Глава 4
11 июля 2026 г., 15:35
— Я свяжусь с Леоном. Может, он сможет что-нибудь сделать. — Джилл заговорила параллельно, сразу начиная рассуждать. Она вытащила рацию, помедлила, прежде чем снова поделиться мыслями. — Подпольная лаборатория корпорации, которой уже несколько лет официально не существует. И защитного ящика не было… Нарушение техники безопасности, не первое у Амбреллы.
— Он себя этим не подставит? Эрен — дело международной безопасности, правительство не сможет нам помешать. — Микаса посмотрела на Криса, ожидая его заключения. Теперь они обсуждали ситуацию так, будто Йегера с ними в машине не было. Как родители провинившегося ребенка, сначала решали проблему, чтобы после перейти к воспитательным мерам. — Я ведь тоже там была. Мне выкрутиться будет легче, люди Амбреллы препятствовали выполнению миссии.
— Сначала свяжемся с Леоном, посмотрим, что он успел найти. — Редфилд наконец вынес вердикт, напряженно вглядываясь в дорогу перед собой. — Если конфликта с правительством не избежать, нужно успеть довезти Эрена до того, как они попробуют нам помешать.
— Вы говорите так, будто это все — моя вина! Но это же не так! Я тут ни при чем! — сорвался наконец Эрен, не в силах больше сдерживать все в себе. Хотелось услышать что-то хотя бы отдаленно напоминающее понимание. — Там же должны быть камеры! Я не делал это специально, я даже не мог видеть, что он вез! Черт! И что теперь? Они скажут, что это именно я начал чертов апокалипсис?! Но это несправедливо!
— Успокойся. Понятно, что ты это неумышленно сделал. Может, и без тебя напортачили бы, если протокол уже нарушили. — Микаса озадаченно потерла переносицу, прикрыв глаза. — Но Амбрелла существует с шестьдесят восьмого года, все это время провоцирует биотерроризм и развивается до сих пор. Они умеют находить виноватых. И ты в этой ситуации — очень удобная мишень.
— Ну, да, успокоиться. Всего-то стал целью не только как инкубатор вакцины, так еще и как козел отпущения. Лучше бы молчал, честное слово. — Нервно поджав губы, Эрен принялся мусолить нижнюю зубами, то покусывая, то увлажняя.
Так всегда — стоило дать волю эмоциям, как что-то прорывалось без его желания. А может, действительно стоило не сопротивляться? Не идти против судьбы, а принять ее? Зачем он так боролся за свою жизнь, что вообще в ней было хорошего? Эрен шумно втянул носом воздух. Точно. Где-то там еще была его мама, и она наверняка тоже пыталась его найти.
— Всего-то спровоцировал долбаный апокалипсис, если быть точнее. Как ты вообще умудряешься влезать во столько приключений за такой короткий промежуток времени? — Аккерман раздраженно взмахнула руками, прежде чем скрестить их на груди и сесть прямо. — Говорила же, что ты врать не умеешь. А молчал бы — все бы закончилось еще хуже. Тебя бы устранили без лишних вопросов, и уже даже пользы никакой ты бы не принес. Зачем вообще скрывать такие вещи?
— Мне теперь еще и оправдываться за то, что пытался выжить?! Ты сейчас серьезно? — Раздражение нарастало, и хотелось если не придушить, то подсыпать что-нибудь забавное ей в воду. Только из-за этих мыслей удалось чуть успокоиться. — Я же сказал, что не видел, что перевозил тот идиот! Почему ты винишь меня, а не их? Что я вообще такого сделал, что ты постоянно на меня огрызаешься? Я не выбирал такую жизнь!
— Да ты же ведешь себя как ребенок! Вечно лезешь куда-то, сбегаешь, упираешься. Не различаешь, кто на самом деле твой враг! — Она ткнула пальцем в стекло, призывая его обратить внимание на горизонт. — Там твои враги, Эрен! Люди, которые хотят сделать из тебя виноватого в своих оплошностях, использовать в качестве оружия против мирного населения, теперь и люди, которые захотят тебя сожрать. А ты извечно пытаешься нас обмануть! Хочешь, прямо сейчас тебя высадим на съедение зараженным? Или Амбрелле — если меньше повезет. Или вообще правительству? Пожалуйста, выходи и выживай. Пусть твоя смерть будет самым нелепым провалом миссии в истории Альянса, я бы посмотрела на это!
— Вот и останавливайте машину, высаживайте! — вскрикнул он так, что голос дрогнул хрипотцой. — Я ненавижу все это, ненавижу ваши сраные миссии! Сам разберусь со своей жизнью!
— Достаточно! — Впервые в спор вклинилась Джилл. Строгим, низким голосом, какого Эрен от нее никогда прежде и не слышал. — С последствиями мы разберемся, не впервой. И никого на смерть высаживать не станем. Рассядьтесь по разным углам и доедьте как-нибудь до следующей остановки. Мы уже близко.
— Она первая начала, я не виноват, что у кого-то просто нет эмпатии и критического мышления. — Эрен прижался лбом к стеклу, но вынужденно отстранился — машину на очередной кочке дернуло, и Эрен чуть было не стукнулся. Вовремя среагировал. Повернувшись к Микасе, он сам не заметил, как показал ей язык. — Вредина.
— Ребенок. — Микаса потянулась к его языку пальцами, намереваясь схватить. А когда Эрен вовремя его спрятал, просто щелкнула по носу. — Так бы и оторвала.
— И давно тебя стали так интересовать части моего тела? Нет, не поверю, если скажешь, что привязываешься, ты только что хотела выкинуть меня из машины. Обманщица! Джилл, она блефует! Так я ей нравлюсь! — Сжав сиденье обеими руками, Эрен аж привстал, посмеиваясь от сказанного бреда. Но другого развлечения в этой поездке не имелось, к сожалению.
— Разобранным по кусочкам, может, и понравишься. Тихим таким будешь, безвредным. — Микаса хохотнула и начала внимательно разглядывать его, как если бы в самом деле планировала расчленить. — Головой я бы в футбол сыграла. Но сначала подстригла бы, определенно. Руки — сразу в утиль, они точно не с того места у тебя выросли.
— Фу, ну ты и грубая. Нет, я уж лучше продолжу тебе не нравиться, чем такое внимание. — Цокнув языком, он натянул куртку на голову так, чтобы спрятаться и не провоцировать на безрассудные действия своим видом. Микаса вполне могла вытворить что-то безумное, в этом Йегер не сомневался. — Даже не думай прикасаться ко мне.
— А ты команды не раздавай. — Она намеренно ткнула его в плечо пальцем, чтобы продемонстрировать неповиновение. Затем хмыкнула и отвернулась. — Нет, по частям ты мне тоже нравиться не будешь. Обиды уже не забудутся.
— Вот будет из меня вакцина, а тебе не дадут! Так в завещании и пропишу, поняла? О, боже, ты так много говоришь глупостей! Неужели нельзя просто помолчать? — Он потер плечо и поднял плечи, только сейчас замечая, как остальные уже почти не скрывали тихих смешков.
— Я глупости говорю? Да ты ходячее несчастье, Эрен! — Аккерман закатила глаза и хмуро оглянулась на него. — Не нравится — не отвечай. Заладил тоже, все ему не так.
— Все, мы на месте, прекращайте. — Крис остановил машину и принялся снаряжаться. Подготовил дробовик, патроны в запас, нож и обернулся к Эрену. — За медикаментами пойду я. Ты со мной?
— А? Ну… Наверное, да. — Отказываться в такой ситуации Йегер не рискнул. Да и прозвучало это больше как приказ, а с приказами таких людей не спорят. — Есть ведь какая-нибудь сумка с плотным дном? И желательно ткань. Если будут ампулы, то их лучше положить на что-то мягкое, так меньше риск, что разобьются.
— Сейчас найдем. — Крис вышел на улицу и прошел к багажнику. Сумка подвернулась сразу, а роль ткани выполнила спортивная куртка. — Подойдет?
— Вполне. — Кивнув, Йегер повернулся к Микасе и усмехнулся. — Видишь, а ты говорила! Есть от меня толк! Ну? Идем тогда.
Поправив куртку, зашнуровав покрепче ботинки, он вытянул ремешок сумки и нацепил ее так, что она оказалась за его спиной.
— Заходи строго за мной. Если увидишь опасность — подавай сигнал. — Редфилд кратко проинструктировал, прежде чем направиться к небольшой старенькой аптеке. — Джилл, Микаса, на вас прикрытие.
— Но здесь ведь не должно никого быть. Мы же далеко от лаборатории. Вирус… не может настолько быстро развиваться и передаваться от человека человеку. На это должно уйти время. Или мы остерегаемся кого-то еще? — Эрен старался говорить тише и понимал, что лучше бы молчать, но вопросы вылезали настырно.
— Просто меры предосторожности. Про вирус еще мало информации, они точно не закончили его производить. Если обнаружится какая-нибудь неожиданная особенность, лучше быть наготове. — Редфилд первым приоткрыл дверь, просканировал периметр и только после этого шагнул через порог. — Чисто. Кажется, здесь даже что-то осталось.
— Не густо. — Хмурясь, Эрен принялся вчитываться в названия на банках, ампулах. Конечно, можно было бы взять все, а потом разбираться, но какой смысл тащить с собой лишнее? — Здесь какие-то витамины… Одна пустая ерунда, толку не будет, только живот разболится, если голоден. А вот это уже интереснее!
Бинты быстро отправились в сумку, как и разные дезинфицирующие средства. Забравшись под стол, где стоял кассовый аппарат, Эрен нашел несколько упаковок антибиотиков широкого спектра. Такие вещи очень даже ценны.
— Нашел! Антибиотик, антигистаминное, анальгетики. Их всегда прячут в такие места, не каждый догадывается посмотреть в самом очевидном. Ого, тут даже остался викадин. Неплохо. — Улыбка расползлась на его лице, и, довольный собой, он помахал баночкой Крису. — Если увидишь шприцы — бери, тоже могут для чего-нибудь пригодиться.
— Отлично. А ты прихвати серу и гидроперит, если подвернутся. — Ожидаемо, Крис гораздо больше понимал в производстве взрывчатки, а в медицине ориентировался лишь на уровне первой помощи. — Ты смышленый парень. Не зря Шерри просила быть с тобой помягче. Может, помнишь ее? Дочь Уильяма и Аннет Биркин, они работали с твоими родителями.
— Шерри? — Эрен чуть не выронил пакетик с таблетками без каких-либо опознавательных знаков. Почему Джилл не сказала ему, когда они… Да. Он же не назвал имени! Подойдя к Крису, он смотрел на него во все глаза, ожидая ответ. — Она жива? Она жива, да?! Господи, она жива!
— Помнишь, значит. Жива, конечно. — Уголок губ Криса дрогнул, взгляд на миг, казалось, даже стал мягче. — Из Раккун-Сити ее спасла моя сестра. Леон теперь работает на правительство, чтобы они не трогали ее. Шерри под домашним арестом, правда, но они часто ее навещают. С ней все хорошо.
— С ней получится увидеться? Что для этого нужно сделать? — Казалось, что сердце выпрыгнет из горла, выдавливаемое из тела тревогой. Эрен сжал ладони в кулаки, стараясь звучать как можно ровнее. — Это ведь возможно? Или хотя бы передать ей, что… что со мной все будет хорошо. Она не… не должна знать ничего.
— Боюсь, что увидеться не получится. К ней и меня не пускают. Ребята — исключение. Но ты можешь передать записку или что-то вроде того. — Он потер затылок и медленно вздохнул. — А о ситуации она уже знает. Но надеется, что ты переживешь лабораторию и уже через пару лет, когда ей дадут больше свободы, вы встретитесь. Пусть это будет для тебя стимулом держаться, как бы ни было тяжело.
— Значит, она считает, что есть шанс пережить. — Грусть напала внезапно, и Эрен слабо улыбнулся. Наверное, следовало прислушаться. Или же… — Она всегда надеялась на лучшее, позитивное мышление, все такое. Я же смотрел иначе, поэтому она чаще закрывала глаза и надеялась, что монстр уйдет, если вести себя тихо. Образно, конечно. Кажется, я ей даже нравился. Да и она, вроде бы, мне тоже. Но мы были детьми, сейчас многое поменялось. Да, точно. Записка!
Порывшись возле кассы, Эрен достал какой-то бланк и собрался уже начать писать, как остановился. Что он должен был сказать? Правду? Она только расстроит Шерри. Значит, стоило наврать. Несколько строк о том, что с ним все хорошо, что не стоило тревожиться, и абсурдное обещание увидеться еще раз. Это все, что получилось выдавить из себя в таких условиях. Всего лишь дать знать о себе. Помявшись, в конце он написал одну просьбу и протянул Крису записку, даже не сложив — все равно прочтут все, кому не лень.
— Она должна знать, где моя мама. Даже если я ее и не найду, то хотя бы у Шерри получится передать ей, что я жив. Она наверняка места себе не находит, не имея возможности увидеть меня.
Крис неопределенно поджал губы, взял записку и молча кивнул. В своей серьезной, иногда строгой манере он часто выглядел таким — почти унылым. Должно быть, это издержки пережитого опыта.
— Если все нужное собрал, можем возвращаться. — Редфилд закинул на плечо сумку с материалами, которые успел найти. — Надеюсь, девчонки без нас еще не уехали.
— Повезло, что Микаса не одна, она бы наверняка не упустила шанса поиздеваться. — Попытавшись отшутиться, схватившись за другую тему, Эрен еще немного побродил по помещению, даже умудрился найти бутылку с водой и какой-то засохший батончик. Однако одна мысль не давала покоя. Если Шерри удалось спастись, значит, и мама была где-то там. А это означало, что добраться до них — дело времени. — Так Шерри, получается, под защитой государства? Там ее держат…
— Она в хороших условиях, в безопасности. Из всех возможных для нее исходов этот — лучший. — Крис заглядывал в небольшие ящики в надежде найти что-нибудь еще. Но из полезного там оказался только скотч. — Ты можешь не переживать. Ее в обиду не дадут.
— Понял. Леон — это же тот, ну, которым меня пугали, стоило заикнуться про Аду. Тогда, думаю, переживать и впрямь не стоит. — Хмыкнув, Эрен выждал момент, когда Крис немного отвлекся и закинул в карман парочку таблеток. Так — на всякий случай. Если будет совсем хреново, поднять настроение на короткое время.
Редфилд что-то коротко ответил, Йегера это уже не особо волновало. Узнавать кого-то получше он не хотел, хватило Джилл, которой успел наобещать глупостей. А ведь она и впрямь решила защищать его… Дурость! Нельзя так вот просто доверять кому-либо в этом мире! Это уже не должно волновать Эрена, у него свои цели, а у них — свои. Сходятся лишь в некоторых пунктах, а остальное… Лучше не сравнивать.
На улице Джилл и Микаса уже разложили оружие, что-то обсуждая с серьезными лицами. Крис забрал сумку у Эрена и жестом показал ему на машину. Опять просто сидеть и ждать, когда расстояние до лаборатории вновь начнет сокращаться. Приближая неизбежное. Шерри в безопасности, а он таскался по лесам вместе с какой-то шайкой. Поджав губы, Йегер залез в салон и даже хлопнул дверью. Вторая осталась открытой. Почему он все еще находился с ними? Почему не пытался сопротивляться, а шутил, общался?.. Почему вдруг перестал пытаться добраться до матери? Она точно с Шерри. И он должен быть там. Если Крис считал, что его никто не пустит, то это не должно оставаться правдой, истиной последней инстанции. Опять это раздражение. Опять горечь подперла горло, и Эрен медленно двинулся на сиденье, затем еще…
Выбраться из машины — легко. Все остались с другой стороны, обсуждая количество патронов, дорогу… Все, что отвлекало их внимание от Йегера. Расслабились. Вот и хорошо! Эрен завернул за угол и прислушался. Шагов не последовало, голоса не стихли. Вот он — шанс! В этот раз он не упустит его! Ускоряясь по мере отдаления от машины, Эрен только и мог, что сглатывать волнение. Он не верил до последнего, что удалось улизнуть от них. Пусть выкусят! Он не поведется на их сладкие речи, не поведется на уговоры и объяснения! Сам прекрасно понимал, что значило оказаться подопытным. Видел тех, кого приводили в лабораторию. Отец не давал смотреть, уводил маленького Эрена. Но бесполезно. Он успел понять: те, кого держали под скальпелем, привязанных к операционным столам, никогда не считали людьми. На них не тратили лекарства, им не вводили анестезию. Зачем? Это всего лишь туша — объект исследования. Эти ребята понятия не имели, куда везли его.
Влажные ветки задевали лицо, но Эрен бежал и бежал. Грудь давило, ноги то и дело подводили, чертовы ботинки играли свою роль — задевали за любой корень. Но даже все это не могло остановить его. Он знал, что выпутается из любой передряги. А еще — найдет маму. Успокоит ее, прижмется и просто скажет, что скучал. Очень-очень сильно скучал! В глазах запекло, когда пуля пролетела мимо, задев кожу на щеке. Все-таки заметили его отсутствие! Но вместо того, чтобы остановиться, Йегер только ускорился. Он уже готов был скинуть с ног проклятые ботинки, но рациональное мышление не позволило тратить на это время. Петляя между деревьев, он пытался не думать о том, как разрывалась грудь, а перед глазами от волнения метались цветные пылинки.
Прыжок, и внезапно выскочивший корень стал причиной падения. Мокрая земля прилипла к лицу, ладони саднило, как и ноги. Штаны наверняка прорвались на коленях, но Эрен поднялся так быстро, как только мог, и, игнорируя крики сзади, рванул с еще большим усердием. Даже если его застрелят, как дикое животное, он смог выбраться, пусть и ненадолго. Смог сбежать! Посмеиваясь, он дышал ртом, игнорируя боль в руке и царапины на щеке. Но следующее, что возникло перед ним, заставило замереть и даже сделать шаг назад. Высокий человек стоял между деревьев, его тело дрожало, волосы выпали с одной половины головы, и он издавал странные звуки. Зараженный. Он находился в процессе развития вируса в его организме. Стараясь быть как можно тише, Эрен попытался обойти его, не привлекая внимание. Но сухие ветки под ногами предали.
Последнее, что видел Йегер, как это нечто бросилось в его сторону, а затем что-то густое и горячее вылилось в лицо. Стоило разомкнуть веки, как увидел это самое тело с разорванной головой. Его убили. Дрожь пробила Эрена, но больше от осознания, что был настолько близок к смерти. Опять. Повернув голову, он смотрел, как резкими шагами к нему направлялась Микаса. И явно не собиралась успокаивать.
— Ты конченый ублюдок, Эрен! — выкрикнула она, прежде чем приблизиться и занести кулак. Удар пришелся в щеку. Не щадящий, Аккерман била от души. Эрен скривился. — Каждый, сука, раз. Я только успеваю задуматься, что ты наконец взялся за голову, стал адекватным человеком. И всегда это заканчивается одинаково!
Винтовка повисла на ремне, а обе руки Микасы теперь плотно сжимали воротник его футболки. Она встряхнула его и шагнула так близко, что теперь ее дыхание касалось кожи. В глазах Аккерман плескалось столько ненависти, сколько он не видел прежде. Казалось, ее сдерживала только необходимость доставить его в лабораторию.
— Трус и эгоист. Твой отец умер, чтобы ты, как крыса, по лесам бегал до старости? Или чтобы сдох в пасти у зомби? — Микаса плотно сцепила зубы, а слова цедила сквозь них, словно из последних сил терпела желание врезать ему еще хотя бы разок. — Твои родители жизнями пожертвовали, чтобы ты спас этот чертов мир. Поэтому тебе вкололи вакцину. А ты так их любишь, что позволяешь смертям быть напрасными.
— Ты не… — Эрен сделал вдох, внутри все задрожало от несправедливости и обиды. Как она смела так выражаться, когда у него были свои причины, но ей… — Какого хрена ты вечно мне мешаешь поступить правильно?! Да мне плевать на всех! Я просто хочу добраться до мамы! Крис сказал, что Шерри где-то там! Мама тоже! Дайте мне ее увидеть, и я поеду хоть на чертов край мира! Я так много прошу?! Ты сама хотела выкинуть меня из машины!
— Твоя мама мертва, слышишь?! — прокричала она, и пальцы на вороте вдруг разжались. Микаса сделала шаг назад, попыталась вдохнуть поглубже, но получилось слишком нервно, отрывисто. — Она мертва. Ты не увидишь ее.
— Опять твои глупые шутки, да, чтобы задеть? — Эрен нервно рассмеялся, вытирая с лица остатки крови. Кожу тянуло, но почему-то весь образ Микасы постепенно начинал мутнеть, не получалось сконцентрировать на чем-то. Только когда протер глаза, стало немного лучше видно. — Хватит! Это дебильные приколы! Если не хочешь помогать, то отвали от меня, поняла?! Я сам дойду, уж найду дорогу!
— Эрен, я не шучу. — Злость начала отступать, говорить ей стало труднее. Аккерман будто переступала через себя, дышала глубже и медленнее. — В Раккун-Сити погибли оба твоих родителя.
— Какие-то… глупости. — Эрен опустился на землю, ткань быстро впитала в себя влагу, охлаждая кожу. Накрыв голову ладонями, он пытался убедить себя, что Микаса обманывала, но что-то подсказывало, ей просто не было никакой выгоды так поступать. Она все равно догнала бы его, заставила бы вернуться. — Вы знали, но молчали. И зачем? Что вам это давало?
— Я не знаю. — Она отшагнула в сторону, становясь теперь к нему спиной, чтобы не видеть, и шумно вздохнула. — Думала, так будет лучше… У тебя будет стимул исполнить волю отца, выжить, найти ее после всего.
— После чего? После смерти? Вы пиздец какие наивные, если верили, что меня оставят в живых! — Тело пробивало ознобом. Казалось, что температура сперва резко упала, что холод пробрался до костей, а после подскочила, и Эрен прижал ладонь ко лбу, взглянув наконец на Микасу. — Я даже не особо помню, что мне тогда говорил отец. Да и… выживал я только с одной целью, мы должны были увидеться, мы договаривались, что, если произойдет какая-то беда, мы обязательно встретимся в одном оговоренном месте. Она считала его безопасным. А сейчас… Какой вообще смысл в моем существовании? Стать каким-то сраным наследием? А знаешь, плевать. Насрать, что они там думали! Я сам вправе распоряжаться своей жизнью. Решу еще раз сбежать — сбегу! Поняла? Думала, что скажешь мне об этом, и я сломаюсь? Да пошла ты!
Резко поднявшись, Йегер направился вновь куда-то в лес, даже не понимая теперь, для чего вообще это делал. Ему хотелось позлить Микасу, довести, чтобы она не сдержалась, сорвалась. Ударит? Да и пусть! Голова и без того теперь болела так, что в ушах звенело. Только сейчас он понял, что слезы текли без остановки, и он даже не пытался их вытереть. Они смешивались с успевшей присохнуть кровью, и Йегер все же провел рукавом по коже. Глаза защипало еще сильнее. Он шел машинально, больше не понимая смысла в своих действиях. Уйдет, и что? Шерри увидеть ему не дадут, не позволят, мамы нет… Кому он вообще был такой нужен?
— Эрен! Перестань, там опасно! — Микаса последовала за ним не сразу. Некоторое время так и стояла там, как изваяние, и, лишь потеряв из виду, окликнула. Тогда послышались и ее шаги. — Да стой ты!
Позади зашелестели листья, зашуршала земля, словно осыпаясь. А за этим последовали треск сухих веток и глухой удар. Шаги прекратились, вместо них — теперь еще дальше — прозвучал хриплый вдох. Микаса больше не звала его, не догоняла, не пыталась подстрелить. Все затихло, будто Эрен был там совершенно один.
Несколько минут он пытался игнорировать это, хоть и замедлился, но продолжал идти. Нет «хвоста» — быстрее наткнется на кого-то, кто решит уже его судьбу легко и окончательно. Не придется больше жить в ожидании, а после страдать. Не будет больше болеть. Только… что-то заставило его остановиться. Ругая себя за подобный жест, до крови закусывая губу изнутри, Эрен сперва медленно, а затем и быстрее приблизился к скорчившейся в неглубокой яме Микасе. Как она могла просмотреть и оступиться столь глупо?! И почему ему вообще до нее должно быть какое-то дело?! Но он присел и осмотрел ее. Кровь сочилась откуда-то из бедра, если судить по распоротой темной ткани.
— И кто из нас проблемный? — Он спустился к ней и недовольно фыркнул. — Тебе бы в больницу.
— Почему вернулся? Беги, давай, у тебя отличный шанс. — Ее голос подрагивал, стал совсем тихим. Микаса быстро и поверхностно дышала, ее пальцы тряслись, когда вытягивали сверток бинта из кармана. — Если поглумиться пришел, делай это молча.
Из ее бедра торчал обломанный сук. Микаса постаралась поддеть его пальцами, чтобы выдернуть, но ногу тут же свело спазмом. Она крепко зажмурилась, сдержанно рыча от боли. Теперь от шока не могла даже пошевелиться.
— Если начнешь дергать, то сделаешь себе только хуже. Заражение та еще хрень. Поднимется температура, озноб, воспаленное место травмы. Некоторых, кстати, могут даже одолевать галлюцинации, читал о таком. Как знать, может, заражение уже началось, вот тебе и кажется, что я решил помочь. — Делать было нечего. Оставить даже такую язву, как Микаса, Эрен просто не смог. Подобравшись ближе, он обломал максимально осторожно ветки, отбросил их в сторону и размышлял еще некоторое время. — Бинт пока оставь, нужно сперва обеззаразить, а потом уже осмотреть саму рану. Не насквозь хоть? Нет, уже радует. В общем… За шею держись, только не души. Иначе не донесу тебя, а выброшу.
Сейчас Аккерман не спорила. Сперва, казалось, даже не слышала, но попытку вытащить сук оставила, а бинт только покрепче сжала в руке. Похоже, на какое-то время у нее потемнело в глазах после этой тщетной попытки справиться самостоятельно, ведь ее взгляд нашел Эрена не сразу. Тогда руки все же обвились вокруг его шеи, пусть и неуверенно. Была бы возможность извлечь инородное тело, наверняка она смогла бы идти самостоятельно, и сама настояла на этом. Но пока ногу сводило судорогой, тело пронизывало дрожью, а ком, застрявший глубоко в горле, не давал ей даже язвить в ответ.
— А я тебя уже понимаю. Хорошо, когда такой собеседник начинает молчать. — Эрен пытался разговаривать с ней, уже держа на руках и пробираясь в сторону машины. Злился на себя, что умудрился убежать на столь большое расстояние, больше этот факт совсем не радовал. Теперь приходилось не только следить за тем, чтобы не запнуться, но и чтобы не уронить Микасу. — Не переживай, сейчас отдам тебя им, они что-нибудь придумают обязательно. Вот увидишь. А я просто подскажу.
Оставалось надеяться, что с медициной дружил не только он сам. Хотя и это можно было назвать с натяжкой. Да, он разбирался в лекарствах, мог оказать первую помощь в несложных ситуациях. Но тут… Рана была слишком глубокой, так еще и наверняка в ней засели занозы. Какой ужасный день! Микаса что-то отвечала на совершенно глупые вопросы про любимый цвет, завтрак… Эрен и сам не понимал, что именно спрашивал. Важнее было поддерживать с ней контакт.
Пришлось поплутать, прежде чем вдали замаячила знакомая машина, а силы уже были на исходе. Физические нагрузки — явно не для него. Не сейчас. Заметив их в таком состоянии, подбежавший Крис перенял Микасу, велел идти рядом.
— Она упала, ей бы обезболивающее. Там есть ампула, шприц… Надо вколоть, а потом уже получше осмотреть рану, — сразу на автомате выдал Эрен, но не сдвинулся с места. Все еще оставалась надежда, что кто-нибудь сделает это все за него.
— Черт… Мы же не успеем ее довезти. — Джилл быстро вытащила аптечку, из нее спирт, обезболивающие, антибиотик, бинты. Все, что могло бы пригодиться для оказания первой помощи, если бы не требовалось хирургическое вмешательство. Крис тем временем опустил Микасу рядом с машиной, прислонив спиной к колесу. — Есть у нас врачи в подкреплении?
— Так близко — нет. Если сейчас зафиксировать, у нас будет около десяти часов. Недостаточно, из города так просто сейчас не выехать. — Крис расширил разрез на штанине Микасы армейским ножом, набрал обезболивающее в шприц и ввел препарат подкожно возле раны. — Нужно вытащить эту штуку.
— Это сосновый сук, он раскрошится. — Валентайн присела рядом, ровно настолько же растерянная, насколько и Крис, пусть он и казался серьезнее. — Щепки нужно будет чем-то выскрести.
— Ножом расковыряйте. — Микаса откинула голову назад и закрыла глаза. Когда обезболивающее начало действовать, рассудок понемногу возвращался. — Я серьезно. Срастется, если заражение не пойдет.
— Останется шрам, — тихо подметил Эрен. Стало как-то не по себе. Если копаться, то… получалось, что это он виноват. Опять. — В смысле, если даже ковырять, или не ковырять, а обеззаразить. Останется шрам, если не зашить нормально. Всю грязь все равно нужно вытащить. Был бы скальпель… Даже пинцет бы подошел.
Йегер смотрел на кровоточащую рану и сжимал кулаки. Время работало против них. Если не очистить, то будет только хуже. В книгах, которые совал ему отец, личных дневниках, было описано много разных схем, но теория без практики… Стиснув челюсти, Эрен шагнул вперед.
— Нужно уложить ее горизонтально, я… Неужели никто из вас не оказывал подобную помощь?! — Нервы натянулись окончательно, и Эрен начал злиться от собственного страха ошибиться даже в том, что говорил.
— Фиксировали инородное тело и ждали помощи хирурга, мы ведь не медики. — Джилл стянула с себя куртку и свернула ее, подкладывая Микасе под голову, когда Редфилд осторожно спустил ее ниже и уложил на спину. Повисшая за спиной винтовка заставила ее поморщить лицо, тогда он быстро снял ее и отложил в сторону. А Джилл встревоженно посмотрела на Эрена. — Ты сможешь что-нибудь сделать? Пожалуйста.
— Я никогда… Не работал с такими ранами. — Эрен попытался пригладить волосы, но они и так уже слиплись, прижатые назад. Согласиться — взять на себя ответственность за смерть человека. Отказаться — то же самое. Размышляя, он прошептал себе под нос: — Никакого третьего варианта. Мне нужно обработать руки, нужно что-то тонкое и острое и то, чем можно вынимать грязь. Будет больно. Лучше бы тебе потерять сознание самой.
— Потерплю. — Микаса извлекла из ножен свой боевой нож и протянула Эрену рукоятью вперед. — Просто сделай это. Как-нибудь… Только быстрее.
