Genosse Major, würden Sie nicht in den Arsch treten?

Конец каникул наступил быстро, время пролетело незаметно. На дворе был глубокий вечер, за окном уже была видна яркая серебряная луна и звезды. На улице был несильный ветер от которого полупрозрачные шторы в комнате Кристофа колыхались. На улице раздался шум машинного мотора, а через несколько секунд утих. Герман немного постоял на улице, наслаждаясь невероятным ночным воздухом, а потом пошел в дом. Мужчина вернулся так поздно потому, что на работе был завал, месяц подходил к концу и бумажек было все больше и больше, а времени на себя и сына оставалось все меньше и меньше. Главное Герман знал, что сын сидит дома и никуда не выходит, а значит волноваться за него не нужно, телефон он все таки ему вернул, а вот ключи от дома нет, поэтому парень не мог даже сбежать. Да особо и не нужно было, ему хватало общения. После того как ему вернули телефон, он почти каждый день переписывался с Астрид. Иногда девушка передавала ему вкусняшки, через отца. Она рассказывала кто как поживает в их компании. Например Аде на днях изменил ее парень, и ладно бы с другой девушкой, но он изменил ей с ее же братом! Кристоф когда это услышал у него глаза на лоб полезли. Потом девушка рассказала про свою двоюродную сестру - Луизу, которая тоже находилась в их компании. Луиза недавно сообщила родителям что отчисляется из колледжа и переезжает жить в Бельгию со своим новым парнем, которому на минуточку 37 лет и он работает на ферме, а теперь видите ли его переводят на работу в другую страну, а он девушку с собой зовет, мол бросишь учебу, я буду тебя обеспечивать и заживем. А родители ее даже понятия не имели о том что у нее есть такой парень. Мама такой скандал устроила, но Луизе было все равно, она сбежала из дома и больше ее не видели. Но вот одна из последних новостей просто выбила парня из колеи - брат Астрид, Фридрих, неизлечимо болен. А ведь мальчишке всего 12 лет. Врачи нашли у него злокачественную опухоль в мозге, рак на третьей стадии, можно конечно попробовать спасти ребенка, но к сожалению на этой стадии опухоль развивается слишком быстро, врачи могут не успеть. Мама Астрид и Фридриха, проплакала несколько ночей, а ведь мальчик жаловался на головную боль, но мама не особо обращала внимания, это дети у них все бывает. Она списывала эту боль на компьютерные игры, в которые Фридрих играл до ночи, ругала его, а он не слушался. Астрид рассказала что они написали в благотворительные фонды, написали всем друзьям и родственникам, потихоньку собирая нужную сумму на операцию. Врачи говорят что после операции есть риск лишиться зрения, а то и вообще летальный исход. Но если все пройдет как надо, и если будет на то воля божья, семья девушки была верующая, тогда все будет хорошо и мальчик снова заживет счастливой жизнью. Кристоф конечно же рассказал все своему отцу, и тот, будучи другом семьи Астрид, выделил им кругленькую сумму денег. Когда же деньги были получены, мама девушки не могла нарадоваться, она тут же позвонила Герману и минут 30 благодарила его по телефону, говорила что это огромный вклад в будущее Фридриха, звала на ужин и даже чуть ли не отдала ему семейную машину. Мужчина вежливо от всего отказался и посоветовал машину продать, ведь школа не далеко, Астрид не маленькая сможет дойти сама, а вот на работу он может их с мужем подвозить. Мама девушки сначала отнекивалась, мол неудобно и все такое, но потом все же согласилась. Все эти новости и события хоть как то разбавляли последние дни каникул парня. Хоть он и пытался чем то заниматься, действительно готовился к урокам, хоть и к немецким, но он думал что в России не особо отличается программа. Парень делал физические упражнения, и подтянул фигуру, и даже начал учить русский язык, сначала отец принес ему учебники и словарь, а когда Кристоф получил свой телефон обратно, то начал смотреть видеоуроки. Теперь он мог сказать несколько базовых фраз, знал примерно грамматику и имел небольшой словарный запас. Но конечно для уровня кадетской школы это было ужасно. Поэтому в один из дней Герман сообщил сыну, что когда тот приедет в Россию, с ним будет отдельно заниматься учитель. В свободное время будет его подтягивать по русскому языку. Когда Герман зашел домой, было подозрительно тихо, он прислушался но как будто в доме никого не было. Мужчина напрягся и позвал сына. В ответ получил тишину. Он быстро скинул с себя ботинки, куртку и пошел к лестнице. Когда он поднялся наверх и зашел в комнату к Кристофу, то застал такую картину: парень сидел на полу, облокатившись на кровать. Волосы, которые уже начали немного отрастать, были растрепаны, толстовка помята и измазана в какой то субстанции. В руке была тетрадка, куда он записывал правила и новые слова по русскому. На полу, возле ног валялась ручка, а с другой стороны лежал потухший телефон. Видимо парень просидел так весь вечер, и настолько вымотался что уснул прямо на полу, а не в кровати. Герман облегченно выдохнул, ведь он думал что парень каким то образом сбежал, ведь в доме была гробовая тишина. Но нет парень старался и готовился к новому учебному году, и отца брала гордость за сына. Кристоф сначала не мог принять что его жизнь так круто изменится, он протестовал и несколько дней просто лежал в кровати и ничего не делал, ну иногда только ел и ходил в туалет и душ. А потом, все таки осознав что выбора у него нет, решение отца не изменить, он решил что лучше хоть как то подготовиться, чем приехать в другую страну и даже не знать что тебя ждет. Герман даже на секунду подумал изменить свое решение насчет России, но потом понял что если сейчас даст слабину, то парень поймет, что можно вот так громить дом и разочаровывать отца и ему все будет сходить с рук. Хоть парень и старался загладить вину, и готовился к новой жизни, мужчина точно решил что мнения своего не изменит. Так для сына будет лучше. Герман стоял в дверном проеме и решив что нельзя вот так спать на полу, подал знак что он здесь: -Khe-khe (кхе-кхе) Мужчина прокашлялся и уставился на сына в ожидании пока тот проснется. Потом заметил как парень пошевелился и сонно распахнул веки. Яркий свет в комнате резал глаза, но через несколько секунд он привык. Кристоф попытался быстро выпрямить ногу, но не смог - она затекла из-за долго нахождения в одном положении. Он проспал так около четырех часов. -Ist es bequem, so zu schlafen? (Удобно спать так?) Сказал отец и усмехнулся, он скрестил руки и, немного с жалостью смотря на сына, продолжил: -Komm schon, steh auf, bring dich in Ordnung und leg dich ins Bett. Morgen früh aufstehen. (Давай, вставай, приводи себя в порядок и ложись спать. Завтра рано вставать.) Парень глянул на отца сверху вниз и заторможенно кивнул, потихоньку вставая с пола. -Dad, wann ist der Abflug? (Пап, во сколько вылет?) Не смотря на отца, спросил Кристоф. Он стоял спиной к мужчине и чтобы задать вопрос лениво повернул голову в бок. -Um 9:20 Uhr, aber wir müssen noch in die Hauptstadt fahren, wir werden um 5:50 Uhr morgens aufstehen. (В 9:20, но нам еще нужно доехать до столицы, вставать будем в 5:50 утра.) Парень кивнул и пошел к шкафу чтобы взять вещи и пойти в душ. Он уже развернулся к двери, как увидел, что отец все еще стоит и смотрит на него, немного улыбаясь. -Gut gemacht, Sohn. Du benimmst dich wie ein Erwachsener, du bist nicht verrückt. (Ты молодец, сын. Ведешь себя по взрослому, не психуешь.) Он похлопал его по плечу и заглянул в глаза. Кристоф увидел там что то похожее на… уважение? Парень встретился взглядом с отцом и улыбнулся ему. -Danke, Vater. Ich denke, das wird für mich nützlich sein. (Спасибо, отец. Я думаю это будет полезно для меня.) Конечно, не скажет же он отцу, что безумно переживает, и каждую ночь из-за этого его мучает бессонница, что каждый день он чуть ли не ловит панички, пишет Астрид и она поддерживает его как может, что он уже изучил всю информацию про Россию, про кадетские школы и про людей. Для отца он повзрослел, стал рассудительным, действительно не психует и принял его решение. Но это только для отца, на самом деле внутри Кристофа все еще был маленький ребенок, который боялся перемен и новых людей. Герман с улыбкой кивнул сыну и ушел в свой кабинет разбирать оставшиеся бумажки с работы. Кристоф проводил его взглядом, а потом, закрыв дверь снаружи, тоже начал спускаться вниз, чтобы принять душ. *** Горячая вода, смешанная с гелем для душа, стекала по подкаченному телу парня. Он просто так стоял в душе уже около 15 минут, обдумывая все произошедшее за последние несколько недель. Его все еще мучило это чувство неизбежности, хоть он и принял это. Кристоф смывал всю дневную усталость, после тренировок и учебы, но вот тревожность почему-то смыть не получалось, она засела глубоко внутри и было невозможно от нее избавиться. Через несколько минут он все таки решил, что пора выходить и выключил воду. Парень открыл стеклянную дверцу и ступил на мягкий коврик возле душа, который уже становился мокрым из-за стекающих с тела капель. Кристоф взял полотенце, быстро вытерся и хотел посмотреться в зеркало, но увидел, что оно запотело. Вообще в душе было ничего не видно дальше вытянутой руки, парень не любил мыться в прохладной воде, или даже теплой, он всегда мылься почти в кипятке, поэтому под конец всегда было очень много пара. Он снял с крючка полотенце и протер зеркало. В отражении парень заметил что уже отросла щетина и волосы, пора приводить себя в порядок, завтра уже ехать в аэропорт. Кристоф повесил полотенце обратно и начал осматриваться в поисках бритвы и пены. На раковине не было, он открыл шкафчик и нашел их на одной из полок. Парень поставил пену на раковину, взял бритву и провел большим пальцем по лезвиям, но случайно надавил сильнее чем нужно и на подушечке пальца выступила маленькая капелька крови. Лезвия острые, значит отец только недавно купил ее. Кристоф задумчиво смотрел на свой палец, потом когда капелька крови уже почти стекла по руке, он успел и приложил губы к пальцу. Эта ситуация ему кое-что напомнила… *Флешбэк* Было примерно два часа ночи. В доме тихо, Герман уже давно видел десятый сон, только вот из комнаты на втором этаже доносился тихий плач. Парень сидел на кровати и снова плакал в приступе панической атаки и страхе что же он натворил только что. Из руки выпало маленькое лезвие, оно осталось на кровати, пока парень пытался найти чем же остановить кровотечение на левой руке. Порезов было не много, но некоторые из них были глубокие. Мозг на адреналине искал самые быстрые решения вопроса. Слезы продолжали течь, дыхание все еще было сбитое и рваное, сердце билось так сильно что парень задыхался и в глазах темнело, но он уже не обращал на это внимания. Кристоф сначала пытался остановить кровь ртом, но когда понял что не получается и дело плохо, то запаниковал. Слава богу на столе была старая тетрадка, он быстро вырвал из нее лист и приложил к ранам, кровь начала пропитывать бумагу и вскоре понадобился второй лист. Когда парень увидел что кровь начала останавливаться, он аккуратно убрал листки, было немного больно, ведь они прилипли к порезам и отрывать их было очень неприятно. Кровь остановилась не полностью, но уже хотя бы можно было наклеить пластыри и наложить бинт, что он и сделал. А сверху бинтов обмотал старой футболкой, чтобы держалось наверняка. После всего этого он сидел на кровати и пытался отдышаться, то ли после истерики, то ли после паники, что на шум может прийти отец. Слезы уже утихли, но вот кожа под глазами была красная и немного опухшая. Эмоций на лице больше не было, через 4 дня он уезжает. Ему было плевать на эту боль, в мыслях было лишь «Was, wenn der Vater es herausfindet?» (А что если отец узнает?) Ведь он сразу все поймет. Герман не был глупым мужчиной, если бы он увидел всю эту картину сегодня ночью, то скорее всего сначала позвонил бы в скорую, а потом и в психушку. Кристоф усмехнулся своим мыслям, а что если в психушке даже лучше, чем в России? Там хотя бы нету злых русских. И медведей. И водки. И вообще там наоборот все хорошо и все пытаются помочь больным. Но потом еще немного поразмыслив он пришел к выводу, что отцу лучше не знать, он не будет показывать свою слабость ему, ведь парень только стал повзрослевшим в глазах отца, и не хотел портить это впечатление. Просидев еще минут 10 и просто пялясь в стену, Кристоф все же решил попытаться поспать. Он встал и начал убирать за собой беспорядок: спрятал листы с кровью в старый рюкзак, чтобы отец не нашел. В мусорку он их выкинуть не мог, ведь Герман может их обнаружить. Собрал вещи, которые выпали из шкафа, пока он искал старую футболку, и уложил их обратно на полки. А лезвие он поднес к губам и слизал с него свою кровь, потом насухо вытер об толстовку и убрал его в тайный карман в подушке. Потом осмотрев все еще раз, убедился что в комнате чисто и уселся на кровать, чтобы проверить свои раны. Парень развязал футболку и кинул ее возле себя. Бинты почти полностью были красного цвета, но уже высыхали, а значит кровь остановилась, но Кристоф не спешил снимать повязку, мало ли раны еще начнут кровоточить ночью и он зальет тут все. Парень снова повязал сверху футболкой и, выключив свет, лег спать. *Конец флешбэка* Воспоминания пролетели быстро, Кристоф посмотрел на свою руку. Порезы уже начали заживать, но все еще были красные, мда останутся шрамы, и чем он только думал? Хотя в ту ночь эмоции и чувства пересилили разум. Парень приложил руку к самому глубокому порезу и надавил большим пальцем, по руке прошла острая, но отрезвляющая боль, на лице показался оскал и Кристоф усмехнулся. Ему даже нравилось эта боль, да и нужно было как то отвлечься от всего, и такое воспоминание о той ночи быстро вернуло его на землю. Он убрал пальцы от ран и все таки начал приводить себя в порядок. Через десять минут из ванны вышел полностью, так сказать, обновлений молодой человек: он подровнял волосы на голове триммером, сбрил всю щетину и после принятия душа был готов к завтрашнему дню. Кристоф ударил рукой по выключателю и направился в свою комнату. В доме было тихо, свет в кабинете отца уже не горел, а значит тот спал. Парень поднялся по лестнице и зашел в комнату, потом подошел к шкафу и нашел чистые вещи. Сначала тот взял футболку, но вспомнив про руку, убрал ее обратно и снял с вешалки, недавно постиранную, толстовку, мало ли отец утром зайдет и все увидит. Закрыв шкаф, он подошел к двери, закрыл ее и выключил свет. Потом немного полежал на кровати думая о завтрашнем дне, и только когда ему уже начал казаться всякий бред Кристоф уснул. *** -Sohn, steh auf, wir gehen in 40 Minuten raus. (Сын, вставай, через 40 минут выходим) Герман тормошил сына по плечу, пока тот вяло потягивался в постели. -Komm schon, wir müssen die Sachen und Dokumente noch einmal überprüfen. Zieh dich an und ich warte unten auf dich. (Давай, нужно еще раз проверить вещи и документы. Одевайся и я жду тебя внизу.) Кристоф наконец разлепил веки и, отбрасывая одеяло, кивнул отцу. Герман вышел из комнаты, прикрыл дверь и спустился на кухню. Парень еще минуту повалялся и проснулся окончательно. Спустя несколько минут, когда тот заправил кровать, как обычно надел джинсы и переодел толстовку, проверил все чемоданы и сумки, все таки нелегко увезти с собой все 17 лет жизни в другую страну, парень спустил все вещи вниз, вернулся в комнату чтобы забрать телефон, паспорт и билеты, а потом пошел снова вниз к отцу на кухню. Герман уже доедал яичницу с беконом, а когда увидел сына то кивком головы указал ему на плиту и лежащие рядом два яйца с упаковкой бекона, мол давай сам приготовишь. Сам же Герман был уже одет и собран, на нем была обычная гражданская одежда, а именно простая футболка синего цвета, черная джинсовка и такие же черные джинсы. Темные волосы были прилизаны назад, на руках были дорогие часы, которые он получил в подарок на своей службе. Кристоф, не спеша, подошел к плите, открыл шкафчик над ней и достал сковородку. Тут на него нахлынули воспоминания, о том как каждое утро, перед тем как уехать в школу, его мама готовила ту же самую яичницу с беконом на этой сковородке. Запах тогда стоял замечательный, мама так же варила невероятно вкусный кофе для него и для отца, сама она кофе не пила, ведь давление было итак повышенное. Мама любила ягодный чай, правда именно настоящий такой чай она заваривала редко, чаще всего он был пакетированный, но несмотря на это запах был приятный. Сейчас этого всего очень не хватало. Кристоф хотел бы получить ее поддержку перед таким важным событием. Ему было интересно, а что мама бы сказала? Как бы поддержала его? Какие бы советы дала? Пока он думал обо всем этом, поставленная на плиту, сковородка уже нагрелась, и парень ловким движением разбил два яйца и, достав бекон из упаковки кинул его туда же. Пока еда готовилась, он решил сходить быстренько умыться. Через пару минут, вернувшись обратно на кухню, Кристоф уже стоял у плиты и накладывал еду в тарелку. Пахло вкусно. Почти так же как когда ему готовила мама. Только чего то не хватало. Парень набрал воды в чайник и поставил его кипятиться. А спустя пять минут он уже сидел с тарелкой и кружкой ягодного чая за столом и завтракал. Отец же в это время уже доел и, помыв всю посуду, пошел заводить машину и настраивать навигатор, все таки не каждый день ездишь в столицу. Кристоф закончил есть, допил чай и пошел мыть посуду. Поставив тарелки и кружку в сушилку, он глянул на настенные часы, до выезда оставалось 10 минут, отец уже ждал в машине. Парень забежал в ванную, быстро почистил зубы и, собрав щетку с пастой в специальный кейс, побежал к выходу из дома, где стояли все сумки. Он закинул кейс в один из карманов сумки, потом еще раз проверил документы и билет, нащупал телефон в заднем кармане джинс и начал выносить вещи на улицу, к машине. Герман помог сыну загрузить все в багажник, слава богу большой Dodge Ram позволял это сделать, потому что вещей было много. Кристоф в последний раз прошелся по дому, чтобы запомнить его, зашел в свою комнату, вспоминая как лежал на кровати и разговаривал с Астрид, как на той самой вечеринке они сломали дверь, а потом курили, пили и вообщем что только не делали, как он тут готовился к поездке, как делал уроки, как разговаривал с той же Астрид через окно. Вообщем он прощался. Было тяжело, ведь провести всю жизнь в одном месте, а сейчас вот так просто уехать - больно. Парень в последний раз окинул комнату взглядом, а потом закрыл дверь и спустился на первый этаж. Так же пройдясь по кухне, залу, и даже заглянув в кабинет отца, на последок, он прошел в коридор, снял с вешалки свою любимую темно-фиолетовую кепку и надев ее на голову, направился к выходу. Кристоф закрыл дверь снаружи, после чего убрал ключи в свою сумку через плечо, где так же лежали документы и билет. Парень осмотрел свой дом, небольшой сад с цветами, которые сажала мама, и кивнув самому себе, мол пора, развернулся и, не оборачиваясь, пошел и сел в машину на сиденье возле отца. На глазах наворачивались слезы, но он, чтобы не показывать слабость отцу, опустил кепку ниже, так что бы она закрывала глаза, и отвернулся к окну, смотря на пейзаж который они проезжали. Вот они проехали дом Астрид, их машина все еще стояла во дворе, значит девушка сейчас спит, и даже не подозревает что ее лучший друг, прямо сейчас, покидает город. Потом они проехали его школу, возле нее еще никого не было, охранник скорее всего подъедет примерно через час, чтобы открыть ворота и начать запускать учеников. На улицах было пусто, как будто кроме них в городе никого не было. Спустя некоторое время, они выехали за город, проезжая поля и лесные посадки, Кристоф заметил уже уходящий утренний туман и поднимающееся над горизонтом солнце. Скоро его родной город оживет и начнется новый день, но самого Кристофа там уже не будет. А спустя еще примерно два часа, они заходили в аэропорт. *** Герман и Кристоф сидели в зале ожидания уже около 20 минут, и вот наконец женщина диктор объявила нужный рейс и на каком выходе будет осуществляться посадка. -Nun, alles Sohn, komm, wir haben den achten Ausgang. (Ну все сын, пошли, у нас восьмой выход.) Кристоф уже стоял и был готов идти, осматривая сиденья, вдруг что то случайно оставил, но на них ничего не было, значит все хорошо. Чемоданы с сумками они сдали в багажное отделение и сейчас на руках был только паспорт, билет и телефон. Отец и сын прошли к своему выходу, вокруг было много людей и шума. Впереди в очереди стоял мужчина в костюме, видимо летел на какую то важную встречу. Сзади стояла молодая девушка с ребенком на руках, но только вот Кристоф не заметил с ней такого же молодого парня, а значит девушка была к сожалению одинока, хотя кто знает, может она и летела к тому самому парню. А еще из-за младенца полет обещал быть веселым, потому что малыш все время кричал и не мог успокоиться, а лететь им 3 часа. Кстати как раз к обеду парень уже прибудет в школу. Они отстояли очередь где то в 25 человек, и подойдя к проверяющей Кристоф предъявил ей билет и паспорт, девушка все проверила через специальное приложение и пропустила парня через турникет. -Mann, Ihr Ticket und Ihr Reisepass bitte. (Мужчина, ваш билет и паспорт пожалуйста.) Произнесла молодая девушка, смотря на Германа с небольшим прищуром, в ожидании. -Oh, tut mir leid, ich fliege nicht, ich habe meinen Sohn begleitet. (О простите, я не лечу, я провожал сына.) Девушка кивнула и начала проверять билет у той самой девушки с ребенком. Кристоф же обернулся на отца, и тот ему крикнул: -Christophe, guten Flug, du wirst dort begrüßt. Sobald du ankommst, kontaktiere mich. Tschüss! (Кристоф, удачного полета, тебя там встретят. Как долетишь свяжись со мной. Пока!) -Tschüss, Vater. (Пока, отец) Кристоф кивнул и улыбнулся Герману, они помахали друг другу и парень направился в самолет. Отец проводил сына взглядом, почувствовал опустошение внутри. Вот его мальчик уже вырос, отправляется в новую жизнь. Хоть это и было его решением, но сын смиренно принял его. Герман же тоже живой человек, он любит сына и желает ему всего наилучшего, но вот так прощаться было все таки тяжело. Но ничего, ведь они будут созваниваться, Кристоф даже настроил отцу скайп, а на каникулы так и вовсе будет приезжать домой. Вообщем и целом, все было хорошо, в России были его знакомые, которые смогут присмотреть если что за парнем, и в случае чего доложить все самому Герману. Проводив спину сына глазами, он еще минуту постоял на том же месте, а потом с тяжелой душой направился к выходу из аэропорта и сразу поехал на работу. *** Кристоф сидел возле окна и смотрел на улицу, они пока еще стояли на полосе, но вот вот уже отправятся. После инструктажа, как вести себя в случае ЧС, парень пристегнул ремни безопасности, надел специальные одноразовые наушники, которые выдают каждому пассажиру и, слушая музыку, начал ждать взлета. Сзади него сидела девушка с ребенком, и малыш снова кричал, молодая мама конечно пыталась его успокоить, но все попытки были бесполезны. Наушники хоть и помогали, но полностью от шума не спасали. Вот Кристоф так и слушал свою любимую песню, разбавленную детским плачем, по-моему крики ребенка даже сочетались с роком, и парень нашел это забавным. Спустя несколько минут самолет двинулся по полосе, а спустя еще минут 7 взлетел. Кристоф летал уже не в первый раз, поэтому относился к самолетам нормально. А вот парень рядом с ним схватился за подлокотники и зажмурил глаза, параллельно шепча какую то мантру, видимо молитву. И вот внизу показался утренний Берлин, в девять часов утра город уже не спал и во всю кипела жизнь. Парень любил Германию, и будет скучать по ней, но вот в его жизни началась новая глава, которая к сожалению или счастью, пройдет в совсем другой, неизвестной для него стране.