Eternity

Двери открылись. Вышел хирург в промокшей от пота форме. Все шестеро мемберов вскочили — кто-то на костылях, кто-то пошатываясь от слабости. — Пак Чимин в реанимации, — начал врач. — Он потерял много крови. Нам пришлось делать переливание прямо на операционном столе. — Он будет... петь? — голос Чонгука дрожал так сильно, что его едва было слышно. Врач тяжело вздохнул и отвел взгляд. — Осколок прошел через гортань, практически уничтожив левую голосовую связку и серьезно повредив правую. Мы восстановили ткани, чтобы он мог дышать и глотать. Но... — он сделал паузу. — Голос — это тонкий инструмент. У него больше нет этого инструмента. Пак Чимин останется немым на неопределенный срок. И, скорее всего, он никогда больше не сможет издать звук громче шепота. Юнги почувствовал, как внутри него что-то с грохотом обрушилось. Он посмотрел на Намджуна, на плачущего Тэхёна, на застывшего Джина. Это была тишина. Та самая тишина, которая теперь станет их восьмым мембером.