Между нами

Харли ввалился в собственный дом, споткнувшись о порог, но Лейт поймал его, схватив за талию. От этого прикосновения Харли хотел было возмутиться, но понял, что он этого не хочет. Руки коллеги задержались на нëм, и тогда Харли неряшливо смахнул их с себя. — Господи, Харли, свой дом не узнаёшь? Иди ровнее. У Харли всë ещё кружилась голова, состояние было близким скорее к высокой температуре, хоть он и был соматически здоров. Тем не менее, ощущения оказались не из приятных. — Лейт, это мой дом. Я не позволю тебе здесь командовать. Лейт каким-то странным образом посмотрел на Харли. Слишком спокойно. — Помолчи, Сойер. Харли наконец нащупал в глубине дома переключатель и в просторной гостиной загорелся свет, от которого он зажмурился. Лейт снял с себя пиджак и небрежно бросил его на диван. — Что, Лейт, уже заприметил себе место для сна? — криво улыбнулся Харли. — С тобой я спать точно не собираюсь. Харли вдруг бросило в жар от одной мысли об этом. Нет. Он просто оказался в тëплом доме после ночной прохлады. Лейт засучил рукава рубашки и Харли непривычно долго засмотрелся на его руки. Он подумал о том, как сильно эти руки могут что-нибудь сжать, например, чью-то талию? Снова. Что за глупости? Харли проморгался и решил пойти на кухню. Налив себе стакан воды из графина, он опустошил его в пару быстрых глотков. Только не сейчас. Не хватало ему ещё думать о всякой ерунде. Харли услышал, как на кухню пришëл и Лейт. — Почему ты не кажешься пьяным? Доктор повернулся к нему лицом. Они смотрели друг на друга, не отрывая взгляда, пожирая, и Харли был уверен, что этим же оценивающим взглядом Лейт его раздевает. — Я лучше сложен, чем ты. Ты себя вообще видел, Сойер? Кожа да кости. Харли упëр руку в бок. — Это ещё ничего не объясняет. — Люди с большей массой тела лучше переносят алкогольное опьянение. По-моему, ты, как доктор, должен об этом знать. — Не знаю, — пожал плечами Харли, облокотившись о столешницу, — не увлекаюсь алкоголем. Лейт усмехнулся. — Думаешь, у меня есть на это время? — Даже думать об этом не хочу, Пьер. Улыбка не сошла с лица Лейта. Он подошёл ближе к Харли, практически вплотную, и Харли наконец заметил почти выветрившийся аромат одеколона, исходящий от Лейта. Тяжëлый когда-то, а сейчас только отголосок сложной композиции. — Лейт? — Что? Интересно, как отреагирует Лейт, если его поцеловать? Харли снова одернул себя. Что ему вообще лезет в голову? И тем не менее, его всегда интересовал Лейт. В определëнном смысле. Его было весело раздражать, вызывать в нëм эмоции. Если бы Харли за это платили, он мог бы уже давно купить себе огромную дорогую виллу где-нибудь на берегу моря. — Ты вторгаешься в моë личное пространство. Сосредоточенный взгляд Лейта изменился, его глаза расширились в удивлении. А его тяжëлое дыхание Харли ощущал на собственной коже. — Сойер… — Пьер. Если я правильно помню, нам обоим завтра на работу. Как вдруг, Лейт провëл тыльной стороной ладони по щеке Харли. Лейт пьян, и ещё как. Он просто скрывает это. Будучи трезвым, он бы давно повалил Харли на пол, как сделал сегодня вечером, в кабинете Доктора, и начал бы угрожать. Но он пьян! Без сомнения. — Лейт, что ты..? — Ты такая зараза, Харли. И почему меня только к тебе тянет? Харли снова почувствовал что-то. По сосудам разлилось необычайное тепло, нет, это был именно жар, который вспыхнул где-то под грудиной. Настоящий пожар в грудной клетке, который он не мог себе ничем объяснить. Лейт обхватил голову Харли ладонями и прижался к нему в быстром поцелуе, проталкивая язык в рот Сойера. Харли принял этот жест. С интересом. Куда и как далеко они оба смогут зайти? Харли не терпелось это проверить, поэтому он прижал к себе Лейта, чтобы он был ещё ближе, и тогда жар внутри него усилился. Харли не хотелось, чтобы он пропадал, хотелось насладиться этим чувством вдоволь, а раз его вызывал Лейт… Харли ослабил его галстук, расстегнул пуговицу на воротнике мужчины, затем вторую, третью, спускаясь всë ниже, пока Лейт водил своим языком по языку Харли в страстном поцелуе. — Идëм в спальню? Харли кивнул, и только после осознал, что он сделал. Но отказываться было поздно, да и он сам этого не хотел.

***

Лейт снова и снова втягивал Харли в тягучие поцелуи, а Харли хватался за его кожу своими тонкими, почти паучьими пальцами. Больно практически не было, Лейт не настолько далеко заходил. Можно было сказать, что он оказался нежнее, чем думал и представлял себе Харли. Доктор изогнулся в пояснице, чтобы почувствовать больше. В доме всегда слабое отопление, да и сам Харли не любил, когда было жарко, но сейчас холодно ему точно не было. Этот жар не отпускал, и Харли не знал, куда ему деться от него. Впрочем, никуда не хотелось деваться. Лейт двигался размеренно, не ускорял темпа, видимо, пока Харли этого не захочет. А Харли смаковал момент их совместной ночи в одной кровати, первый, но он не мог сказать, последний ли. Голова уже меньше шла кругом, что радовало Харли, который тяжело дышал и время от времени постанывал, давая понять Лейту, что ему всë нравится. Постепенно к нему возвращалась осознанность, но Харли не мог сказать, что он бы точно не соглашался на это, будучи трезвым. Опьянение давало ему возможность притвориться, будто бы он решился на близость только из-за алкоголя. Наверняка так и думал Лейт, который дотрагивался до Харли там, где он больше всего ждал его ладони. Из-за темноты Харли не мог увидеть точно лица Лейта, невозможно было сказать, был ли на его щеках румянец стыда, который захотелось бы забыть как можно скорее или он бы повторил эту ночь, будучи полностью трезвым. Тем не менее, Харли был сконцентрирован на собственном удовольствии, а мысли о Лейте лишь подливали масла в огонь. Лейт, он казался всегда недосягаемым, всегда требовательным и подавляющим любое непослушание, не терпящим пререканий и любых отклонений от заданного курса. А как он злился, когда Доктор не укладывался в сроки, и безвылазно сидел со своими экспериментами. И вот, он нависает над Харли. Потерял любую бдительность, впрочем, как и сам Харли, которому было слишком хорошо, чтобы думать о чем-то другом. Лейт забрался дальше, и Харли почувствовал, как сильно ему начинает нравится то, чем они заняты. Его ноги были закинуты на бëдра Лейта, и Харли то и дело подавался вперëд, чтобы почувствовать партнëра сильнее. Лейт проникал всë глубже, его ладони ласкали Харли, это было непередаваемое чувство, когда так сильно хотелось большего. Практически всë это время Харли молчал, лишь принимая Лейта, но сейчас он не мог с собой ничего поделать, только попросить. — Лейт… — Да, Харли? — Ещё, пожалуйста, быстрее. Харли был близок, и поняв это, Лейт ускорил темп, двигаясь быстрее. — Так хорошо? — Да. Его мгновенно пронзило лезвие удовольствия, когда мурашки пробежались по всему телу, а голова стала совсем ватной. Удовольствие от процесса поднималось вверх к самой макушке, и Харли запрокинул голову, выгибаясь в спине, практически шипя от нахлынувших чувств. Лейт лëг рядом, пытаясь отдышаться. Харли повернул голову в его сторону, а Лейт вдруг повторил его движение, смотря на Харли из-под полуприкрытых глаз. Теперь они смотрели друг на друга. И каждый думал о чëм-то своëм. Харли только что переспал со своим начальником. Интересно, как теперь изменятся их взаимоотношения? Станет ли он лояльнее? Вряд ли, Лейт не из благосклонных, поэтому он сомневался, что его начальник станет хоть немного снисходительнее после одной совместной ночи. Ему казалось, что утром Лейт будет всë отрицать, злиться, в общем, будет просто собой. Эта мысль заставила губы Харли растянуться в улыбке. Он всегда был таким, а потому Харли перевернулся на бок и положил руку на грудь Лейта, будто бы пытаясь обнять. Он уж точно не забудет эту ночь и постарается сделать так, чтобы и Лейт этого не забыл. — Опять провоцируешь меня, Сойер? Касание хоть и было мягким и осторожным, но всë же, сработало на Лейта так, как и хотел Харли. А сам Лейт чуть сжал в своей ладони ладонь Харли. — А ты надеешься на продолжение? — Да. Лейт поднялся на локтях, чтобы затем нависнуть над Харли снова, но Доктор только упëр ладонь в его грудь. — Тогда, может, пойдём в ванную? — Я знал, что ты практичен, Харли, совместить полезное с приятным — отличная идея. Теперь Лейт жаждал своего пика удовольствия, и Харли готов был ему это дать. Больше у Лейта не было от него секретов, только не сейчас, когда он так смотрит на Харли, которому определëнно доставляло удовольствие забраться не только в постель к начальнику, но и в его голову. “И почему меня только к тебе тянет?” Это в каком-то роде льстило. Было приятно, что несмотря на всë то негодование, что Лейт испытывал по отношению к Харли, его влекло к нему. Но сам Харли не мог отделаться от чувства, будто что-то внутри него начинает загораться, как только в его поле зрения появляется Лейт. И это его пугало. Но сейчас он готов был пойти на определённые уступки и просто хорошо провести ночь, доверившись чутью.