Дорога к счастью

Четвёртый курс начался с ощущения, что Хогвартс стал ещё более напряжённым, чем раньше, хотя внешне всё выглядело привычно. Ученики возвращались с каникул, обсуждали новости, делились слухами, но за этими разговорами чувствовалось другое — настороженность. Магический мир за пределами школы продолжал бурлить, и даже те, кто раньше не интересовался политикой или влиянием аристократии, теперь невольно оказывались втянутыми в обсуждения. Гарри и Харви вошли в замок спокойно, без лишнего внимания к себе, но их всё равно заметили. Взгляды стали другими, не просто любопытство а смесь уважения, страха и осторожности. Даже слизеринцы держались чуть иначе: никто не пытался провоцировать их без причины, а старшие курсы уже открыто признавали их силу, пусть и не вслух. — Чувствуешь?!- тихо сказал Гарри, когда они поднимались по лестнице. — Да!- ответил Харви!- Все стали осторожнее, и надеюсь хоть немного умнее. И это было правдой. Их больше не воспринимали как детей, чему радовались близнецы. Учебный процесс начался почти сразу, но изменения были заметны уже на первом занятии по ЗОТИ. Новый преподаватель появился без лишнего шума, и в отличие от предыдущих, его присутствие ощущалось иначе. Ремус Джон Люпин не пытался казаться строгим или пугающим, но в нём чувствовалась сила, спокойная и контролируемая. Он смотрел на класс внимательно, оценивающе, и задержал взгляд на близнецах чуть дольше, чем на остальных. — На моих уроках!- спокойно сказал он!- вы будете учиться не просто защищаться, а понимать, от чего именно защищаетесь. Это сразу отличало его от других. Гарри и Харви обменялись коротким взглядом, этот человек был не из тех, кто будет играть в школьные игры. Но настоящим контрастом стал другой преподаватель. Гилдерой Локонс появился так, словно сцена принадлежала только ему. Яркая мантия, уверенная улыбка, жесты, рассчитанные на внимание — он буквально излучал желание быть в центре происходящего. Уже на первом уроке стало ясно, что его больше интересует собственная слава и внешность, чем реальное обучение. — Сегодня мы поговорим о моих достижениях!- с энтузиазмом объявил он, раскладывая на столе свои книги. В классе раздался тихий смешок, который он проигнорировал. Гарри склонился к Харви и едва слышно сказал: — Он серьёзно думает, что мы будем это слушать? — Пусть говорит!- спокойно ответил Харви!- Иногда полезно смотреть на тех, кто слишком уверен в себе. И действительно, уже через несколько занятий стало очевидно: Локонс не просто поверхностен — он опасно некомпетентен. Его заклинания работали нестабильно, объяснения были размытыми, а попытки продемонстрировать навыки чаще заканчивались неловко, чего стоила его попытка вернуть свобождённых им же злобно хихикающих диких пикси. Мелкие твари летали и громили класс очень быстро, ученики отбивались от них книгами забыв про то что они маги и могут магией их обезвредить. Когда же Лохконс, как его мысленно окрестили близнецы, попытался отбезвредить тварюшек, те отобрали его палочку и подняв за одежду утащили в соседний кабинет где был кабинет-подсобка учителя, урок на этом и закончился. Близнецы быстро сделали вывод — на его уроках придётся учиться самим, игнорируя преподавателя, но главная линия этого года начала проявляться не сразу. Она появилась через наблюдение, через детали, через разговоры, которые на первый взгляд казались случайными. Драко Малфой вёл себя необычно, он не пытался провоцировать, не бросал резких фраз, но был заметно напряжён. Несколько раз Гарри ловил на себе его взгляд не враждебный, а скорее оценивающий. Однажды, когда они остались в коридоре без лишних свидетелей, Драко сам подошёл к ним. — Мне нужно с вами поговорить!- сказал он тихо, оглядываясь. Харви слегка прищурился, но не отстранился. — Говори!- спокойно ответил он. Драко замялся на секунду, словно решая, стоит ли продолжать, а потом всё же сказал: — У моего отца есть вещь и он хочет от неё избавиться. Гарри и Харви одновременно насторожились, но внешне это никак не проявили. — Какая вещь?!- спросил Гарри. — Дневник!- коротко ответил Драко!- Старый, но очень странный и фонящий тёмной магией. На секунду повисла тишина. Связь. Та самая, едва уловимая, но уже знакомая. Она дрогнула где-то на границе сознания, и этого было достаточно, чтобы понять — речь идёт не о простой вещи. Харви медленно выдохнул. — И что ты хочешь?!- спросил он. Драко посмотрел на них прямо. — Заберите его!- сказал он. Гарри чуть наклонил голову, изучая его. — Зачем?!- спросил он. Ответ последовал не сразу. — Потому что я уверен, если его найдут то будут большие проблемы!- тихо сказал Драко!- можете его потом вернуть? Близнецы переглянулись. Этого было достаточно. Они не стали соглашаться сразу, но решение уже формировалось. Если это действительно часть души Тома, то упускать такой шанс нельзя. Когда Драко ушёл, Гарри тихо сказал: — Чувствуешь? — Да!- ответил Харви!- Это он. И впервые за долгое время в их голосах появилось не напряжение, а предвкушение. Четвёртый курс только начался, а игра уже выходила на ещё один новый уровень. Теперь речь шла не просто о школе, не о влиянии Дамблдора и даже не о политике магического мира. Теперь речь шла о душе и о том, что они собирались с ней сделать. Договорённость с Драко не затянулась. Он не задавал лишних вопросов, не пытался торговаться и, что было важнее всего, не пытался казаться важнее, чем есть. Это уже говорило о том, что ситуация для него действительно серьёзная. Передача произошла на выходных, в одном из боковых коридоров Хогвартса, где редко кто появлялся без причины. Драко держал в руках тёмный, ничем не примечательный дневник, но стоило Гарри приблизиться, как знакомое ощущение дрогнуло внутри, словно кто-то откликнулся на его присутствие. — Он иногда… пишет сам!- тихо сказал Драко, протягивая дневник!- Я не стал проверять дальше. Харви забрал его первым, но не открыл, лишь провёл пальцами по обложке, словно прислушиваясь. — Правильно сделал!- спокойно ответил он!- Мы вернём его тебе уже чистым. Драко кивнул, и на этом разговор закончился. Он ушёл быстро, не оборачиваясь, будто хотел как можно скорее забыть, что вообще держал эту вещь в руках. Как только они остались одни, Гарри тихо выдохнул: — Это точно он. — Да!- коротко ответил Харви!- И он нас уже почувствовал. Они не стали открывать дневник в Хогвартсе. Это было бы слишком рискованно, слишком заметно. Вместо этого, дождавшись вечера, они вернулись в свою комнату и вызвали Морвиля. Домовик появился мгновенно, как всегда беззвучно, и сразу насторожился, почувствовав магию предмета. — Это опасно, наследники!- тихо сказал он, глядя на дневник!- Очень. — Мы знаем!- спокойно ответил Гарри!- Отнеси нас домой, сейчас. Морвиль не стал спорить. Перенос магией домовика сработал мягко, без каких либо вспышек или хлопков как это бывает у магов при трансгрессии, и через мгновение они уже стояли в ритуальном зале замка Певереллов. Здесь магия ощущалась иначе — глубже, чище, и самое главное, свободнее. Харви первым положил дневник на каменный стол, и в ту же секунду по залу прошла едва уловимая волна. Теневые стражи, до этого скрытые, начали проявляться, словно реагируя на чужеродное присутствие. — Интересно!- тихо сказал Гарри, делая шаг вперёд!- Он чувствует нас так же, как мы его? — Возможно, а значит пора проверить это и перестать делать вид, что это просто артефакт!- ответил Харви. Он открыл дневник. Первые страницы были пустыми. Абсолютно. Но стоило Гарри коснуться бумаги, как на ней начали проявляться чернила. Медленно, будто их выводила невидимая рука. «Кто ты?» Близнецы переглянулись. — Начинается!- тихо сказал Гарри. Харви взял перо и, не колеблясь, написал: «Те, кого ты уже знаешь.» Чернила на странице дрогнули, словно сам дневник «задумался». «Это невозможно.» Гарри усмехнулся. — Он помнит нас… но не понимает как!- сказал он. Харви чуть наклонился вперёд. «Ты часть. Не целое.» И вот здесь они сделали то, чего никто до них не делал. Не стали скрываться, не стали играть. Гарри положил ладонь на страницу. «Мы те, кто уже держит тебя целиком» Магия откликнулась мгновенно. Дневник вспыхнул изнутри тусклым светом, и в зале стало холоднее. Чернила расплылись, складываясь в новые слова, но теперь они были резче, почти рваными. «Докажите.» Харви усмехнулся. — Легко!- сказал он!- принеси пожалуйста тот кулон, Морвиль. Спустя пару секунд Морвиль появился со шкатулкой в которой лежал кулон, тот самый в котором уже находилась первая часть Тома. Камень внутри отозвался мягким пульсом, словно почувствовал близость другой части. И в этот момент произошло то, ради чего всё это затевалось. Связь. Не тонкая, не едва уловимая — настоящая, живая. Дневник буквально дрогнул на столе, страницы сами начали перелистываться, а кулон в руке Харви стал горячим. — Он тянется!- тихо сказал Гарри. — Значит, не сопротивляется!- ответил Харви!- значит, быстрее соберётся. Они не стали тянуть. Ритуал был простым, но требовал концентрации. Не разрушение, не подавление — соединение. Аккуратное, контролируемое, без потери целостности. Магия в зале сгустилась, теневые стражи приблизились, но не вмешивались, они наблюдали. Когда всё закончилось, дневник просто рассыпался в прах, словно никогда не существовал. Кулон потяжелел. И стал тише. Гарри медленно выдохнул. — Он стал стабильнее!- сказал он. Харви кивнул, но взгляд его оставался внимательным. — Да!- ответил он!- Но это только начало. Они оба понимали: каждая новая часть будет сложнее. Каждая — опаснее. Но теперь у них был опыт и что важнее, у них был сам Том, который больше не был просто разрозненными фрагментами. Когда они вернулись в Хогвартс, всё выглядело так же, как и раньше. Те же коридоры, те же лица, те же уроки. Драко лишь коротко кивнул, получив обратно пустую обложку, и не стал задавать вопросов. Но для близнецов всё изменилось, они сделали шаг дальше и теперь игра становилась глубже.