Инстинкт

Когда цикл окончательно отпустил, они выбрались из клуба. Было утро, город просыпался, пахло дождём и свежестью. Антон держал Арсения за руку, и тот не отнимал. — Я не знаю твоего настоящего имени, — вдруг сказал Арсений. — Антон. А ты? — Арсений. — Приятно познакомиться, Арсений, — улыбнулся Антон. — В нормальной обстановке. — Взаимно. Они дошли до круглосуточной кофейни, заказали кофе и сели за столик у окна. Смотрели друг на друга — уже не как звери, а как люди. — Я обычно не хожу в такие места, — признался Арсений. — В клуб. Это первый раз. — Я тоже. — И что теперь? — Арсений отпил кофе, глядя поверх чашки. — Теперь — всё, что захочешь. — Антон пожал плечами. — Можем забыть, что было. Можем продолжить. Можем попробовать… нормальные отношения. Без клуба, без секс марафона. Просто мы. Арсений долго молчал, потом поставил чашку. — У меня никогда не было нормальных отношений. Только насилие и боль. — У меня не было вообще никаких. Я боялся причинить боль. Они снова замолчали. За окном зашумел дождь, люди побежали прятаться под козырьки. — Давай попробуем, — сказал Арсений. — Только без клуба. Хотя бы сначала. — Договорились. Они обменялись номерами, и Антон проводил Арсения до общаги. У дверей они поцеловались — медленно, нежно, совсем не так, как в клубе. — До встречи, — сказал Арсений. — До встречи. И дверь закрылась. ••• Они встречались почти каждый день. Ходили в кино, гуляли в парке, готовили ужин у Антона. Арсений постепенно оттаивал, переставал вздрагивать от резких движений. Антон учился не бояться своей силы. А Когда наступила очередная течка, Арсений сам пришёл к нему. — Хочу, чтобы ты был рядом, — сказал он. — Только ты. Но если станет слишком… можно клуб. — Не надо клуб, — ответил Антон. — Я справлюсь. Они провели три дня в квартире Антона, и это было не менее жарко, чем в клубе, но в тысячу раз интимнее. Антон брал его жёстко, когда инстинкты зашкаливали, и нежно, когда Арсений просил передышки. Ни разу не возникло желания позвать кого-то ещё. — Знаешь, — сказал Арсений после, лёжа в его объятиях. — В клубе я думал, что это просто инстинкт. Что ты просто альфа, который подошёл первым. — А теперь? — А теперь я знаю, что ты — единственный, кого я хочу видеть рядом. И в течку, и без. Антон поцеловал его в макушку. — Я тоже. Ты — мой омега. Навсегда. За окном шумел город, а они лежали, переплетясь, и это было началом чего-то настоящего. Где-то в цокольном этаже старого особняка «Инстинкт» продолжал работать — принимал новых омег и альф, жаждущих утолить голод. Но для двоих он стал лишь дверью, за которой началась их история. Конец.