Indivisible darkness

      Тишина номера взорвалась хаосом их тел. Узкая кровать застонала под весом троих мужчин, но никто не обратил на это внимания. Владу было плевать на комфорт — он привык брать то, что хотел, силой или хитростью, а сейчас он хотел Матвеева до дрожи в кончиках пальцев. Он дергал одежду, цеплялся за ткань, рычал, когда пуговицы не поддавались, и впивался в губы Димы злыми, жадными поцелуями, отдающими привкусом коньяка и ментола.       Олег был другим. Даже в этом безумии он сохранял пугающую сосредоточенность. Пока Влад хозяйничал наверху, Шепс-младший оказался в ногах, его сильные ладони скользнули под джинсы Матвеева, обжигая кожу холодом и уверенностью. Олег не торопился. Он изучал тело Димы так, словно это была старинная рукопись с заклинаниями, смакуя каждую реакцию, каждый вздох и стон. — Твою мать… — выдохнул Дима, когда Влад укусил его за шею, оставляя метку, которую завтра не скроет никакой грим. Матвеев выгнулся, его пальцы впились в волосы Череватого, но одновременно с этим рука Олега легла на его бедро, сжимая с такой силой, что наверняка останутся синяки. — Смотри на меня, Димочка, — прошептал Влад, отстраняясь на секунду. Его глаза блестели безумным огнем. — Не на него. На меня. — Он не твой, Влад, — отозвался Олег снизу, его голос вибрировал от напряжения. Он резко дернул Диму на себя, заставляя того соскользнуть вниз по матрасу, разрывая поцелуй с Владом. Шепс не дал Матвееву опомниться — он накрыл его губы своими, глубоко и властно, забирая дыхание.       Влад хищно оскалился. Ревность вспыхнула внутри него, как бензин. Это не было частью сделки. Он не собирался делить Диму «поровну». Перемахнув через Матвеева, Влад оказался рядом с Олегом, его рука сжала плечо медиума, отталкивая. — Не зарывайся, Шепс. Ты здесь потому, что он позволил, а не потому, что ты лучше. — Ребята, хватит… — простонал Дима, его тело горело от нетерпения и переизбытка чужой, мощной магии, которая смешивалась в комнате. — Вы меня сводите с ума. Оба.       Влад посмотрел на Диму, потом на Олега, и в его взгляде мелькнула тень зловещей догадки. — А давай проверим, кто лучше, — прошипел Влад. Он бесцеремонно расправился с остатками одежды на Диме и, игнорируя протестующий взгляд Олега, потянулся к тумбочке, где, как он знал, лежал флакончик, прихваченный им «на всякий случай».       Олег перехватил его руку. На секунду в комнате повисла тяжелая, магическая тишина. Словно два хищника застыли перед броском. — Ты не сделаешь ему больно, Влад, — тихо произнес Олег. — Боль — это часть ритуала, медиум. Ты ли мне этого не знать? — Череватый вырвал руку и, усмехнувшись, снова повернулся к Диме. — Потерпишь, чернокнижник? Обещаю, тебе понравится.       Дима сглотнул, глядя на бутылочку в руке Влада. Он знал, на что шел. Он знал, что между этими двумя нет и не будет мира. Но сейчас, в этой темноте, когда их тела сплелись в неразрывный узел, он был готов стать их общим алтарем. — Делай, что хочешь, — выдохнул Дима, закрывая глаза.       В следующую секунду Влад приступил к подготовке, его пальцы были грубыми и нетерпеливыми, а Олег, поборов первую вспышку ярости, придвинулся ближе к изголовью. Он осторожно приподнял голову Димы, кладя ее себе на колени, и начал гладить его волосы, шепча что-то успокаивающее, пока Влад, не скрывая торжества, готовил Диму к тому, что должно было произойти дальше.       Эта ночь обещала быть долгой, и шрамы от нее должны были остаться не только на теле, но и на душе.