Обладая уничтожающей силой – не теряй сердце, стремящееся сберечь цветок.

Встав с циновки, Хуа Чэн подошёл к столу для подношений и положил не него шпильку из белого нефрита. – Спасибо, что приютил. Может ещё свидимся. – тихо проговорил он.       Бабочка записала его слова и осталась ждать пробуждение принца, а сам Хуа Чэн подбросил игральные кости и отправился в призрачный город.

***

      Когда рассвет коснулся монастыря Водных Каштанов, Се Лянь проснулся и обнаружил, что половина циновки осталась пустой. С трудом поднявшись, он растерянно оглядел комнату, затем вышел во двор, но и там никого не увидел. Юноша, очевидно, ушёл. У двери стоял глиняный сосуд. Се Лянь поднял его и вернулся в монастырь, поставив на стол для подношений. И тут его взгляд зацепился за незнакомый предмет – изящную нефритовую шпильку для волос. "Неужели это Сань Лан оставил?" – подумал принц, и в тот же миг на его палец опустилась серебряная бабочка. Из её тонких крыльев донёсся тихий голос Хуа Чэна. "Невероятно," – пронеслось в голове у Се Ляня. Бабочка трепетала, передавая послание от Собирателя цветов. – Надеюсь, ещё встретимся. – в пустоту проговорил небожитель и взял шпильку.       Се Лянь повидал множество драгоценностей, и потому смог определить, что шпилька, похоже, создана из самого настоящего белого нефрита. Кроме того, выглядела вещица весьма изящно: обычному ювелиру, каким бы выдающимся мастером он ни являлся, не под силу была подобная работа совершенной красоты. К тому же её украшали мелкие рубины.       Расчесав волосы, он заплел пучок, в который аккуратно вставил подаренное украшение. Если шпилька аккуратно лежала на столе для подношений, значит, её не могли обронить случайно. Напрашивался лишь один вывод – Хуа Чэн преподнёс ему памятный подарок перед тем, как уйти. Получить его стало неожиданностью для Се Ляня. Он неловко улыбнулся и решил оставить шпильку при себе, а в следующую встречу спросить у юноши, правильно ли он понял. «Не мог же он в самом деле просто обронить её?» – подумал Се Лянь, но решил пока что не ломать над этим голову. Закончив разбираться с происшествием на горе Юйцзюнь, принц, почти не останавливаясь, отправился в государство Баньюэ. Вернувшись из путешествия, он несколько дней провёл в монастыре Водных Каштанов, изнурённый и обессиленный.       Лишь спустя несколько дней Се Лянь получил срочное послание от Линвэнь: Немедленно подняться на Небеса.       Тревожный тон её голоса не оставлял сомнений в серьёзности ситуации, однако Се Лянь уже предвидел это развитие событий и давно был к нему готов. – Это связано с инцидентом в Крепости Баньюэ? – спросил он. Линвень ответила: – Так и есть. Отправляйтесь сразу в дворец Шэньу.       Дворец Шэньу... Се Лянь замер, осознав: Цзюнь У вернулся. С тех пор, как принц в третий раз вознёсся, Се Лянь не видел Цзюнь У.       Принц не мог проигнорировать этот зов и, не успев как следует отдохнуть, вновь отправился в столицу бессмертных.

***

Столица бессмертных поражала великолепием дворцов, принадлежавших небожителям. Их было бесчисленное множество, каждый прекрасен по-своему. Резные балки и расписные колонны, изящные мостики над журчащими ручьями, под которыми клубились облака – здесь божественность ощущалась повсюду.       По пути он встретил немало небожителей, что спешили по своим делам, однако ни один из них не посмел даже обратить на него внимание. Небожители впереди него ускоряли шаг, те, что шли позади, — замедляли, сетуя лишь на то, что не могут обойти его. Се Лянь давно привык к подобному, поэтому не придавал особого значения происходящему. Принц, продолжая путь, неожиданно услышал за спиной: – Ваше Высочество наследный принц!       Обернувшись, Се Лянь увидел Линвэнь, спешащую с кипой свитков в руках и с темными кругами под глазами. Она произнесла: – Все уже вернулись в столицу и отправились во дворец Шэньу на собрание. Будьте осторожны там.       Се Лянь, разумеется, понял, о чём она говорит, и спросил: – Какое наказание ждёт Младшего Генерала Пэя? – Ссылка, скорее всего, – ответила Линвэнь. – Что ж, это не худший вариант, даже не так уж страшно. Линвэнь, вспомнив, сколько раз его уже низвергали, понимающе кивнула: – Да, не самое страшное. – чуть помолчав, она добавила – Не переживайте, Император на вашей стороне. Се Лянь вздохнул и , почёсывая затылок, тихо ответил: – Честно говоря, когда он рядом, мне становится ещё страшнее. Линвэнь похлопала его по плечу. – Просто ведите себя скромнее или скажите ему несколько хороших слов, и всё пройдёт благополучно. А если нет, просто покайтесь.       Се Лянь, сдерживая улыбку, тихо выдохнул. Ему показалось, что Линвэнь считает его непослушным сыном Цзюнь У.       К тому моменту они достигли конца улицы и остановились перед величественным дворцом. Главный зал уже был полон небожителей, собравшихся небольшими группами или стоящих в молчаливом одиночестве.       Здесь находились лишь небожители Верхних Небес, удостоенные вознесения – избранные, повелители сторон света. Их духовная сила была настолько велика, что они смотрели на остальных свысока. Се Лянь ошеломило это зрелище. На троне, в противоположном конце зала, восседал Бог Войны в ослепительных белых доспехах. Когда Се Лянь вошёл, Бог Войны, словно почувствовав его присутствие, открыл глаза. – Сяньлэ, ты пришёл.       Се Лянь смиренно склонил голову, не произнеся ни слова.       Как только Цзюнь У заговорил, его голос мощной волной прокатился по дворцу Шэньу, привлекая внимание всех присутствующих небожителей. Тогда Се Лянь понял: это собрание было созвано вовсе не для обсуждения наказания Младшего Генерала Пэя за инцидент в Крепости Баньюэ. Главная роль в этом представлении предназначалась, очевидно, ему самому.       Линвэнь подошла к императору и встала рядом с троном. Она вынула именной список и, указывая на некоторые строки, обратилась к Цзюнь У: – Владыка, некоторые небожители не смогли прибыть. Цзюнь У ответил лёгким кивком: – Они уже сообщили мне об этом. Линвэнь склонила голову в знак понимания. Цзюнь У вновь обратился к Се Ляню: – Сяньлэ, ты знаешь, зачем тебя сегодня вызвали сюда? Се Лянь, подняв голову, ответил: – Могу предположить. Но я полагал, что дело Генерала Пэя Младшего уже закрыто. В этот момент раздался голос мужчины: – Пока об этом говорить рано.       Обернувшись, Се Лянь увидел входящего во дворец Бога Войны. Держа ладонь на рукояти меча, мужчина уверенно направился в переднюю часть главного зала и, лишь проходя мимо Се Ляня, на мгновение остановился, приподняв уголок рта: – Ваше Высочество наследный принц. Слышал о вас, рад наконец познакомиться.       На вид Богу Войны было около двадцати шести-семи лет. Его облик отличался изяществом, но движения были решительны. Он был гораздо красивее той божественной статуи, что Се Лянь видел на горе Юйцзюнь. Это была красота, способная покорить любое женское сердце, и с первого взгляда становилось ясно, что мужчина привык к победам не только на поле боя. Се Лянь не успел ответить на приветствие, как Бог Войны добавил: – Премного благодарен вам за заботу о Младшем Генерале Пэе. Се Лянь, не подавая вида, подумал: «На сей раз я действительно задел его». Вслух же произнёс: – Что вы, что вы. Я и сам давно о вас наслышан.       Все присутствующие небожители поняли, о чем именно «наслышаны» эти двое, и едва сдержали смех. Покончив с формальностями, Се Лянь спросил: – И что же означает «пока говорить. рано» в устах Генерала Пэя?       Пэй Мин щёлкнул пальцами, и в центре зала возник парящий труп. Распластанная оболочка, лишённая души и покрытая кровью, оказалась телом А Чжао – двойника Младшего Генерала Пэя.       Неожиданное появление столь жуткого зрелища ошеломило небожителей, привыкших к красоте и благовоспитанности. Вскоре привели и Пэй Су, закованного в кандалы, но невозмутимого и молчаливого. Се Лянь спросил: – Генерал Пэй, что всё это значит? Пэй Су преклонил колени, а Пэй Мин продолжил: – В процессе допроса Сяо Пэя он упомянул нечто удивительное. Он обошёл Се Ляня и сказал: – Я знаю о способностях Сяо Пэя. Даже его двойник нельзя назвать слабаком – он вполне мог сражаться с нечистью ранга «свирепый». Однако, по его словам, он встретил противника, который не дал ему ни единого шанса. Я продолжил расспрашивать и выяснил, что в Крепости Баньюэ, подле Его Высочества, находился юноша в красных одеждах.       Когда прозвучали слова «красные одежды», лица некоторых небожителей изменились. А дальнейшие слова Пэй Мина заставили их потерять равновесие: – И этот юноша в кромешной тьме за мгновение уничтожил несколько сотен воинов Баньюэ, чьи ранги приближались к «свирепым»! – …Позвольте узнать, Ваше Высочество наследный принц, какое божество явилось к вам в облике этого юноши в красном? – Генерал Пэй, не уклоняйтесь от темы. – резко потребовал Се Лянь.       Генерал Пэй с удивлением отметил про себя: добродушное лицо, а за ним – жестокость. Вслух он сказал, стараясь сохранить невозмутимость: – Что ж, раз Его Высочество не желает признаваться, я вынужден обратиться к генералам Наньяну и Сюаньчжэню. Надеюсь, они смогут помочь нам разобраться в этой ситуации.       Названные небожители переглянулись. Се Лянь обвёл взглядом зал полный собравшимися небожителями. По разные стороны стояли два бога войны. Они в один миг обратили взгляд к Цзюнь У. Получив его молчаливое одобрение, Фэн Синь и Му Цин медленно вышли вперёд.       Се Лянь продолжил молча смотреть на них. Фэн Синь остался такой же: высокий, подтянутый, с волевым взглядом. Между его бровей, как всегда, залегла едва заметная складка.       Му Цин же изменился. Он по-прежнему был бледным, с лёгким румянцем и поджатыми губами, но теперь его взгляд и осанка излучали ледяное отчуждение, словно предупреждая: "Не смей разговаривать со мной". Он стоял, скрестив руки на груди, и нервно постукивал пальцами – то ли пытаясь скрыть волнение, то ли обдумывая что-то важное.       Двое генералов с серьёзными лицами осмотрели тело, затем подняли взгляд и на секунду переглянулись. * – Ну, говори уже,– подтолкнул Фэн Синь Му Цина в сети духовного общения. – Сам начинай. Я не хочу первым подтверждать это, – парировал Му Цин, сохраняя непроницаемое выражение лица. * Линвэнь у трона Цзюнь У вопросила: – Уважаемые генералы, каков ваш вердикт? Фэн Синь всё-таки ответил первым, в его голосе слышалась тяжесть: – Это он. Му Цин, подтверждая слова Генерала Наньяна, добавил: – Это ятаган Эмин. Все небожители, которые собрались, нервно вздохнули. По всей видимости, лишь Се Лянь не знал, что означают эти слова. – Благодарю, уважаемые генералы, за подтверждение. В таком случае, мои догадки верны. И если юный спутник Его Высочества в красных одеяниях действительно тот, о ком мы говорим, дело принимает более сложный оборот. Небожитель в белых одеяниях вдруг вмешался: – Генерал Пэй, вы полагаете, что Его Высочество наследный принц вступил в сговор с Князем Демонов, чтобы ложно обвинить Младшего Генерала Пэя?       Небожитель встал на сторону принца, и Се Лянь заинтересовался, кто же этот человек среди божественных чинов.       Обернувшись, принц увидел пару чистых, ярких глаз, метёлку из конского волоса на сгибе локтя и сложенный веер из белой яшмы. Облик утончённого и беззаботного человека показался Се Ляню смутно знакомым, но он не мог вспомнить, где встречал этого друга на тропе самосовершенствования.       Пэй Мин, бросив взгляд на говорящего, выглядел словно взрослый, не желающий спорить с ребенком. Покачав головой, он взмахнул рукой, и тело А Чжао испарилось. Повернувшись, генерал произнес: – Возможно, дело не в сговоре. Тот, о ком мы говорим, обладает властью и исключительными способностями. Вполне вероятно, что он обманул принца, используя магию или хитрость. – Генерал Пэй, – голос Се Ляня звучал твёрдо, – Вы не верите мне? Но как вы можете не доверять Повелителю Ветров? Младший Генерал Пэй признал свою вину, и Его Превосходительство готов это подтвердить. Пэй Мин не отрываясь смотрел на небожителя в белых одеждах. Се Лянь настаивал: – Мы находимся во дворце Шэньу. Спросите Владыку прямо сейчас, использовали ли против меня одурманивающее заклинание.       Лицо Цзюнь У оставалось непроницаемым. Никаких следов магии на Се Ляне не было. Пэй Мин возразил: – Как бы то ни было, я настаиваю на дополнительном расследовании. А Его Высочеству я настоятельно рекомендую выдать нам советницу Баньюэ для допроса. "Для какого ещё допроса? Чтобы выбить из неё нужные показания?" – подумал Се Лянь, не успев высказать это вслух, как раздался тихий голос Пэй Су: – Генерал, оставьте. – Что? – Пэй Мин удивлённо взглянул на младшего. – Всё это совершил я. Я вас подвёл.       Пэй Мин открыл рот, чтобы оправдать его, но Пэй Су уже признался во всём. Лицо генерала посуровело, а тон стал жёстким: – Лучше закрой рот. Вместо этого Пэй Су поднял голову и произнёс с неожиданной решимостью: – Всё кончено, Генерал. Я не настолько труслив, чтобы совершить проступок и не признать его. Раз уж я попался, не буду бояться возмездия, каким бы оно ни было.       На лице Пэй Мина отразилось недоумение: "Ты всегда был таким рассудительным, что с тобой сегодня случилось?". Он едва не пнул Пэй Су, чтобы вернуть ему здравый смысл, но вмешался Цзюнь У: – Довольно.       Пэй Мин тут же опустил ногу и почтительно поклонился. Цзюнь У продолжил: – Расследование в Крепости Баньюэ завершено. Уведите Сяо Пэя, он скоро отправится в ссылку. Пэй Мин добавил: – Но раны на теле этой оболочки действительно нанесены Эмином. – Да, – подтвердил Цзюнь У. – И это уже другой вопрос. – Прошу вас провести тщательное разбирательство, – попросил Пэй Мин. – Разбирательством займусь лично, – ответил Цзюнь У. – Не стоит об этом беспокоиться. Сегодня вы можете идти. Сяньлэ, останься.       Судя по всему, Цзюнь У хотел лично допросить Се Ляня. Остальные небожители склонили головы в знак согласия: – Слушаемся.       Собрание закончилось, и небожители начали расходиться небольшими группами. Фэн Синь, проходя мимо, взглянул на принца, словно хотел что-то сказать, но передумал. Се Лянь слегка улыбнулся ему, но тот лишь замер и поспешно ушёл. Му Цин же даже не удостоил принца взглядом, демонстративно прошествовав мимо.       Небожитель в белом, с широкой улыбкой, направился к принцу, но его перехватил Пэй Мин, только что проигравший спор. Сжимая рукоять меча и потирая нос, он раздраженно произнёс: – Цинсюань, не вмешивайся, хотя бы из уважения к своему брату. Улыбка исчезла с лица небожителя в белом: – Генерал Пэй, не пытайтесь давить на меня. Я его не боюсь. – Ты… – Пэй Мин с трудом сдерживал гнев. – Ты окончательно погубил Сяо Пэя. Его отправляют в ссылку на двести лет. – Это дело рук самого Сяо Пэя, я ни при чём! – резко возразил собеседник и поспешно выбежал из дворца.       Се Лянь опасался, что Пэй Мин теперь будет приставать к нему с упрёками, но тот, не сказав ни слова, последовал за ним.       Во дворце остались лишь Цзюнь У на троне, Се Лянь у трона и наследный принц Лан Цяньцю. Се Лянь удивился, что принц остался, но, подойдя ближе, увидел, что тот стоит с закрытыми глазами, погрузившись в сон. Се Лянь осторожно похлопал его по плечу: – Ваше Высочество, Ваше Высочество? Лан Цяньцю мгновенно проснулся: – Что случилось?! – Ничего, собрание закончилось, – ответил Се Лянь. – Уже всё закончилось? О чём шла речь? Я что, всё пропустил? – растерянно спросил принц. – Пропустили и ладно, ничего особенного. Идите же, – ответил Се Лянь. –О! – лишь и сказал Лан Цяньцю и ушёл. На пороге он обернулся, лучезарно улыбнулся принцу и поблагодарил: – Спасибо, что разбудили меня.       Се Лянь, добродушно улыбнувшись, помахал ему рукой. Он медленно повернулся к Цзюнь У, который уже спустился с трона и, заведя руки за спину, направился к нему. – Собиратель цветов под кровавым дождём, ятаган Эмин, – произнёс Цзюнь У.       Се Лянь, словно пойманный, вытянулся в струнку. – Так что же… всё это значит? – спросил Цзюнь У. Се Лянь промолчал. Цзюнь У, пристально глядя на него, спросил: – Значит, ты признаёшь свою вину? – Признаю, – ответил Се Лянь. – В чём же твоя ошибка? – спросил Цзюнь У. Се Лянь, опустившись на колени, с улыбкой попытался разрядить обстановку: – Разве не всегда уместно встать на колени перед Императором? Цзюнь У приподнял бровь, оценивая его дерзость. Се Лянь тут же добавил: – Император, не наказывай улыбающегося. Цзюнь У беспомощно произнёс: – С каждым днём твоё лицо становится всё толще.