Опасный маскарад

Я быстро вернулась с аптечкой, разложила всё на столе — бинты, антисептик, стерильные салфетки, ножницы, иглу с нитью — и, не теряя времени, опустилась перед ним на колени, чувствуя, как внутри всё ещё держится напряжение. — Сними, — коротко сказала я, кивнув на его пиджак. Он без лишних слов стянул его, затем медленно расстегнул рубашку, и когда ткань ушла в сторону, рана стала видна полностью. Я сжала губы. Выглядело хуже, чем я думала. Но сейчас не время паниковать. Я аккуратно взяла салфетку, смочила её и начала осторожно очищать кровь, стараясь действовать быстро, но при этом не причинять лишней боли. Он напрягся, но ничего не сказал. — Терпи, — тихо бросила я, не поднимая на него взгляд. Несколько секунд мы молчали, слышно было только моё дыхание и лёгкий звук, когда я работала. И всё же вопрос, который крутился в голове с самого момента, как я его увидела, не давал покоя. Я на секунду остановилась, затем, не отрываясь от раны, спросила: — Откуда ты узнал, куда я переехала? Я продолжила обрабатывать, но уже внимательнее прислушивалась к нему, ожидая ответа. Он на секунду замолчал, будто решая, стоит ли вообще отвечать, а потом тихо выдохнул. — Ты правда думаешь, что я не узнаю, где ты живёшь? Я на мгновение замерла, но тут же продолжила обрабатывать рану, сжимая салфетку чуть сильнее. — Я никому не говорила адрес, — холодно ответила я. Он усмехнулся, но в голосе слышалась усталость. — Тебе и не нужно было. Я подняла на него взгляд. — Тогда как? Он чуть откинул голову назад, прикрывая глаза. — Я попросил найти тебя, — сказал он спокойно. — Это не сложно. Я нахмурилась, возвращаясь к ране. — Следил за мной? — Контролировал, — поправил он. Я тихо усмехнулась без радости. — Разница огромная. Он не ответил. Я снова сосредоточилась на обработке, чувствуя, как внутри поднимается смесь раздражения и… странного облегчения, которое я не хотела признавать. — Это может быть больно, — предупредила я, беря иглу. Он даже не посмотрел. — Делай. Я аккуратно начала зашивать рану, стараясь действовать максимально точно, и на секунду наши взгляды пересеклись. Он смотрел прямо на меня. Слишком внимательно. — Ты переехала, — тихо сказал он вдруг. Я не отвела взгляд. — Да. Пауза. — Из-за меня? Я замерла на долю секунды, но сразу продолжила работу. — Нет, — ответила я ровно. — Я давно планировала. Он слегка усмехнулся, будто не поверил. Но ничего не сказал. И это молчание вдруг стало слишком… тяжёлым. Я сделала ещё один стежок, чувствуя, как напряжение между нами только растёт. Потому что в этой тишине было слишком много того, что мы оба не говорили вслух. Он чуть напрягся, когда я сделала очередной стежок, но потом вдруг тихо усмехнулся и посмотрел на меня внимательнее. — Откуда ты так… изящно это делаешь? — спросил он, не отрывая взгляда. — Слишком профессионально. Я не подняла глаз, продолжая работу. — Училась на медицинском, — ответила коротко. Он на секунду замолчал, явно удивлённый. — Серьёзно? — переспросил он. — Тогда почему ты не работаешь по профессии, а торчишь в этом чёртовом клубе? Я сжала губы, не отвечая, аккуратно делая следующий стежок. Он выдохнул с лёгкой усмешкой. — Ну конечно, молчишь. Я проигнорировала его слова, сосредоточившись на последнем стежке, после чего аккуратно закрепила нить и отложила иглу в сторону. — Готово, — тихо сказала я. Я потянулась за антисептиком, затем чуть приблизилась, переходя к его лицу, осторожно обрабатывая ссадины на щеке, скуле, затем коснулась губы, где была трещина. И вот здесь стало сложнее. Не из-за раны. А из-за него. Я чувствовала его взгляд. Прямой. Неотрывный. Я старалась не обращать внимания, но это становилось всё труднее, потому что расстояние между нами было слишком маленьким, и каждое моё движение, каждое касание ощущалось сильнее, чем должно было. — Не двигайся, — тихо сказала я, хотя на самом деле это было нужно больше мне, чем ему. Он не ответил. Просто продолжал смотреть. И от этого внутри начинало что-то сбиваться, выбивая привычный контроль. Я аккуратно провела салфеткой по его губе, стараясь быть максимально осторожной. — Больно? — спросила я, всё ещё не поднимая взгляд. — Нет, — тихо ответил он. — Или ты просто терпишь? — добавила я. Он чуть усмехнулся. — Смотря из-за чего. Я на секунду замерла. И всё-таки подняла глаза. И сразу встретилась с его взглядом. Слишком близко. Слишком прямо. И слишком… сложно, чтобы просто проигнорировать. Я закончила обрабатывать последнюю ссадину, аккуратно убрала салфетку и отстранилась на пару сантиметров, всё ещё держа в руках антисептик, после чего тихо спросила: — Не больно? Он чуть усмехнулся, не отводя от меня взгляда. — Поцелуй меня — и не будет больно. Я замерла на секунду, а затем сразу отвела взгляд, будто его слова даже не стоили реакции. — Даже не думай, — холодно ответила я и отстранилась окончательно. Я начала собирать аптечку, складывая всё обратно быстрее, чем нужно, лишь бы занять руки и не возвращаться к этому моменту, и уже почти закончила, когда почувствовала, как он берёт меня за запястье. Я замерла. Медленно повернулась к нему. Он держал не сильно. Но достаточно, чтобы остановить. — Отпусти, — сказала я ровно. Он не сразу это сделал. Секунда. Две. Его взгляд стал другим. Не таким, как раньше. — Пожалуйста, — тихо сказал он. Я нахмурилась, глядя на него. Это «пожалуйста» звучало слишком… непривычно. Слишком искренне. И от этого становилось только сложнее. Я чуть дёрнула руку, но не резко. — Сэм… Я не договорила. Потому что сама не знала, что именно хочу сказать. Я смотрела на него ещё секунду, слишком долго, и этот взгляд… он будто тянул меня ближе сам, без слов, без усилий. Я тихо выдохнула. И всё-таки не выдержала. Наклонилась чуть ниже и коротко коснулась его губ. Едва. На секунду. И сразу же отстранилась, будто сама испугалась того, что сделала. Я не смотрела на него, быстро поднялась и отвернулась, собирая аптечку, складывая всё на места чуть резче, чем нужно, лишь бы не встречаться с его взглядом. Но я чувствовала его. Даже спиной. Чувствовала, что он хотел продолжения. И, наверное… мог бы получить его, если бы я не остановилась. Я сама не до конца понимала, почему отстранилась. Контроль? Страх? Или… мне просто нравилось держать это на грани, не давая ему больше. Я захлопнула аптечку и взяла её в руки. — Я сейчас, — коротко сказала я, всё ещё не оборачиваясь. Я вернулась к нему, взяла с дивана его рубашку и пиджак. — Постираю, — добавила уже спокойнее. — Они в крови. Он молча наблюдал за мной. Я развернулась и отнесла вещи, закинув их в стирку, на секунду остановилась, глядя в одну точку, а потом вернулась обратно в гостиную. И сразу нахмурилась. Он пытался встать. — Ты что делаешь? — резко сказала я, подходя ближе. Я почти сразу оказалась рядом и, не церемонясь, надавила ему на плечо, заставляя снова сесть. — Нельзя вставать, — строго добавила я. — Мало того, что ты в больницу не поехал, так будь добр, хотя бы здесь слушайся меня. Он посмотрел на меня снизу вверх. И вдруг улыбнулся. Спокойно. Тихо. — Адди… — протянул он. — Мне нравится, когда ты злишься. Я замерла на секунду, глядя на него, и внутри снова что-то сдвинулось. Но в этот раз я только прищурилась. — Тогда привыкай, — холодно ответила я. — Потому что сейчас я буду злиться часто. Я скрестила руки на груди, всё ещё стоя перед ним, и уже собиралась что-то сказать, как он вдруг чуть откинулся назад и спросил: — Поздно уже… почему не отдыхаешь? Я сразу закатила глаза. — Вообще-то ты пришёл, — ответила я. Он тихо усмехнулся, будто это его совсем не смутило. — Значит, тоже буду отдыхать. Я приподняла бровь, глядя на него. — Ты остаёшься у меня? Он посмотрел прямо на меня, без тени сомнения. — Хочешь выгнать меня в таком виде? Я на секунду замолчала, окинув его взглядом — ссадины, усталость, только что зашитая рана — и тихо выдохнула. — Конечно нет, — сказала я уже спокойнее. — Оставайся. Я кивнула в сторону дивана. — Будешь спать тут. Я принесу плед. Я уже развернулась, чтобы уйти, но он остановил меня голосом: — Почему тут… а не с тобой? Я замерла. Медленно повернулась к нему, смотря прямо. — Потому что тебе нужен отдых, а не глупые вопросы, — ответила я спокойно, но с лёгкой жёсткостью. Он чуть усмехнулся, не отводя взгляда. А я только покачала головой и пошла за пледом, стараясь не обращать внимания на то, как снова начинает сбиваться внутреннее спокойствие. Я достала плед из шкафа, стряхнула его, поправляя в руках, и уже развернулась, чтобы отнести в гостиную, как вдруг услышала шаги за спиной. Я замерла. Медленно повернулась. Он уже стоял в дверях моей комнаты. — Ты серьёзно?.. — выдохнула я, нахмурившись. Он выглядел уставшим, но упрямым, как всегда. — Я буду спать с тобой, — спокойно сказал он, будто это вообще не обсуждается. Я сжала плед в руках чуть сильнее. — Ты ранен, — ответила я жёстко. — Тебе нужен покой, а не… Я не договорила. Он сделал шаг внутрь комнаты. — Вот именно, — перебил он. — Поэтому я и не собираюсь спорить. Я прищурилась. — Это не аргумент. Он остановился, смотря на меня внимательно, и в его взгляде не было привычной игры — только усталость и какая-то странная, тихая настойчивость. — Мне так спокойнее, — сказал он уже тише. Я замолчала. Плед в руках вдруг стал лишним. Я отвела взгляд на секунду, будто обдумывая, а потом снова посмотрела на него. — Только потому что ты сейчас в таком состоянии, — холодно сказала я. — И ничего больше. Он едва заметно усмехнулся. — Конечно. Я прошла мимо него, бросила плед на край кровати и коротко добавила: — Ложись. И не двигайся лишний раз. Он медленно сел, а затем лёг, явно сдерживая напряжение в теле, а я обошла кровать с другой стороны, всё ещё чувствуя, как внутри остаётся это странное, не до конца понятное ощущение. Слишком близко. Слишком… неправильно. Но почему-то я всё равно не выгнала его. Я обошла кровать с другой стороны, медленно села на край, стараясь не смотреть на него лишний раз, хотя ощущение его присутствия рядом стало слишком явным, слишком ощутимым. Я выключила свет, оставив только мягкий приглушённый свет из окна, и осторожно легла, оставляя между нами небольшое расстояние. Тишина. Слишком тихо после всего, что произошло за этот день. Я лежала на спине, глядя в потолок, пытаясь успокоить мысли, но чувствовала — он не спит. — Адди, — тихо сказал он. Я закрыла глаза. — Спи, — коротко ответила я. — Ты правда думаешь, что я сейчас смогу уснуть? — в его голосе была лёгкая усмешка. Я повернула голову в его сторону. — Тогда просто лежи молча. Он тихо выдохнул, но, к моему удивлению, замолчал. Прошло несколько секунд. И вдруг я почувствовала, как он чуть сдвинулся ближе. Я сразу напряглась. — Не двигайся, — тихо предупредила я. — Я не двигаюсь, — спокойно ответил он. Я прищурилась в темноте. — Ты только что сдвинулся. — Мне неудобно, — невозмутимо сказал он. Я тяжело выдохнула, но спорить не стала. Пауза снова повисла между нами. На этот раз более мягкая. Я уже почти начала расслабляться, как вдруг почувствовала, как его рука осторожно коснулась моей. Я сразу повернула голову. — Сэм. Он не убрал руку, но и не сжал сильнее. Просто… держал. Слабо. Будто проверяя, позволю ли я. Я замерла. На секунду. Потом медленно выдохнула и не отдёрнула руку. Но и не сжала в ответ. Просто оставила всё как есть. — Спи, — тихо повторила я. И на этот раз в голосе уже не было той жёсткости, что раньше. Только усталость. И что-то ещё, что я не хотела сейчас разбирать. Я аккуратно высвободила руку и повернулась к нему спиной, уставившись в темноту перед собой, стараясь выровнять дыхание, но сон не шёл. Вообще. Слишком много всего за один день. Слишком много мыслей. И он… рядом. Я чувствовала его присутствие почти физически — тепло, дыхание, даже тишину рядом с ним. Я закрыла глаза, пытаясь заставить себя уснуть, но вместо этого только сильнее погружалась в мысли, которые никак не хотели отпускать. И вдруг… Я почувствовала движение за спиной. Лёгкое. Осторожное. А затем его рука медленно обвила меня сзади, притягивая ближе. Я замерла. Сердце на секунду сбилось. Он прижал меня к себе не резко, не настойчиво — мягко, почти осторожно, будто проверяя, не оттолкну ли я. Я не двинулась. Только сильнее сжала пальцы в одеяле. — Сэм… — тихо выдохнула я. Он ничего не ответил. Только чуть ближе притянул меня к себе. Я чувствовала его дыхание у себя за спиной, тёплое, ровное, и это странно… успокаивало, хотя должно было наоборот напрягать. Я всё ещё не была уверена, что это правильно. Но почему-то не отстранилась. Не сказала «убери руку». Просто осталась лежать так. И впервые за долгое время внутри стало чуть тише. Я какое-то время лежала молча, прислушиваясь к его дыханию, но затем всё-таки тихо сказала: — Тебе нельзя лежать на боку… из-за раны. Ляг на спину. Он никак не отреагировал. Будто не услышал. Или сделал вид, что не услышал. Я чуть нахмурилась, оставаясь в его руках, потом медленно повернула голову назад. — Я знаю, что ты не спишь. Тишина. Он всё так же лежал, не двигаясь. Слишком… идеально неподвижно. Я прищурилась, всматриваясь в темноту. — Сэм. Ноль реакции. Я уже собиралась отвернуться обратно, как вдруг заметила — уголок его губ чуть дрогнул. Я замерла. И через секунду он всё-таки не сдержался. Слабо улыбнулся. Я тихо выдохнула, чувствуя, как внутри что-то неожиданно мягко откликается на это. — Идиот, — пробормотала я почти без злости. Он открыл глаза, смотря на меня в темноте, и в этом взгляде не было ни напряжения, ни холода. Только усталость. И эта странная, тёплая мягкость. Я смотрела на него ещё пару секунд, не отводя взгляд. И вдруг поймала себя на мысли, что… Наверное, теперь это одна из моих любимых вещей. Его улыбка. Вот такая. Тихая. Настоящая. В темноте. Я ещё какое-то время смотрела на него, не отводя взгляд, а потом медленно отвернулась обратно, утыкаясь взглядом в темноту перед собой, но внутри всё уже было иначе. Тише. Спокойнее. И это пугало сильнее, чем всё остальное. Потому что рядом с ним не должно быть спокойно. Я чувствовала, как он всё ещё держит меня, его рука лежит на талии, и, несмотря на мои слова, он так и не перевернулся на спину. — Ты меня вообще слышишь? — тихо пробормотала я. — Слышу, — так же тихо ответил он у меня за спиной. Я чуть нахмурилась. — Тогда почему не делаешь, как я сказала? — Потому что так удобнее, — спокойно сказал он. Я закатила глаза, хотя он этого и не видел. — Удобнее будет, когда швы разойдутся? Он тихо усмехнулся. — Ты преувеличиваешь. Я резко выдохнула. — Ты просто невыносим. — Знаю. Я замолчала. И снова наступила тишина. Но в этот раз она не давила. Я чувствовала его дыхание, его тепло, и сама не заметила, как начала расслабляться, переставая держать напряжение в плечах. — Адди, — тихо позвал он через несколько секунд. Я не сразу ответила. — Мм? — Не исчезай так больше, — сказал он. Я замерла. Слова прозвучали спокойно. Но в них было что-то, что зацепило. Я чуть нахмурилась, не поворачиваясь. — Это ты исчез, — тихо ответила я. Он не стал спорить. И это было странно. — Всё равно, — добавил он. — Не исчезай. Я сжала пальцы на одеяле, чувствуя, как внутри снова поднимается это странное ощущение, которое я не могла до конца разобрать. — Посмотрим, — тихо сказала я. Он больше ничего не ответил. Только чуть сильнее притянул меня к себе. И в этот раз я уже не сопротивлялась. Закрыла глаза. И, наконец… уснула.

***

Я проснулась не сразу, сначала просто почувствовала тепло рядом, тяжесть чужой руки на талии, ровное дыхание за спиной, и только потом открыла глаза, на секунду замирая, будто вспоминая, что он вообще здесь. Сэм. Я аккуратно выдохнула, стараясь не делать резких движений, и медленно убрала его руку с себя, чтобы не разбудить, после чего тихо встала с кровати и направилась в ванную. Холодная вода немного привела в чувства. Но мысли никуда не делись. Сегодня клуб. И Марк. И самое главное — чтобы Сэм ничего не увидел. Потому что если увидит… Я сжала губы, отгоняя эту мысль. Мне не поздоровится. Я вышла на кухню, включила кофемашину, облокотилась на стол, глядя в одну точку, пока она готовила кофе, и пыталась собрать себя в нормальное состояние. Обычное. Спокойное. Контролируемое. — Ты сегодня куда-то идёшь? Я замерла. Чёрт. Его голос. Я не повернулась. Сделала вид, что занята. — А ты как думаешь? — ответила я спокойно. Позади послышались шаги. Медленные. Приближающиеся. Я сжала кружку чуть сильнее, но не обернулась. И через пару секунд почувствовала его руки на своей талии. Он обнял меня сзади, притягивая к себе, прижимая ближе. Я на секунду замерла. Сердце чуть сбилось. — Сэм… — тихо сказала я, но без прежней жёсткости. Он не ответил. Только уткнулся лбом куда-то между шеей и плечом, и его дыхание стало ощущаться ближе. Слишком близко. Я закрыла глаза на секунду, пытаясь сохранить контроль. Но это становилось всё сложнее. Я на секунду замерла, чувствуя его руки на талии, его дыхание у шеи, и попыталась вернуть себе контроль, хотя это становилось всё сложнее с каждой секундой. — Тебе нельзя вставать, — тихо сказала я, стараясь говорить ровно. — Ты ранен. Он чуть сильнее прижал меня к себе. — Уже лучше, — пробормотал он, не отстраняясь. Я сжала губы. — Это не аргумент. Он тихо усмехнулся, и я почувствовала это по лёгкому движению у плеча. — Ты идёшь в клуб, — сказал он уже спокойнее. Это было не вопросом. Я медленно открыла глаза. — Да. — Тебе туда не нужно, — добавил он. Я сразу напряглась. — Это не тебе решать. Он чуть приподнял голову, но руки не убрал. — Я решаю, если это касается тебя. Я резко повернула голову в его сторону, почти сталкиваясь с ним взглядом. — С каких пор? Он смотрел прямо. Спокойно. — С тех пор, как это стало проблемой. Я нахмурилась сильнее, отстраняясь от него и разворачиваясь лицом. — У меня есть работа, — холодно сказала я. — И я не собираюсь её бросать. Он изучал меня несколько секунд, будто пытаясь понять, где заканчиваются слова и начинается правда. — Это не работа, — тихо сказал он. — Это ловушка. Я скрестила руки. — Тогда не лезь. Он не ответил сразу. Просто смотрел. Слишком внимательно. — Ты что-то скрываешь, — наконец сказал он. Я усмехнулась без радости. — А ты нет? Он не отвёл взгляд. — Я хотя бы понимаю, во что ввязываюсь. Я на секунду замолчала. И этого оказалось достаточно. Он уловил. — Значит, не понимаешь, — тихо сделал вывод он. Я резко отвела взгляд, делая шаг назад. — Мне пора, — коротко сказала я. Я взяла кружку с кофе, делая глоток, чтобы хоть как-то скрыть напряжение, но чувствовала — разговор ещё не закончен. И самое неприятное… Он начал догадываться. Он сделал шаг ко мне, и я даже не успела отойти, как он оказался совсем близко. — Что ты делала вчера с Марком? — спросил он спокойно. Я застыла. Внутри будто что-то резко оборвалось. Слишком прямо. Слишком точно. В голове мгновенно пронеслось десятки мыслей, и первая из них вырвалась сама: — Ты следил за мной? Я посмотрела на него резко, почти с вызовом. Он покачал головой. — Нет. Но мои люди были рядом. Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. — Серьёзно? — голос стал жёстче. — У меня вообще-то есть личная жизнь и границы. Я сделала шаг вперёд. — С каких пор твои люди следят за каждым моим шагом? Он не отступил. — С тех пор, как это стало опасно, — ответил он спокойно. — Не тебе решать, что для меня опасно, — резко бросила я. Он чуть нахмурился, но голос остался ровным. — Это ради твоей безопасности. И снова тот же вопрос: — Что ты делала с Марком? Я сжала губы. Секунда. — Между прочим, я спрашивала о тебе, — ответила я холодно. — Ты пропал. Я смотрела прямо в его глаза. — И я не знала, где ты. Пауза повисла между нами. Тяжёлая. Он не отвёл взгляд. И в этот момент стало понятно — это не просто вопрос. Это проверка. Он какое-то время просто смотрел на меня, не отводя взгляда, будто пытался прочитать всё, что я не сказала вслух, а затем медленно поднял руку и коснулся моей щеки. Тёпло. Осторожно. Почти непривычно для него. — Переживала за меня? — тихо спросил он. Я замерла. Не отвела взгляд. Но и не ответила. Слова будто застряли где-то внутри. Потому что любой ответ сейчас… был бы слишком откровенным. Он смотрел ещё секунду. Две. Будто и этого молчания ему оказалось достаточно. И в следующую секунду наклонился ко мне. Я не успела отреагировать. Его губы коснулись моих. Сначала мягко. Почти осторожно. Как будто он давал мне возможность отстраниться. Но я не отстранилась. И этого оказалось достаточно. Он притянул меня ближе, углубляя поцелуй, и в этом движении уже не было той осторожности — только накопившееся напряжение, которое слишком долго держалось между нами. Я на секунду потеряла контроль. Слишком быстро. Слишком резко. Но уже не отстранилась. И, кажется, в этот раз… не собиралась. Он на секунду отстранился, оставаясь совсем близко, его дыхание всё ещё ощущалось слишком чётко, слишком рядом. — Не связывайся с Марком, — тихо сказал он. Я замерла, чувствуя, как его слова задевают сильнее, чем я ожидала, но быстро взяла себя в руки, выровняв дыхание и отводя взгляд. — Я не связывалась с ним, — сказала я спокойно. — Я просто решила узнать о тебе. Он нахмурился, явно не до конца веря. — Узнать? Я кивнула, стараясь держаться уверенно. — Ты пропал, — добавила я. — Я не знала, где ты, что с тобой… Вот и всё. Он смотрел на меня слишком внимательно. Слишком долго. Будто пытался найти в моих словах что-то ещё. Я выдержала этот взгляд, не отводя глаз. — И ты пошла к нему? — тихо спросил он. — Он единственный, кто хоть что-то мог знать, — ответила я, чуть пожав плечами. — Логично, нет? Он сжал челюсть, но ничего не сказал сразу. Я сделала шаг назад, создавая между нами дистанцию. — Это не значит, что я с ним «связываюсь», — добавила я холоднее. — Я просто использую информацию. Он выдохнул, явно сдерживая что-то внутри. — Всё равно держись от него подальше, — сказал он уже тише. Я прищурилась. — Я сама решу. Он снова посмотрел на меня. И в этот раз в его взгляде было больше напряжения, чем раньше. Будто он чувствовал, что я говорю не всё. Но пока… не мог доказать.

***

Я ещё раз проверила себя в зеркале, поправила волосы, выдохнула и направилась к выходу, уже мысленно настраиваясь на клуб, на Марка, на весь этот день, который точно не будет простым. Когда я вышла в гостиную, сразу остановилась. Сэм уже был одет. В те самые вещи, которые я вчера постирала. Я нахмурилась. — Ты серьёзно? — сказала я, глядя на него. — Тебе лучше поехать домой и отдыхать. Он спокойно поправил рукав, будто мы обсуждаем что-то незначительное. — Я поеду в клуб. Я резко выдохнула. — Тебе нельзя, — сказала я жёстче. — У тебя рана. Тебе нужен минимум неделя отдыха, и её нужно обрабатывать. Я сделала шаг ближе. — Иначе она просто откроется снова. Он посмотрел на меня. Спокойно. Будто мои слова вообще не имели веса. — Мне плевать, — ответил он. — У меня нет времени лежать дома. Я сжала губы. — Это не вопрос «хочу — не хочу», — сказала я, стараясь держать голос ровным. — Это вопрос того, что ты потом вообще не сможешь нормально двигаться. Он усмехнулся. — Как-нибудь переживу. Я прищурилась. — Ты ведёшь себя как идиот. — Возможно, — спокойно согласился он. Я покачала головой, чувствуя, как раздражение снова поднимается. — Ты хотя бы понимаешь, что можешь сделать хуже? Он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. — Я понимаю, что не могу сейчас исчезнуть ещё на неделю, — сказал он тише. — Не в моём положении. Я замерла. Потому что в его голосе впервые за утро прозвучало что-то серьёзное. Не упрямство. А необходимость. Но это всё равно не делало его решение правильным. — Тогда хотя бы не делай вид, что с тобой всё нормально, — тихо сказала я. — И не геройствуй. Он посмотрел на меня. И на секунду его взгляд стал мягче. — Постараюсь, — ответил он. Я выдохнула. Но почему-то не поверила до конца. Мы вышли из квартиры вместе, и на секунду меня накрыло странное ощущение — будто всё слишком спокойно для того, что на самом деле происходит, но я быстро отогнала эту мысль и пошла рядом с ним к машине. Он открыл мне дверь, и я, не говоря ничего, села внутрь, затем обошёл машину и сел за руль, заводя двигатель, после чего мы тронулись с места. Несколько секунд в салоне стояла тишина. Я смотрела в окно, прокручивая в голове всё, что меня ждёт, и наконец сказала: — Я взяла с собой аптечку. Если что, обработаем тебе рану, когда будешь свободен. Он чуть повернул голову в мою сторону и слабо улыбнулся. — Мне приятно, что ты заботишься обо мне. Я хмыкнула тихо, не отрывая взгляда от дороги впереди. — Ты ведь тоже заботился обо мне, когда я болела, — ответила я спокойно. — Кто я такая, чтобы теперь сказать «мне плевать». Он на секунду замолчал, будто обдумывая мои слова, а затем снова посмотрел вперёд. — Значит, мы квиты? — тихо спросил он. Я чуть прищурилась. — Не обольщайся, — ответила я. — Это не счёт. Он усмехнулся. — Жаль. Я отвернулась к окну, но уголок губ всё равно чуть дрогнул. И в машине снова повисла тишина. Но уже не такая напряжённая, как раньше. Мы подъехали к клубу, и как только вышли из машины, привычный шум сразу накрыл с головой — музыка, свет, люди. Мы зашли внутрь, и почти сразу к Сэму подошли его люди, что-то быстро начали ему говорить, и я, не теряя времени, тихо отошла в сторону. Лучше не привлекать его внимание. Я направилась к бару, перекинулась парой слов с барменом и быстро поменялась с ним сменами, занимая его место за стойкой, после чего начала работать, делая вид, что это обычный вечер. Но внутри всё было далеко не обычным. Где Марк? Нам нужен план. И теперь, когда Сэм здесь… всё стало сложнее. Я разливала напитки, принимала заказы, почти автоматически двигаясь, пока не заметила его. Марк. Он вышел из толпы и направился прямо ко мне, будто ничего не произошло, сел за барную стойку и спокойно кивнул. — Привет. Я даже не стала тянуть. — Давай сразу к делу. Что нам сегодня делать? Он чуть усмехнулся. — Не «нам», а тебе. Я нахмурилась. Он слегка наклонился ближе, понижая голос: — Первый подозреваемый… был здесь в ту ночь. Я сразу напряглась. — Где он? Марк незаметно кивнул в сторону зала. — Вон там, в углу. Сидит не один. Я мельком посмотрела, стараясь не привлекать внимания. — И? — Тебе нужно с ним поговорить, — спокойно сказал он. — Узнать, что он делал в ту ночь и с кем был. Я скрестила руки. — Просто подойти и спросить? Серьёзно? Он усмехнулся. — Не прямо. Найди повод для разговора. Он разговорчив, если чувствует, что ему доверяют. Я прищурилась. — Ты хочешь навесить это на меня? — Я бы сам поговорил, — пожал плечами Марк. — Но у нас с ним… напряжённые отношения. Я нахмурилась сильнее. — И если он не захочет говорить? Марк спокойно посмотрел на меня. — Тогда используй то, что у тебя есть. Я не сразу поняла. — В смысле? Он чуть склонил голову. — Ты умеешь располагать к себе людей. Используй это. Я сжала губы. Это звучало проще, чем было на самом деле. — И всё? — спросила я. — Для начала — да, — ответил он. — Узнай, что он помнит о той ночи. Любая мелочь может быть важной. Я кивнула, но внутри уже появилось напряжение. Потому что это был первый реальный шаг. И он мог пойти… как угодно. Я взяла тряпку, сделала вид, что продолжаю работу, но взгляд невольно скользнул в сторону того столика. Теперь… всё зависело от меня. Я на секунду задержала взгляд на Марке, затем тихо сказала: — Подстрахуешь у бара? И если Сэм спросит… скажешь, что я отошла в уборную. Марк чуть усмехнулся, но кивнул. — Без проблем. Я выдохнула и, не оборачиваясь, вышла из-за стойки, стараясь выглядеть максимально естественно, будто просто иду по своим делам, а не направляюсь к конкретному человеку. Сердце билось чуть быстрее, чем нужно. Я чувствовала взгляд Сэма где-то в зале, даже если он сейчас не смотрел. И это только добавляло напряжения. Я подошла ближе к нужному столику, замедлила шаг, а затем спокойно села рядом. — Привет, — сказала я мягко, с лёгкой улыбкой. Мужчина посмотрел на меня с явным удивлением, держа стакан в руке, сделал глоток и только потом ответил: — Ну… привет. Он окинул меня взглядом, оценивая. — Ты откуда такая? — спросил он. — Что-то надо? Я чуть улыбнулась, будто его слова меня даже позабавили. — Ничего не надо, — ответила я легко. — Просто стало скучно. Решила поболтать с кем-нибудь. Он прищурился, явно не до конца веря, но интерес уже появился. — Скучно, значит… — протянул он. Я кивнула. — Бывает. Он чуть повернулся ко мне, уже внимательнее. — И из всех выбрала именно меня? Я слегка пожала плечами. — Ты выглядел… менее скучным, чем остальные. Он усмехнулся. — Неплохо. Я чуть наклонила голову. — Я Лиа. — Райан, — ответил он, протягивая руку. Я легко коснулась его ладони, ненадолго задержав контакт, а затем отпустила. — Приятно познакомиться. Я говорила спокойно, мягко, но намеренно чуть медленнее, чуть теплее, чем обычно — ловя его реакцию, его внимание. И он уже смотрел иначе. С интересом. То, что мне и было нужно. — Так что, Райан, — сказала я, чуть улыбнувшись. — часто здесь бываешь? Он усмехнулся, делая глоток. — Достаточно. Я кивнула, будто это обычный разговор. Но внутри уже внимательно следила за каждым его словом. Потому что сейчас… Начиналась настоящая игра. Он расслабился быстрее, чем я ожидала. Плечи опустились, голос стал увереннее, движения — свободнее. Видно было, что внимание ему приятно. — Работаю я… по разному, — усмехнулся он, крутя стакан в руке. — Скажем так, не привязан к одному месту. Я кивнула, будто это звучало абсолютно нормально. — Удобно, — сказала я мягко. — Свобода. — Вот именно, — он посмотрел на меня с интересом. — А ты? Я слегка пожала плечами, делая глоток своего напитка. — Ничего особенного. Работаю, живу… пытаюсь не скучать. Он усмехнулся. — Получается? Я чуть наклонила голову. — Иногда. Он начал рассказывать дальше — про клуб, про людей, про то, как тут «всё крутится», иногда переходя на какие-то мелкие детали, которые обычному человеку показались бы незначительными. Я слушала внимательно. Кивала. Иногда вставляла короткие фразы, поддерживая разговор. — Да, тут атмосфера странная, — сказала я, будто между делом. — Вроде весело, но иногда ощущение, что происходит что-то… другое. Он прищурился. — В каком смысле? Я пожала плечами, делая вид, что не придаю этому большого значения. — Не знаю… просто чувство. Он сделал глоток, задумался на секунду. — Ты не так проста, как кажешься, Лиа. Я улыбнулась чуть мягче. — А ты? Он усмехнулся, но не ответил прямо. Я чуть опустила взгляд, затем снова посмотрела на него. — Ты давно сюда ходишь? — Достаточно, — коротко ответил он. Я кивнула, будто это не особо важно, и легко продолжила: — Значит, ты, наверное, видел тут многое… — я сделала паузу, как будто подбирая слова. — Даже такие вечера, которые не совсем… обычные. Он посмотрел на меня внимательнее. Я чувствовала, как момент становится тоньше. Опаснее. — Бывает, — ответил он уклончиво. Я чуть улыбнулась, будто не давлю. — Например? Он прищурился, будто решая, стоит ли говорить дальше. А я просто смотрела на него спокойно. Ждала. Не торопила. Потому что сейчас важно было не спугнуть. Он вдруг замолчал на полуслове, прищурился и посмотрел на меня уже совсем иначе. — Ты что-то разузнать хочешь? Я на секунду зависла, но тут же отмахнулась, будто это даже смешно. — С чего ты взял? — сказала я спокойно. — Я просто общаюсь. Он хмыкнул, явно не поверив. — Да ну? Слишком много вопросов для «просто общения». Я чуть нахмурилась. — А ты слишком подозрительный. — Потому что не люблю, когда меня пытаются использовать, — резко ответил он. Я скрестила руки. — Тогда не общайся со мной, — холодно бросила я. Пауза резко стала напряжённой. Он смотрел на меня уже с раздражением, и я поняла — ещё немного, и он действительно устроит сцену. Не сейчас. Не здесь. Я встала. — Ладно, — сказала я с лёгким недовольством. — Ошиблась с выбором собеседника. Он ничего не ответил. Я развернулась и ушла, не оглядываясь, чувствуя его взгляд в спину. Когда я вернулась к бару, первое, что я заметила — Марка нет. Я нахмурилась. Куда он делся? И тут же вспомнила. Сэм. Чёрт. Я быстро огляделась, затем взяла свою сумку. Его рану нужно обработать. И это был хороший повод уйти от лишних вопросов. Я направилась в сторону его кабинета, и с каждым шагом шум клуба становился тише, приглушённее, будто я выходила из одного мира в другой. Коридоры. Полумрак. Тишина. Я дошла до двери, на секунду задержалась, а затем открыла её и зашла внутрь. И сразу остановилась. Сэм сидел в кресле. Спокойный. Собранный. А напротив него — две девушки. Я замерла в дверях, чувствуя, как внутри что-то резко меняется. Он сразу заметил меня. Взгляд стал жёстче. — Стучаться не учили? Я проигнорировала, закрыв за собой дверь и проходя внутрь, будто имею полное право здесь находиться. Он чуть повернул голову и едва заметно махнул рукой. Девушки тут же поднялись, бросив на меня быстрые, оценивающие взгляды, и молча вышли из кабинета. Дверь закрылась. Тишина. Теперь мы были одни. Он откинулся в кресле, не сводя с меня глаз. — Зачем пришла? Я подошла ближе, ставя сумку на стол. — Рану тебе обработать, идиот, — спокойно ответила я. — Но, вижу, ты был очень занят. Он смотрел на меня ещё пару секунд. А затем… Улыбнулся. Медленно. С интересом. — Ревнуешь? Я замерла на долю секунды, затем усмехнулась без тени смущения. — С чего бы? Я открыла сумку, доставая аптечку, будто его слова вообще меня не задели. — У тебя, как я вижу, и без меня очередь есть. Он чуть наклонил голову, продолжая наблюдать. — Но ты всё равно пришла. Я бросила на него короткий взгляд. — Потому что ты идиот, который может развалиться прямо посреди клуба, — ответила я холодно. — И тогда проблем будет больше у всех. Он тихо усмехнулся. — Конечно. Я подошла ближе. — Сними пиджак. Он не сразу это сделал. Секунда. И всё это время он смотрел на меня. Слишком внимательно. Но всё же медленно потянулся к пиджаку. А я уже готовила всё необходимое, стараясь не думать о том, что именно я почувствовала, когда увидела этих девушек напротив него. Он медленно снял пиджак, не отрывая от меня взгляда, затем расстегнул рубашку, и я сразу увидела — бинты уже начали пропитываться кровью. Я сжала губы. — Я же говорила, — тихо, но жёстко сказала я. — Тебе нельзя было сюда ехать. Он лишь усмехнулся, будто это вообще не проблема. — Живой же. Я ничего не ответила, подошла ближе и аккуратно убрала старую повязку, стараясь не делать резких движений. Рана выглядела хуже, чем утром. Я нахмурилась сильнее. — Ты хоть раз слушаешь, что тебе говорят? — пробормотала я, обрабатывая края раны. — Иногда, — спокойно ответил он. — Видимо, не в этот раз. Я сосредоточилась, делая всё аккуратно, но быстро, чувствуя его взгляд на себе. Слишком внимательный. Слишком… личный. — Ты всегда так реагируешь? — вдруг спросил он. Я не подняла глаз. — На что? — Когда рядом со мной кто-то есть. Я замерла на долю секунды, но тут же продолжила. — Мне всё равно, кто у тебя тут сидит, — сказала я ровно. — Я пришла по делу. Он тихо усмехнулся. — Конечно. Я сжала бинт чуть сильнее, чем нужно. — Если будешь продолжать двигаться, будет больнее, — холодно добавила я. — Уже больно, — спокойно сказал он. Я на секунду подняла на него взгляд. — Тогда, может, начнёшь слушать? Он смотрел прямо на меня. — Ты злишься не из-за раны. Я ничего не ответила. Продолжила обрабатывать, затем аккуратно наложила новую повязку, закрепляя её. Тишина снова стала тяжёлой. — Готово, — сказала я, отстраняясь. Но не отошла. И он это заметил. — Значит, не всё равно, — тихо сказал он. Я прищурилась. — Не придумывай. Он чуть наклонился вперёд. — Тогда скажи, что тебе правда всё равно. Я смотрела на него. И впервые за разговор… не сразу нашла, что ответить. Слова будто застряли где-то внутри, смешались с мыслями, которые я сама не до конца понимала. Это было странно. Слишком много всего сразу. Я отвернулась, делая вид, что занята аптечкой, хотя на самом деле просто пыталась привести себя в порядок, собрать мысли, которые упрямо разбегались. И вдруг почувствовала его рядом. Слишком близко. Он подошёл сзади почти вплотную, и я даже не услышала, как именно. — Скажи, что тебе неприятно видеть меня с другими женщинами… — тихо сказал он. — И я больше ни на одну не взгляну. Сердце на секунду сбилось. Я закрыла глаза на мгновение. Потому что… да. Я этого хотела. И от этого становилось только сложнее. Сказать прямо — невозможно. Промолчать — значит потерять этот момент. Я выдохнула, чуть сжимая пальцы, и вместо того, чтобы повернуться к нему, сказала тихо, будто между делом: — Делай, как хочешь. Просто… — я замялась на секунду, подбирая слова. — не люблю лишний шум в твоём кабинете. Он не ответил сразу. Я почувствовала, как его взгляд буквально задержался на мне. — Шум? — переспросил он тихо. Я чуть повернула голову, но не до конца, чтобы не встречаться с ним взглядом. — Да, — спокойно сказала я. — Отвлекает. Секунда. И вдруг он тихо усмехнулся. Не громко. Почти мягко. — Понял, — сказал он. Я не знала, понял ли он на самом деле. Но почему-то внутри стало… легче. И одновременно — ещё запутаннее. Он протягивает руку, и его пальцы осторожно касаются моей щеки. Сэм начинает медленно гладить её большим пальцем, и от этого простого жеста по коже пробегает волна мурашек. Он смотрит на меня с таким взглядом, который невозможно описать словами — в нём смешались и привычная властность, и какая-то глубинная, обжигающая нежность. Я замираю, глядя прямо в его глаза, и чувствую, как внутри разливается приятное, непреодолимое тепло. Я влюблена? Эта мысль пугает меня. Я отчаянно хочу отогнать её, твержу себе: нельзя, не могу. Но почему нельзя? Кто установил эти границы? Неужели я сама себе это запретила? Пытаясь справиться с волнением, я невольно облизываю пересохшие губы. Сэм замечает это движение мгновенно. Его палец на моей щеке замирает, а взгляд опускается к моему рту. — Адди, не делай так больше, — хрипло говорит он, и его голос звучит предупреждающе низко. — Заводишь. Внутри меня просыпается какое-то детское упрямство. Вместо того чтобы отступить, я смотрю ему прямо в глаза и с вызовом спрашиваю: — А если сделаю? — Это хорошим не закончится, — обещает он, и в его глазах вспыхивает опасный огонек. И почему-то именно это предупреждение срабатывает наоборот. Поддавшись какому-то необъяснимому порыву, я снова медленно облизываю свои губы, глядя прямо на него. Сэм не выдерживает. Он резко, почти грубо притягивает меня к себе за талию, начисто забыв о своей ране, и впивается в мои губы жадным, властным поцелуем, лишая меня всякой возможности дышать и думать. Я полностью поддаюсь ему, растворяясь в этом моменте. У меня просто нет сил сопротивляться, да и к чему это всё теперь? Мы продолжаем целоваться, теряя счёт времени, и Сэм медленно, но уверенно вжимает меня в стену. Его губы отрываются от моих и обжигающей дорожкой спускаются к шее. Он целует кожу, слегка прикусывает её и оставляет глубокие, темные засосы. — Надеюсь, после этого мужчины поймут, что ты моя, — хрипло шепчет он мне прямо в кожу. Я точно знаю, что на шее останутся заметные следы, но сейчас мне абсолютно всё равно. Мне хочется зайти дальше. Ощутить его силу, его близость — я хочу этого так сильно, что внутри всё плавится. Мои ладони скользят по его голому торсу, пальцы судорожно сжимают крепкие плечи, а затем запутываются в его волосах, притягивая его ближе к себе. Сэм резко перехватывает меня, легко поднимает в воздух и несёт к огромному кожаному дивану, который стоит в глубине его кабинета. Он садится на него, удерживая меня на своих коленях лицом к себе. Я не разрываю контакт, продолжая жадно целовать его, пока его руки собственнически блуждают по моему телу. Вдруг я чувствую, как его пальцы ловко расстегивают ширинку моих джинсов. Он забирается ладонью под плотную ткань, проникает глубже и касается меня там, где уже давно всё горит от невыносимого ожидания. Из моей груди вырывается тихий, рваный стон, а по телу разливается чистая, концентрированная приятность. Сэм продолжает свои ласки, и каждое движение его пальцев заставляет меня вздрагивать. Я утыкаюсь ему в шею, пытаясь спрятать свои стоны, и начинаю покрывать его кожу горячими поцелуями, слегка покусывая её в такт его движениям. Ощущение его силы и близости полностью лишает меня расудка. Вдруг я слышу отчётливый, резкий звук расстёгивающегося ремня. Этот звук на секунду возвращает меня к реальности. Я замираю, отстраняюсь от его шеи и, тяжело дыша, смотрю ему в глаза. Кабинет, перевязка, бинты... — Сэм... твоя рана, — шепчу я, пытаясь перехватить его руку. — Тебе нельзя. Швы могут разойтись. Он лишь низко, хрипло усмехается, даже не думая останавливаться. Его взгляд, тёмный и властный, намертво приковывает меня к месту. — Это мне не мешает, — отрезает он, и его голос не терпит возражений. — И уж точно меня не остановит. Он перехватывает мои ладони, прижимая их к своей груди, чтобы я чувствовала, как бешено колотится его сердце, и плавно, но настойчиво избавляет меня от лишней одежды, заставляя забыть обо всех запретах. Сэм аккуратно перехватывает меня за талию и приподнимает, помогая устроиться на нем удобнее, но в самый последний момент замирает. Его ладони крепко сжимают мои бедра, фиксируя на месте, а взгляд становится предельно серьезным. — Адди, я без презерватива, — предупреждает он, и его голос звучит низко, с хриплыми нотками накопившегося напряжения. Я замираю. Чуть испуганно смотрю ему прямо в глаза, и в голове на секунду вспыхивает паника. В кабинете клуба, на кожаном диване, без какой-либо защиты… Это безумие. Но Сэм не дает мне времени сорваться в эти мысли. Он собственническим движением притягивает меня к себе за затылок, впиваясь в мои губы глубоким, успокаивающим и одновременно требовательным поцелуем. Он целует меня так, что все страхи моментально испаряются, уступая место чистому желанию. — Я успею выйти вовремя. Обещаю, — тихо шепчет он мне прямо в губы, едва отстранившись. — Расслабься для меня. Я сглатываю и, доверившись его уверенному голосу, медленно опускаюсь вниз. Сэм плавно, но мощно входит в меня на всю длину. Из моей груди вырывается громкий, рваный стон, и я крепко вцепляюсь пальцами в его плечи. При такой позе ощущения совсем другие, невероятно острые и глубокие. Между нами нет ни единой преграды, и я буквально кожей чувствую каждый его сантиметр, каждую пульсацию и то, как сильно он заполняет меня изнутри. Я медленно приподнимаюсь и снова опускаюсь, давая телу привыкнуть к этой сумасшедшей глубине. Внутри всё горит, но с каждым мигом барьеры рушатся. Опираясь ладонями на его крепкие плечи, я начинаю двигаться быстрее, ловя этот невероятный, тягучий ритм. — Адди... черт, какая ты горячая, — хрипло выдыхает Сэм, и его пальцы до боли впиваются в мои бёдра, помогая мне опускаться на него. Я ничего не могу ответить — дыхания катастрофически не хватает. Вместо слов я снова тянусь к его губам, впиваясь в них в глубоком поцелуе. Он жадно отвечает, прикусывает мою нижнюю губу, заставляя меня вздрогнуть от острой вспышки наслаждения, и я шумно стонаю прямо ему в губы. Сэм низко рычит, и я чувствую, как его сдержанность окончательно ломается. Он больше не сидит неподвижно — он подстраивается под меня, начиная мощно толкаться навстречу каждому моему движению. Швы, рана, опасность — всё это просто испаряется. Мы сливаемся в одно единое целое, двигаясь в каком-то безумном, общем ритме и получая чистейшее, концентрированное удовольствие. — Ты только моя, слышишь? — глухо произносит он, заставляя меня посмотреть на него. Я чувствую, как бешено колотится его пульс под моей щекой, как его горячее дыхание обжигает мои волосы. Мои бёдра продолжают двигаться на его коленях, втираясь в него, а внутри всё сильнее натягивается сладкая струна, предвещая скорый и неизбежный финал. Напряжение в кабинете достигает своего пика, и ритм становится еще быстрее и глубже. Сэм крепко сжимает мои бедра, его пальцы впиваются в кожу, помогая мне двигаться на нем в этом безумном темпе. Каждый толчок отдается во всем теле, и мои стоны эхом разлетаются по комнате, полностью заглушая глухой гул музыки за дверью. — Сэм… я больше не могу… я сейчас… — задыхаясь, шепчу я ему в шею, чувствуя, как внутри всё начинает сжиматься в сладких спазмах. — Посмотри на меня, — хрипит он, и в его голосе слышится предельное напряжение. Я приподнимаю голову и встречаюсь с его потемневшим, диким взглядом. В этот самый момент мощная волна оргазма буквально вышибает искры из моих глаз. Я громко вскрикиваю, крепко прижимаясь к нему, а Сэм, помня о своем обещании, резко перехватывает меня за талию и одним мощным рывком снимает со своего члена, выходя в самую последнюю секунду. Он тяжело, хрипло рычит, содрогаясь на моих глазах, и его финал падает на кожаную поверхность дивана и на мои бедра. В кабинете воцаряется тишина, нарушаемая только нашим рваным, тяжелым дыханием. Силы окончательно покидают меня. Я обессиленно валюсь вперед, утыкаясь лбом в изгиб его шеи, и просто слушаю, как бешено колотится его сердце под моей щекой. Сэм крепко обнимает меня, прижимая к своему горячему торсу, и его руки, еще секунду назад бывшие жесткими, теперь нежно гладят меня по спине. — Ты меня когда-нибудь доконаешь, — с тихим, хриплым смешком выдыхает он мне в волосы, но его хватка говорит о том, что отпускать меня он не собирается. Я закрываю глаза, чувствуя невероятное тепло и покой, несмотря на весь хаос, который остался за дверями этого кабинета. В дверь резко постучали. Я вздрогнула, будто меня выдернули обратно в реальность, и быстро поднялась с дивана, поправляя одежду и пытаясь хоть немного привести дыхание в норму. Чёрт. Слишком резко. Сэм спокойно поднялся следом, будто его вообще ничего не смутило, накинул на себя рубашку, даже не застёгивая её — ткань осталась распахнутой, и я сразу невольно посмотрела на место раны. Надо потом проверить. После всего этого швы точно могли снова начать кровить. Я быстро отвернулась, убирая с дивана всё лишнее и стараясь выглядеть максимально нормально, хотя внутри всё ещё был полный хаос. Сэм тем временем подошёл к двери и открыл её. — Ты занят? — послышался голос Лукаса. Он вошёл внутрь, что-то продолжая говорить, но затем резко остановился. Тишина. Я почувствовала его взгляд на себе. Потом — на Сэме. Затем он медленно оглядел кабинет. Диван. Нас. Снова Сэма. И вдруг уголок его губ пополз вверх. — А-а… — протянул он с явной улыбкой. — Теперь понял, почему ты так долго не отвечал. Я тут же отвела взгляд, чувствуя, как становится неловко, и подошла чуть дальше к столу, делая вид, что занята сумкой. Сэм выглядел гораздо спокойнее меня. — Говори, зачем пришёл, — спокойно сказал он. Лукас тихо усмехнулся, всё ещё явно сдерживая комментарии. — Вообще-то у нас проблемы, — сказал он, но улыбка всё ещё не исчезала. — Но, вижу, у тебя тут… тоже важные дела. Я закатила глаза и наконец посмотрела на него. — Лукас. Он поднял руки в невинном жесте. — Молчу, молчу. Но по его лицу было видно — молчать он точно долго не собирается. Лукас наконец перестал улыбаться и стал серьёзнее. — Проблема в другом клубе за городом, — сказал он, переводя взгляд на Сэма. — Владелец начинает винить нас в том, что у него пропадают девушки. Сэм нахмурился. — Подробности? — Пока мало, — ответил Лукас. — Но он уже поднимает шум и хочет встретиться лично. Сэм молча застегнул рубашку, затем надел пиджак, скрывая повязку под тканью, хотя я всё равно заметила, как движение далось ему тяжелее, чем он пытался показать. — Подготовь машину, — спокойно сказал он. — Ты за рулём. Лукас приподнял брови. — О, даже так? — затем усмехнулся. — Уже и привилегии появились. Сэм бросил на него короткий взгляд. — Лукас. — Всё, понял. Он поднял руки в сдающемся жесте, всё ещё улыбаясь, и вышел из кабинета. Дверь закрылась. Я осталась смотреть на Сэма, пока он поправлял рукава, будто собирался не на разборки, а на обычную встречу. — Что случилось? — тихо спросила я. — Это надолго? Он подошёл ближе. Слишком близко. Но теперь это уже ощущалось… привычно. — Разберёмся и вернусь, — ответил он спокойно. — Один идиот решил, что может обвинять нас во всём подряд. Он чуть наклонился ко мне. — Не пропаду. Я смотрела на него несколько секунд, всё ещё чувствуя внутри это странное беспокойство. Он осторожно взял мою руку и коснулся губами пальцев. Тепло. Мягко. И слишком естественно, будто это давно стало нормальным. — Проверь свою рану, — тихо сказала я. — И будь аккуратнее. Он чуть улыбнулся. А затем коротко поцеловал меня в губы. Спокойно. Без спешки. После чего посмотрел на меня ещё секунду и направился к двери. Я осталась стоять посреди кабинета, слушая, как она закрывается за ним. И внутри снова появилось это чувство. Странное. Запутанное. Потому что между нами происходило что-то, чему никто не дал названия. Мы не говорили о любви. Не говорили о чувствах. Не обещали друг другу ничего. Но почему-то всё равно целовались, переживали, ждали друг друга и возвращались друг к другу снова. И, наверное, именно это пугало сильнее всего.