Сладкие грёзы

Это случилось через несколько недель. Или через месяц — Ал потерял счёт времени. Он знал, что это случится. Знал, что однажды утром проснётся и поймёт — сегодня. Или вечером. Или ночью. Он не знал когда, но знал, что это будет. Не потому, что тело требовало. Не потому, что он должен был. А потому, что хотел. Это случилось днём. Ал сидел в кабинете, работал над сценарием, и слова не шли. Он закрыл ноутбук, встал, прошёл в гостиную. Винс сидел на диване, читал книгу, и его лицо было спокойным, сосредоточенным. Ал остановился в дверях, смотрел на него. Винс поднял голову. Их взгляды встретились, и Ал видел, как Винс понимает. Не спрашивает. Не сомневается. Просто видит. Винс закрыл книгу, положил на столик, и его движения были спокойными, ровными. Он не сказал «ты уверен?». Не спросил «ты точно хочешь?». Он знал. Они оба знали. Ал подошёл, и Винс встал. Они стояли друг напротив друга, и между ними не было стены. Не было страха. Не было того, что держало их в тишине. Ал протянул руку, коснулся лица Винса. Кожа была тёплой, и он чувствовал, как Винс прикрывает глаза, как его дыхание становится глубже. Ал поцеловал его. Медленно, не торопясь.Он потянул Винса за руку и  они вошли в спальню, и Ал закрыл дверь. В комнате было темно, только свет с улицы пробивался сквозь шторы, оставляя бледные полосы на полу. Ал повернулся к Винсу, смотрел на него. Они раздевали друг друга медленно, не торопясь. Ал снял футболку с Винса, и его пальцы скользили по плечам, по груди, по шрамам, которые он знал наизусть. Винс снял футболку с него. Они стояли обнажённые, и Ал не прятал взгляда. Смотрел на Винса, на его тело, на шрамы, которые они оставили друг на друге, и не чувствовал стыда. Не чувствовал страха. Винс взял его за руку, и они легли на кровать. Ал чувствовал, как простыни холодят спину, как Винс нависает над ним, как его дыхание согревает лицо. Ал потянул его вниз и поцеловал. Поцелуй был глубоким, медленным, и Ал чувствовал, как Винс проводит рукой по его груди, по животу, по бёдрам. Ал закрыл глаза. Он чувствовал, как Винс заполняет его, как тело принимает. Винс двигался медленно, и Ал чувствовал каждое движение, каждый толчок, каждое касание. Он не сдерживал стоны. Не прятал лицо.  Винс кончил и Ал чувствовал это. Они лежали в темноте, и за окном сгущалась ночь. Ал проснулся и открыл глаза. Винс сидел на краю кровати, смотрел на него. — Доброе утро  — Доброе, — ответил Ал Винс улыбнулся, и его улыбка была той самой. Они сидели на кровати, и за окном вставало солнце, заливая комнату золотистым светом.   Это был тот самый день, когда лес пах особенно остро — хвоей, влажной землёй, чем-то первобытным, что звало наружу инстинкты, которые Ал прятал глубоко внутри, но никогда не терял. Он пришел на крыльцо, смотрел на лес, он повернулся к Винсу, который пришел с ним, и на его губах появилась усмешка. — Хочешь посмотреть, как я охочусь? — спросил Ал. — Ты охотишься? — Иногда  — Хочу Ал усмехнулся, пошёл в дом, и Винс за ним. Ал открыл шкаф, достал одежду. Он оделся медленно, и Винс смотрел на него. — Идём, — сказал Ал, и они вышли в лес. Ал шёл впереди, и его шаги были бесшумными, мягкими, как у зверя. Он чувствовал лес — его дыхание, его шум, его запахи. Винс шёл за ним, и Ал знал, что тот старается подражать его походке, но у него не получалось. Это было неважно. Ал вёл его на ту поляну, где охотился всегда, где знал каждую тропинку, каждое дерево, каждый куст. Они остановились на краю поляны, и Ал замер. Винс замер рядом, и Ал чувствовал его дыхание, его присутствие. Он поднял руку, показывая молчать. Винс послушался. Ал смотрел на поляну, и его глаза сканировали пространство, искали движение, звук, запах. Он увидел зайца. Тот сидел под кустом, его уши были насторожены, нос подрагивал, нюхая воздух. Ал смотрел на него, и в его груди поднималось что-то, что не имело названия. Не жестокость. Не голод. Что-то более древнее. — Сможешь что-то из этого приготовить? — спросил Ал шёпотом. Винс посмотрел на зайца, потом на Ала. — Смогу Ал кивнул. — Смотри Винс моргнул. И когда открыл глаза, Ала не было. Он стоял на краю поляны, и перед ним была пустота. Лес шумел, ветер качал ветки, но Ала не было. Винс замер, его сердце пропустило удар, но он не двинулся. Знал, что Ал рядом. Знал, что он вернётся. Ал двигался. Его тело знало, что делать. Он скользил между деревьями, бесшумный, незаметный, как тень. Его дыхание было ровным, пульс спокойным. Он вытащил нож — любимый боуи, который носил с собой в лес, когда хотел побыть один. Лезвие было острым, и он чувствовал его тяжесть в руке, его холод. Он видел зайца. Тот сидел под кустом, его уши дрожали, нос подрагивал. Ал приближался медленно, и каждый его шаг был рассчитан, каждое движение — точно. Заяц почуял его в последний момент. Дёрнулся, но было поздно. Ал метнулся, и его рука была быстрой, как удар. Лезвие вошло в шею зайца, и тот замер, даже не пискнув. Ал стоял над ним, и его дыхание было ровным, спокойным. Он поднял зайца, и кровь капала на его руки, на одежду, на лицо. Он смотрел на зверя, и в его глазах не было жестокости. Он вернулся к Винсу так же тихо, как ушёл. Винс моргнул, и Ал уже стоял перед ним, с зайцем в руках. На его лице была кровь, на руках, на одежде. Капли стекали по щеке, по шее, падали на землю. Ал смотрел на Винса. — Готов Винс смотрел на него. На его лицо, на котором была кровь. На его руки, которые держали зайца. — Ты красивый когда охотишься Ал замер. Смотрел на него. — Ты странный, на меня кровь, а ты говоришь, что я красивый — Ты всегда красивый — Идём, нужно обработать. Они вернулись в дом. Ал снял куртку, футболку, и Винс смотрел, как он моет руки, лицо, шею.  — Я помогу, — сказал Винс, и Ал кивнул. Они вышли на задний двор. Ал показал, как разделать зайца, и Винс смотрел, как его руки двигаются — уверенно, точно, как у человека, который делал это много раз. Нож скользил по шкуре, мясо отделялось от костей, и Ал работал молча, сосредоточенно. — Ты научишь меня? Ал поднял голову, посмотрел на него. — Научишь охотиться? — переспросил он. — Да Ал смотрел на него долгим взглядом. Потом его лицо изменилось, и он усмехнулся. — Хорошо, — сказал он. — Научу. Винс улыбнулся. —Но боюсь что ты слишком шумный для охоты и от тебя все убегут. Они закончили разделывать зайца, и Винс унёс мясо на кухню. Винс вышел, сел рядом. — Винс — М? — Ты правда сможешь приготовить? — Смогу — Проверим Они зашли в дом, и Винс встал у плиты. Ал сел за стол, смотрел, как он двигается, как его руки режут мясо, как он добавляет специи, как пробует на вкус.                         [винс кухарка ХВХАХАХ] — Вкусно?  — Пробуй, — ответил Винс Ал попробовал. Мясо было нежным, сочным, с пряным вкусом, который растекался по языку. — Вкусно — Правда? — Правда, — Ал кивнул. — Но не думай, что я буду хвалить тебя каждый раз. — Я и не думал Они поужинали, и Ал чувствовал, как усталость наваливается, как тело тяжелеет. Винс мыл посуду, а Ал сидел за столом. — Иди в душ, — сказал Винс, вытирая руки. — Я потом. Ал кивнул, встал, прошёл в ванную. Вода была горячей, и он стоял под струями, чувствуя, как напряжение уходит, как тело расслабляется. Он вышел из душа, вытерся, надел чистую футболку, штаны. Винс сидел на кровати. — Твоя очередь Винс встал, потянулся, и его лицо было расслабленным, счастливым. Ал смотрел на него, на то, как он двигается, как его руки поднимаются над головой, как футболка задирается, открывая полоску живота. У Ала появилось желание сделать что-то глупое. Ал сидел на краю кровати, смотрел, как Винс идёт, и его губы складывались в улыбку. Когда Винс поравнялся с ним, Ал вытянул ногу, и Винс споткнулся, взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, но не удержался. Он упал на пол, и его глаза расширились от неожиданности. Ал рассмеялся. Громко, свободно, как не смеялся давно. Смех вырвался из него, и он не мог его остановить. Он смеялся, глядя на Винса, который лежал на полу, растерянный, с открытым ртом, и в его глазах было удивление, которое быстро сменилось пониманием. — Ты… — начал Винс, и его голос был возмущённым, но в нём уже проскальзывала улыбка. — Ты подставил мне подножку? — Да, — Ал выдохнул, вытирая выступившие слёзы, и его смех стал тише, но не исчез. — Подставил. — Зачем? — Винс сел, и его лицо было красным, но он уже улыбался. — Потому что захотелось, — Ал смотрел на него, и его глаза блестели. — Потому что ты слишком медленно шёл. Потому что.. — Потому что? — Винс приподнял бровь. — Потому что ты заслужил. — Заслужил? — переспросил Винс, вставая. — За что? — За то, что ты есть, — Ал встал, и они стояли друг напротив друга. — За то, что ты терпишь меня. За то, что ты остаёшься. Винс шагнул к нему, и Ал не отступил. — Ты идиот,-сказал Аластор. Винс толкнул его в плечо, и Ал качнулся, но не упал. Он схватил Винса за руку, потянул на себя. — Отпусти, — смеялся Винс, пытаясь вырваться. — Не отпущу, — Ал держал его крепко. Они упали на кровать, и Винс оказался сверху. Его лицо было близко. — Ты специально — Специально — Ты хотел, чтобы я упал. — И ты упал) — Ты дурак — Нет, ты дурак,— ответил Ал, и он поцеловал Винса в щеку. Они лежали на кровати, переплетённые, и смех постепенно затихал, уступая место тишине. — Ты сентиментальный, — сказал он, и его голос был насмешливым, но в нём была мягкость. — Только с тобой, — ответил Винс. Ал перевернул их, и теперь он был сверху. Его лицо было близко, и он видел, как Винс смотрит на него. Ал наклонился и поцеловал его и  руки Винса обвили спину Ала, и они лежали, обнявшись. — Винсент,— прошептал Ал. — Что? — Иди в душ, но смотри под ноги. — Ты издеваешься, — сказал он, выбираясь из-под Ала. — Конечно. Винс ушёл в ванную, и Ал слышал, как шумит вода, как Винс напевает что-то под нос.  Винс вернулся, и его волосы были влажными, и он был в той футболке, которую Ал оставил для него. Он лёг рядом. — Ты спишь?  — Нет — О чём думаешь? Ал повернул голову, посмотрел на него. В темноте он видел только блеск его глаз, его силуэт. — О тебе, — сказал он.  Винс замер. — Не привыкай, это разовая акция. Он придвинулся, обнял Ала. — Ал, а ты можешь сказать что-нибудь на французском? Аластор лежал рядом, и его губы сложились в усмешку. — Зачем? — спросил он, и его голос был ленивым, насмешливым. — Хочу услышать, — Винс повернул голову, посмотрел на него. — Ты говоришь на французском. Я хочу знать, как это звучит. Ал повернулся на бок, подпёр голову рукой, смотрел на Винса сверху вниз. — Ты уверен? — Уверен Ал наклонился, и его губы коснулись уха Винса. Он прошептал тихо, почти неслышно: — T'es un putain d'idiot adorable (Ты чертовски милый идиот). Винс замер. Его глаза расширились, и он смотрел на Ала, не дыша. — Что это значит?  — Не скажу, — Ал отстранился, и его лицо было спокойным, но Винс видел, как он сдерживает улыбку. — Это секрет. — Аал!— Винс сел, и его лицо было серьёзным, но в глазах уже светилось любопытство. — Ты не можешь так. Сказать что-то и не сказать, что это значит. — Могу, — Ал лёг на спину, заложил руки за голову, и его улыбка была довольной. — И буду. — Это было романтично? — спросил Винс, и его голос был полон надежды. Ал повернул голову, посмотрел на него, и его глаза блестели. — Может быть, — сказал он. — Может быть, я сказал, что ты похож на моржа. Никогда не узнаешь. Винс смотрел на него, и в его глазах было подозрение, но он улыбался. — Ты врёшь — Проверь, — Ал усмехнулся. — Выучи французский. — Это займёт годы, — Винс покачал головой. — Тогда ты никогда не узнаешь, — Ал закрыл глаза, и его улыбка была самодовольной. С этого дня Ал начал говорить с ним на французском всё чаще. Не много, не каждый день, но в те моменты, когда Винс меньше всего ожидал. Иногда это было одно слово. Иногда целая фраза. И каждый раз Винс замирал, пытался угадать, что это значит, а Ал только улыбался и молчал. Однажды утром Винс готовил кофе, а Ал сидел за столом, смотрел на него, и его взгляд был ленивым, насмешливым. — T'as l'air con quand tu te concentres comme ça (Ты выглядишь глупо, когда так сосредоточен). Винс повернулся, и на его лице было любопытство. — Что ты сказал? — Что кофе пахнет хорошо, — ответил Ал, и его лицо было невинным. Винс прищурился, но ничего не сказал. Поставил чашку перед Алом, сел напротив. — Ты врёшь — С чего ты взял? — Потому что ты улыбаешься. Ты всегда улыбаешься, когда врёшь. — Я всегда улыбаюсь) — Нет, — Винс покачал головой. — Когда ты говоришь правду, ты усмехаешься. Когда врёшь — улыбаешься. Я заметил. Ал замер на секунду, потом рассмеялся. Негромко, но искренне. — Ты слишком наблюдательный, — сказал он. — Это бесит. — Знаю, — Винс улыбнулся. — Поэтому ты меня и держишь рядом. — Держу, потому что ты хорошо готовишь кофе, — Ал отпил из чашки. — И потому что ты смешно падаешь. — Я не смешно падаю, — возразил Винс. — Ещё как, — Ал поставил чашку, и его глаза блестели. — Comme une vache qui essaie de danser (Как корова, которая пытается танцевать). — Что? — Винс наклонился. — Что ты сказал? — Что ты грациозен, как балерина, — ответил Ал, и его лицо было серьёзным. Винс смотрел на него, и подозрение росло. — Ты издеваешься бля — Угу)), — Ал встал, прошёл мимо него, и его рука скользнула по плечу Винса. — Mais t'es trop mignon quand t'essaies de comprendre (Но ты слишком милый, когда пытаешься понять). — Что? — Винс повернулся, но Ал уже вышел из кухни. В тот вечер они сидели на диване, и Винс читал книгу, а Ал смотрел в окно. Вдруг Ал повернулся к нему, и его лицо было спокойным, но Винс знал это выражение. — Не надо, — сказал Винс, не поднимая головы. — T'as les oreilles qui bougent quand tu lis (У тебя уши двигаются, когда ты читаешь), — сказал Ал, и его голос был тихим, почти шёпотом. Винс поднял голову, и его руки замерли. — Что? — спросил он. — Что книга интересная, — ответил Ал, и он улыбнулся. — Ты опять врёшь, — Винс закрыл книгу, положил на столик. — Скажи правду. — Не скажу, — Ал откинулся на спинку дивана, и его лицо было самодовольным. — Va falloir apprendre le français(Придётся учить французский) — Ты говоришь что-то романтичное? — Может быть, — Ал наклонился, и его лицо оказалось близко. — Ou peut-être que je dis que t'es un petit chien perdu qui a besoin qu'on le caresse (Или, может, я говорю, что ты маленький потерянный пёсик, которого нужно погладить). Винс смотрел на него, и его глаза расширились. — Это было длинно, — сказал он. — Это точно не про погоду. — Умный, — Ал усмехнулся. — Mais t'es quand même trop facile à embrouiller (Но тебя всё равно слишком легко запутать). — Что? — Винс наклонился ближе. — Что ты красивый, — Ал отстранился, и его лицо было спокойным, но Винс видел, как он сдерживает улыбку. — Врёшь — Проверь Однажды они гуляли по лесу. Ал шёл впереди, и Винс смотрел на его спину, на то, как он двигается — бесшумно, плавно, как хищник. — Ал — Что? — Ал не обернулся. — Скажи что-нибудь. Ал остановился, повернулся. Его лицо было спокойным. — T'as un petit cul sympa (У тебя симпатичная задница). — Что? — Винс замер. — Что лес красивый, — ответил Ал и пошёл теперь за Винсом. — Ал! — крикнул Винс, и его голос был возмущённым. — Это было не про лес! — Откуда ты знаешь?  — Потому что ты идёшь теперь сзади! Ты не смотришь на лес! — Смотрю, Mais je préfère regarder autre chose (Но я предпочитаю смотреть на кое-что другое). Они стояли на тропинке, и лес шумел вокруг них. — Скажи, что ты сказал, — потребовал Винс. — Не скажу, — Ал смотрел на него, и его лицо было спокойным. — Va falloir te contenter de deviner (Придётся довольствоваться догадками). — Ты невыносим  — Знаю, — Ал пошёл дальше впереди , и его шаги были лёгкими, уверенными.—Но тебе это нравится. — Что ты сказал? — крикнул Винс, догоняя его. — Что я тебя люблю, — ответил Ал, не оборачиваясь. — Правда? — Tu crois vraiment que je vais te le dire comme ça? (Ты правда думаешь, что я скажу тебе это вот так?) — Ал! Это нечестно! — Жизнь нечестна, — Ал усмехнулся.— Смирись. — Ал — Чтоо? — Я выучу французский. И тогда ты не сможешь прятаться. — У тебя никогда не будет нужного уровня) — Я выучу, — сказал он. — Ты увидишь. Ал подошёл к нему, и его лицо оказалось близко. —Посмотрим. — Ал,Ты обещал научить меня охотиться — T'es trop bruyant pour chasser (Ты слишком шумный для охоты). — Что? — Что ты будешь отличным охотником. — Врёшь —  А ты проверь Винс не выучил французский. Это стало ясно уже через неделю. Он скачал приложение, открыл его раз, посмотрел на спряжения глаголов, на странные звуки, которые не мог повторить, и закрыл. Потом открыл снова, посмотрел на слово «bonjour», попробовал произнести — получилось «бонжур», как в старых фильмах. Ал, который сидел рядом и делал вид, что читает, услышал, и его плечи затряслись от смеха. — T'es ridicule (Ты смешной), — сказал Ал, не поднимая головы. — Что? — Винс повернулся к нему. — Что у тебя отлично получается, — ответил Ал, и его голос был ровным, но Винс видел, как он закусывает губу, чтобы не рассмеяться. — Ты врёшь, — сказал Винс, и Ал не выдержал, рассмеялся. — Ладно, — сказал он, вытирая глаза. — T'as un accent à faire pleurer les baguettes (У тебя акцент, от которого плачут багеты). — Это было что-то про еду? — Винс нахмурился. — Я сказал, что ты говоришь лучше, чем парижане, — Ал взял книгу, и его лицо снова стало спокойным. Однажды они сидели на террасе, и Винс пил кофе, а Ал смотрел на лес. Вдруг он повернулся к Винсу, и его лицо было серьёзным. — T'as une tête à te prendre pour un philosophe quand t'as pas dormi (У тебя вид философа, когда ты не выспался), — сказал он, и его голос был ровным, спокойным. — Что? — Винс поставил чашку. — Что ты выглядишь задумчивым, — ответил Ал, и он улыбнулся. — Ты опять врёшь, — Винс покачал головой. — Может быть, — Ал откинулся на спинку стула. — Это было что-то плохое, — сказал он. — Я вижу по твоим глазам. — T'as de bons yeux (У тебя хорошие глаза), — сказал Ал шепотом. — Опять? — Винс наклонился. — Я сказал, что у тебя проницательный взгляд, — Ал встал, прошёл мимо него, и его рука скользнула по плечу Винса. — Mais ça t'aide pas à comprendre ce que je raconte (Но это не помогает тебе понять, что я говорю). В тот же вечер они сидели на диване, и Винс листал книгу, а Ал смотрел в окно. Вдруг он повернулся к Винсу, и его лицо было спокойным, но Винс знал это выражение. — T'as un look de chien battu quand tu comprends pas (У тебя вид побитой собаки, когда ты не понимаешь), — сказал Ал, и его голос был тихим, почти шёпотом. Винс поднял голову, и его руки замерли. — Что? — спросил он. — Что ты выглядишь сосредоточенным — Это было про собаку, — сказал Винс, и его глаза сузились. — Я слышал слово «chien». Ал замер на секунду, потом рассмеялся. — Это было про собаку! — Винс отложил книгу. — Ты назвал меня собакой! — Я сказал, что ты похож на верного пса) — Ты обзываешь меня, а я не могу понять! —Тебе остаётся только выучить французский — Ты знаешь, что я не выучу, — Винс шагнул к нему. —Это не моя проблема, — Ал отступил ещё. Винс сделал выпад, пытаясь схватить его, но Ал увернулся. — Скажи, что ты сказал! — кричал Винс, пытаясь поймать его за руку. — Никогда— Ал смеялся. — Я поймаю тебя! Ал выскочил в коридор, и Винс за ним. Он поймал его у двери спальни, схватил за руку, прижал к стене. Ал не сопротивлялся, смотрел на него, и его глаза блестели. — Поймал, — Молодец — Скажи, что ты сказал, — Винс смотрел на него, и его лицо было близко. — хмм..Нет) — Я не отпущу, пока не скажешь. Винс прижал его сильнее, и Ал перестал смеяться, смотрел на него. —Тебя правда слишком легко разозлить — Я выучу! — Конечно, — Ал усмехнулся. — Et moi je deviendrai président de la République (А я стану президентом республики). — Это было что-то про президента?  — T'es trop mignon quand t'essaies (Ты слишком милый, когда пытаешься), — Ал поцеловал его. Винс замер, и Ал выскользнул из его рук, прошёл в спальню, бросил через плечо: — Удачи с изучением французского!  Винс смотрел ему вслед. Он вошёл в спальню, и Ал уже лежал на кровати. Они лежали в темноте, и за окном шумел лес, и Винс слушал дыхание Ала, ровное, спокойное. Ал говорил на французском постоянно. Винсент не понимал ни слова. Никогда. Даже «merde» он забыл на следующий день, потому что Ал сказал его всего раз, а Винсент запоминал только то, что повторялось. А Ал не повторял. Он говорил каждый раз новое, выдумывал на ходу, шептал на ухо, и Винсент стоял, смотрел на него, и в его глазах было то самое выражение, которое Ал называл «побитой собакой». Однажды утром Ал стоял у окна, пил кофе, и Винсент смотрел на его спину, Ал повернулся, и на его губах была улыбка. — T'as une tête à dormir debout, toi (У тебя вид человека, который спит на ходу) Винсент смотрел на него, ждал. Он уже не надеялся понять. Просто смотрел. — Что? — Что кофе вкусный Винсент кивнул. Он знал, что Ал врёт. Но это было не важно. Они снова гуляли по лесу. Ал шёл впереди, и Винсент смотрел на него и Ал остановился, повернулся. — T'as un bruit de troupeau quand tu marches (От тебя шум, как от целого стада). Винсент смотрел на него. — Что? — Что ты ходишь тихо, — ответил Ал, и он развернулся, пошёл дальше. Они вышли на поляну, и Ал сел на траву, опёрся на руки, закрыл глаза. Винсент сел рядом, смотрел на него. Они сидели на поляне, и лес шумел вокруг, как птицы поют где-то вдалеке. Ал повернул голову, посмотрел на него. — С тобой легко Винсент кивнул. Вечером они сидели на диване, и Ал читал книгу, а Винсент смотрел в окно. Ал закрыл книгу, повернулся к нему. — T'as une tête à te prendre pour un philosophe quand tu regardes par la fenêtre (У тебя вид философа, когда ты смотришь в окно). Винсент повернул голову, посмотрел на него. — Что? — Что ты выглядишь задумчивым Ночью они лежали в кровати, и Винсент чувствовал, как Ал придвигается ближе, как его рука ложится на его грудь. — Ал — Ммм?— Ал не открывал глаз. — Скажи что-нибудь. Ал открыл глаза, повернул голову, посмотрел на него. В темноте Винсент видел только блеск его глаз. — T'es un putain d'idiot (Ты чертов идиот). — Что? — спросил он. — Что ты милый очень , — ответил Ал, и он поцеловал Винсента в лоб. Винсент усмехнулся, обнял его, и они лежали, обнявшись. На следующее утро Винсент сидел на кухне, пил кофе, и Ал смотрел на него с той улыбкой, которая означала, что сейчас он что-то скажет. — T'as réussi à t'habiller tout seul ce matin? (Ты смог одеться сам сегодня утром?)  Винсент поднял голову, посмотрел на него. — Что? — Что ты хорошо выглядишь — Ты никогда не скажешь мне правду — Никогда, — согласился Ал. — И я никогда не узнаю, что ты говоришь. — Вот именно. — Ладно, — сказал он. — Говори что хочешь. Я всё равно не пойму. Ал смотрел на него долгим взглядом. — Je t'aime (Я люблю тебя). — Что?  — Что ты мне нравишься, — ответил Ал, и он встал, прошёл мимо, и его рука скользнула по плечу Винсента. Винсент смотрел ему вслед. Вечер наступил незаметно. Лес за окнами потемнел, и в доме стало тихо, только свечи горели на столике, отбрасывая тёплые блики на стены. Ал сидел на диване, сжимая в руке бокал с вином — второй за вечер, не больше, но достаточно, чтобы его лицо стало мягче, а взгляд — чуть тяжелее. Винс сидел рядом, читал книгу, но Ал знал, что он не читает. Он уже десять минут не переворачивал страницу. Ал поставил бокал, повернулся к Винсу. Тот поднял голову, и их взгляды встретились. — Что? — Ничего, — ответил Ал, и его голос был ленивым, тягучим. Он смотрел на Винса, на его лицо, на руки, которые держали книгу, и появилось желание смутить. Желание увидеть, как Винс покраснеет, как его глаза забегают, как он будет не знать, куда деть руки. — T'as des mains de pianiste (У тебя руки пианиста) — Чего? — У тебя красивые руки, — ответил Ал, и он взял книгу из рук Винса, отложил в сторону. Винс смотрел на него, и в его глазах было любопытство. — Это правда?  — Как думаешь?— Ал взял его руку, провёл пальцем по ладони, по запястью. — Je te dirais bien, mais ça gâcherait le mystère (Я бы сказал, но это испортит загадку). — Ал, — Винс попытался выдернуть руку, но Ал держал крепко. — Не дёргайся, — сказал Ал, и его голос был спокойным, но в нём была та самая насмешка, которую Винс знал. — T'es toujours aussi nerveux (Ты всегда такой нервный). Винс перестал вырываться. Сидел, смотрел, как Ал гладит его руку, как его пальцы скользят по коже, как он наклоняется, и его губы касаются запястья. — Что ты делаешь? — Смотрю, — ответил Ал, поднимая голову. — T'as des veines qui bougent quand t'es nerveux (У тебя вены двигаются, когда ты нервничаешь). — Это неправда, — сказал Винс. — Нет, — согласился Ал, и он улыбнулся. — Но ты милый, когда краснеешь. Винс покраснел.  — Ты пьян — Немного, — Ал наклонился, и его лицо оказалось близко. —Достаточно, чтобы говорить, что я думаю. — Ты всегда говоришь, что думаешь — Не-а, — Ал провёл пальцем по его губам. — Скажи мне правду — Зачем?— Ал усмехнулся. — Это испортит игру. Он взял лицо Винса в ладони, и его пальцы были тёплыми. Винс не отстранялся. Ал наклонился, и его губы коснулись губ Винса. Ал чувствовал, как он тает, как его дыхание становится глубже, как его пальцы сжимают его плечи. Он отстранился, и Винс смотрел на него. — Ал — Мм? — Ну я не понимаю, что ты говоришь. — Я знаю, — Поэтому я это и делаю Он взял Винса за руку, поднялся, потянул за собой. Винс встал, и они стояли друг напротив друга. — У тебя вид человека, который хочет понять что-то непостижимое), — сказал Ал, и он провёл рукой по груди Винса, по животу, останавливаясь на поясе. — Что? — Ничего важного, — ответил Ал, и он стягивал штаны. Винс вздрогнул, но не отстранился. Смотрел, как его руки двигаются медленно, уверенно. — Ты чего? — Смотрю на тебя Винс смотрел на него, и его лицо было красным, но он не отводил взгляда. Ал стянул с него штаны, и они упали на пол. Винс стоял перед ним в одних трусах, и Ал смотрел на него, на его ноги, на его руки, на его лицо, которое было смущённым, но он не прятался. — У тебя слишком длинные ноги для твоего торса, — сказал Ал, и он провёл рукой по бедру Винса, по колену, по голени. — Это неправда, нормальные они. Ал поднялся, и его лицо оказалось близко. Он поцеловал Винса, и его руки скользили по его телу, а руки Винса вцепились в футболку Ала, стягивая её. — Раздевайся — Почему не ты разденешь? — Ал усмехнулся, но снял футболку, и Винс смотрел на него, на его грудь. — Я голоден  — Мной? — Тобой Они двигались к кровати, и Винс толкнул его на постель, навис сверху. Ал смотрел на него. — Ты торопишься сегодня — Заткнись, — Винс наклонился, и его губы коснулись шеи Ала. Он чувствовал, как Винс целует его шею, ключицы, грудь, как его руки скользят по телу, как он стягивает с него штаны. Винс двигался медленно, но глубоко. Ал кончил с тихим стоном, и Винс замер, чувствуя, как мышцы сжимаются вокруг него. — Винс — М? — Ты мой любимый идиот Винс смотрел на него, и в его глазах была усталая покорность. — Это был комплимент? — спросил он. — Oui (Да), — Ал поцеловал его в нос. — Le meilleur que je puisse faire (Лучший, который я могу сделать). Винс усмехнулся, упал на него, и они лежали, обнявшись, и за окном сгущалась ночь, и лес шумел, и Ал чувствовал, как Винс засыпает, как его дыхание становится ровным, как его рука лежит на его груди. — Ал — Mмм? — Скажи что-нибудь. На французском. Ал чувствовал, как Винс прижимается к нему, как его пальцы сжимают его руку. — T'es un putain d'idiot adorable (Ты чертовски милый идиот), — сказал он. — Et je t'aime (И я люблю тебя). Винс не ответил. Он спал, и Ал смотрел на него, на его спокойное лицо, на его губы, которые были приоткрыты, на его ресницы, которые дрожали. Он знал, что Винс не слышал. Знал, что если бы и слышал, то не понял.