Нью-Йоркский папоротник

      Вечерний Нью-Йорк вовсю мигал огнями. Прошедший сегодня днём дождь слегка прибил весеннюю пыль, и небоскрёбы, мерно проплывающие за окнами машины, казались чётче, чем обычно.       Я хотела спать. Держала руль бездумно, слушаясь дорожных знаков скорее по привычке, чем действительно осознавая, что они означают. На сегодня оставалось лишь одно поручение – и затем несколько часов перерыва на скудный ужин, душ и жалкие попытки выспаться. Работа у меня была, откровенно говоря, омерзительная, но лишь она кое-как держала на плаву, особенно учитывая чёртову аренду, которую наверняка поднимут со следующего квартала…       Кинув взгляд на злополучную папку с документами, небрежно брошенную на пассажирское сидение старенького «форда», я чертыхнулась и притормозила, чисто на инстинктах осознавая, что не успеваю проскочить светофор. Джаред, мой непосредственный начальник, настоял на том, чтобы эти бумаги были переданы его партнёру лично и, причём, непременно сегодня. К чему такая спешка, мне знать было не положено. Кто я, в конце концов, такая? Не бизнес-леди, не бухгалтер и даже не какой-то там менеджер. Никто. Даже секретарши и те, наверняка, получают оклад больше, сидя при этом в офисе и подавая кофе…       Эта странная должность, у которой даже названия не имелось, была единственным «наследством» от матери. Прежде чем исчезнуть из моей жизни, в очередной раз «удачно выйдя замуж», родительница представила двадцатилетнюю меня импозантному мужчине в костюме, назвав своей «заменой», и дело было сделано. И вот я уже три с лишним года убеждаю себя, что за эту работу надо держаться хотя бы ради сентиментальной ценности. Хотя, правда гораздо более тривиальна: у меня просто нет финансовой подушки, позволившей бы взять перерыв хотя бы на пару месяцев хождения по собеседованиям...       Да и не возьмут меня с такими-то данными. Университет так и не окончила, особых успехов нигде не имела, рекомендаций мне никто не даст… Но самое главное даже не это. Несмотря на то, что из каждого телеящика день и ночь кричат о равноправии и толерантности, я же вижу, как на меня смотрят… Словно сам факт моего существования – преступление.       Честно говоря, словами не передать, как это бесит. Я такая же гражданка США, как и остальные! Разве есть моя вина в том, что двадцать четыре года назад заядлая тусовщица Луиза Тёрнер на последние деньги поехала на Коачеллу и там встретила некого Пак Лихёна, показавшегося ей «тем самым»?       Безумная любовь продлилась три дня. После окончания тусовки, южнокорейский «принц» улетел обратно за море, а бедняжка Луиза через пару месяцев удосужилась обратить внимание на задержку…       Иногда я думаю, что сделай она аборт, было бы лучше. Но меня спасли банальная невнимательность и тотальный пофигизм: когда мать дошла, наконец, до клиники, было уже поздно, и по законодательству Нью-Йорка меня было положено выносить и родить. На поездку в более лояльный к прерыванию беременности штат денег не нашлось, а посему вот она я, Софи Пак, стою на светофоре, небрежно считая секунды. Сейчас, ещё пара перекрёстков, отдам документы – и домой.       Через несколько сотен метров навигатор тихо пиликнул, возвещая о необходимости поворота, и я привычно дёрнула рычажок, перестраиваясь вправо. Вроде и знаю Манхэттен относительно неплохо, всё равно лучше перестраховаться.       Нужная улица оказалась вся заставлена машинами, и я тихо чертыхнулась, снижая скорость и отчаянно сканируя местность на предмет хоть какого-то варианта. Пришлось проехать мимо нужного здания дважды, прежде чем едкое осознание провала заставило в злобе сжать пальцы на руле.        − Серьёзно, блин?! – прошипела, чисто по инерции заходя на ещё один круг по злополучной улице. – Что ж вам всем тут как мёдом намазано? Ну свалите, хоть кто-нибудь!       Мольба оказалась тщетной: все автомобили явно были пусты, а их владельцы, судя по всему, наслаждались фуршетом в каком-нибудь конференц-зале… Блин! До ближайшей парковки несколько сотен метров, так неохота идти…        − Так, первые пять минут считаются остановкой, а не парковкой, − прошептала я, аккуратно заезжая «фордом» за запрещающий знак. К моему счастью, неподалёку было дерево, чуть загораживающее фонарь, а потому правонарушение не так сильно бросалось в глаза. Если управиться быстро, то никто ничего не заметит…       С этими мыслями я схватила папку и поспешила внутрь, на ходу вспоминая номер офиса и фамилию «большого начальника», ожидавшего ценные бумаги. Ну точнее как, ожидавшего… только в фантазиях Джареда, судя по всему.       В кабинете искомого мистера Хэнкса не оказалось, равно как и его секретарши. Пришлось изрядно побегать и даже вспотеть, разыскивая в этом бизнес-центре хоть кого-то, кто мог бы помочь. Когда босс, явно недовольный тем, что его наслаждение фуршетом прервали, наконец, удостоил меня вниманием и бегло просмотрел документы, губы его искривились в ухмылке, выражавшей презрение если не ко всему роду человеческому, то однозначно ко мне лично.        − Девушка, Вы что, факсом не умеете пользоваться? – произнёс он так уничижительно, как будто я была молью на шерстяном воротнике его пиджака, а не гражданкой США с такими же, как у него, правами.        − Конечно, умею! – не смогла удержать оскорблённого достоинства в голосе. – Просто мистер Джаред Хеннес, мой начальник поручил отдать Вам сегодня и в руки…        − Мне это безразлично! – Хэнкс повысил голос неожиданно резко, заставив вздрогнуть. – Вы меня выдернули с важной встречи! Ради каких-то там деклараций, на которые я раньше понедельника и не взгляну! Какого чёрта вообще!..       Дальше я не слушала. Слова слились в неразборчивый гул, а все мысли были только о том, как бы не расплакаться прямо здесь, перед этим зазнавшимся богатеем. Бесполезно требовать от него уважения… Ведь в его глазах я очередная иммигрантка, пытающаяся здесь «зацепиться», врасти корнями, получить вид на жительство и украсть «их американское благосостояние». Ха!       Как вышла из кабинета – не запомнила. Вниз брела лениво и бездумно, утешая себя осознанием того, что задача так или иначе выполнена, и горячий душ с ужином и постелью стали на шаг ближе. Ох, знай я, что ещё готовит мне судьба этим вечером…       Сине-алые отблески огней полицейской машины вначале даже не привлекли внимания. Мало ли, что там у кого случилось. Я законопослушная гражданка, ничего не наруша…        − Нет! Нет-нет-нет! – ужасающее осознание накрыло ледяной волной мгновение спустя. – Блин, только не это!       Сорвавшись с места, я бросилась через, к счастью, пустую улицу, готовая на коленях умолять стражей порядка ограничиться предупреждением, но уже на полпути осознала, что опоздала: эвакуатор, несущий на себе мою «бусинку» уже тронулся, и вскоре скрылся за углом, забирая с собой тепло и надежду быстро оказаться дома.        − Офицер, это какая-то ошибка! – подскочила к тому из них, что стоял ближе. – Я отлучилась всего на пять минут, занести документы… э-э… моему бизнес-партнёру! Здесь знак, запрещающий парковку, а не остановку, так что…        − Время Вашего отсутствия, мисс, составило более двадцати трёх минут, − полицейский отозвался, как мне показалось, до неприличия ехидно. – По крайней мере, столько мы с напарником уже стоим тут, ожидая Вас, чтобы вручить штраф.        − Так и оставили бы его на лобовом! Зачем было эвакуировать?! – нервы уже откровенно сдавали, а слёзы готовы были сорваться с ресниц. – Сами вон уже двадцать три минуты стоите в неположенном месте…        − Я при исполнении, мисс Софи Пак, − офицер вдруг нахально ухмыльнулся, сверкнув тёмными глазами. – А Вы – нет. Так что будьте осторожны. Я же могу ещё что-нибудь выписать! Например, оскорбление стража порядка…        − Откуда… откуда Вам известно моё имя? – похолодела, тщетно пытаясь скрыть нервозность. – Не помню, чтобы показывала документы.        − Ну, мне же нужно было знать, на кого выписывать штраф, − парень хохотнул, явно забавляясь, − так что пробил по базе номер машины. Ловкость рук и никакого мошенничества. А насчёт документов, хорошая идея! Предъявите их, пожалуйста!        − Вы издеваетесь?! – не удержала вскрика, но тем не менее быстро полезла в сумочку за правами. Хвала всем богам, что я никогда не оставляю их в машине… Страшно подумать, что предпринял бы этот тип, не окажись у меня удостоверения личности. Учитывая его придирчивость, точно повёз бы в участок!       Получив пластиковую карту, чересчур бравый служитель закона чуть отвернулся, вглядываясь в неё при свете уличного фонаря, а я в это время неосознанно сделала шаг назад, рассматривая уже его самого.       Вроде ничего особенного, высокий, подтянутый и спортивный, впрочем, как и все полицейские. Молодой, скорее всего не старше тридцати, а возможно, и недавний выпускник академии, дорвавшийся до патрулирования… Чуть островатые черты лица, сосредоточенный взгляд тёмных глаз, в вечернем свете кажущихся практически чёрными. Он мог бы выглядеть серьёзным и строгим, но всё же было что-то озорное в чуть подрагивающих ухмылкой уголках губ, в не прикрытом фуражкой ёжике чёрных волос, в голосе, так и сквозящем ехидцей…       На мгновение я даже засомневалась, а настоящий ли это вообще коп, но попросить документы не успела: пластиковая карта была возвращена мне прямо в руки, а парень хитро улыбнулся, разворачиваясь к своей машине.        − Хорошего Вам вечера, мисс Пак, впредь паркуйтесь правильно , − бросил он, словно забавляясь, и это стало финальной каплей прорвавшей плотину: слёзы хлынули неконтролируемой волной, и я присела на корточки, закрывая лицо руками и борясь с эмоциями.       Ну вот за что мне это всё? Почему чёртов Джаред не мог отправить эту дурацкую пачку никому не нужных бумаг факсом или электронной почтой?! Почему ни одно дьяволово паркоместо не оказалось свободным?! Почему именно здесь и именно сейчас проезжал этот глупый патруль?.. И за что этот напыщенный коп так возненавидел меня лично, что даже не поленился пробить по базе и вызвать эвакуатор?       Хотя, знаю, за что. Фамилия! Вот от чего все мои беды. Пак – значит бедная иммигрантка, воровка рабочих мест, избегающая налогов и охотящаяся за льготами! Такую можно и нужно приструнить, не так ли?       Ненавижу мамину глупую и наивную привязанность к тому, кто волей случая стал моим отцом! Ну вот зачем было давать мне его фамилию?! Сменить её не так-то просто, и кроме того, стоит немалых по моим меркам денег… Но может, будь я Софи Тёрнер или хотя бы Софи Паркер, жизнь была бы полегче?       Чуть придя в себя, я резко оглянулась, тут же холодея от осознания того, что полицейский «додж» всё ещё стоит неподалёку, чуть поблёскивая мигалками. Однозначно наблюдает и наслаждается моими страданиями, придурок!       Чуть приосанившись, я кинула на машину презрительный взгляд и зашагала прочь, на самом деле, плохо соображая, куда направляюсь. Слёзы всё ещё текли по щекам, но главной целью на данный момент было уйти от взгляда полицейского, лазером прожигавшего меня насквозь. Даже не оборачиваясь, я могла это ощущать, хотя уже в следующую секунду убеждала себя, что надумываю. В конце концов, кто я такая, чтобы сам страж порядка Нью-Йорка уделял мне столько внимания… У меня даже должности официальной нет, так что…       Резкий порыв ветра заставил поёжиться и осознать, наконец, реальность. Весна лишь вступает в свои права, вечера ещё холодные, а шарф, впрочем, как и запасной свитер, остался на заднем сидении «форда». Денег на такси у меня нет, а значит, нужно поспешить в метро… Ещё теплится слабая надежда, что поезд пойдёт до тупика в Бэдфорд Парке, но если будет ехать лишь до Гарлема, то оттуда придётся ждать автобус…       Призвав на голову настырного патрульного несколько проклятий, я вытерла слёзы и быстрым шагом направилась к ближайшей станции, тоскуя по собственному автомобилю так сильно, как никогда раньше.       Разумеется, удача мне не улыбнулась: поезд ехал лишь до 145-той улицы, и тёплую относительно безопасную подземку пришлось покинуть, выставляя себя на растерзание весеннему ветру. Чтобы не продрогнуть окончательно, взяла дешёвый кофе в круглосуточном магазине и обречённо зашагала к остановке. До дома отсюда километра четыре. Преодолимо, но очень нежелательно, в конце концов, Гарлем – не самое удачное место для прогулок, особенно в тёмное время суток.       Минуты текли, и вечер постепенно уступал место ночи. Кофе давно закончился, а я всё стояла около столба с номером автобуса, не желая отпускать надежду… Всё-таки, этот день не мог быть хуже. Ещё час пешком на таком ветру однозначно обеспечит мне простуду, а выпросить у Джареда больничный – то ещё испытание. Если пропущу работу, то с неё явно уволят, а это значит… хм, а может оно и к лучшему? Будет сложно, но тогда жизнь точно изменится! Ведь, если задуматься, разве не этого я хочу?       Решительно кивнув, я закуталась в видавшую виды кожанку и сделала несколько шагов вперёд, впрочем, всё же замирая в сомнении. Идти или нет? Если автобус промчится мимо, пока я между остановок, будет очень обидно. Но и стоять здесь, глядя как у местного клуба собираются малолетки и маргиналы, тоже не хотелось.       Осознав, что количество народу около тусовочного места неумолимо увеличивается, я всё же приняла решение и зашагала в сторону дома, привычно абстрагируясь от шума улицы. Уже готова была провалиться в мысли, полностью игнорируя окружающую обстановку, как краем глаза заметила нечто странное на стене одного из домов: круглый след от луча фонаря то появлялся на красновато-буром кирпиче, то исчезал, будто его никогда и не было. Вспышка, затем пауза. Снова вспышка – и опять темнота. То быстро, то медленно… Зачем? Что бы это значило?       Промежуток между этим и рядом стоящим зданием был ничтожно мал, а внизу так и вообще сходил на нет. Окно, если бы оно там и было, выходило бы в глухой кирпич и с улицы оставалось бы абсолютно незаметным. Но оно явно есть, учитывая этот свет!       Живя в Нью-Йорке всю сознательную, да и бессознательную жизнь, я всегда задавалась вопросом к позволявшим подобную планировку района архитекторам: как не сойти с ума в квартире, из которой видишь лишь соседний дом? Наверняка на нижние этажи даже солнечный свет не попадает! Обитатель жилища на втором, похоже, уже свихнулся... Несколько молниеносных вспышек, потом чуть медленнее и снова быстро… Или, может, это ребёнок с фонарём играется? Странно, что так долго… и пугающе равномерно. Короткие рваные отблески, потом, кажется, три более спокойных, и опять стробоскоп…       Нью-Йорк – огромный мегаполис, полный психов и странностей. Выживая здесь, никто всерьёз не обращает внимания на других, пока проблемы не затрагивают его самого. Я всегда была такой же чёрствой и равнодушной по отношению ко всему, что меня напрямую не касалось, но здесь почему-то вмиг ощутила себя неуютно. Это должно что-то значить! Просто обязано!       Знакомый скрип тормозов неожиданно выдернул меня из мыслей. Автобус! Приехал-таки! Сорвавшись с места, я на всех парах понеслась к остановке, от которой, к счастью, не успела отойти далеко. Хоть какая-то удача в этот дурацкий день!       Странный фонарь моментально был забыт: добежать до транспорта сейчас было в разы важнее. Стоило мне с удобством обустроиться на тёплом сидении, измученное холодом тело растеклось в приятном расслаблении. Всё, двадцать минут – и я дома! Оплатить с кредитки штраф, а завтра попросить кого-то из соседей подкинуть до метро… Вернуть себе машину и больше никогда не парковаться не по правилам!       Прикрыв глаза, я приготовилась немного подремать, но поневоле, проезжая мимо тех самых домов, вновь обратила внимание на свет. Успела увидеть лишь пару коротких вспышек и одну длинную, но более не сомневалась, что это явно какой-то сигнал. Но кому? И зачем? «Не думай об этом, Софи, − приказала сама себе, усилием воли пытаясь переключить мысли. – У тебя достаточно своих проблем».       Остаток вечера я провела максимально расслабленно, вознаграждая себя за тяжёлый день. Поела, приняла горячий душ, без которого в моей промозглой мансарде было никак не согреться, сделала маску для лица и волос, оплатила онлайн пресловутый штраф, практически утроившийся из-за услуг эвакуатора… Всё это время изо всех сил гнала от себя воспоминания о таинственных вспышках из окна, но уже укладываясь спать, не выдержала. Судорожно дотянувшись до телефона, вбила в поисковик что-то вроде «значение световых сигналов» и открыла первую же ссылку, надеясь угомонить тревожность каким-нибудь смешным объяснением, но получилось ровно противоположное.       «Передача информации с помощью фонаря – это один из вариантов использования азбуки Морзе, − гласила статья. – Самый распространённый сигнал, передаваемый таким способом – это SOS, который звучит как… три точки, три тире, три точки».       Телефон выпал из внезапно задрожавших рук, заваливаясь за подушку. Короткие вспышки, затем долгие и снова короткие! Значит, там в Гарлеме, в непонятном красно-кирпичном доме кто-то отчаянно просил о помощи, а я сочла это сумасшествием и детской игрой!       Сон сняло как рукой: резко вскочив, я отыскала свой допотопный аппарат и, быстро проверив адрес дома на карте, набрала короткий номер.        − 911, слушаю, что у Вас случилось?        − Я… мне кажется, что я видела сигнал SOS из окна второго этажа по адресу 163 W 145th стрит примерно полтора часа назад! − затараторила, слишком уж охваченная эмоциями. – Западный край дома, светили фонарём на глухую стену соседнего здания! Я не была уверена, поэтому не сообщила раньше…        − Благодарю, мы отправим туда экипаж и проверим ситуацию, − ответ прозвучал лаконично и спокойно, а затем вызов сбросили, оставляя меня наедине с адским ураганом мыслей, который, впрочем, почти сразу же успокоился.       Молодец, Софи Пак, ты сделала всё, что могла. А теперь спать.