Аватар Ра

Добрый день/утро/вечер. Проблема в повествовании найдена, но сильно на текст не повлияла. Если есть желание — перечитайте. Утро следующего дня для одного пришельца и гения наступило почти в два часа. Навороченная постель не была обкатана, так как одного уснувшего ребёнка было не добудиться. Впрочем, Ра и не пытался. Как выразился искин, это вполне логично: как только хозяин расслабился, мана-вода перестала обманывать его организм, и полторы недели без сна дали своё. Лжебог тяжело вздохнул и, перенеся свою спящую красавицу на кровать, лёг вместе с ним спать. —————————————————— Ра одним движением сломал магический запрет на двери и просто вошёл в дом чародеев. Энтони, шедший позади, возмущённо вдохнул, но тут же подавил свои комментарии. Он обижен за опять отобранную флягу, но он сам виноват. А сейчас его бог пришёл поскандалить за него, так что не время для саркастичных комментариев. Его благородная птичка любит его, но и не откажет себе в удовольствии приструнить зарвавшегося человека. Сам Ра этот порыв почувствовал, уголки его губ слегка приподнялись, но впрочем тут же опустились. Гостей маги встретили радушно: в него был нацелен десяток вооружённых людей. Они были напряжены и готовы сорваться в любой момент. У Гаул’да перед глазами промелькнула сцена их поклонения ему и наложилась на картинку похожей сцены с системными лордами . В душе у него поднялось раздражение, которое он не постеснялся показать: — Решили ополчиться против бога? Слова прозвучали равнодушно и безэмоционально, но следом за ними на комнату обрушилось угрожающее ментальное давление, и магов прижало к полу. В комнате послышались звуки прерывистого дыхания: грудную клетку магов сдавило, не позволяя им сделать полный вдох. — Где невежественное дитя, что заключило со мной сделку и решило отказаться от её выполнения? Энтони изначально был полон энтузиазма, и то, что в этот раз Ра взял его с собой, грело душу. Но когда он увидел сцену, как маги задыхаются на полу, его сердце бешено забилось, и у него самого сбилось дыхание. Пытки водой надолго оставили на нём свой отпечаток. Он не мог выше чем на грудь погрузиться в ванну, а бассейны в его жилищах стали стоять как украшения. В тот раз, когда Ра толкнул его в воду, паника не захватила его лишь оттого, что он очень доверял своему Богу, но это не помешало ему упустить возможность похвастаться своей формой, проплыв до ступенек. Когда Ра схватил его за руку и вытащил из воды, он испытывал радость и удовлетворение, что ему потакают; доверие к Богу в тот момент только укрепилось в нём. Но сейчас... Ра почувствовал резкую перемену настроения Тони и обернулся. Дыхание его избранника было прерывистым, а в глазах читалась паника. Лжебог сию секунду всё понял. Магов позади буквально подбросило с пола и поставило по стойке смирно. Ра же, подойдя к Тони, взял его за руку и спросил: — Ты желаешь уйти? Его гений положительно кивнул, и руки Ра уже потянулись, желая подхватить своего избранника... Прозвучал голос: — Господин Творец, вы вернулись. Энтони этот голос вытащил из омута, и он с любопытством поднял голову, заглядывая за спину Ра. Последний также прервал свой порыв — это продлилось не более секунды. Затем он всё-таки подхватил свою принцессу на руки, но не ушёл вместе с ним, а, материализовав свой трон, сел, усадив Тони к себе на колени. Тони вообще никак не выразил, что смущён, а наоборот — в противовес начал беседу: — Потеряшка нашлась. И чем же ты болел больше двух месяцев? Выглядишь... потрёпанно. Кицилий и вправду выглядел так, будто только вернулся с бойни. Видимых ссадин и перелома руки было недостаточно. Он так же, как и другие маги в комнате, был одет повседневно — не было ни намёка на плащи. Пока Ра смотрел на них, Кицилий ответил: — Небольшой переворот в связи с тайными махинациями Древней. Глаза Старка пылали интересом, поэтому Ра решил удовлетворить его любопытство. — Она напитывала своё тело энергией из измерения Дормамму, продлевая себе жизнь. Энтони приподнял бровь в вопросе, и Ра продолжил: — Это негативное воплощение одного из богов, который стремится к силе. Учитывая его способности, сила, которую может предоставить ваша планета, довольно велика. — Она с ним сотрудничает? — Вряд ли. Она не продала вашу планету, но, учитывая, что её поставки не прерываются, какой-то договор между ними возможен. Из толпы слушающих магов послышались вопросы: — Почему вы считаете, что она не предала, раз сотрудничает с ним? Может, она отдаст мир, когда сама будет его покидать? — Почему Бог-Творец не остановил её? — Зачем вы заключили сделку о её спасении? Кицилий не спрашивал, но наблюдал. А Ра ответил только на один вопрос, прозвучавший от его гения: — Она представляет миру угрозу? — Нет. В этот раз сомнения всё-таки озвучил Кицилий: — Отчего вы так уверены, господин Ра? Она единственная живёт вечно, а знаниями делиться не хочет. Всё, что нам открыто, — это поверхностные крупицы. — Повторить договор, заключённый между ними, вам не под силу. На нём лежит не одна жизнь сильнейших чародеев того времени. То, что вы, дети, думаете, что сможете так же, — это лишь мираж вашего желания. Детей, пытающихся обмануть создание, которому миллионы ваших лет. В толпе прозвучал вопрос, заставивший всех перевести туда своё внимание: — Зачем обманывать, если можно присягнуть в верности в обмен на бессмертие? Озвучивший свои мысли тут же закрыл рот, поняв, что ляпнул. Ра же от этого потянуло на смех — кажется, он нашёл того, на ком построился фильм «Доктор Стрэндж». — Дитя, право, Дормамму примет последователей... Все взгляды в комнате снова перешли к Ра. — Однако что вы, как последователи, можете предложить ему? Он правитель измерения, и за всё его там правление у него сотни планет, но нет ни одного слуги. Неужели ты думаешь, что ты первый такой? Та кроха энергии, которую ты можешь ему отдать, для него гораздо ценнее твоего служения. Маг смутился и отошёл. — Так где же Гу И? — В резиденции в Непале. Она отрезала нам проход туда. — Что ж, раз она не желает выходить к нам, я тем самым разрываю наш уговор в связи с невыполнением условий. Ра поднялся, убрав трон, что заставило Тони, который в какой-то момент пересел на подлокотник, свалиться, ударившись. Он ещё раз мимолётно посмотрел на магов и сказал: — Пока мы здесь, ни один муравей вроде Дормамму не посмеет посягнуть на нашу обитель. Он развернулся и пошёл к выходу Тони, злой (обиженный), уже стоял в дверях, и Ра последовал за ним. — А как же моё изучение магии? Ты сам будешь меня учить? — спросил Тони у своего бога, пока они направлялись в башню. — Я знаю одну личность, что скоро явится. Он станет отличным учителем для тебя...