Дихотомия

~————————————***———————————~ -"Темно, очень темно"-твердил голос отдалённо напоминавший собственный. Натаниэль оказался в тёмном лесу, где деревья, словно живые, шептали его имя. Он бежал сквозь густую листву, сердце колотилось, а в ушах раздавались мрачные голоса. Внезапно он услышал знакомый смех - это был смех Натана, который эхом разносился между деревьями, как зловещая мелодия. Вокруг него разгорелось пламя, и он увидел себя, лежащего на земле, с ожогами на коже. Его отец стоял над ним, лицо искажено яростью. -Ты сосуд, Натаниэль! Ты должен служить! - кричал Натан, а его голос смешивался с треском огня. Натаниэль попытался встать, но ноги не слушались. Он снова ощущал тепло от солнечных лучей, проникающих сквозь листву, и это тепло становилось невыносимым. Вдруг из теней возникли фигуры - маги-ищейки с их проницательными взглядами и жестокими улыбками. Они приближались к нему, их руки тянулись с жадностью, словно искали его магию. -Нет! Не подходите! - закричал он, но его голос звучал глухо и неубедительно. В этот момент он почувствовал, как его магические каналы начинают выгорать, оставляя лишь пустоту и боль. Он вспомнил о татуировках-печати, о том, как страдал, чтобы стать невидимым. Но сейчас это не имело значения — они были здесь, и он был беззащитен. Собравшись с силами, он попытался вырваться из хватки паники, но лес сжимался вокруг него, превращаясь в ловушку. Внезапно он увидел свою мать, стоящую на краю света. Она протягивала к нему руки, её лицо было полным страха и любви. -Помоги мне, Натаниэль! - её голос звучал как последний крик в тишине. В этот момент Натаниэль открыл глаза.Рука инстинктивно потянулась за сумкой. Сердце колотилось в груди, а дыхание было прерывистым. Он лежал на теплой постели, окружённую хорошо выглядевший мебели. Сначала он не мог понять, где находится. Стены были покрыты привычными Лунными сёдзи, а воздух был непривычно легким и насыщенным запахом еды. - «Это был всего лишь сон», - подумал он, пытаясь успокоить себя. Но страх все еще сжимал его сердце. Он поднялся на ноги и огляделся: вокруг него царила тишина, но вдалеке доносились звуки шагов и невнятные разговоры. Нил сидел на краю кровати, вцепившись пальцами в простыни. Внутри него бушевала буря эмоций, но снаружи он оставался неподвижным изваянием. Его Магия  работала на пределе, да и к тому же этот дурацкий сон: он закрутил потоки света внутри своего тела в бесконечную спираль, создавая черную дыру для любого магического сканера. Для окружающих он выглядел как обычный ани́м — человек без капли магического дара, просто еще одна жертва войны. И именно этот образ пустышки так был необходим, ведь его сила просто слишком разрушительна для этого мира. Натаниэль почувствовал прилив еще большей паники от того, что не мог вспомнить как именно он оказался в этой комнате. Похоже из-за окончательной усталости, он совсем забыл как добрался до комнаты, после разговора с Элисон. Полностью собиравшись с мыслями, Нил решил проверить свою сумку, которая во время сна была прикреплена на его поясе. Сунув руку, он опешил,все так хорошо знакомые ему вещи были на месте кроме одной - кинжала звёздной стали. - Не это ищешь? - голос прозвучал из угла, который секунду назад был пуст. Нил замер. В кресле сидел блондин с абсолютно пустым лицом. Он выглядел впечатляюще в своем костюме. На нем была безрукавная рубашка темного цвета, облегающая его мускулистый торс и позволяющая свободно двигаться. Ткань переливалась на свету, подчеркивая его достоинства. Руки были обмотаны белыми бинтами. Они плотно обхватывали его предплечья, придавая вид боевого орудия. Между его пальцами лениво вращался кинжал Нила, но Джостен не смотрел на него - он смотрел в небольшое парящее зеркало, в котором отражался весь коридор за дверью и множество незнакомых ему мест. Это выглядело заворожительно. - Ты в Приюте, - произнес парнишка, в его глазах сверкал холодный блеск, который заставлял Нила чувствовать себя уязвимым - Рассказывай, но если дернешься в сторону выхода, я вытащу тебя из любого зеркала в этом здании раньше, чем ты коснешься дверной ручки. Нил замер, глядя на блондина, который лениво вертел его кинжал между пальцами. - Ты не должен был брать это, - произнес Нил, стараясь сохранить спокойствие в голосе. - Верни мне кинжал. Незнакомец усмехнулся, не отрывая взгляда от оружия. -А ты думаешь, я просто так отдам тебе твою игрушку? - бросил он. - В этом мире ничего не даётся без борьбы, Ниил.- протянул тот с издевкой - Ты проспал целых двадцать часов, и теперь тебе нужно определиться, что ты собираешься делать дальше. В этот момент дверь с тихим скрипом открылась, и в комнату вошёл парень. Его фигура сразу привлекла внимание Нила. Высокий и стройный, он двигался с грацией, присущей ане́мам. На нем было традиционное одеяние : свободные пурпурные штаны и легкая рубашка с вышитыми серебряными узорами, которые переливались в свете. Одежда сидела на нем идеально, подчеркивая его мускулистую фигуру и уверенность в каждом движении.Увидев Нила и ранее появившегося парня вместе, он приостановился. -О, ты наконец проснулся! - воскликнул второй незнакомец с улыбкой, игнорируя напряжённую атмосферу. - Я уже думал, что ты сбежал от нас в сон навсегда!-добавил тот и продолжил - Я Ники, приятно познакомиться Нил. Юноша бросил на него недовольный взгляд, но Ники не обращал на него внимания. -Обед готов! -продолжил он. - Мы все ждём тебя. А ты, Эндрю, не слишком ли увлёкся? - добавил он, указывая на кинжал. Эндрю даже не взглянул на Ники. Кинжал в его пальцах замер, кончик звездной стали был направлен точно в грудь Нила. - Увлекся - это не то слово, Ники, - протянул Эндрю, и парящее зеркало рядом с ним внезапно подлетело ближе к Нилу, заставив того отпрянуть. — Я проверял, насколько глубоко запрятаны инстинкты нашего гостя. Оказывается, они погребены под толстым слоем паники. Ники неловко кашлянул, переводя взгляд с холодного лица кузена на взъерошенного Нила. - Да брось, Эндрю, парень только что из бегства. Дай ему хоть подышать без ножа у горла. Нил, не обращай внимания, он так… выражает гостеприимство.-запнулся Хэммик - Идем, Кевин уже начинает поджигать свои свитки от нетерпения, а Аарон ворчит, что зря будет тратить на тебя магию крови, если ты собираешься сдохнуть от голода. Нил медленно встал, чувствуя, как затекли мышцы после двадцатичасового сна. Его взгляд был прикован к рукам Эндрю. - Мой кинжал. Эндрю наконец посмотрел ему прямо в глаза. В этом взгляде не было сочувствия - только ледяная оценка. Он резко взмахнул рукой, и кинжал полетел в сторону Нила. Джостен перехватил его в воздухе за рукоять, ощутив привычный холод звездной стали, который мгновенно отозвался вибрацией в его пальцах. Магия внутри него коротко вспыхнула, признавая свое оружие. - Держи его при себе, - бросил Эндрю, поднимаясь с кресла. Его движения были текучими, как ртуть. - Но помни: в этом доме слишком много зеркал. Я увижу, если ты решишь пустить его в ход не по делу. Они вышли из комнаты вслед за болтающим Ники. В воздухе витал запах чего-то нового, а именно чего-то явно схожего с озонам, горькими травами и чего-то острого. Когда они вошли в обеденный зал, Нил невольно остановился. За длинным столом из темного дерева сидели несколько молодых на вид людей. В центре, склонившись над картой, сидел Кевин Дэй. Его одежды были расшиты серебром, а на скуле темнела татуировка в виде цифры два — клеймо Янгумали, которое он так и не свел. Нил сразу его узнал. Как можно было бы забыть заместителя главнокомандующего Янгумали, сбежавшего два года назад? Слух тогда прошел по всему миру. Нил почувствовал, как по позвоночнику пробежал ледяной разряд, гораздо более волнительный, чем магия Эндрю. Внутри всё сжалось: желудок превратился в тугой узел, а дыхание перехватило. Его маскировка через преломление лучей и усилением кинжала была идеальной - он потратил годы, оттачивая искусство изменения черт лица, цвета волос и блеска глаз. Для всего мира он был заурядным ани́мом-беженцем. Но перед ним сидел Кевин Дэй. Кевин не просто служил Янгумали, он был тем, кто муштровал элитные отряды, тем, кто знал каждого перспективного мага империи в лицо. Он владел Магией Феникса — Дэй видел не просто человека, он видел траектории чужих закленаний, след силы и «отпечатки» прошлого. Нил замер на пороге, стараясь не выдать дрожи в руках. В голове набатом забили воспоминания: крики матери, пламя пожаров и холодный, оценивающий взгляд Рико. Если Кевин узнает в нем Натаниэля - сына Мясника, наследника одного из самых кровавых родов Народа Солнца - приют превратится в его эшафот. -«Он знает. Он не может не знать», - билась паническая мысль. Кевин смотрел прямо на него, и Нилу казалось, что золотистый блеск в глазах Дэя прошивает его маскировку насквозь, видя настоящие рыжие волосы и шрамы, которые Нил так тщательно прятал под слоями иллюзий и тряпок. Эндрю, стоявший за спиной, слегка наклонил голову, явно уловив внезапный скачок адреналина у Нила. Паника Нила была почти осязаемой: в ушах звенело, а зрение по краям застилала черная дымка , готовая поглотить его самого от страха перед Кевином. Но внезапно этот вакуум прорезал звонкий, не к месту жизнерадостный голос Ники. Он бесцеремонно вклинился в гнетущую тишину, и этот звук подействовал на Нила как ушат холодной воды. - Так, хватит его пугать своими кривыми рожами! - Ники замахал руками, буквально втискиваясь между застывшим Нилом и подозрительным Кевином. — Он же сейчас в обморок упадет,- сказал Хэммик - Нил, расслабься, здесь все свои, хоть и выглядят как участники похоронной процессии. Ники начал бесцеремонно указывать на присутствующих, и с каждым именем реальность возвращалась к Нилу, вытесняя образ Натаниэля. - Это Кевин, - Ники закатил глаза. - Наш великий стратег. Его Магия Феникса - заноза в заднице, он видит каждый неверный шаг в твоем прошлом и будущем плетении заклинаний. Не обращай внимания, он просто зануда. Нил сглотнул, чувствуя, как узел в груди чуть ослаб. Ники продолжал:- Тот хмурый тип, что пытается испепелить тебя взглядом - Аарон, брат Эндрю. У него Магия Крови. Он вытащил тебя с того света,когда ты упал в обморок на пороге у Элисон, так что технически ты ему должен пару литров жизненной силы. - Ники, заткнись, - огрызнулся Аарон, не отрываясь от Нила. -Дальше по списку наши ангелы-хранители! - Ники указал на высокую темнокожую девушку и парня с широкими плечами. - Дэн и Мэтт. У них Магия Стихий: Дэн управляет воздушными потоками и штормом, а Мэтт - настоящий скала, его земляная броня выдержит прямой удар пушки Янгумали. Взгляд Нила переместился на Мэтта. Тот выглядел как ожившая скала. Широкие плечи, уверенные руки и аура спокойствия, которая буквально заземляла всё вокруг. Магия Земли. Мэтт принадлежал к Империи Земли — могущественному государству, которое годами сохраняло нейтралитет ко всем, а так же наблюдала за тем, как Солнце и Луна рвут друг друга на части. Империя Земли была фундаментом этого мира, старым и непоколебимым. Армия Тудии редко пересекались с другими , потому что те предпочитали не вмешиваться в чужие войны. - «Если здесь есть маг Земли, значит, всё зашло слишком далеко», - подумал Нил. - -«Мэтт мог бы спокойно жить в своих горах, не зная страха перед Янгумали. Но он здесь, в этом приюте, защищает стеной тех, кого мир считает отбросами». Голос Ники вывел Нила из рассуждения. Рядом с ними сидела девушка с необычными радужными волосами и невероятно спокойным взглядом. - Это Рене, - голос Ники стал чуть тише. -Она владеет Магией Покаяния или же по другому Мирным светом. Поверь, ты не захочешь увидеть её в ярости, она может усмирить любого демона внутри тебя. Его взгляд невольно задержался на Рене. Она сидела с прямой спиной, и от неё исходило мягкое, едва уловимое свечение. Нил почувствовал, как внутри него инстинктивно сжалась магия такая похожая, но в тоже время совсем другая. Это был свет Народа Солнца. Тот самый свет, который ассоциировался у него с казнями на площадях, с горящими домами анимов и с безжалостными ищейками его отца. - «Она из Янгумали», - пронеслось в голове Нила. - «Её магия - Покаяние, но это всё тот же солнечный спектр. Почему она здесь? » Нил привык, что свет — это угроза, обнажающая его ложь. Но в Рене он не чувствовал агрессии пламени. Её свет был другим — не палящим, а смиренным, словно она укротила пожар внутри себя и заставила его согревать, а не сжигать. Это сбивало с толку. В его мире люди Солнца были охотниками, а не спасителями. - И, конечно, наша королева - Элисон, - Ники шутливо поклонился в сторону блондинки. — Она Провидец. Видит всё: от того, что ты ел на завтрак три года назад, до момента, когда мы все, возможно, взлетим на воздух. Ники закончил представление, сияя улыбкой, и Нил наконец смог вздохнуть. Имена и способности создали вокруг него защитный барьер из информации. Если они представляются и называют свою магию, значит, они не видят в нем врага — по крайней мере, прямо сейчас. Нил бросил быстрый взгляд на Кевина. *** Ники, сидевший справа, подвинул Нилу тарелку с горячим мясным рагу. - Ешь, Нил. От тебя веет такой пустотой, что у меня самого аппетит пропадает, - он усмехнулся, но его пальцы мелко дрожали. Нил наблюдал. Он заметил, как вокруг Ники , едва заметно,воздух начал мерцать розовым и золотистым. Когда Мэтт громко рассмеялся над шуткой Дэн, эти искорки в воздухе вокруг Ники вспыхнули ярче, и Нил внезапно почувствовал чужую радость - теплую и неуместную. «Эмпатический резонанс - одна из довольно редких способностей Лунного Княжества», - понял Нил. - «Он не просто чувствует, он транслирует чужие эмоции в эфир. Если я дам трещину, он разнесет мой страх по всей комнате». В этот момент Эндрю, сидевший напротив, поднял свой стакан. В отражении прозрачного стекла Нил увидел не лицо Эндрю, а свою собственную спину. Он резко обернулся, но сзади никого не было. - «Грань и Отражения», - пронеслось в голове. Эндрю не смотрел на Нила напрямую - он следил за ним через десятки отражающих поверхностей в комнате: через лезвие ножа Аарона, через оконное стекло, через кулон Элисон. Для Эндрю мир был системой зеркал, где невозможно спрятаться. Внезапно тяжелые дубовые двери распахнулись. В зал вошел высокий мужчина в поношенном кожаном доспехе, от которого исходил мощный запах табака и жженого озона. За ним следовала женщина с добрым лицом, чьи руки были покрыты светящимися татуировками в виде белых лилий. Это были Ваймак и Эбби - Хватит обнюхивать новичка, - прохрипел Ваймак, бросая свои перчатки на стол рядом с картами Кевина. - У нас проблемы на южной границе. Армия Янгумали выставила солнечные столбы. Они выжигают землю. Эбби сразу подошла к Нилу. - Как ты себя чувствуешь? -спросила она и невзначай прикоснулась к его плечу. Её татуировки на руках мягко засияли. Нил дернулся и чуть не упал со стула, но она лишь мягко улыбнулась: - Малыш, ты так сильно сжимаешь свою суть, что скоро начнешь разрушаться изнутри. Ваймак тяжело оперся о стол, глядя прямо на Нила. - Слушай сюда, парень. Мне плевать, кто ты и от кого бежишь. В этом Приюте мы собираем тех, кто не вписался в имперские чертежи. Элисон говорит, ты полезен. Эндрю говорит, ты - ходячая ложь. А я говорю: если ты хочешь выжить, завтра на рассвете ты выйдешь на тренировочное поле. Кевин вскинулся:— Тренер, его барьер... я не вижу его истории! Мы не можем его тренировать, не зная, к какому роду он принадлежит! — Мне плевать на его родословную, Кевин! — отрезал Ваймак. - он теперь — один из нас. Даже если он не сможет дать возможность достаточно долго удерживать столпы, чтобы наши разведчики прошли мимо. Нил посмотрел на Ваймака, затем на Эндрю, который лениво крутил в пальцах осколок зеркала. Пути назад не было. *** После обеда Приют наполнился приглушенными звуками: звоном тренировочных мечей во дворе, шелестом свитков Кевина и едва уловимым гулом магических барьеров. Нил чувствовал себя мишенью под прицелом зеркал Эндрю, поэтому решил уйти с открытого пространства. Он нашел Мэтта в западном крыле, где стены приюта переходили в естественную скалу. Мэтт стоял у огромного панорамного окна, прижав ладони к камню. Под его пальцами скала едва заметно пульсировала мягким янтарным светом. Нил остановился в нескольких шагах, его Затмение внутри все еще было свернуто в тугой защитный узел. - Ты укрепляешь фундамент? - негромко спросил он. Мэтт обернулся. Его улыбка была спокойной и открытой, без того двойного дна, которое Нил видел у Эндрю или Кевина. - Вроде того, - Мэтт отстранился от стены, и свечение погасло. - Приют старый, а давление от магических атак Янгумали растет. Земля устает, Нил. Ей нужно напоминать, что она сильнее огня. Нил подошел ближе, рассматривая его руки - мощные, испачканные в каменной пыли, но удивительно бережные. - Почему ты здесь, Мэтт? - Нил старался, чтобы вопрос прозвучал буднично. - Твоя Империя Земли не воюет. Ты мог бы быть дома, в безопасности, а не в этом приюте для смертников. Мэтт оперся спиной о холодную стену и скрестил руки на груди. - Безопасность - это иллюзия, когда твои соседи сжигают мир, - серьезно ответил он. - Мой народ верит, что если горит лес соседа, твой сад рано или поздно тоже вспыхнет. Я встретил Дэн, когда она пыталась увести беженцев-ани́мов через перевал. Она была готова вызвать шторм, который бы её убил, лишь бы дать им шанс. Я просто... подставил плечо. А потом этот приют стал моим домом. Нил кивнул, переваривая ответ. В мире, где каждый преследовал свои цели, бескорыстие Мэтта казалось аномалией. Прокручивая в своей голове сегодняшнее события и переваривая полученную информацию, Нила посетила мысль о сегодняшнем обеде. Не смотря на хаос творившийся в мире, стол приют был довольно богат. - Мэтт, - негромко начал Нил, — этот , еда, оружие... На какие средства вы всё этот особняк содержите? В мире хаос, а вы не похожи на тех, кто грабит беженцев. Мэтт усмехнулся, присаживаясь на каменный выступ. - Мы не благотворительная организация, Нил. Каждый из нас платит за это место своей магией. Приют - это, грубо говоря гильдия редких специалистов. Он начал загибать пальцы, перечисляя: - Элисон, например. Она предвидела наступление армии Янгумали еще за месяцы до первого удара. Она ходила к верхушке Юэляна, предупреждала Народы Луны, но эти напыщенные индюки её не послушали. Теперь, когда ведение сбылось, они ползают перед ней на коленях. Она делает предсказания для высшего общества — тех, кто готов отдать целое состояние, чтобы знать, куда завтра упадет очередной огненный столб Солнца. Это дает нам львиную долю золота. Но в случае Элисон, ее ведения очень спонтанны и сложно предугадать когда они придут к ней и в этом иногда бывает проблема. Мэтт замолчал на секунду, его взгляд стал серьезнее. - А есть Эндрю. Он - наш основной доход в плане безопасности и грязной работы. Эндрю - лучший солдат ближнего боя, которого я видел за все свои годы. Богатые торговые караваны и лорды Луны готовы платить любые деньги, чтобы он сопровождал их через опасные зоны. Нил вспомнил холодный блеск в глазах блондина и непроизвольно коснулся шрама на плече. - Он настолько хорош? - Он страшен, Нил, - подтвердил Мэтт. - Его магия Отражений делает его неуязвимым в дуэли. Ты видел, как он исчезает? Он телепортируется через любое отражение. Ему достаточно блеска в твоем зрачке или капли пота на лбу, чтобы выйти у тебя за спиной. Но это не всё. Он умеет уплотнять воздух, создавая из него невидимые орудия. Ты не увидишь клинка, пока он не окажется в твоем сердце. Он поражает врагов прозрачными лезвиями, которые не знают преград. Именно за это мастерство смерти ему платят — и баснословно. - Даже я... строю укрепления для городов Луны. Аарон продает свои услуги как элитный целитель крови. Мы все - инструменты в этой войне. И если ты останешься, тебе тоже придется найти способ оплатить свою койку. Нил сглотнул, чувствуя, как его внутренний барьер магии завибрировал. Он был пустышкой для них, заперший свою крохотную магию в себе. Если он не покажет магию, он станет бесполезным грузом. Нил слушал Мэтта, и внутри него разливался холодный, горький смех. Мэтт говорил об оплате и мастерстве, не подозревая, что прямо сейчас перед ним стоит человек-катастрофа. Нил крепче сжал кулаки, чувствуя, как его Магия Затмения бьется о внутренние стенки барьера, словно запертый шторм. Пока жильцы приюта использовали свои силы как инструменты — для защиты, исцеления или точечных ударов — его магия была создана только для одного: стирать всё существующее. Если он выпустит Затмение, оно не просто создаст тень. Оно поглотит свет Элисон, разобьет зеркала Эндрю и выпьет жизнь из земли Мэтта. Его сила была слишком велика, слишком первобытна и разрушительна, чтобы вписаться в их тонкую командную игру. Она превосходила всё, что он видел в этом приюте, и именно поэтому он обязан был оставаться пустышкой. -«Если они увидят, на что я способен на самом деле, - подумал Нил, - они не примут меня в семью. Они либо запрут меня в самой глубокой камере, либо сделают своим главным оружием. А я больше не хочу быть чьим-то мечом». — Я понимаю, — тихо ответил Нил, глядя в окно на заходящее солнце. — Но я всего лишь ани́м, Мэтт. Моя единственная ценность — это умение быть незаметным и быстро бегаа... . Мэтт сочувственно кивнул, не заметив, как в этот момент тень у ног Нила на долю секунды стала абсолютно черной, поглотив даже слабый блик от заката. Эндрю не просто заметил - он почувствовал это. В тот миг, когда тень у ног Нила стала чернее самой глубокой бездны, одно из маленьких декоративных зеркал на стене в коридоре покрылось тонкой паутиной трещин. Грань не выдержала давления чистой, нефильтрованной пустоты. Нил еще не успел закончить фразу, как воздух за его спиной сгустился. Мэтт замолчал, его взгляд метнулся за плечо Нила, и в нем отразилось мгновенное напряжение. - Ты слишком громко врешь, — голос Эндрю раздался прямо над ухом Нила, хотя секунду назад его там не было. - Воздух вокруг тебя вибрирует так, что у меня звенят зубы. Эндрю стоял в своей привычной расслабленной позе, прислонившись к косяку, но в его руке уже тускло мерцало невидимое лезвие — лишь легкое преломление света выдавало смертоносную сталь из спрессованного воздуха. - Мэтт, иди помоги Дэн с картами, - бросил Эндрю, не сводя глаз с затылка Нила. - Наш «аним» внезапно потяжелел на пару сотен фунтов чистой лжи. Я хочу взвесить его лично. Мэтт замялся, переводя взгляд с одного на другого. Он чувствовал, что между ними искрит магия, которую он не может классифицировать. - Эндрю, полегче. Он только проснулся. - Уходи, Мэтт, - повторил Эндрю, и в его голосе прорезался металл. Когда шаги гиганта затихли в конце коридора, Эндрю подошел к Нилу вплотную. Он не использовал магию Отражений, он просто сократил дистанцию, заставляя Нила чувствовать каждый сантиметр его присутствия. - Твоя «невидимость» - это не отсутствие силы, - прошептал Эндрю, глядя на то место, где тень Нила всё еще была подозрительно неподвижной. - Это плотина, за которой ревет океан. Ты не аним. Ты - нечто, что может сожрать этот приют и не подавиться. Он поднял руку с невидимым клинком и приставил его к горлу Нила. - Я ведь прав? - спросил он, и на этот раз в его глазах не было скуки. В них был азарт охотника, нашедшего зверя сильнее себя. - Ты покажешь мне, что там, за этой стеной, или я начну вскрывать твой барьер слой за слоем, пока ты не начнешь кричать правду. Нил замер. Его Затмение внутри зарычало, готовое обрушиться на Эндрю и стереть его из реальности вместе со всеми его зеркалами. Это был момент выбора: довериться этому безумцу или уничтожить единственное место, где его не пытались убить сразу. Эндрю медленно поднес осколок зеркала к лицу Нила. В обычном воздухе Нил видел свои каштановые волосы и карие глаза - безупречную иллюзию. Но в амальгаме, которую держал Эндрю, на него смотрел чужак с пылающими рыжими волосами и глазами цвета арктического льда. - Твоя маскировка - шедевр для дураков, - прошептал Эндрю, и его взгляд переместился с зеркала на лицо Нила. - Но отражение правды никогда не лжет. Ты не тот, за кого себя выдаешь. Ты - огонь, спрятанный в мешковину. Нил замер. Его Магия Затмения внутри запульсировала с еще большей силой, но он подавил порыв уничтожить зеркало. Он не отступил, хотя всё его тело кричало о необходимости бежать. Между ними было меньше полуметра - расстояние, которое для Нила было одним из наихудших наказаний. - Я не причиню вреда, - твердо произнес Нил, стараясь не смотреть на руки Эндрю. - Ни тебе, ни жителям приюта. Я здесь не для того, чтобы сражаться с вами. Я бегу от армии Янгумали. Если они найдут меня, я сгорю первым, и этот Приют станет пеплом вместе со мной. Эндрю долго молчал, вглядываясь в голубые глаза в отражении. Он видел правду: Нил не был шпионом. Но больше всего Эндрю зацепило то, как Нил сжимался от самой мысли о физической близости. Эндрю сам был таким же: каждый сантиметр сокращенного пространства ощущался им как угроза. Наконец Эндрю убрал осколок в карман. Его лицо осталось непроницаемым. - В бегах от целой империи, значит? - Эндрю сделал шаг вперед, намеренно нарушая границы, но не касаясь Нила. - Ты слишком ценный груз. Кевин сойдет с ума, если узнает, что ты умеешь, а Верхав Солнца вывернет мир наизнанку, чтобы вернуть тебя. Эндрю замер, его ладонь зависла в паре сантиметров от предплечья Нила. Для любого другого это было бы ничем, но для них двоих эта невидимая преграда была весомой, как гранитная стена. - Давай так, - произнес Эндрю. - Сделка. Я стану твоим личным зеркалом и твоим щитом. Я скрою твой истинный облик от Кевина и сделаю так, чтобы армия Солнца не увидела тебя ни в одном отражении. Взамен ты будешь отдавать мне свои секреты и дашь клятву, что не навредишь моей семье никогда. Но... - он помедлил, - твоя магия блокирует мой разум. Единственный способ увидеть твою правду - это прямой контакт. Нил побледнел. Для него прикосновение было синонимом боли. - Ну так что? - спросил Эндрю. - Прикосновение в обмен на защиту от Янгумали. Я не коснусь тебя без твоего согласия. Но если ты хочешь, чтобы я спрятал тебя, я должен знать, что именно я прячу. Нил сглотнул. Его внутренний барьер дрожал. Выбор был между страхом перед физическим контактом и ужасом перед кострами Янгумали. - Да, - выдохнул он. Нил медленно, преодолевая тошноту и внутреннее сопротивление, протянул руку и едва коснулся кончиками пальцев бинтов на запястье Эндрю. Это не было объятием или рукопожатием — лишь мимолетный, почти призрачный контакт двух людей, которые ненавидели прикосновения. Но этого хватило. Через это мизерное касание магия Отражений Эндрю ворвалась в запертую память Нила. В голове Эндрю вспыхнул образ: крошечный мальчик в тени огромного золотого трона и холодный голос, обещающий, что - «Затмение должно служить Солнцу». Эндрю резко отдернул руку, словно обжегся. Его глаза потемнели. Теперь он знал - за Нилом охотится не просто армия, а сама верхушка Империи. - Достаточно на сегодня, - бросил Эндрю, восстанавливая дистанцию. - Иди к себе. И не смей снимать барьер, пока я не скажу. Эндрю не стал дожидаться ответа. Он просто отступил на шаг, и пространство за его спиной подернулось рябью, словно воздух превратился в жидкое стекло. В следующее мгновение он шагнул в это марево и исчез, оставив после себя лишь едва уловимый звон разбитого отражения. Нил остался один в пустом коридоре. Его рука, которой он касался бинтов Эндрю, все еще горела от фантомного холода. Для человека, который годами выстраивал стены и избегал любых контактов, этот краткий миг обмена силой ощущался как добровольное падение в пропасть. Он медленно двинулся в сторону своей комнаты, стараясь держаться в тени. Каждый шаг давался с трудом - Магия Затмения внутри него глухо рокотала, возмущенная тем, что в ее святая святых допустили чужака. Запершись в своей комнате, Нил сполз по двери на пол. В комнате было темно, но для него это не имело значения - его зрение давно адаптировалось к отсутствию света. - «Он видел меня», - билась в голове одна и та же мысль. - «Не маску, не ани́ма. Он видел мои настоящие глаза». Нил обхватил плечи руками, непроизвольно сжимаясь. Его пугала не столько угроза Эндрю, сколько та легкость, с которой блондин предложил сделку. В мире Нила никто не предлагал защиту просто так. У всего была цена, обычно измеряемая кровью или свободой. Но Эндрю... Его нетактильность, его ледяная отстраненность создавали вокруг него вакуум, в котором Нил, как ни странно, чувствовал себя в относительной безопасности. Эндрю не хотел обладать его силой, он хотел знать правду, чтобы контролировать риски для своей «семьи». - «Он пообещал скрыть меня от зеркал Янгумали», - Нил закрыл глаза, вспоминая вспышку в разуме Эндрю. - «Если он действительно может манипулировать отражениями на таком уровне, то ищейки отца пройдут мимо, даже не заметив моего присутствия. Я буду призраком внутри крепости». Но цена - прикосновения. Каждый раз, когда Эндрю захочет проверить его, Нилу придется ломать себя, открывая доступ к своим воспоминаниям через контакт кожа к коже. Это была самая высокая цена, которую он когда-либо платил. Нил вытащил кинжал звездной стали и провел пальцем по плоскому лезвию. В его тусклом блеске он на мгновение снова увидел свои настоящие голубые глаза. - Сделка заключена, - прошептал он в пустоту. - Теперь назад пути нет. Он понимал, что завтра на рассвете, когда Ваймак выведет его на проверку, Эндрю будет наблюдать за ним из каждого осколка стекла в Приюте. И это пугало и успокаивало одновременно. Нилу для успокоения души требовалось место, где даже всевидящие очи Эндрю будут бессильны. Решение крылось в логике: магия Отражений требует света, а Затмение способно его уничтожить. Нил закрыл глаза и позволил своей магии медленно вытечь из кончиков пальцев. Чернильно-черный туман пополз по стенам, затекая в каждую щель камня. Он создал в комнате нулевую видимость - вакуум, поглощающий любые световые лучи. В таком состоянии любое зеркало становится просто куском мертвого стекла. Эндрю мог смотреть в сторону комнаты, но видел лишь бесконечную черную дыру, лишенную глубины. Подойдя к старому зеркалу в углу, Нил почувствовал на затылке фантомный взгляд. Он не стал его разбивать, чтобы не привлекать внимания, а просто набросил на стекло серый шарф, найденный на полу, пропитав ткань преломлением лучей. Теперь для магии Эндрю зеркало перестало существовать, превратившись в слепое пятно. На окне Нил выставил теневой фильтр: снаружи казалось, что внутри тускло горит свеча, но в реальности там царил абсолютный мрак. - «Здесь он меня не достанет», - подумал Нил, садясь на кровать. - «Я не позволю ему смотреть, как я сплю. Даже если он мой щит, я не его домашнее животное». *** На другом конце Приюта Эндрю внезапно замер, глядя на один из своих осколков, который внезапно стал абсолютно черным. Он едва заметно усмехнулся: Бегунок оказался достаточно умен, чтобы ослепить охотника в его собственном логове. *** Эндрю не пытался войти в комнату Нила физически. Он сидел на крыше западной башни, вертя в пальцах тот самый осколок зеркала, который теперь показывал лишь абсолютную пустоту. Для Эндрю это было в новинку. Обычно он видел всё: храп Мэтта, то, как Кевин во сне перебирает пальцами, словно дирижирует невидимой армией, и тихие молитвы Рене. Но комната Нила была вырезана из реальности. - «Умный чёрт», - подумал Эндрю, пробуя на вкус странное послевкусие чужой памяти, которое осталось после прикосновения. Пепел и холод. Он знал, что эта сделка сожрет их обоих, но впервые за долгое время ему было не скучно. *** Солнечный луч, пробившийся сквозь магический фильтр на окне, разрезал темноту комнаты, заставив Нила резко открыть глаза. Он не шевелился несколько минут, прислушиваясь к тишине Приюта и восстанавливая в памяти события вчерашнего вечера: сделку, прикосновение к Эндрю и выстроенный барьер нулевой видимости. Нил сел на кровати, оглядывая свою обитель. Комната была выдержана в строгом лунном стиле, сочетая в себе изящество и аскетизм. Стены, облицованные темным деревом и сёдзи, были украшены резными панелями с изображениями летящих журавлей и бамбуковых рощ. Вместо громоздкой мебели — низкий столик для чайных церемоний из лакированного сандала и узкая кушетка с жесткими подушками, расшитыми серебряными нитями. В углу стояла высокая ширма из рисовой бумаги, на которой тушью был выведен горный пейзаж — туманные пики Юэляна, тонущие в облаках. Над дверью висел костяной колокольчик, оберегающий от злых духов, но для Нила он был лишь лишним источником звука. Он поднялся и подошел к завешанному зеркалу. Одним резким движением руки, Нил стянул шарф и посмотрел на себя. Его старая одежда была пропитана пылью дорог и запахом гари, поэтому он достал свою единственную замену. Это был комплект из плотного темно-серого шелка: узкие штаны, заправляющиеся в мягкие сапоги, и приталенный кофтан с высоким воротником-стойкой. Одежда не сковывала движений и почти не шуршала — идеальное облачение для того, кто привык быть тенью. Закрепив кинжал звездной стали на пояснице так, чтобы его скрывала складка кофты, Нил проверил свой барьер. Затмение послушно свернулось внутри, надежно пряча его истинную суть. Спустившись в общую зал на завтрак, Нил застал там почти всех жильцов. В воздухе витал аромат свежей выпечки, жареного мяса и травяного чая Эбби. - Эй, проснулся! Садись, пока Мэтт не съел всю добавку, - весело крикнул Ники, указывая на свободное место. Нил сел, но к еде не прикоснулся. Перед ним поставили тарелку с дымящимся рисом и пряными овощами, но желудок привычно сжался в тугой узел. Годы в бегах научили его, что полный желудок делает тебя медлительным, а чувство голода - острым и внимательным. Он привык обходиться минимумом, иногда не преломляя хлеб по два-три дня, пока его магия Затмения подпитывала тело изнутри. - Ты не ешь, - констатировал Кевин, сидевший напротив. Он выглядел раздраженным, его пальцы нервно постукивали по столу. - На тренировке Ваймака ты выдохнешься через десять минут. Нам не нужен балласт, который падает в обморок от истощения. Нил проигнорировал его выпад, лишь медленно обвел взглядом присутствующих. Эндрю за столом не было, но Нил чувствовал его присутствие в каждом блике на серебряных ложках и в каждом отражении в окнах. Сделка была в силе, и это знание давило на него сильнее, чем голод. - Я не голоден, - коротко бросил Нил, отодвигая тарелку. В этот момент в зал вошел Ваймак, тяжело стуча сапогами по деревянному полу. - Всё, время вышло. На поле, живо! - рявкнул он. - Джостен, за мной, посмотрим, из какого теста тебя слепили в твоих подворотнях. Нил встал, чувствуя, как кинжал на пояснице привычно холодит кожу. Пора было показать им ани́ма, который умеет выживать там, где умирают боги.