Формула нежности

Вечер того дня прошел в суматошной, но удивительно приятной спешке. Андрей, как опытный «глава семьи», взял на себя роль гида по местным магазинам. Они прошлись по небольшим улочкам, заглядывая в продуктовый, хозяйственный и даже детский магазинчик, который, как оказалось, был неподалеку. Андрей уверенно выбирал самые свежие овощи и фрукты, не забывая про молоко и йогурт для Гвэн. Саша, всё ещё немного потерянный, больше ориентировался на его советы, но брал на себя ответственность за выбор круп, хлеба и, конечно, чего-то сладкого - пары шоколадок и пакета с печеньем, которые, как он решил, должны были поднять настроение. Они купили пачку подгузников, детское молочко, несколько бутылочек ( Андрей сказал, что новые лучше, чем эти, но для начала сойдут), новое покрывало для манежа Гвэн, пару самых простых детских вещей - на всякий случай. Саша с удивлением обнаружил, что даже такая обыденная задача, как покупка продуктов, может приносить удовлетворение, когда делаешь это не из-под палки, а по собственной воле, для себя и для дочери. * 6:30 утра. Город ещё спал, окутанный остатками ночной прохлады. Саша, уже одетый в домашние штаны и футболку, сидел за маленьким столиком в гостиной. Комната была залита мягким, рассеянным светом, пробивающимся сквозь плотные шторы. Гвэн мирно сопела в своей кроватке, а Андрей, должно быть, всё ещё видел сны в своей комнате. Перед Сашей лежал небольшой новый дневник - подарок от одной из учениц на конец учебного года, теперь он казался ему как нельзя кстати. Он взял ручку и начал писать, стараясь запечатлеть произошедшее за эти два дня "4 ноября" «Наконец-то я могу писать. Сегодня первый день… как будто заново родился. Позавчерашний побег, ночной разговор с Андреем на балконе… Всё это кажется нереальным. Тэтта. Родители. Дом, который был моей клеткой. Я их оставил. Навсегда? Надеюсь. Страшно, конечно. Дико страшно. Но впервые за много лет я не чувствую себя пустым местом. Андрей… он такой разный. Он и заботливый, и смешной, и такой… настоящий. Как будто я его знаю целую вечность. Гвэн спит. Она настоящая. Моя. Кажется, это главное. Завтра будет новый день, новые вопросы, но сегодня… сегодня я просто дышу. И это уже очень много. Мне незачем расписывать как можно сильнее мои мысли, мне важно описать всё то, что я чувствую сейчас и.. впрочем, это всё.» Спустя двадцать минут, в 6:50, Саша, словно по расписанию, тихонько встал. Он поцеловал спящую Гвэн в макушку и отправился в ванную. Скрипучий пол выдавал его шаги, но, казалось, никто не слышал. Короткий, но бодрящий душ смыл остатки ночной тревоги. Саша привел волосы в порядок, собрав их в небрежный хвост, и, поправив футболку, направился на кухню. С кухни уже доносился аромат свежесваренного кофе и чего-то аппетитно поджаривающегося. Саша уверенно зашел и начал что-то готовить. На плите шкворчали овсяные хлопья, а в духовке подрумянивались цельнозерновые тосты. Андрей, услышав шум на кухне, начал просыпаться. Его глаза расширились от удивления и он тихонько зашёл на кухню. Андрей, стоявший в дверном проёме, выглядел совершенно иначе, чем вчера. Волосы были слегка растрепаны, на лице не было той усталости, а в движениях появилась какая-то новая, уверенная плавность, будто он начал чувствовать себя рядом с Сашей все лучше и лучше, особенно после признания вечером. -Доброе утро, -сказал Андрей, и его голос прозвучал мягче обычного, в нем читалось удивление и какая-то особая теплота. -Ты уже встал? И… что это за чудесный аромат? Гречин чуть смущенно улыбнулся, проходя к плите. -Доброе. Да, Гвэн разбудила в пять утра, но я её уже уложил обратно, после не смог уснуть.. А это… овсянка на молоке с ягодами и тосты. Хотел попробовать сделать что-нибудь полезное. Ты же у нас… просвещенный в плане ЗОЖа. При чем настолько, что куришь. Андрей подошел ближе, внимательно разглядывая Сашу. - Ты выглядишь… потрясающе. Не ожидал тебя увидеть в шесть пятьдесят утра в эпицентре кухонной суеты. И, честно говоря, Саша, ты меня удивляешь всё больше и больше. Он сделал шаг навстречу, его взгляд стал более серьезным. - Мы вчера так много говорили, а потом ты замолчал. Я понимаю, что ты всё ещё пытаешься разобраться во всём, но… ты не чувствуешь, что между нами есть что-то большее, чем просто забота о ребенке? Я не давлю, просто… хочу знать, что ты об этом думаешь. - Мм.. - Фиксай слегка задумался, его выражение лица изменилось. - Знаешь, я думаю, что ты не особо меня вчера понял и я тебя, наверное.. ты же.. признался мне в любви да? - Саша отвел взгляд от плиты и посмотрел на Андрея. -А, да, все верно. Обычно со словами "луна сегодня красивая" люди так признаются в чувствах. - Андрей облокатился о столешницу и продолжал смотреть на Александра. - Просто.. я вроде как понял, а вроде как и нет твою фразу с "закат красивее". Неужели ты всё ещё любишь Фиксетту? - Хах.. - Фиксай слегка посмеялся и снова начал помешивать кашу. - нет, конечно нет. Я её никогда и не любил. - задумчиво говорил тот. - Я хотел сказать вчера то, что я не совсем готов к отношениям после всего, что произошло. Ну и, как я говорил, мне бы самому разобраться в своей ориентации. -Да, точно. Это я помню. - Андрей начал смотреть в пол. Он понял, что сейчас готов говорить Фиксаю все что хочет из-за чёртовой влюблённости. - но, знаешь, я просто тогда хотел сказать тебе свои чувства. Я не хотел тебя как-то просить со мной встречаться или что-то такое.. мне просто, почему-то, важно, чтобы ты знал о моих чувствах. - Он сказал это и снова взглянул на сашу, что уже пристально смотрел на Андрея. Саша покраснел. У зеленоглазого, словно, сбилось дыхание, смотря на папашу. Казалось бы, ещё несколько месяцев назад Саша скрывал свое имя, а тут он уже живёт с ним. Андрею было, конечно, жалко, что они не последовали плану, но, ему казалось, что лучше уж так, чем Фиксай бы терпел. Андрей ещё пару секунд посмотрел на Сашу, а после подошёл к нему поближе. - Ой.. - Парня начали смущать действия Андрея и он повернулся на него, вцепившись руками в столешницу. Они слегка сдвинулись от плиты, чтобы не напортачить. - ты меня смущаешь.. - Фиксай отвёл взгляд, начиная смотреть в пол. Андрея это никак не смутило, он приятно улыбнулся и вцепился в голубоглазово, обвивая его талию руками. От фиксая послышался лёгких вздох от неожиданности. Андрей притянул его к себе уверенно, но бережно, словно боясь спугнуть этот хрупкий момент откровения. Саша на секунду замер, его пальцы всё ещё судорожно сжимали край столешницы, но тепло, исходившее от Андрея, подействовало лучше любых успокоительных. Он медленно выдохнул, чувствуя, как уходит напряжение, и его руки сами собой поднялись, обвивая шею Андрея в ответном жесте. Фиксай чувствовал тяжёлое дыхание в шею, что заставляло смущаться и постепенно подходить возбуждению. Саша прикрыл глаза и полностью расслабился, начиная прижиматься к Андрею всё сильнее. Тот, в свою очередь, начал легонько бегать руками по телу Александра, когда тот прижимался и, конечно, начинал обнимать крепче. -"может у меня и правда есть какие-то романтические чувства к нему?" - задумался Саша, смотря в пол, пока они всё так же крепко обнимались. - "он приятно пахнет.. орехами и чем-то лесным. А его дыхание в шею заставляет меня смущаться все сильнее." - Он не отрицал свои чувства, пока проговорил их в своих мыслях. Саша всё говорил и говорил у себя в голове, ровно до того момента пока не почувствовал лёгкое прикосновение губ к его шее, что заставило его сильно удивиться. Андрей чуть прикрыл глаза, поддаваясь порыву, и коснулся губами чувствительной кожи на шее Саши, чуть ниже уха. Это было мимолетное, почти невесомое прикосновение, напоминающее касание крыла бабочки или мягкое таяние снежинки. Губы Андрея были теплыми и сухими. Он не спешил, позволяя Саше прочувствовать этот жест. От этого легкого давления по телу Саши пробежала волна мурашек, которая заставила его невольно вздрогнуть и еще сильнее вжаться в тело Андрея. Фиксай почувствовал, как внутри всё сладко замерло. Это не было пугающим; наоборот, поцелуй ощущался как самое правильное завершение их разговора. Мягкое тепло от губ Андрея словно разлилось по венам, вытесняя остатки тревоги и смущения. В этот момент Саша услышал лишь тихий, довольный выдох Андрея прямо ему в кожу. Запах его парфюма смешался с домашним ароматом каши, создавая ощущение абсолютного уюта и «правильности» происходящего. Андрей отстранился всего на миллиметр, но не убрал лица, продолжая согревать шею Саши своим дыханием. Это было безмолвное обещание: он не перейдет черту, пока Саша сам этого не захочет, но и скрывать своего обожания больше не намерен. Саша почувствовал, как его колени на мгновение стали ватными, а сердце пустилось вскачь, отбивая чечетку о ребра. Голубоглазый замер, когда ощущал мягкое тепло чужих губ на своей коже. На мгновение его мысли, до этого мчавшиеся бесконечным потоком, просто оборвались, оставив после себя звенящую, но удивительно приятную тишину. Это было так неожиданно, что он невольно задержал дыхание, прислушиваясь к новому ощущению. Вместо того чтобы отпрянуть, Саша, вопреки собственному удивлению, лишь сильнее расслабился в руках Андрея, чувствуя себя абсолютно поверженным. Внутри не возникло ни капли протеста или неприязни - только странное, тягучее чувство принятия, которое окончательно вытеснило страх. -Ох… -едва слышно выдохнул он, медленно отстраняясь от плеча Андрея, чтобы взглянуть ему в глаза. - Ты… ты действительно умеешь удивлять, Андрей. Его голос звучал немного хрипло, но спокойно. Взгляд Саши, всё ещё слегка затуманенный от смущения, встретился со взглядом Андрея. Почувствовав этот безмолвный отклик, Андрей послушно ослабил хватку. Он перестал тесно прижимать Сашу к себе, давая ему больше пространства, но рук не убрал - они соскользнули с талии и теперь лишь легко, почти невесомо покоились на его боках, сохраняя ту самую хрупкую связь.Андрей смотрел на него открыто и нежно, ожидая какой-то более ясной реакции, и Саша, вопреки своей привычке закрываться, лишь слабо и немного растерянно улыбнулся в ответ, подтверждая: всё в порядке. Ему не противно. Ему, кажется, это даже было нужно. Саша поднял взгляд, и на его лице расцвела та самая редкая, искренняя улыбка, в которой смущение мешалось с внезапно нахлынувшим облегчением. В глазах заплясали живые искорки радости, словно тяжелый груз, который он нес в одиночку, наконец упал с его плеч. - Видимо, судьба сама решила всё за нас..- негромко, почти интимно произнес он, и в его голосе больше не было сомнений. Он медленно поднял руки и коснулся лица Андрея. Кожа под его пальцами была теплой, чуть шершавой от легкой щетины. Саша нежно провел большими пальцами по скулам Гречина, словно очерчивая их контур, и это прикосновение было наполнено такой заботой, какую он долго боялся проявлять. Андрей замер, ловя каждое движение, а затем они одновременно, ведомые общим притяжением, подались вперед. Поцелуй начался робко и осторожно. Это было мягкое соприкосновение губ, вопрос и ответ одновременно. В нем не было напора - только бесконечная нежность и узнавание друг друга в новом качестве. Постепенно он стал глубже и увереннее. Саша чуть сильнее прижал ладони к щекам Андрея, притягивая его ближе, а тот в ответ коротким движением снова сократил расстояние между их телами до минимума. Это было похоже на глубокий вдох после долгого пребывания под водой - жадное, но в то же время осознанное наслаждение моментом. Для обоих мир вокруг окончательно перестал существовать. Вкус этого поцелуя казался Саше чем-то средним между предрассветным спокойствием и сладким волнением. Это было подтверждение того, что слова больше не нужны - всё важное уже было сказано этим жестом. Когда они на секунду отстранились, чтобы глотнуть воздуха, их лбы всё еще соприкасались, а дыхание было общим, горячим и сбивчивым. Оба тяжело дышали и понимали, что сейчас отстраняться друг от друга они, явно, не захотят. Андрей слегка посмеялся, а после сказал - хах, Мистер Кингсли, а вы полны сюрпризов.. - от такой ласковой фразы, пропитанной небольшой подколкой. От этой ласковой фразы, пропитанной доброй иронией и теплом, сердце Саши совершило кульбит и пустилось в безумный пляс, гулко отдаваясь в самых кончиках пальцев. Кровь мгновенно прилила к лицу, и Фиксай покраснел так густо, что, казалось, этот жар можно было почувствовать физически.Он попытался состроить строгое лицо, но предательски дрожащие губы и блеск в глазах выдавали его с головой. -Не нужно меня подкалывать...- буркнул он, стараясь придать голосу напускное недовольство, которое тут же разбилось о его собственную нежность. Саша не выдержал этой игры. Внутри него словно лопнула натянутая струна, высвобождая всё то, что он так долго подавлял. Он резко подался вперед, сокращая те жалкие миллиметры, что их разделяли, и вовлек Андрея в новый поцелуй - на этот раз совершенно иной. Это больше не было осторожным исследованием. Поцелуй стал требовательным, почти жадным. Саша вложил в него всё свое накопившееся напряжение и внезапную решимость. Их губы сплелись в тесном, горячем контакте, лишая обоих возможности нормально дышать. Когда их языки впервые встретились, по телу обоих прошла дрожь. Это было глубокое, влажное и невероятно интимное прикосновение, которое заставило Андрея тихо, утробно застонать прямо Саше в губы. Саша же в ответ лишь сильнее вцепился в плечи Гречина, сминая ткань его одежды, словно пытаясь слиться с ним воедино. В этом поцелуе было всё: и признание, и долгие месяцы недосказанности, и внезапно открывшаяся правда. Они словно пробовали друг друга на вкус, не в силах остановиться. Весь окружающий мир - остывающая каша на плите, шум улицы за окном - перестал существовать. Остался только этот сумасшедший ритм сердец и жар, который, казалось, мог расплавить всё вокруг. Когда потребность в кислороде стала критической, они неохотно отстранились друг от друга, но лишь на пару сантиметров. Нити слюны блеснули в свете кухонных ламп, а их губы, припухшие и раскрасневшиеся, всё еще находились в опасной близости. - Получил ответ? -прерывисто выдохнул Саша, глядя на Андрея затуманенным, но совершенно счастливым взглядом. - Пхах.. - Андрей был полностью ашарашен, криво улыбался, весь красный, игривый. Этим поцелуем Фиксай словно приковал Гречина к себе или же, словно приручил как щеночка. Андрей все так же легонько дрожал. Он перестал обнимать Александра и облакотил руки о столешницу, пока Саша всё так же обнимал зеленоглазого. - Блять.. - все так же посмеиваясь, сматерился вслух Андрей- у меня так скоро встанет.. - Парень отвел взгляд, начиная постепенно смущаться. У Фиксая постепенно начала пропадать эйфория и приходил свежий разум, понимание того, что они сейчас делали, но он решил только отшутиться. - фу, как не стыдно материться. - что заставило Андрея понять - "он точно мой.."