Ничего не говори

Миша сам не понял, как вышел из спальни в полном оцепенении. Просто вышел, ничего не сказав, не хлопая дверьми. Ему было непонятно, почему Наташа сказала, что он вечно выставляет её дурочкой. Ведь парень всё время их отношений считал себя достойным мужчиной и партнёром для неё, старался радовать сюрпризами, делал комплименты и поддерживал в трудных ситуациях. А тут вдруг появляется идея о том, что это для девушки, похоже, ничего не значило. Мыслей было слишком много, чтобы справиться с ними в одиночку, сидя в тёмной гостиной, так что Михаил наспех собрался и вышел проветриться в ближайшее кафе. Наташа осознала свой поступок, только когда ей в лицо подул холодный ветер из открытого окна, как бы возвращая в реальность. Она просто не выспалась, просто хотела, чтобы все проблемы решались сами, хоть и понимала, что это невозможно. С кем не бывает, ну наговорила гадостей из-за плохого настроения — некоторые девушки позволяют себе такое чуть ли не ежедневно, а она всего один раз. Сейчас это было, конечно, уже не так важно. Надо было решать вопрос о том, что будет с их отношениями в ближайшее время. Во-первых, по её собственной инициативе они теперь не разговаривают. Причём Наташа была уверена, что Клайп при первой же возможности начнёт болтать обо всём на свете, и это для него самое трудное испытание. Но ей было безумно стыдно идти извиняться, поэтому лучшим решением она посчитала поиграть в молчанку пару дней, а потом разберутся. Во-вторых, по-прежнему существует проблема записей для канала Эда. Пораскинув мозгами, Ната решила, что начальник обмолвился о том, что готов дать Мише небольшой отпуск, пока он не дома, значит этот вопрос частично закрыт. Частично лишь потому, что Миша, по идее, теперь будет всегда не дома, а значит мини-отпуск превратится в отставку от команды. Об этом они тоже поговорят позже, сейчас девушке не хотелось ничего, кроме как уснуть, закутавшись тёплым одеялом, что она и сделала. Довольно сильный ветер дул прямо в лицо Михаила, но тот даже не чувствовал его. Настолько сильно был способен погрузиться в свои мысли, что все ощущения наружного мира сразу отключались. Он уже сходил в кафе, посидел за столиком у окна с чашкой латте, правда, легче от этого не стало. Мысли съедали изнутри, становясь всё более печальными, где у них с Наташей не было счастливого исхода. Только холодная кровать, потому что рядом никто не обнимает, только куча свободного времени, ведь больше не с кем созваниваться каждую минуту, только давящее чувство одиночества в этом мире. Парень был неготовым к такому повороту событий, он должен был всё исправить, хоть и не был виноват. Он знал Наташу от и до, из-за этого сложилось чёткое понимание, что она не могла сказать такого, не могла поступить с ним настолько неправильно. Этого не могла та Наташа, с которой он встречался, а вот подавленная и недовольная сторона девушки была Мише неизвестна, эта её часть всегда оставалась вдалеке от парня. Потому так тяжело давалось ему осознание происходящего — ссор ещё не было в их отношениях, хоть они и были достаточно продолжительными. Всегда находилось верное решение без конфликтов, просто путём разговоров. Сейчас Михаил сидел на лавочке у подъезда, не зная, что ему делать дальше. Безусловно, в голове крутился вариант решения проблемы, но было понятно, что просто поговорить сейчас не выйдет — Наташа не разговаривает с ним. Всё-таки решив, что пора возвращаться, а иначе он тут замёрзнет, Клайп подошёл к входной двери и набрал номер квартиры на домофоне. Странно, но ключей Наташа ему не дала, так что выйти не составило труда, а вот попасть обратно нужно было постараться. Нам известно, что девушка просто уснула, то ли от усталости, то ли от разочарования в себе, а бедный Миша думал, что она специально не впускает его, якобы обижаясь на произошедшее. Позвонив пару раз, он вернулся на скамейку, ожидая, что кто-нибудь зайдёт в подъезд, а он проскочит с этим человеком. Подходящая персона появилась только спустя полчаса. Маленький мальчик возвращался с прогулки и любезно придержал дверь, чтобы парень успел зайти. Миша поблагодарил парнишку и бегом поднялся на этаж, где находилась квартира. Он стал звонить в дверь, стучаться, звонил на телефон Наташе и писал сообщения. Понятное дело, что ответа не последовало — беззвучный режим и крепчайший сон не давали возможности услышать хоть какой-то звук. А вот у Буша не было желания спать, кот шустро носился по квартире с плюшевой крыской. Он-то услышал стуки в дверь и пошёл будить Наташу, чтобы та открыла, ведь сам Бушик для этого маловат. Шершавый язык проскользнул по руке достаточно много раз, но девушка всё же проснулась. Питомец, наконец-то добившись своего, с мяуканьем помчался к входной двери. Наташа совершенно ничего не понимала спросонья, но пошла за ним, расслышав издалека стуки в коридоре. У Миши уже знатно побаливали кулаки, а он всё равно продолжал попытки попасть в квартиру. Его старания были не напрасны: в замке повернулся ключ, и дверь открылась. На пороге стояла заспанная Наташа, она осмотрела Клайпа с ног до головы, потирая глаза, и молча зашла обратно. «И это всё?» — промелькнуло у парня в голове. Она даже не спросит, где я был, зачем стучал так сильно, не захочет поговорить о том, что было. Видимо, дела обстояли серьёзно, раз молчанка действительно воплотилась в жизнь. Михаил переоделся в домашнюю футболку и спортивки и уселся на диван. Все его сообщения были прочитаны, но оставлены без ответа. Это напрягало ещё сильнее. Было принято решение попробовать сделать первый намёк, что он вообще-то тоже мог обидеться. Понятное дело, что он этим ничего не изменит, а даже может понизить себя в Наташиных глазах, но раз уж играть, то по её правилам, обижаясь точно так же. Потом он, конечно же, пойдёт извиняться, обсудит всё, как взрослый человек, но сейчас хотелось показать, что мужчина в семье не будет решать все проблемы вечно, он ведь тоже не железный. Надо было, так сказать, проверить, насколько всё серьёзно. Насколько девушка обижена и как долго это будет продолжаться. Миша дважды постучал и вошёл в спальню. Он не надеялся на какой-либо ответ, просто не был хозяином квартиры, чтобы свободно перемещаться без стука. В комнате парень увидел незаправленную кровать, кота под столом и Нату, сидящую в углу у этого самого стола. Она свернулась в комочек и, похоже, плакала… Нет, Миша не мог позволить себе уйти, но он взял из шкафа одеяло, подушку и комплект постельного белья и вышел. Было совершенно понятно, как же ужасно он сейчас поступил, и ему было противно от самого себя. Но при этом шестое чувство подсказывало, что сейчас он её не успокоит, а только доведёт ссору до худшего положения. Так что в данный момент всё, что он мог сделать — это постелить себе на диване и лечь спать. Наташа действительно плакала. В её голове творилась настоящая вакханалия и противостояние двух частей сознания (хотя девушка-то одна, никакой шизофрении нет, просто она запуталась). Первая появившаяся мысль твердила идти мириться, она виновата на все сто процентов, ну может быть, на два из них виновата её бессонница. Вторая, более заманчивая мысль предлагала оставаться в комнате и ждать примирения от парня. Ведь если Миша действительно не хочет её потерять, как он заявлял, то придёт и сам извинится. По итогам этой борьбы с самой собой она просто осталась в своей спальне, перебравшись из угла в постель. После сна она точно наберётся смелости поговорить, да и слова нужные придут в свежую голову быстрее. Утро вечера мудренее.