После

Через три дня после смерти Макса пилоты сидели в моторхоуме Mercedes. Похороны прошли накануне. Маленькая церемония. Только семья. Отец. Они не пошли. Их не пригласили. Да и зачем? Они не были друзьями. Они были конкурентами. Соперниками. Людьми, которые не знали его. Совсем. Странно, сказал Ландо. Он сидел, обхватив колени, и смотрел в пол. Он выиграл гонку. А потом… зачем? Зачем ему это? Может, устал, пожал плечами Джордж. От гонок. От давления. От всего. Но он выиграл, сказал Оскар. Он был лучшим. Зачем уходить, когда ты лучший? Не знаю, сказал Кими. Может, ему было плохо. Может, он был… Он не был, перебил Льюис. Он был обычным. Просто… замкнутым. Нелюдимым. Таким, как всегда. Тогда почему? спросил Шарль. Почему он это сделал? Никто не ответил. Система, сказал Шарль. Та, что стояла в шлемах. Она записывала всё. Мысли. Чувства. Всё. Мы можем посмотреть. Зачем? спросил Джордж. Он мёртв. Что это изменит? Я хочу понять, сказал Шарль. Я хочу знать, почему. Почему он это сделал. Почему он был таким. Почему он никогда… Он не закончил. Я тоже, сказал Ландо. Я хочу знать. Хорошо, сказал Льюис. Посмотрим. Они взяли свои шлемы. Надели их одновременно. Система, которая была активна всё это время, записала каждый момент жизни Макса Ферстаппена за последние пять лет. Они нажали «воспроизвести». И увидели. Перед ними открылась картина. Не одна. Много. Тысячи. Каждое утро Макса за последние пять лет. Они видели, как он просыпается в 5:30. Как лежит, глядя в потолок, и думает: Пять тридцать. Пора вставать. У тебя нет права лежать. Ты ничего не сделал, чтобы заслужить отдых. Ты вообще ничего не сделал, чтобы заслужить что-либо. Ландо смотрел на это и не понимал. Он просыпался в восемь. Иногда в девять. Он никогда не вставал в пять тридцать. И никогда не думал, что не заслуживает отдыха. Что он говорит? спросил Ландо. Не заслуживает отдыха? О чём он? Никто не ответил. Они видели, как Макс садится. Как идёт к зеркалу. Как смотрит на своё отражение. Как говорит себе: Ты никто. Ты пустое место. Ты занимаешь пространство, которое могли бы занять другие. Более достойные. Более нужные. Шарль смотрел на это и чувствовал, как у него перехватывает горло. Он не понимал. Он смотрел в зеркало после поражений. Думал: Ты должен был победить. Ты слабак». Но он никогда не говорил себе, что он никто. Что он пустое место. Почему он так говорит? спросил Шарль. Почему он думает, что он никто? Никто не ответил. Они видели, как Макс одевается. Выходит. Идёт к машине. Открывает багажник. Там пакеты. С каждым днём всё больше. Они видели, как он идёт по паддоку в темноте. Бесшумно. Незаметно. Оставляет пакеты у дверей. Придавливает камнем. Не оглядывается. Ландо узнал свой пакет. Сэндвичи с лососем и авокадо. Те самые, которые он находил на пороге каждое утро. Это он? спросил Ландо. Это он оставлял сэндвичи? Они смотрели, как Макс кладёт пакет у двери Шарля. Кофе с корицей. Круассан с миндалём. Шарль смотрел и не мог поверить. Он находил эти пакеты каждое утро. Думал, что это подарок от фанатов. Или от команды. Он никогда не думал, что это Макс. Зачем? спросил Шарль. Зачем он это делал? Никто не ответил. Они видели, как Макс оставляет пакет у двери Джорджа. Бальзам для губ. Джордж смотрел и не мог вымолвить ни слова. Он вспомнил, как нашёл бальзам. Как удивился. Как подумал: «Кто-то знает, что мне нужно». Он не думал, что это Макс. Он покупал мне бальзам? спросил Джордж. Зачем? Никто не ответил. Они видели, как Макс оставляет пакет у двери Оскара. Книга. Сто лет одиночества. Оскар сжал кулаки. Он искал эту книгу три месяца. Он думал, что её купила команда. Или кто-то из фанатов. Он никогда не думал, что это Макс. Откуда он знал? спросил Оскар. Откуда он знал, что я ищу эту книгу? Никто не ответил. Они видели, как Макс оставляет пакет у двери Кими. Тёплые носки. Кими смотрел на это и чувствовал, как слёзы текут по его лицу. Он вспомнил, как нашёл носки. Как надел их. Как перестал мёрзнуть. Он думал, что их купила команда. Он знал, что я мёрзну, прошептал Кими. Откуда он знал? Никто не ответил. Они видели, как Макс оставляет пакет у двери Льюиса. Тёплые носки. Большого размера. Льюис смотрел и не мог отвести глаз. Он вспомнил, как находил эти носки. Как думал, что это подарок от команды. Он никогда не думал, что это Макс. Он всё это делал, сказал Льюис. Каждое утро. Пять лет. А мы… Они нажали «продолжить». Они видели, как Макс возвращается в трейлер. Как садится на пол. Как смотрит в пустоту. И думает: Ты сделал это. Ещё один день. Ещё один день, когда ты был полезен. Когда ты был быстр. Когда ты не был мусором. Но завтра? Послезавтра? Когда ты перестанешь быть быстрым, тебя выбросят. Как старую машину. Как ненужную деталь. Как мусор. Они видели, как он ложится. Как закрывает глаза. Как видит во сне отца. Отец стоит над ним с ремнём. Говорит: Ты никто. Ты ничего не стоишь. Ты занимаешь место. Место, которое могли бы занять другие. Более достойные. Более нужные. Ты — ошибка. Ошибки исправляют. Или выбрасывают. Льюис смотрел на это и чувствовал, как его кулаки сжимаются. Он видел этот сон. Он видел, как отец бьёт Макса. Как мальчик, которому шесть лет, стоит на коленях и не плачет. Его били, сказал Льюис. Отец. Всё детство. Говорил ему, что он никто. Что он ошибка. Почему? спросил Кими. Почему он так с ним? Не знаю, сказал Льюис. Но он сломал его. Сломал так, что Макс поверил. Поверил, что он мусор. Они видели, как Макс просыпается. Смотрит в потолок. Думает: Он прав. Он всегда прав. Я ошибка. Ошибки не живут долго. Ошибки исчезают. Чтобы освободить место для других. Они видели, как он встаёт. Идёт к столу. Открывает ящик. Достаёт маленький пузырёк. Смотрит на него. Кладёт обратно. Думает: Не сегодня. Сегодня я был быстр. Сегодня я был полезен. Может быть, завтра. Или послезавтра. Когда отец скажет. Когда придёт время. Они видели, как он делает это снова и снова. Каждую ночь. Достаёт пузырёк. Смотрит на таблетки. Кладёт обратно. Он делал это каждую ночь, сказал Шарль. Он выбирал жизнь. Каждую ночь. Чтобы утром оставить нам сэндвичи. Чтобы купить носки. Чтобы… Он не закончил.