Острамалл

      Ноэмиль вглядывается в текст очередного документа и с трудом подавляет зевок. Надо ложиться, поспать хотя бы немного перед очередным днем. Все равно ведь сейчас она с трудом разбирает написанное, да и сомневается в разумности своих решений. Впрочем, она и после сна в них сомневается.       Настойчивый стук в дверь в ночной тишине кажется особенно громким. Крылья Ноэмиль невольно вздрагивают, она непонимающе поворачивает голову. Стук повторяется. Кто бы стал беспокоить ее в столь поздний час? И по какой причине?        — Ваше Величество, простите за беспокойство, но это срочно, — голос принадлежит одному из стражников.       — Войдите, — внутри замирает холодное, неприятное предчувствие. Что-то явно случилось.       Дверь открывается, внутрь заходит альвинд, смутно знакомый Ноэмиль, а его форма явно дает понять, что он из стражи леди Эйлис. Предчувствие становится лишь сильнее.       — Доброй ночи, Ваше Величество, — он уважительно кланяется, — прошу прощения за беспокойство в столь поздний час, однако я вынужден сообщить, что на Ее Светлость леди Эйлис было совершено покушение. — Ноэмиль чувствует, как внутри все сковывает и замирает. — Нападавшие обезврежены, Ее Светлость не пострадала, велела вам сообщить и дождаться ваших указаний.       Ноэмиль старательно не дает крыльям задрожать. Хуже и быть не может. Хотя нет, если бы покушение было успешным, было бы хуже. Но даже так все очень, очень плохо. И дня не прошло с отъезда лорда Маттео, как на его мать напали в стенах дворца. Да, она не пострадала, но что теперь она предпримет? И что делать самой Ноэмиль? От нее ведь ждут реакции и указаний.       — Благодарю за сообщение, — она старается говорить спокойно, поднимается с кресла и выходит из покоев. — Следуйте за мной, — обращается она к стражникам у двери, — и прикажите еще нескольким подойти к гостевым покоям Ее Светлости леди Эйлис Дэ’Рэсэй.       Лично удостовериться, что с гостьей все в порядке, принести извинения — меньшее, что может Ноэмиль. Но этого явно будет недостаточно. Подобное происшествие — катастрофа, и невероятная удача, что леди Эйлис уцелела. Но что она скажет и сделает? Ноэмиль невольно прикусывает губу и усиливает контроль над крыльями. Не станет ли это нападение поводом для леди Эйлис отказаться от идеи союза или, как минимум, пересмотреть некоторые пункты договора? Хочется верить, что она не станет делать этого хотя бы без ведома лорда Маттео, но Ноэмиль не уверена, и как он отреагирует на новость о покушении на жизнь матери. Может, он тоже решит, что этот союз — бессмысленная трата времени.       Ноэмиль резко выдыхает, удерживать крылья под контролем становится все сложнее. Она ничего не сделала, чтобы этого избежать. Усиления стражи явно оказалось недостаточно. А больше она ничего не предприняла. И это ведь всего через несколько дней после того, как она, поддавшись эмоциям, наивно заявила леди Эйлис, что добьется величия Острамалла. Какое уж тут величие, если она не может гарантировать безопасность даже в собственном дворце! Она совсем ничего не может. С каждым днем это все очевиднее. Теперь уже точно не только ей и знати Острамалла.       Если до этого, во время переговоров, леди Эйлис и вела себя иначе, чем лорды Острамалла, то теперь должна была убедиться в их правоте. Тем более, лорда Маттео сейчас нет, и неизвестно, как сильно его присутствие сдерживало и смягчало действия и слова леди Эйлис.       Чем ближе Ноэмиль подходит к гостевому крылу, а затем и гостевым покоям леди Эйлис, тем сложнее заставлять себя идти дальше. Все внутри закручивается тугим, холодным узлом, напоминая, как в детстве она боялась наказания. Вот только сейчас “наказание” может сказаться на всем королевстве.       Перед дверью в покои леди Эйлис Ноэмиль заставляет себя глубоко вдохнуть. Главное, выдержать, не дать себе показать совсем уж очевидную слабость, какими бы болезненными ни были бы слова леди Эйлис. Она должна принять последствия своей же ошибки.       Леди Эйлис сидит за письменным столом, но поворачивается, стоит стражнику открыть дверь. Ее лицо такое же спокойное, как во время переговоров, словно не случилось ровным счетом ничего необычного. Разве что платье на ней чуть более простое, да волосы слегка взъерошены.       — Доброй ночи, Ваша Светлость, — сразу же произносит Ноэмиль. — Прошу прощения, что не смогла достойным образом обеспечить вашу безопасность. Я распоряжусь, чтобы вам предоставили более надежные покои.       Возможно, что-то в ее крыле, что-то более охраняемое, хотя Ноэмиль не уверена, насколько это поможет.       — Доброй ночи, Ваше Величество, — леди Эйлис поднимается с кресла, выполняет вежливый реверанс и смотрит все также спокойно. Ноэмиль хочется зажмурится, чтобы не увидеть в ее взгляде разочарования или же чего-то подобного, но она заставляет себя выдержать этот ровный взгляд и не различает в нем ничего, кроме спокойствия. — Благодарю за беспокойство, однако я бы предпочла остаться в этих покоях, если возможно.       Голос тоже совершенно спокойный, в нем нет ни намека на упрек или нечто похожее. Ноэмиль не может ничего понять. Но, кажется, прямо сейчас леди Эйлис не намерена ничего требовать. И это, пусть и самую малость, но успокаивает.       — В таком случае я распоряжусь, чтобы здесь и поблизости заметно усилили защитные чары.       Она должна сделать хоть что-то, показать, что она понимает ошибку и постарается ее исправить.       — Благодарю, — леди Эйлис коротко кивает, и ее тон остается все таким же непроницаемым. — Нападавшие в спальне.       Тогда стоит и Ноэмиль туда пойти. Хотя бы увидеть, кто это был.        Двое неизвестных личностей, человек и альвинд без явной униформы, связаны у одной из стен не слишком далеко от двери в потайные ходы. Должно быть, так они и проникли в спальню. Внутри все вновь сжимается, причем гораздо сильнее. Ноэмиль смотрит на пленных, особенно на альвинда. А ведь вокруг него ощущается неслабая, едва уловимо покалывающая магическая энергия. Ноэмиль бросает взгляд на леди Эйлис. Ни царапины. По крайней мере на первый взгляд. Но как? Этот альвинд явно хороший, умелый маг, а про неспособность леди Эйлис к магии известно многим.       — Отведите их в подземелья и допросите, — понимая, что от нее все еще ждут указаний, произносит Ноэмиль, — и проверьте потайные ходы.       Стоит убедиться, что во дворце больше нет посторонних.       — Будет исполнено, Ваше Величество, — произносит один из стражников.       Ноэмиль поворачивается к леди Эйлис, все еще не может понять, как ей удалось уцелеть. Против мага подобной силы Ноэмиль и сама не уверена, что выстояла бы. Она, конечно, не самая сильная заклинательница, но на что-то все же способна. Ноэмиль вглядывается в спокойное, возможно, немного задумчивое лицо леди Эйлис. Не может же это все быть ее игрой? Или… может? Момент ведь выбран очень удачно, а нападение — весомый повод для пересмотра договора. Ноэмиль совсем не хочется допускать такую жестокую возможность, но отогнать мысль уже не выходит.       — Леди Эйлис, — она понимает, что своими подозрениями может лишь сильнее оскорбить, но не может просто промолчать. Ей нужно знать, — я рада, что вы не пострадали в результате этого нападения, однако поскольку один из нападавших был весьма сильным магом, мне бы хотелось знать, как вам это удалось.       Голос подрагивает, выдавая неуверенность, но полностью его контролировать не выходит.       — Личные разработки. — Ответ совсем ничего не объясняет. — К сожалению, я не могу рассказать их детали из-за распоряжения Совета, однако вы можете ощутить их работу, и это ответит на ваш вопрос. — Леди Эйлис садится на край расстеленной кровати и жестом предлагает сесть рядом. Ноэмиль медлит, чувствуя, что это не слишком правильно, но все же садится, медленно, осторожно. Внешне не меняется совершенно ничего, но бедрам, талии и животу вдруг становится холодно и словно пусто. Ноэмиль вскакивает, невольно отступает на пару шагов. Ощущения вновь становятся самыми обычными. — По тому же распоряжению я могу использовать их исключительно для собственной защиты.       Голос леди Эйлис все такой же спокойный, и Ноэмиль догадывается, что это может быть. Она слышала о связи рода Дэ’Рэсэй с импирисом, но никогда не задумывалась, для чего им это, и что отсутствие магии ощущается так пугающе. Впрочем, для той, кто и так ее не чувствует, это действительно идеальная, объясняющая все защита.       — Благодарю за ответ, — дрожь в голосе становится лишь заметнее.       Ноэмиль отводит взгляд, проходит по комнате, понимая, что еще немного, и рухнет даже то подобие спокойствия, которое она пытается изобразить. Она сжимает в руке родовой артефакт, но это никак не помогает.       — Подождите в коридоре, — слышит она чуть более тихий голос леди Эйлис, и почти неосознанно кивает, желая, чтобы ее хотя бы ненадолго оставили одну. — Ваше Величество, я буду в гостиной.       Ноэмиль слышит тихий стук закрывшейся двери и выдыхает. Нервно, прерывисто. Теперь леди Эйлис, должно быть, только больше убедилась, что Ноэмиль даже саму себя не может контролировать, что уж говорить о целом королевстве. Крылья вздрагивают, и Ноэмиль резко выдыхает. Нужно успокоиться. Хотя бы немного. Напали ведь не на нее, а на леди Эйлис, что по ее виду никак нельзя установить. Откуда в ней столько стойкости и спокойствия? Ноэмиль бросает взгляд в сторону кровати и тут же его отводит. Она никогда не задумывалась, что значит не чувствовать магию и как это пугает. А для леди Эйлис это, похоже, самая обычная вещь. И, кажется, ее этот факт не слишком волнует. Уж точно не внешне.       Ноэмиль обходит спальню, в нескольких местах чувствует едва различимые отголоски энергии защитных артефактов лорда Маттео, распознать которые удается во многом из-за собственного ощущения их действий. Стоило догадаться, что он не оставит мать без защиты. И теперь понятно желание леди Эйлис остаться в этих покоях.        Ноэмиль выдыхает, смотрит в сторону двери. Она ведь даже не поинтересовалась состоянием леди Эйлис после покушения, может, ей нужна помощь лекаря или что-то еще. По ее виду, конечно, этого не скажешь, но мало ли. За последнее время Ноэмиль не сделала вообще ничего полезного кроме, разве что, формальных приказов. Нужно хотя бы попытаться это исправить. Вот только — крылья снова вздрагивают — леди Эйлис так и не выдвинула никаких своих претензий и требований из-за покушения. Возможно, не хотела делать этого при страже и слугах. Теперь, наедине, особенно после того, как сама Ноэмиль можно сказать не удержала контроль над эмоциями, у леди Эйлис есть возможность сделать это наедине.        Ноэмиль качает головой, берет под контроль крылья. Ничего не изменится, если она просто останется в комнате. Нужно выйти и узнать, чем это покушение обернется для договора и Острамалла.        Леди Эйлис снова сидит за письменным столом и оборачивается, стоит только закрыться двери. Ноэмиль не знает, как лучше начать разговор.       — Ваше Величество, не желаете немного бодрящего отвара? — первой интересуется леди Эйлис, подходя к небольшому столику около камина. Вопрос кажется неожиданным и неуместным. — Его рецепт немного изменен на мой вкус, но, надеюсь, вам он понравится. — Она разливает отвар по бокалам, украшенным драгоценными камнями. Ноэмиль подходит ближе, все еще не понимая, как реагировать. — Бокалы зачарованы на распознавание известных ядов, сейчас доступ к ним есть лишь у меня.       Леди Эйлис по-своему трактует ее молчание. Ноэмиль приглядывается к бокалам, ощущает окружающие их чары и различает в них что-то смутно знакомое.       — Это чары лорда Маттео?       Вопрос, возможно, даже неуместный, первый пришедший в голову, кажется лучше давящей тишины.       — Верно.       Ноэмиль осторожно берет бокал, садится в кресло. Скорее всего, ее подозрения выглядят совсем неуместно, едва ли леди Эйлис собиралась ее отравить, но они уже озвучены. Ноэмиль делает глоток, украдкой наблюдает за леди Эйлис, которая садится в соседнее кресло, и замечает полосу покрасневшей кожи, едва заметную из-за ворота платья. Похоже, нападение все же оставило какой-то след, но сама леди Эйлис совершенно не заостряет на этом внимания. Вкус у отвара оказывается более терпким и насыщенным, чем привыкла Ноэмиль, но вполне приятный.       — Благодарю, — тишина кажется совсем невыносимой, так что Ноэмиль решает хоть что-то сказать, — и прошу прощения за свою реакцию в спальне. — Она даже не уверена, что имеет в виду: мелькнувшее подозрение, реакцию на имприс или невозможность сдержать эмоции. — Вечер выдался непростым.       И это еще очень мягко сказано.       — Я понимаю, Ваше Величество, — Ноэмиль кажется, что спокойный тон леди Эйлис звучит немного иначе, чем до этого, но она не может понять, с чем это связано. — Могу вам гарантировать, что ни я, ни род Дэ’Рэсэй не станем использовать это нападение для пересмотра условий договора. — Ноэмиль не может сразу поверить услышанному, а удивление резким выдохом все же вырывается наружу. Ей действительно не послышалось? — Однако я не могу сказать о том же в отношении других правящих родов.       А вот и неизбежная проблема, пусть и в другой форме. Но что-то не то в голосе, не то во взгляде, не то в самой фразе леди Эйлис заставляет Ноэмиль задуматься чуть дольше. Ей только кажется, или леди Эйлис этому тоже не слишком рада?       — Вы имеете в виду, что о деталях произошедшего будет лучше не распространяться? — не слишком уверенно предполагает Ноэмиль. Леди Эйлис кивает, и скрыть удивление становится все сложнее. Она не только не использует нападение в своих целях, но и предлагает придать ему чуть более благопристойный вид. — В таком случае официальной может быть версия, что их поймали в потайных ходах из-за сработавших чар. — Едва ли удастся скрыть сам факт проникновения во дворец, но оно хотя бы не так катастрофично, как покушение. — Однако я бы хотела знать все детали случившегося.       Все же ей стоит знать, что произошло, пусть и спросить об этом стоило сразу же.       — Разумеется, Ваше Величество. Однако перед рассказом у меня будет одна небольшая просьба: вы не могли бы ощутить родовой артефакт лорда Маттео?        Ноэмиль не сразу понимает смысл вопроса, лишь спустя пару мгновений до нее доходит понимание, что на него тоже могли напасть, чтобы не допустить их союза. И без магии леди Эйлис не может проверить, жив он или нет.       — Да, конечно, — поспешно соглашается Ноэмиль, практически беззвучно произносит короткое заклинание, сосредотачиваясь на образе лорда Маттео. Не проходит и пары секунд, как отголоски энергии его артефакта начинают ощущаться ровным, уверенным теплом на границе ощущений, — я его чувствую.       — Благодарю, — Ноэмиль пытается понять, есть ли в кивке леди Эйлис что-то кроме вежливой благодарности, но не может.       Рассказ леди Эйлис оказывается весьма подробен, насыщен деталями и предположениями. Предположениями, которые, по-хорошему, стоило бы делать самой Ноэмиль, а не ее гостье, подвергшейся нападению. В мыслях снова проступает понимание, что она не сделала этой ночью ничего полезного, способного помочь. Но, возможно, сможет сделать хоть что-то после того, как стража допросит пленников. Если узнать детали, найти другие отчеты о расследовании, возможно что-то удастся узнать. Ноэмиль хочет в это верить, хочет думать, что хоть что-то она еще может.       — Благодарю, это полезные сведения, — поняв, что леди Эйлис не собирается продолжать, произносит Ноэмиль. — Надеюсь, результаты допроса помогут их дополнить, — пожалуй, стоит узнать, как идут дела. Ноэмиль поднимается с кресла. — И, надеюсь, ничей покой в этом дворце больше не будет потревожен.       Она не уверена, сможет ли справится с еще одним покушением, особенно на кого-то, кто не так предусмотрителен и великодушен, как леди Эйлис.       — Ваше Величество, если вам захочется узнать еще один взгляд на ситуацию, вы можете обратиться ко мне в том формате и с теми сведениями, которые сочтете необходимыми.       Предложение звучит неожиданно, и в первый момент Ноэмиль никак не может его осознать. Да и во второй тоже. Оно вторгается в мысли, звучит вроде логично, но вместе с тем почему-то никак не укладывается в голове. Слишком много всего произошло за эту ночь.       — Я буду иметь это ввиду, — уклончиво отвечает Ноэмиль, не желая выдавать свою растерянность. — Доброй ночи, леди Эйлис.       — Доброй ночи, Ваше Величество.       Она подходит к двери, ведущей в коридор, но на мгновение останавливается и оборачивается.       — Леди Эйлис, я действительно рада, что вы не пострадали, и, если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне.       — Хорошо, Ваше Величество, — с легкой, вежливой улыбкой отвечает леди Эйлис.       Ноэмиль выходит в коридор, встречает у дверей обеспокоенную, немного заспанную Азалию.       — Прошу прощения за задержку, Ваше Величество, — поспешно, слегка виновато произносит она, — я пришла, как только узнала.        Ноэмиль лишь кивает на эти слова и оборачивается к стражникам.       — Передайте капитану стражи, что я желаю его видеть и жду в кабинете.       Стоит узнать, удалось ли уже что-то выведать у пленников и не происходило ли на территории дворца что-то подозрительное в этот вечер. Кто-то должен был что-то заметить. Хотя для мага той силы, которую почувствовала Ноэмиль, не составит труда скрыть себя и кого-то еще, так что это может оказаться и бесполезным. Но узнать надо.       — Как скажете, Ваше Величество, — кланяется один из стражников.       Ноэмиль направляется к кабинету. Мыслей в голове одновременно и слишком много, и словно совсем нет. Она не понимает, что делать дальше. Союз состоится, договор не изменится, и это определенно хорошо. Но это не отменяет того, что кто-то, вероятно, очень влиятельный, знающий дворец, помог нападавшим попасть в потайные ходы, проникнуть практически в самое сердце замка. И Ноэмиль боится представить, что было бы, если бы они добрались до ее покоев. Да, они окружены куда большим количеством различных защитных чар, чем гостевое крыло, и если бы кто-то приблизился, об этом тут же стало бы известно страже во всем личном крыле, но Ноэмиль не уверена, что этого достаточно, что это все выдержит атаку сильного, умелого мага.        — Ваше Величество, могу я что-нибудь для вас сделать? — интересуется фрейлина, стоит приблизиться к кабинету.       Ноэмиль на мгновение задумывается.       — Принесите бодрящего отвара, — решает она.        Все равно ведь не заснет, даже если захочет. Лучше подумать хотя бы немного, найти все отчеты по расследованию, сопоставить их с рассказом леди Эйлис и попробовать понять, кто за этим стоит. Это должен быть кто-то влиятельный и знающий, в каких покоях остановилась леди Эйлис. Таких альвиндов не должно быть много.       Капитан Ахон Ри’Гарвел приходит достаточно быстро, Ноэмиль успевает лишь начать изучать найденные отчеты.       — Доброй ночи, Ваше Величество, — формально кланяется капитан. — Вы хотели меня видеть?       — Доброй ночи, капитан Ахон, — коротко кивает Ноэмиль. — Да. Удалось что-либо узнать от пленников?       — Пока нет, Ваше Величество, они принесли клятву не раскрывать никакие детали дела и того, кто им его поручил. — Стоило догадаться. Едва ли тот, кто за этим стоит, не учел, что нападавших могут поймать. — Маги постараются выцепить что-то полезное из их сознания, но это займет время.       — Сообщите мне сразу же, как только станет что-то известно. И не распространяйтесь о произошедшем, если лорды будут излишне настаивать, сообщайте, что нарушители были пойманы в потайных ходах из-за сработавших чар.       Ноэмиль надеется, что в это хоть кто-нибудь поверит.        — Хорошо, Ваше Величество. Что-нибудь еще?       — Да, — кивает Ноэмиль. — Распорядитесь поставить магические барьеры на все потайные проходы за пределы дворца и наиболее доступные внутренние входы, — затратно, конечно, но зато проникнуть в них будет еще меньше возможностей. — А также установите дополнительные защитные чары в занятых спальнях гостевого и жилого крыла, но без доставления неудобств тем, кто их занимает.       — Вы уверены, что этого будет достаточно, Ваше Величество? — с фальшивым участием в голосе интересуется Ахон.       Ноэмиль усиливает контроль над крыльями. Разумеется, она в этом не уверена, было бы логичнее полностью закрыть потайные ходы, пока все не разрешится, но она не знает, сколько времени это займет, а от этого зависит, сколько ресурсов потребуется.       — Предоставьте мне отчет об имеющихся на данный момент ресурсах, и я смогу сказать вам точнее. Жду его до завтрака, как и отчет обо всех действиях стражи этой ночью.       Она старательно контролирует голос и выражение лица, надеясь, что говорит хотя бы немного уверенно. Каштановые крылья Ахона слегка подрагивают.       — Как прикажете, Ваше Величество, — сдержанно отвечает он. Хотя бы не спорит, уже неплохо. — Разрешите идти?       — Идите, — кивает Ноэмиль.       Дверь за капитаном закрывается, и она резко выдыхает. Крылья все же начинают мелко подрагивать, и Ноэмиль приходится приложить немало сил, чтобы взять их под контроль. Она делает глоток бодрящего отвара. То ли она слишком привыкла к его обычному вкусу, то ли измененный рецепт леди Эйлис немного вкуснее.       Леди Эйлис… Дрожь в крыльях становится сильнее. Ноэмиль почти неосознанно ставит локти на стол, сцепляет ладони и утыкается в них лбом. Она все еще с трудом верит, что леди Эйлис не стала использовать покушение в своих целях. Другой бы на ее месте потребовал бы пересмотреть договор или и вовсе отказался бы от союза. А она гарантировала его неизменность, да еще и навела на мысли о ложной официальной версии. Так странно и непривычно, но вместе с тем — пришедшая мысль заставляет крылья Ноэмиль слегка расправиться — это также, как когда лорд Маттео поклялся никому не рассказывать о ночном визите до того, как Ноэмиль успела об этом попросить. Пусть масштаб последствий сейчас несоизмеримо больше, суть одна и та же. И тогда она тоже не смогла сразу поверить, все искала подвох, которого не оказалось. Возможно, его нет и сейчас.       Ноэмиль сама не замечает, как открывает один из потайных ящиков стола, достает оттуда листы договора и медленно, невидящим взглядом просматривает их. Мысли все равно далеки от текста. На переговорах леди Эйлис тоже вела себя не как знать Острамалла, а безупречно уважительно и совершенно логично. Любое свое требование она подкрепляла обоснованием и соглашалась с аргументами Ноэмиль, если ей удавалось их подобрать. И в тексте нет ни одного надуманного, излишнего условия, пусть даже Ноэмиль нравится далеко не все. Другие потребовали бы гораздо больше, она это понимает. И все еще благодарна за оставленный шанс все изменить, шанс, который она пообещала не упустить и который может исчезнуть, если ничего не изменится.        Ноэмиль выдыхает. Собственные слова, произнесенные всего несколько дней назад, сейчас кажутся безумно далекими. Такими же далекими, как и вера леди Эйлис в возможность Ноэмиль этим шансом воспользоваться. Хотя… — Ноэмиль вновь прокручивает в голове события ночи — леди Эйлис ведь никак не выразила своего разочарования или чего-то подобного, она была также спокойна, как и на переговорах, может, даже немного доброжелательнее. Может, еще не все потеряно? Хотя это тоже с трудом укладывается в голове.        Ноэмиль задумывается. Мысли медленно перетекают от леди Эйлис к лорду Маттео, а затем и к леди Илларии. А ведь их союз с леди Сэлтой, внезапно найденной наследницей одного из считавшихся забытым родов, не имеет никакой политической выгоды. Скорее уж наоборот, обернулся для рода Дэ’Рэсэй немалыми сложностями, находивших свои отголоски даже в стенах академии — и это оказалась та редкая тема, из-за которой лорд Маттео при всей его учтивости был готов к серьезным конфликтам — но при этом Ноэмиль даже на уровне слухов не слышала, чтобы леди Эйлис и лорд Тристан имели что-то против этого союза.        Ноэмиль выдыхает. Чем больше она об этом думает, тем больше замечает мелочей, выделяющих род Дэ’Рэсэй среди других знатных родов как в Острамалле, так и в Грауссе. Есть в них что-то другое, что-то, что она пока еще не может уловить и сформулировать, но, кажется, она все же сделала правильный выбор союзника. Главное теперь не дать своим ошибкам все испортить.       Ноэмиль поднимает взгляд, убирает договор в потайной ящик. Нужно заняться делом. Или хотя бы о нем подумать. Ноэмиль делает еще один глоток бодрящего отвара, пытается понять, с чего бы начать. Кто мог знать расположение покоев леди Эйлис? Первый очевидный и не имеющий смысла вариант — лорд Маттео, другие гости дворца, стража, патрулирующая коридоры, слуги… Слуги. Их много, на них часто не обращают внимания, их можно подкупить, но даже если они не причастны к покушению, они могли что-то слышать или заметить.       — Азалия, — собственный голос звучит на удивление тихо, но при этом спокойно. Фрейлина поднимается с кресла и подходит к столу, — организуйте встречу с управляющим в ближайшее время и, — Ноэмиль чуть медлит, обдумывая следующие слова, — найдите десяток наиболее надежных слуг разного рода и приведите ко мне после встречи.       Можно несколько прибавить им жалованье в обмен на клятву и исполнение приказа наблюдать за происходящим во дворце и докладывать обо всем подозрительном.       — Будет сделано, Ваше Величество, — голос Азалии звучит слегка удивленно, но она лишь кивает и выполняет реверанс.