Страницы внутри любви

Вот вторая глава, продолжающая эту историю.🎀

*****

Глава 2: Письмо из прошлого Гонка закончилась так, как и должна была закончиться гонка, в которой участвовала Зора. Она финишировала первой, опередив Блуи на полкорпуса, а Ксандер пришёл третьим, пропустив вперёд ещё и Ринго, который на последнем круге провернул какой-то немыслимый трюк с участием обоих своих Скричеров. — Ну что, любители тишины? — Ринго спрыгнул с Хэллшторма, сияя шире любого прожектора. — Кто говорил, что отдыхать надо? — Ты просто хотел похвастаться, — фыркнул Лерой, который всё ещё вытряхивал строительный мусор из волос после падения в яму. — И где был твой гениальный трюк на первом круге? — Я разогревался, — отмахнулся Ринго. Зора спешилась со Стар Вингс и легко потрепала её по шее. Скричер довольно засветился, складывая крылья. Ксандер подошёл ближе, Геллер семенил следом, изображая оскорблённое достоинство — третье место было не в его планах. — Хорошая гонка, — сказал Ксандер, останавливаясь рядом с Зорой. — Ты была... быстра. — Я всегда быстра, — Зора бросила на него короткий взгляд, и в уголках её губ снова появилась та едва заметная улыбка. — Ты отвлёкся на втором круге. Геллер чуть не вписался в стену. — Я не отвлекался, — соврал Ксандер, прекрасно помня, как смотрел на то, как Зора проходит поворот, и на долю секунды потерял контроль. — Отвлекался, — настаивала Зора. — Но в следующий раз не отвлекайся. Я хочу честной гонки. — В следующий раз я выиграю, — пообещал Ксандер. Зора наконец повернулась к нему, и в свете неоновых маркеров её глаза казались чёрными озёрами, в которых отражались звёзды. — Посмотрим, — сказала она тихо. Ксандер почувствовал, как сердце пропустило удар. Он открыл рот, чтобы сказать что-то ещё — умное, остроумное, может быть, даже смелое, — но в этот момент сзади раздался голос Сэма: — Зора, тебе пришло письмо. Все обернулись. Сэм стоял у входа на базу, в руках — обычный бумажный конверт. Для мира, где Скричеры летают быстрее звука, бумажная почта была анахронизмом, но иногда кто-то всё же пользовался старым способом. Может быть, потому, что так было надёжнее. Или потому, что электронные сообщения казались слишком холодными. Зора мгновенно изменилась. Улыбка исчезла, плечи напряглись. Она подошла к Сэму и взяла конверт, даже не взглянув на обратный адрес. — Спасибо, — сказала она ровным голосом и, развернувшись, направилась вглубь базы, не сказав ни слова ни Ксандеру, ни остальным. — Что это с ней? — спросил Блуи, провожая её взглядом. Никто не ответил. Ксандер смотрел вслед Зоре, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Он знал этот её взгляд — отстранённый, стеклянный. Так она смотрела только когда что-то её по-настоящему задевало. — Эй, — Ринго подошёл и легонько толкнул брата плечом. — Может, она просто устала. — Может быть, — ответил Ксандер, но сам не поверил своим словам. --- Зора поднялась на крышу базы — туда, где они с Ксандером сидели перед гонкой. Теперь здесь было пусто, только ветер гулял между старыми антеннами да где-то вдалеке сверкали огни города. Она села на край, положив конверт на колени. Стар Вингс, уменьшившись до размеров небольшой птицы, устроилась на её плече, тихонько посвечивая. Зора смотрела на конверт и не могла заставить себя его открыть. Она узнала почерк на обратной стороне — аккуратный, с наклоном, буква «а» с завитушкой. Мамин почерк. Тот самый, которым когда-то подписывали школьные тетради, писали записки с напоминаниями поесть и не забыть шарф. Тот самый, который потом стал редкостью. Рука дрогнула, но Зора всё же разорвала конверт. Внутри оказался листок бумаги, сложенный втрое, и маленькая фотография. На фотографии она сама — лет пяти или шести, с растрёпанными волосами и серьёзным лицом, сидит на какой-то деревянной лошадке. На обороте подпись: «Моей сильной девочке». Зора зажмурилась, прогоняя предательскую влагу в глазах, и развернула письмо. «Дорогая Зора, пишу тебе, потому что телефонные разговоры — это не про нас. Я знаю, что ты выросла, стала сильной. Я следила за новостями, знаю про ту битву, про Мистера Рубина. Ты была храброй. Как я и знала. Я много лет назад приняла решение, которое не могу оправдать. Я уехала, потому что думала, что так будет лучше для тебя — чтобы ты не тащилась за мной, чтобы у тебя была своя жизнь, своя дорога. Наверное, я ошибалась. Но я хочу это исправить. Я приеду в город через несколько дней. Я не прошу тебя меня прощать. Я просто хочу увидеть тебя. Хотя бы раз. Если ты не захочешь меня видеть — я пойму. Но я буду ждать в кафе на набережной в субботу в три часа. Твоя мама, Кэтрин». Зора перечитала письмо три раза. Голос внутри шептал: «Она снова уедет. Она всегда уезжает». Другой голос, тихий и усталый, просил: «А вдруг в этот раз всё будет иначе?» Стар Вингс тихонько клюнула её за ухо, привлекая внимание, и засветилась теплее — так Скричер умел успокаивать, когда чувствовал, что хозяйке больно. — Всё в порядке, — прошептала Зора, хотя это было неправдой. --- Ксандер не мог уснуть. Он лежал на своей койке в общей комнате, слушая, как Ринго сопит на соседней кровати, а Геллер тихонько гудит в углу, перезаряжаясь после гонки. Грифон спал на улице, свернувшись на крыше — его крупное тело иногда заслоняло луну, отбрасывая тень в окно. Мысли не шли из головы. Взгляд Зоры, когда она взяла конверт. Как она ушла, даже не попрощавшись. Что могло быть в том письме? От кого? Он встал, накинул куртку и вышел. Ночь была прохладной, луна висела высоко, заливая базу серебристым светом. Ксандер поднялся на крышу — и замер. Зора сидела на том же месте, обхватив колени руками. Стар Вингс спала у неё на плече, тихонько посвечивая в такт дыханию. Рядом на бетоне лежал смятый конверт. — Зора? — тихо позвал Ксандер. Она не обернулась, но плечи чуть заметно напряглись. — Не спится? — спросила она, голос звучал ровно, но в нём чувствовалась усталость. — Мог бы спросить тебя о том же, — Ксандер подошёл и сел рядом, оставляя немного пространства между ними. — Всё в порядке? — Всё нормально. — Зора. Она повернула голову и посмотрела на него. В лунном свете её глаза блестели — то ли отражение луны, то ли непролитые слёзы. — Это от мамы, — сказала она вдруг, кивнув на конверт. — Она приезжает. Ксандер помолчал, подбирая слова. — Это... плохо? — Не знаю, — Зора отвела взгляд. — Она уехала, когда мне было семь. Сказала, что так будет лучше. И вот теперь, спустя столько лет, она вдруг решила, что хочет меня увидеть. — А ты хочешь? Вопрос повис в воздухе. Зора долго молчала, теребя край рукава. — Я не знаю, — повторила она тихо. — Часть меня хочет ей сказать всё, что накопилось. Другая часть... боится, что если я её увижу, то снова поверю, а она снова уйдёт. Ксандер хотел сказать что-то ободряющее, но понимал, что любые слова сейчас будут пустыми. Вместо этого он просто остался сидеть рядом. — Если хочешь, — начал он осторожно, — я могу пойти с тобой. Когда она приедет. Или просто подождать где-то рядом. Чтобы не одной. Зора посмотрела на него удивлённо. В её глазах мелькнуло что-то — благодарность, удивление, может быть, что-то ещё. — Зачем тебе это? — спросила она тихо. — Потому что... — Ксандер запнулся, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. — Потому что ты не должна быть одна, если тебе тяжело. Мы же команда, да? Зора смотрела на него несколько секунд, а потом уголки её губ чуть заметно дрогнули. — Команда, — повторила она, словно пробуя слово на вкус. — Ладно. Я подумаю. Она встала, подобрала конверт и осторожно разбудила Стар Вингс, которая недовольно засветилась, но послушно перелетела на плечо. — Спасибо, Ксандер, — сказала Зора, проходя мимо. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи. Она остановилась у выхода с крыши, обернулась. Луна подсвечивала её фигуру, делая похожей на видение. — Знаешь, — сказала она негромко, — я рада, что ты пришёл. Сегодня. И ушла, оставив Ксандера одного под звёздами. Он смотрел ей вслед, чувствуя, как в груди разливается что-то тёплое и щемящее одновременно. — Справится, — прошептал он, обращаясь то ли к себе, то ли к Геллеру, который выполз на крышу и теперь сидел рядом, сонно щурясь. — Она справится. Геллер фыркнул, придвинулся ближе и ткнулся мордой в плечо хозяина. «Ты тоже справишься», — словно говорил его взгляд. «Просто будь рядом». Ксандер взъерошил броню на голове Скричера и посмотрел на звёзды. Суббота. В субботу приедет мать Зоры. И он будет рядом — если она позволит. А пока нужно просто ждать. Но ждать, как выяснилось, было почти так же трудно, как говорить о чувствах. Конец второй главы. 🤍