними. Возможно, она до конца не осознавала, что произнесла это вслух, но Леон не хотел упускать свой шанс.       – Ты бы хотела, чтобы это было свидание? – мужчина хотел услышать это от нее, не просто найти подтверждение своим выводам, а получить однозначный ответ.       Казалось, что в данную секунду ничего важнее просто нет. Но теперь была его очередь вести. Грейс сделала неожиданный шаг вперед, и если он хотел быть с ней, то должен проявить инициативу, раскрыв свои намерения. Иначе он ее упустит.       – Я бы очень хотел, – четко и уверенно, – свидания с тобой.       Отношений с тобой.       Ожидая ответа, он аккуратно гладил большим пальцем нежную кожу ее щеки, продолжая придерживать за подбородок.       – Да, – не слово, а скорее еле уловимый выдох. – Я тоже.       Моя храбрая девочка.       – Да, – также тихо повторил мужчина. – Тогда это свидание.       У него пересохло во рту. Ее щеки пылали. Они были так напряжены и в то же время испытывали сильнейшее облегчение.       Мы вместе.       Леон улыбнулся, последний раз проведя по ее коже. Подняв бокал, он произнес:       – Тогда выпьем за наше первое свидание.       И получил в ответ робкую, но счастливую улыбку.       – За первое свидание.       За считанные мгновения мир изменился до неузнаваемости. Вино казалось пьянило сильнее, взгляды были жарче, паузы в разговоре – гуще и трепетней. Взаимные чувства, наконец-то переставшие быть тайной, счастье искрилось под кожей. После волнительного диалога они постепенно начали снова говорить на разные темы, рассказывали о своих друзьях и коллегах, много смеялись. Но их глаза вели совсем другой диалог.       – Никуда не уходи, я скоро вернусь. Я кое-что забыл в машине, – неожиданно Леон прервал разговор и встал из-за стола.       – Ты же не пытаешься таким образом сбежать? – веселый тон, но в глазах легкое беспокойство.       – Ни за что, – ухмыльнулся он ей в ответ.       Кеннеди накинул куртку и вышел из ресторана. Дождь по-прежнему заливал улицу. Быстро добежав до машины, он достал с заднего сиденья купленный букет.       Молодец. Не память, а дыра.       Поспешно вернувшись, он нашел Грейс, все так же сидящую за их столиком. Она задумчиво смотрела в окно и водила пальчиком по краю бокала. Снаружи было совсем темно, и сквозь окна невозможно было ничего различить. В стеклах отражались только фигуры посетителей. Грейс смотрела на свое отражение, будто увидела новую себя. Расслабленная от вина, она была сейчас такой мягкой и податливой.       – Прости, я тот еще джентльмен. Совсем забыл подарить их тебе.       От звука его голоса она обернулась и поспешно встала из-за стола навстречу мужчине, восхищенно глядя на цветы. Даже стоя на каблуках, она все равно была на полголовы ниже, казалась миниатюрной и хрупкой. Сейчас с трудом можно было представить, что еще не так давно она держала в руках пистолет и убивала зараженных наравне с ним.       – Они чудесные. Спасибо, Леон, – она поднесла букет к лицу и вдохнула тонкий аромат.       Не удержавшись, он взял ее за руку и оставил короткий поцелуй на тыльной стороне ее ладони. Грейс следила за его действиями затаив дыхание.       – Не забывай дышать, – усмехнулся он.       – Д-да, конечно.       Он помог ей сесть за стол, и остаток вечера прошел незаметно. Они были опьянены друг другом, новыми возможностями, новым началом.       Под закрытие ресторана Леон вызвал для них такси.       – А как же твоя машина? – она оглянулась на припаркованный недалеко автомобиль, когда садилась на заднее сиденье такси.       – Ничего страшного. Заберу её завтра, – он закрыл за ней дверь, обошел автомобиль и сел рядом.       Весь путь до ее дома они ехали молча. Никому не хотелось нарушать тишину. Их ладони лежали близко на сидении и иногда соприкасались. В какой-то момент Леон просто переплел их пальцы, и остаток пути они ехали, не разжимая рук.              Когда такси подъехало к ее дому, Леон попросил водителя подождать, вышел и помог выйти Грейс.       Поднявшись на нужный этаж, они застыли у двери ее квартиры.       – Спасибо за прекрасный вечер, Леон.       Его имя, произносимое ею, теперь всегда будет отдаваться сладостными разрядами по всему телу.       – Спасибо за прекрасное свидание. Я надеюсь, что их ты мне подаришь еще очень много, – он аккуратно заправил за ухо прядь ее волос. Девушка на секунду прижалась щекой к его ладони, прикрыв глаза и наслаждаясь моментом.       – Я все еще не могу поверить, что мы…       – Поверь мне. Это правда. Но нам еще много стоит обсудить и о многом поговорить. Я непростой человек и гораздо старше тебя, и…       – Я знаю, – она резко прервала его из страха, что он начнет ее отговаривать. – Я знаю. Но я хочу этого. Хочу попробовать. С тобой.       Ее большие глаза в полумраке коридора казались свинцово-серыми, гипнотизирующими. Грейс была уверена в своих словах и хотела, чтобы он тоже поверил ей. И он верил.       – Ох, Грейс… ты не представляешь, что делаешь со мной, – Леон запустил ладонь в свои волосы, взлохматив их, только чтобы отвлечься и не прижать ее резко к себе.       Они простояли так в тишине несколько минут, не в силах расстаться.       – Не хочу, чтобы ты уходил, – еле слышный шепот.       – Не хочу тебя оставлять, – ей в ответ.       Позволить себе хотелось так много. Он уговаривал себя сдерживаться, но безуспешно. В конце концов он был просто влюбленным мужчиной.       Медленно сократив оставшееся между ними расстояние, он мягко положил свою большую ладонь на ее талию. Взгляд метался по ее лицу, задерживаясь на расширенных зрачках и на влажных, чуть приоткрытых губах. Тишина на этаже прерывалась только их шепотом.       – Я позвоню тебе завтра.       – Да, до завтра.       Немного наклонившись вперед, он привычно вдохнул манящий аромат ее кожи. Он должен был идти, но оторваться от нее было выше его сил.       Неожиданно Грейс приподнялась, и щеки Леона, чуть покалывающей от отросшей за день щетины, коснулись ее мягкие губы. В одно мгновение он осознал, что всем своим существом ждал именно этого поцелуя. От наслаждения мужчина прикрыл глаза. Рука, лежащая у нее на талии, непроизвольно сжалась. Когда она медленно отстранилась, он повернул голову, мгновенно решив урвать ещё один подарок в этот вечер, и его губы накрыли её. Ладонь зарылась в ее шелковистые пряди, удерживая за затылок.       Это не был развязный или страстный поцелуй. Они соприкасались губами, не позволяя себе больше. Но этот легкий, почти невесомый контакт взрывал сверхновые между ними, порождал новые галактики.       Он перестал дышать, он весь был чувством, средоточием обожания, трепета и всепоглощающего желания.       Грейс была его. А Леон Скотт Кеннеди принадлежал ей весь без остатка.       Он отстранился и прислонился лбом к ее лбу. Она была также ошеломлена, но робкая улыбка на лице девушки была сродни обещанию.       – Спокойной ночи, Грейс, – голос был слишком хриплым для человека, который привык всегда держать себя под контролем. Преодолев себя, он медленно отошел на пару шагов, наблюдая, как она открывает ключом дверь и заходит внутрь. На пороге девушка обернулась.       – Спокойной ночи, Леон.       Через пару минут, сидя в такси, Кеннеди отрешенно смотрел на проносящиеся мимо кварталы. Он был не здесь, он все еще стоял на этаже возле ее квартиры и переживал один из самых волнующих и желанных моментов в жизни. Внешне спокойный, внутри он пылал ураганом чувств и уговаривал себя поверить, что все случившееся – не плод его воображения.       Одно он знал точно – как обычно, он был чертовски везучим.