Танца драконов не будет

Глаз очень болит. Мейстеры предлагают маковое молоко, но я отмахиваюсь от них. Не хочется туманить разум. Матушка обеспокоенно вздыхает смотря на меня. А Деймон смотрит с уважением. Терплю, когда мейстер зашивает рану на глазу. Деймон предлагает вставить в глаз сапфир. Я говорю, что подумаю и возможно выберу цвет. Родитель улыбается и говорит что непременно будет несколько цветов. *** После того как мы прибыли в гости, наш дед попросил нас остаться. И так как в этот раз размолвки не было, Рейнира решила остаться ещё ненадолго, попросив меня стараться избегать Эймонда Таргариена. Я задумчиво перелестнул книгу. Что-то о принцессах и драконах. Скукота. Рыцарь так и не пришёл и принцесса навсегда осталась с драконом. Конец. Я захлопнул книгу на середине. И усмехнулся. Конечно это был не конец, дракон бы потом превратился в прекрасного принца и подарил принцессе чудесных драконов. Поистине странное чтиво. — Читаешь? — Эймонд пристально наблюдал за племянником. — Читаю. — согласился я и невольно прикусил нижнюю губу. — Я уже ухожу. — встал, собираясь удалиться из библиотеки. — Нет. — твердо ответил Таргариен оставив племянника и толкнув его обратно на кресло. — Ты должен мне. — сапфировый глаз устремился на зияющую дыру. Люцерис не носил ни повязки и пока что никого сапфира. Многие смотрели на него с опаской. — Что я тебе должен? — устало сказал я. — Я уже всё оплатил. Я сожалею, что это случилось, я сожалею, что мы издевались над тобой, дядя. — Ты вырос. — тягучий голос протянул над ухом. Эймонд встал слишком близко. — Несомненно. Я начал понимать, что эта детская глупость должна закончиться. — стараясь выглядеть спокойно, я посмотрел в глаз дяди с высока. — Ха. — Эймонд схватил племянника за ворот белой рубашки и притянул к себе. — Вы с братом насмехались надо мной, даже Эйгон, а сейчас ты делаешь вид, что меня вообще нет. — беловолосый прикоснулся нос к носу с Люком, желая увидеть хоть какую-то реакцию, но парень сидел смирно. — Чего ты хочешь, дядя? Хоть я и не вырос физически, но умом понимаю — нет смысла враждовать, мы родственники. — я хотел было оттолкнуть его, но он схватил меня мёртвой хваткой. — Почему? Почему ты игнорируешь меня? — Я не хочу проблем. — признался, глядя в сапфир и перевёл взгляд на дядю. — Мне они не нужны. А теперь отпусти. Пожалуйста. Эймонд усмехнулся. Сначала я было успокоился, думая, что дядя отпустит меня, но я никак не предвидел того, что Эймонд мать его, поцелует меня. Он целовал требовательно, грубости хватало. Словно он мстил. Мстил за то, что я его игнорировал. Мял мои губы, просунув свой язык. Я же целоваться не умел. Неумело клевал его губы, надавливая на нижнюю. И Эймонд отстранился. Он ещё раз оглядел меня и усмехнувшись удалился, оставив меня наедине. Краснеющего и смущенного. Что чёрт возьми это было?

***

Потирая губы, на которых всё ещё чувствовались горячие губы я шёл по коридору. Было уже за полночь, засиделся я. Я испугался, услышав шаги. И тот час выдохнул, когда увидел Эйгона. — О, Люк. — голос дяди был пьяным и он с хмельной улыбкой смотрел на племянника. — А ты подрос. — Я не мог подрасти, мы виделись вчера. — сглотнул слюну. Эйгон выглядел как тот, которого стоило бояться. — Нет. — Эйгон подошёл ближе к родственнику и потрепал по голове. — Ты вырос. Стал красивее. — улыбка скакнула вверх. — Эм. — я замялся, было странно, как я мог вырасти ща один день? — Я пойду уже, спать… — Ну-ну, не тропись, племянник. — Таргариен прижал Люка к стене. — Мы же только начали. Пальцы пробрались к рубашке, разрывая её, пуговицы полетели на пол. Я пытаюсь вырваться, но не смотря на то что Эйгон пьян, его хватка стальная. Да что же такое? Блять. Блять, блять, блять. Младший Таргариен отбрасывает рубашку и разминает соски, вырывая стон из Люцериса. Темноволосый оторопело смотрит на парня. — Чем это вы тут занимаетесь? — суровый голос не даёт начать Эйгону, чтобы тот не хотел. Я позволил себе выдохнуть. Эймонд. Он презрительно смотрел как меня удерживает его брат и лапает. — Да так. — Эйгон пьяно усмехнулся. — Развлекаемся, нашему племяшке даже нравится. — голодная улыбка расползается на лице Таргариена. — Раз нравится, не буду вам мешать, развлекайтесь. — равнодушно сказал Эймонд и пошёл. — Нет! Эймонд. — когда парень развернулся и посмотрел на меня с серьёзным взглядом, я кинул на него такой умоляющий взгляд, что того передёрнуло. — Я его забираю. — Но мы же не закончили. — тоном мелкого ребёнка протянул его брат. — Достаточно, Эйгон. — этот тон не сулил ничего хорошего и младший отстранился, недовольно отпустив племянника. Я схватился за руку Эймонда как за соломинку. Меня потряхивало. Я и не понял, как мы дошли до моих покоев. Как только я присел на кровать меня тут же отрубило. Слышно лишь было как от чьего-то веса прогнулась кровать и как мои волосы поглаживали всю ночь.