Поворот не туда // Wrong Turn

Длинная вереница автомобилей выстроилась впереди них. Никки уже который раз беспокойно постукивал костяшками пальцев по пластику на поверхности двери, потому что машины перед ними не двигались ни на сантиметр. Нил сидел на переднем сиденье, сбросив кеды и подобрав под себя ноги. На его коленях была расправлена карта Западной Вирджинии; он крайне старательно пытался найти дорогу, которая помогла бы им обогнуть эту кошмарную пробку. Она, казалось, тянулась вперед не на один километр. Связь пропала уже давно, и Монстры не могли понять, откуда в такой глуши только взялось такое огромное количество людей. Ясность внес Кевин, который ненадолго вышел из дремы и кратко рассказал о дружеском матче каких-то крутых команд профессиональной лиги в Чарлстоне. Аарон рядом старательно пытался впитывать хоть какую-то информацию из учебника по общей хирургии, но кондиционер совершенно перестал справляться с палящей жарой летней Вирджинии. Миньярд постоянно ворчал, а еще больше его раздражала сонная тушка Кевина рядом, которая иногда прислонялась к нему влажными и липкими от жары руками. — Нил, Эндрю, фургона Мэтта не видно? — подал голос Никки, которому уже изрядно надоело маяться и хотелось, чтобы машины уже наконец начали двигаться. — Не вижу, — Нил выпрямился и даже сбросил ноги с сиденья, чтобы слегка привстать и попробовать рассмотреть машину товарища где-то впереди. Но попытка, к удивлению, оказалась тщетной. Фургон Мэтта у ребят в общежитии славился своим цветом и габаритами; все называли его не иначе как «синяя громадина», и он всяко бы возвышался над стандартными легковыми машинами. Но видно его не было. — Может, старшекурсники куда-нибудь свернули? — оживился позади Нила Никки, устремляя взгляд в окно и выискивая какие-то повороты поблизости, где могли скрыться товарищи, потому что выехали те всего-навсего на пять минут раньше Монстров. — Связи ни у кого не появилось? — наконец подал голос Эндрю, молчавший большую часть поездки. Ответом ему послужило красноречивое молчание сбоку и позади, поэтому он, никого не спрашивая, вырулил на обочину и свернул на заправку. Выглядела та, очень мягко говоря, не очень. Повсюду что-то да было отломано, краска потрескалась и местами слезла, открывая вид на уродливую ржавчину. Даже вывеску местный работник не потрудился привести в порядок, поэтому на первый взгляд местечко выглядело заброшенным. Эндрю вышел из машины, жестом показывая остальным оставаться внутри, но Нил тут же последовал за ним, почти буквально вывалившись на улицу из-за затекших в пути ног. Может, на него распоряжение Миньярда не распространялось, а может, тот просто не захотел к нему прислушаться. Они вдвоем двинулись к прилавку, но разминулись на середине пути. Нил большим пальцем указал на старенький таксофон, который стоял на углу в небольшом отдалении от заправки, и трусцой двинулся к нему. Может, он смог бы связаться с кем-то из старшекурсников, если они уже объехали пробку и находились на нормальной дороге, где уже появилась связь. А Эндрю продолжил их прежний маршрут и заглянул в ветховатое здание, где за столом сидел не очень дружелюбный старичок. Он посмотрел на Миньярда как на врага, который разрушил его одиночество и спокойствие, а потом столкнулся с таким же недоброжелательным взглядом. Эндрю всей этой ситуацией был крайне и крайне раздражен, под кожей скреблось неприятное ощущение. Хотелось поскорее оказаться в Пальметто, там, где он помнит каждый угол и в неуязвимом положении. Миньярд считал свою феноменальную память проклятьем ровно до тех пор, пока не попадал в ситуацию неизвестности. Здесь, в Западной Вирджинии, он не знал ровным счетом ничего, потому что до базы отдыха они добирались совершенно другой дорогой. Неизвестность бесила и пугала. Внутри стояла абсолютная тишина, хоть от улицы пространство отделялось лишь низкой калиткой, даже двери не было. Казалось, звуки замерли, а все многочисленные машины растворились. — Не подскажете, можно ли как-то объехать эту дорогу? — Старик посверлил его взглядом какое-то время и раздраженно цокнул, казалось, он хотел отвязаться от назойливого юноши. Но отчего-то он казался Эндрю каким-то мутным, странное ощущение еще плотнее завязывало узлы под кожей. — Откуда только беретесь сегодня, — недовольно, практически прошипел он и со шлепком опустил на прилавок карту, на которой красным маркером была выведена какая-то дорожка. — Заходили тут уже одни, человек пять. Никакого покоя и бензина не напасешься с такими-то машинами. Эндрю прищурил глаза, старик точно говорил о старшекурсниках. Сходилось и количество людей в компании, и фургон Мэтта, который требовал много топлива. Ну теперь хоть ясно, куда они делись и почему Нил не мог разглядеть их машину. Он провел руками по глянцевой бумаге и забрал карту, оставляя старичку взамен их, которую они взяли в доме отдыха. — Прошлая группа тоже по этой дороге поехала? — Откуда ж мне знать? Карту забрали, — мрачно отозвался старик, рассматривая бумагу, оставленную Миньярдом на прилавке, а потом его взгляд метнулся к небольшой стопке в углу его стола. Эндрю проследил за ним. Там, на самой верхушке, лежала такая же карта, как оставил Эндрю, и, естественно, принадлежащая Мэтту с логотипом их дома отдыха снизу. Миньярд коротко кивнул старику и двинулся к выходу с заправки, не замечая взгляда, который тот устремил на его спину. Там, на рыжей командной кофте, красовалось название команды и его имя. В подобной одежде с утра были и Дэн с Мэттом. За спиной послышался тихий звук, то ли хмык, то ли усмешка. Эндрю предпочел проигнорировать старика и причислить его к группе старых маразматиков, которым пора было бы уже прекращать работать с людьми. Но по спине все равно пробежал непривычный ему холодок. Солнечный свет, обычно нелюбимый Эндрю, встретил его и пригрел. Казалось, что внутри здания было прохладно и зябко, пусть это было и физически невозможно при такой температуре. Нил все еще стоял у таксофона, накрутив провод на палец и с задумчивым лицом по кругу продолжая набирать знакомые номера до тех пор, пока не увидел Эндрю. Миньярд поднял карту над головой и жестом подозвал Нила к себе. Тот повесил трубку и быстрым шагом пересек территорию заправки. Подходя к Эндрю, он покачал головой, подразумевая , что так и не смог ни с кем связаться. Впрочем, Эндрю уже и так догадался об этом по кислому лицу. Никки распахнул дверь машины и скинул ноги наружу, давая товарищам внутри немного больше места и возможность отодвинуться друг от друга хотя бы на время. Эндрю смерил его взглядом и тряхнул картой в воздухе, демонстрируя ее и сидящим внутри, и Нилу. — Затаскивайся обратно, они срезали, — пояснил Эндрю, направляясь к водительской двери и слегка подталкивая Нила ближе к машине. Возможно, ему не хотелось ехать по этому маршруту, но их придурки уже были там, так что придется в любом случае. Они все садятся обратно в машину, и Эндрю выруливает обратно к обочине, чтобы добраться до указанного на карте старика поворота, который находился совсем рядом. Нил мягким, но уверенным движением забирает бумагу из рук Миньярда и щелкает бардачком у своего сидения, доставляя запасную карту. Джостен все еще был немного параноиком и желал иметь запасные пути отступления, поэтому при выезде с курорта он взял две пары карт. Темно-рыжие брови сошлись к переносице, когда он снова расстелил уже обе карты на своих коленях. Нил проводил пальцем по маршруту, обозначенному красным маркером, и пытался сопоставить, где он идет на второй карте. У него ничего не выходило, он перепроверял все, кажется, тысячу раз, но на обычной карте дорога, указанная стариком, отсутствовала. — Уверен, что это хорошая идея? — уточняет Нил, пальцем проводя линии по прохладному и пожелтевшему глянцу, показывая различность карт. — Наши свернули туда, карта Мэтта была на заправке, — пояснил Миньярд, постукивая пальцами по коже обивки руля. Нил прикусил щеку и качнул головой, идея ему все еще не нравилась, внутри разливалась та же самая муть сомнений, что и у Эндрю. Но старшекурсники были там, как минимум надо их нагнать и дальше думать уже вместе. Мазерати плавно свернула с неровной обочины обратно на асфальт, который пролегал мимо высоких хвойных деревьев. Они удалялись от вереницы машин, которые, кажется, сдвинулись всего на пару метров после их отъезда из ряда, и удалялись от цивилизации. Эндрю заглянул в зеркало заднего вида, чтобы еще раз оценить ситуацию. В глаза бросилась заправка — старая развалюха. Но на секунду ему показалось, что старик стоял и смотрел, как они уезжают, следуя его маршруту. Стоило Миньярду моргнуть, и образ словно испарился. Эндрю усомнился в своем зрении. Старик так быстро перемещается или того там изначально не было, и это все просто плоды его больного и отравленного таблетками воображения? — Мы как в типичном хорроре, — хохотнул Никки с заднего сидения, из-за чего к нему обратилось сразу три пары недовольных глаз. Эндрю предпочел не отводить взгляд от дороги и только сильнее стиснул в руках руль. — У нас в компании нет типичной девушки, которая обязательно выживет в конце, — мрачно заметил Аарон, отвешивая Никки легкий подзатыльник, перегибаясь через спину Кевина, который проснулся в отсутствии Нила и Эндрю в машине. — А давайте-ка вы прекратите обсуждать эту срань, — Кевин оглянулся на них и наклонился вперед, оказываясь между сидениями Эндрю и Нила. Он заглянул через руку Джостена и попытался разглядеть изображенное на карте с заправки, но теперь это было сделать сложновато. Густой хвойный лес обступил дорогу с двух сторон, и свет совсем перестал проникать через густые кроны, и практически ни черта не было видно. Нил резко дернулся и воскликнул: — Эндрю! — спереди что-то блеснуло, и руки Нила сомкнулись на руле рядом с руками Миньярда. Он резко выруливает в сторону, и машина визжит, уходя на фактически отсутствующую обочину, заросшую кустарниками, разросшимися деревьями и полную камней. Что-то громко хлопнуло, словно взорвался воздушный шарик, и их затрясло. Мазерати начало вести влево, а руль завибрировал. Нил только плотнее сжал на нем руки и вывернул влево, а Эндрю — за ним, чтобы они не съехали в нечто наподобие оврага за кустами. Машина завиляла, и они пытались хоть немного вывести курс и начать что-то контролировать, но уже стало ясно, что шина проколота. Сзади Аарон, Никки и Кевин закопошились, хватаясь за ручки над дверями и за сиденья, чтобы их не мотало по салону. Нилу и Эндрю практически удалось выровнять курс и вернуть машину на асфальт, когда им в лобовое стекло ударила пышная лиственная ветвь большого кустарника. А за ней скрывался синий фургон. Они попытались заставить машину уйти в бок, чтобы избежать столкновения, но не вышло. Торможение было резким, но скорость не была слишком высокой из-за той дороги, по которой они двигались ранее. Лобовое было разбито, но они все были практически целы. Нил и Эндрю повернулись друг к другу одновременно, осматривая на предмет повреждений, и еле удержались от желания прикоснуться и проверить более детально, более тщательно. Джостен выскочил из машины, переполненный адреналином, оставив Эндрю осматривать пассажиров на заднем сиденье. Он увидел силуэты через стекла фургона, и ему навстречу, а скорее следуя на грохот столкновения металла и свистящих шин, вышли старшекурсники. Элисон стояла рядом с Сетом, прильнув к его плечу, а тот, в свою очередь, крепко-накрепко сжимал ее руку до побеления пальцев у них двоих. Рене, Мэтт и Дэн двигались единой колонной, взбудораженные резким звуком и, в принципе, всей сложившейся ситуацией. Они выглядели готовыми защищаться, но лица всех старшекурсников сменились на облегченные, когда они увидели, что около фургона стоит никто иной как Нил, а за его спиной — Мазерати, из которой медленно вылезали остальные Монстры. — Ох, Нил, слава богу, это вы, — запричитала Дэн, бросаясь вперед и обнимая его за шею. Мэтт присоединился к ним через пару секунд, а остальные Лисы стянулись ближе к этому маленькому кругу. — Мы попали в колючую проволоку. Кто ее вообще тут натянул? — Мы тоже, — Нил отстранился от них и осмотрел состояние фургона. У него было спущено два передних колеса, судя по всему, Мэтт, в отличие от Джостена, не заметил проволоки на пути и лишился передних колес. — Вы все целы? Фургон толкали, что ли? Старшекурсники все одновременно кивают, все выглядели и правда относительно в порядке, пусть и были слегка потрепаны. Нил уверен, его собственный внешний вид и вид других Монстров был никуда не лучше. — Как вы нас нашли? — Рене шагает вперед, останавливаясь рядом с Нилом и замершим за ним Эндрю, который, как и все остальные, впрочем, осматривался по сторонам. — Старик на заправке дал карту, мы тоже хотели объехать пробку, как и вы, — объясняет Эндрю, потому что более никто из Монстров подробно этого и не знал. Миньярд предпочел не распинаться тогда, а скорее поехать. — Может, не знал, что дорогу заблокировали? — предположил Никки, оглядываясь на колючую проволоку, жертвой которой они все и стали. Эндрю вспоминает усмешку старика, от которой холодела спина, и сомневается, что он был невинным существом в этой ситуации, который просто хотел им помочь и не знал чего-то. В конце концов, он сто процентов местный житель, раз работает в такой глуши. Свое предположение Миньярд не высказывает, но перекидывается взглядом с Рене, которая сейчас была напряжена и постоянно контролировала все происходящее вокруг. — Кто его знает, — качнула головой Даниэль и раздосадованно махнула рукой, а после обхватила ими плечи. Если на трассе жарило солнце и было даже чрезмерно тепло, то здесь, в тени, было влажно от обилия растений и прохладно. — У нас обе машины не на ходу, нам нужно где-то найти три запаски… В их нынешних условиях это звучало фантастически. Ну в какой сказке можно найти три запасных колеса в такой глуши? Казалось, единственным человеком на ближайшие километры был тот старик. Надеяться на людей, стоящих в пробке, не приходилось, да и тащиться до трассы пешком было далековато. Оставалось надеяться, что рядом с ними поблизости хоть кто-то да жил. — Давайте разделимся и пойдем одни вперед, другие назад, по-моему, там был поворот направо, так? — уточняет Нил у Эндрю и оглядывается в сторону, откуда они приехали, будто мог увидеть и проверить. Миньярд кивает, вспоминая, что и правда был, и даже не один. Никки же начинает верещать, подходя к ним ближе и таща за собой Кевина и Аарона: — Давайте только не будем разделяться! — взмолился он, вклиниваясь в пространство между Нилом и Эндрю. — Так начинается буквально все самое худшее в фильмах ужасов. — Никки, нас десять человек, — закатывает глаза Элисон от его глупых шуток, пусть и видит, что многие слегка поежились. Да, большой компанией всяко было бы комфортнее, но они не обладают таким количеством времени, чтобы тратить его на это. Разделение будет просто эффективнее, и их все равно получится достаточно много в каждой из групп. — Кто-то должен остаться и присмотреть за машинами, — рассуждает вслух Дэн, осматривая, как меняются выражения лиц у каждого из Лисов. Кажется, никому не прельщала идея оставаться посреди глухого леса. — Не один человек, конечно. Просто мало ли что, вдруг объявятся еще такие же, как мы, сокращатели пути и тоже колесо пробьют. Может, они от безысходности наши вещи сопрут. Нил кивнул ей, показывая, что полностью согласен с доводом. А потом обвел компанию вопросительным взглядом, который подразумевал вопрос о том, кто желал остаться здесь. Руку сразу же подняла Элисон, а потом плавно опустила ее и длинным, острым ногтем обвела свой образ. Да, он и правда не очень подходил под то, чтобы лазить по такой глуши. Никто из них не подозревал, что окажется в такой ситуации, поэтому Элисон сегодня оделась в своем обычном стиле. Она была на довольно высоком каблуке, потому что, естественно, не планировала длительных пешеходных прогулок по ужасным дорогам. Сет сделал шаг к ней, притискивая обратно к себе. Конечно, он останется с ней и будет рядом, да и тем более Гордон не хотел тащиться пешком бог знает куда без ясной цели. Больше никто желания остаться не выразил, особенно с этой парочкой. Конечно, отношения Сета и Элисон улучшились за год Нила в команде, но это не значит, что изменилась их динамика. Большинство Лисов предпочитали не оставаться в их обществе наедине, особенно в такой стрессовой ситуации, как эта. Казалось, единственная, кто их терпел — Рене. Но она переглянулась с Эндрю и поняла: ей оставаться не вариант. Фургон — объективно самое безопасное место сейчас, а им нужно позаботиться о тех, кто будет лишен укрытия. Миньярд повернулся к стоящему рядом Никки и кивнул в сторону парочки. Тот на несколько секунд состроил страдальческое лицо, но шутку о том, что по законам хоррора они умрут первыми, все-таки попридержал. Он остановился рядом с приклеенными друг к другу Сетом и Элисон, но потом махнул на них рукой и забрался в фургон, устраиваясь в самой дальней его части. — Вот ведь, ныл больше всех, а сам завалился спать, — тихо запричитала себе под нос Дэн, но потом лишь махнула рукой, решив, что так даже лучше, пусть хоть кто-то из них будет отдохнувшим. Она, конечно, сомневалась, что Никки уснет, но пусть уж лучше сидит тихо, чтобы они опять не сцепились с Сетом. Она оглядела оставшихся Лисов и рассудила так, как и обычно было в их команде: — Я, Мэтт, Рене и Нил, Эндрю, Кевин, Аарон. Идет? Рене кивнула, легко соглашаясь с мнением капитана. Она сделала несколько шагов вперед и остановилась перед Эндрю. Он вытянул левую руку вперед и достал нож из повязки, вкладывая его ей в правую руку. — Надеюсь, не забыла как пользоваться, — говорит он, и девушка тихо усмехается, примеряя вес орудия на ладони и смыкая пальцы на гладкой рукояти. — Мы пойдем вперед, а вы осмотрите повороты, — на устах Рене все еще была натянута маленькая улыбочка. Она старательно пыталась скрыть свое напряжение и подбодрить товарищей по команде, которые и так изрядно нервничают. — Мэтт, — окликает Нил, когда старшекурсники уже развернулись, чтобы уйти в свое направление. — Бита, которую ты обычно возишь с собой в фургоне? Бойд кивает и слегка меняет свой курс. Он распахивает дверь и берет оружие, лежавшее под первым рядом сидений. Потом недолго думает и распахивает ящик для инструментов, лежащий там же, и достает оттуда монтировку. — Вы меня пугаете, — Бойд возвращается к компании и пытается отшутиться, но его пальцы плотно сжаты на рукояти, когда он передает орудие Нилу. Обычным людям, наверное, и не пришло бы в голову таскать с собой оружие, когда они идут искать помощи, но Лисы и не совсем обычные. Они предпочтут, чтобы им было чем защититься, для перестраховки. Один из них вообще таскает с собой ножи на постоянной основе, да и кто знает что за люди живут в такой глуши. Нил рассматривает биту в своих руках, но потом перекидывает ее Сету. Пусть они и остаются у машин, все равно нельзя было оставить их безоружными. — Справимся? — обращается Джостен к Эндрю, подразумевая, что использовать они будут только его ножи. Миньярд кивает, но Мэтт делает шаг вперед и вкладывает Нилу в руки монтировку, жестом отрезая любой его протест. — Мы справимся, у Рене нож, а я лучше в рукопашке, — поясняет Бойд, смотря на раздосадованное лицо товарища. — Вас больше, так что бери. Сет рассматривает биту в руке, которую видел множество раз до этого. Раньше она казалась забавной игрушкой, с которой вечно носился Мэтт. Сейчас от ощущения гладкого дерева на пальцах становилось странно спокойно. Гордон был благодарен Джостену за этот маленький жест геройства, но вслух этого, естественно, не скажет. Его руки касается другая, более нежная. Элисон проводит ладонью сначала по его пальцам, а потом спускается ниже, скользя костяшками по лакированной рукоятке. Сзади слышится хлопок багажника Мазерати, заставляя всех обернуться на резкий и неожиданный в тишине их раздумий звук. Около машины стоял Аарон, держащий в руках небольшую красную сумочку из влагоотталкивающей ткани. На ней был карабин, поэтому Миньярд с легким щелчком закрепил его на петле джинсов. До всех быстро дошло, что это аптечка, поэтому Мэтт снова метнулся к фургону, доставая свою. Ему пришлось немного побеспокоить Никки, который из салона сместился на пол у двери, свесив ноги на улицу. На сумочке у Бойда карабина не было, поэтому он распахнул аптечку и, выбрав самое важное, уместил это в своей сумке на поясе. — Вы как на войну готовитесь, — подшутил Никки, но его улыбка вышла кривоватой, слегка нервной. — После твоих шуточек, — вставил Аарон, вернувшийся к компании. И правда, Никки столько раз упоминал о фильмах ужаса, что все уже готовились к самому худшему итогу развития событий. Миньярд посмотрел на Мэтта и ткнул пальцем в импровизированную аптечку. — Ты хоть со всем обращаться-то умеешь? — Конечно, — фыркнул Мэтт, поправляя сумку на поясе. Кевин стоял чуть в стороне от остальной компании за спиной Эндрю, его взгляд скользил от одного человека к другому, осматривая оружие и прочие вещи, что были у товарищей с собой. Дэй пытался воспользоваться своим умением просчитывать варианты тактически, которое получил благодаря экси. Три группки переглянулись последний раз. Мэтт положил руки Дэн и Рене на плечи и увел девушек в горку, им предстояло осмотреть, что будет дальше по дороге. Мало ли там где-то скрывался населенный пункт, где можно будет попросить помощи у жителей. Нил и Эндрю двинулись в противоположную сторону, а Кевин и Аарон — сразу за ними. Около машин остались лишь Сет, Элисон и Никки, который сидел в фургоне. Товарищи по команде быстро отдалялись от них, обе группы шли быстрым шагом, не желая задерживаться здесь дольше необходимого. Гордон вытащил из фургона два складных стула, сообщив Никки, что они посидят снаружи, тот в принципе не возражал. Несмотря на более теплые отношения с командой по сравнению с предыдущими годами, они все были уже уставшими от дороги и хотели немного побыть в комфорте. Никки расположился на заднем ряду фургона, который и приметил изначально, а Элисон и Сет остались снаружи. Рядом с их стульями лежал чемоданчик с инструментами, который Мэтт бросил там после того, как достал из него монтировку. Взгляд Гордона зацепился за него, и он вытащил оттуда кусачки. Колючая проволока теперь не мерцала, блестела она только в ярком свете фар, а в отсутствии света стала просто несимпатично серой. Сет хотел перерезать ее и аккуратно убрать с дороги, чтобы они могли выехать, если им придется возвращаться обратно в сторону заправки. Он сомкнул кусачки на ней и попытался перекусить металл, его пальцы побелели от усилия, но проволока была прочной. Дыхание Гордона слегка сбилось, но со второй попытки материал поддался ему и разрезался на две части. На внутренней стороне ладоней Сета остались розово-белые вмятины, повторяющие узор ручек кусачек. Он отряхнул их, будто те были в грязи, и обтер об мягкий хлопок футболки, пытаясь скинуть напряжение в кистях. Элисон до этого стояла рядом с ним, но как только он сделал шаг назад от проволоки, она двинулась вперед. Девушка взялась за один металлический край, стараясь держать руки как можно дальше от колючек, и потащила проволоку к обочине. Периодически она путалась, мешая простой ходьбе: колючки цеплялись друг за друга и за бреши между слоями металла. Элисон было еще тяжелее держать твердый шаг из-за высоких шпилек на ногах, но она была профессионалом в ходьбе на них, поэтому не сдавалась и упрямо шла вперед. Сет последовал ее примеру и также убрал с дороги и второй кусок проволоки, он поддавался легче. Гордон физически был посильнее, и удобная обувь делала его шаг более устойчивым, позволяя ему делать резкие рывки. Никки сидел в фургоне, периодически кидая на друзей в окне взгляды. Но большую часть времени он держал руку высоко поднятой над головой и гипнотизировал три полоски в верхнем правом углу дисплея. Никки надеялся на появление связи: они должны были связаться с тренером и сказать хотя бы примерно, где они находятся. Может, Ваймак бы придумал как им помочь. Всегда придумывал. Но сейчас тренер даже не подозревал, в какой ситуации оказались его подопечные. Никки задернул шторку, потому что единственный солнечный луч, который пробился через плотные кроны деревьев, конечно же, должен был угодить именно на дисплей его телефона так, чтобы он совершенно не видел изображения на нем. Теперь салон фургона погрузился практически в полную тьму, единственным небольшим источником света оставалось незавешенное лобовое стекло. В лесу послышался птичий свист; он резко разрезал тишину, заставив вздрогнуть всех. Элисон едва не подвернула ногу, вздрагивая и слегка отшатываясь в сторону от неожиданности, но Сет поймал ее за локоть. Никки выронил телефон, и он своим небольшим, но ощутимым весом ударил его в грудь. Раньше тишину леса разбавляло только их тихое дыхание, стучащие сердца и звук, с которым колючая проволока тащилась по асфальту дороги. Хэммик приоткрыл штору, и к нему обратились взгляды Сета и Элисон. Он усмехнулся им, замечая их ошеломленные, но облегченные лица. Его, наверное, было точно таким же. Вот же, ребята так себя накрутили, что испугались обычной птицы. А они в лесу вообще-то находятся. Никки заметил, что они закончили с проволокой и поднял большой палец вверх, выказывая свое одобрение. А после он продемонстрировал им телефон, чтобы показать, что он тут тоже не совсем без дела сидит. Сет махнул на него рукой, но Никки видел, что ребята уже слегка расслабились, поэтому спрятался обратно за стенку фургона. Его больше не было видно в окне, но шторка осталась открытой. Солнечный луч уже куда-то делся. Свист больше не повторился, возвращая лес в его напряженную, идеальную тишину. Теперь дорога была абсолютно чиста, они могли бы ехать назад, если бы с колесами все было в порядке. Сет зарекся, что больше ни за что в жизни они не сократят ни одну дорогу. Лучше бы спокойно стояли себе в пробке, там хотя бы люди были. — Я уже согласна и в багажнике Мазерати ехать, если они найдут одну запаску, — Элисон сложила руки на груди и слегка дернула плечами. Ей наверняка было прохладно в одной тонкой майке, поэтому Сет снял завязанную на поясе толстовку и накинул ей на плечи. — Мы бы все не поместились там, хорошо если бы одного Бойда хоть затолкали, — усмехается в ответ Гордон и закидывает руку ей на шею, притягивая ближе к себе и виском прислоняется к светлой макушке. Свист повторился, но уже с противоположной стороны дороги и кажется, чуть ближе. Он был громче. Сет и Элисон ударились головами, вздрогнув и услышали глухой стук изнутри фургона. Похоже, башка Хэммика тоже пострадала. — Ебанная птица, — шипит Элисон, проходясь ноготками по волосам и возвращая им обратно приличный вид после столкновения с головой Сета. — Давай вернемся к фургону, нам все равно делать больше нечего, — предлагает Сет, но девушка указывает на пострадавшее колесо Мазерати. — Я в этом смыслю куда меньше Мэтта, а он нихера не понял. — Он не осматривал Мазерати, — упрямо гнула она, и Гордон со вздохом подтолкнул ее к стульям за фургоном, а сам пошел к Мазерати и опустился перед ней на корточки около переднего колеса, пробитого колючей проволокой. Сет слышит тяжелые шаги за спиной, но не оборачивается, легкомысленно думая, что это Элисон, которая не захотела оставаться в одиночестве и все-таки присоединилась к нему. Он проверяет шину — слишком мягкая, хоть куска проволоки не застряло, уже что-то хорошее. Шаги за его спиной полностью замирают, и он оборачивается к Элисон, чтобы сказать, что тут все безнадежно. Но за его спиной стоит вовсе не его Элисон. Перед ним оказывается уродливый мужчина, который натянул тетиву лука, нацелившись прямо на него. Сет замер, его дыхание полностью сошло на нет. Он продолжал сидеть на корточках без единого движения, лишь плечо прислонилось к гладкому и прохладному металлу Мазерати. — Какого хрена, — его слова вылетели из горла слишком тихими и хриплыми. Никки в салоне фургона ни за что бы их не услышал. Но Элисон сидела на улице, до нее его голос донесся стопроцентно. Хоть бы она не пошла проверять, как он, Элисон не должна попасться на глаза этому уебку. Надежда Сета оказалась пустой, Элисон показалась из-за грузовика и замерла, ее глаза распахнулись в неподдельном, чистом, животном ужасе. Она смотрела на то, как на ее парня, которого она чуть не потеряла в прошлом году, какое-то странное и крайне уродливое существо направляет лук. Она даже не могла назвать это человеком, уж слишком отвратительно он выглядел. Сет смотрел только на нее одну, он уже понимал, что тетиву отпустят, и стрела угодит прямо в него. Он не успеет никуда деться, потому что видел длинный нож на поясе нападавшего. Но последнее, что он хотел бы видеть перед смертью — его Элисон, а не страшную опухшую рожу с грязными патлами и грязью на лице. Нападавший будто был каким-то животным и внешне, и поведением. Он видел, даже издалека, как по загорелой щеке Элисон катится слеза, а потом еще и еще. Но Сет уже не мог ни о чем сожалеть, видимо, он рано расслабился после неудачного покушения Рико. Судьба, похоже, уготовила ему не длинную жизнь. Но Элисон справится. Она обязана была справиться. Сет уже хотел закрыть глаза навсегда, увидев, что монстр перед ним готовится спустить тетиву. Маленькое движение рукой, и Гордон уже был готов принять смерть, лишь бы послушанием выиграть время, чтобы Элисон догадалась смотаться. Но он не подскажет, иначе выдаст ее присутствие. Сет надеялся, что уродец не знал о том, что он здесь не один. За спиной Элисон раздвинулись кусты, заставив Сета буквально рвануть в сторону, когда он увидел, что из них выходит такое же уродливое лицо, какое было перед ним. Только у того еще и глаз заплыл, и на лице был оскал чистой животной эйфории. Рейнольдс отреагировала на его движение и обернулась, проследив куда был направлен взгляд Гордона. В руках монстра за ее спиной была такая же колючая проволока, какую они перерезали. У Элисон сейчас не было ни времени, ни желания проверять, та же это самая или чудовище принесло его с собой. Уродец сделал рывок вперед, и голова Элисон почти угодила в петлю из колючего металла, который стопроцентно бы проткнул тонкую кожу на ее шее. Если бы не быстрота реакции, выработанная годами игры в экси, ее жизнь бы оборвалась в эту секунду. Со стороны нападавшего слышится раздосадованный, удивленный звук. Он не ожидал того, что его атака провалится, но, кажется, это только сильнее разозлило его. Чудовищное лицо исказилось в гримасе чистой злости, но Элисон не собиралась стоять на месте и дожидаться, пока он ее убьет. Она рванула в сторону, за спиной послышался свист летящей стрелы. Рейнольдс позволяет себе повернуться и увидеть, что она угодила в и так уже спущенное колесо Мазерати, а Сет, к ее облегчению, уже стоял на ногах и использовал дверь как укрытие. Благо, Эндрю, уходя, не забрал с собой ключи, они лежали в подстаканнике между водительским и пассажирским креслом. Гордон выхватывает их, захлопывая дверь и заводя Мазерати. Она зарычала, готовясь к старту. Это было рискованно, но Сет поверил в себя и в то, что он сможет совладать с машиной. Даже если у нее фактически не было одного колеса и в нем торчала стрела. Уродец встал вплотную к машине, будто совершенно не опасался быть сбитым, и снова натянул тетиву. В этот раз он отпустил ее сразу, не пытаясь запугать и увидеть человека в последние моменты его жизни. Потому что даже чудовище понимало: у Сета был шанс уйти и его целью было остановить побег. Стрела проходит сквозь лобовое, Сет едва успевает сдвинуться, и та врезается в спинку водительского кресла. Стекло, которое и так было разбито после столкновения с фургоном, не смогло удержать стрелу с охотничьим наконечником. Она оставила в нем сквозное отверстие. Сет вдавил газ, и Мазерати поехала, ее кренило влево, но пока он справлялся с этим, крепко сжимая вибрирующий руль. Пробитое колесо застучало, но Гордон проигнорировал это: его целью было ликвидировать опасность. Уродец отлетел в сторону при встрече с машиной, но от этого тряхнуло и Сета внутри салона. Он ударился плечом об торчащую из кресла стрелу, благо та зашла в кожу достаточно глубоко, чтобы Гордон не порезался. Никки в фургоне услышал все еще когда просвистела первая стрела, сначала ему показалось, что все части тела окаменели от страха. Но ему пришлось взять себя в руки, и довольно быстро. Никки мог просто закрыть фургон, понадеявшись, что он сделает это тихо, и затаиться, чтобы уродцы не узнали о его нахождении тут. Но он так не поступил бы. Да, Хэммик не то чтобы любил Сета, но он не позволил бы ему умереть. Никки медленно и осторожно, чтобы не издать ни единого звука, стек с сиденья на пол. Ему ни в коем случае нельзя было засветиться в окнах, поэтому он пополз, пусть из-за своего положения и большинства зашторенных окон он представления не имел, что происходит на улице. Дверь фургона открылась с тихим щелчком, с этой стороны не было видно никого, но Никки услышал свист колес Мазерати, такой знакомый, но сейчас абсолютно не успокаивающий. Мысли внутри головы Хэммика путались и метались от того как бы помочь Сету и Элисон, чтобы выжить, и до того, что сейчас с другими Лисами. Он приоткрыл дверь ровно так, чтобы суметь бесшумно протиснуться и оказаться на улице. Около складных стульев, оставленных Элисон и Сетом, оказалась бита, оставленная им на всякий случай. Она была прислонена к одному из них. Кто же знал, что этот «всякий случай» реально наступит и ее придется пустить в дело. Загорелая рука сжимается на лакированной рукояти, и из этого положения Никки наконец может оценить ситуацию. Элисон двигается по асфальту, на ходу сбрасывая с ног шпильки. Хэммик переживает о том, что она теряет драгоценные секунды, но понимает, что это облегчит ее в будущем. Может, ему бы стоило сцапать из фургона кроссовки Дэн, чтобы Рейнольдс не поранила ноги. Шины Мазерати свистят, и она пролетает мимо Элисон, оставляя отлетевшего от него монстра позади, распластавшегося на асфальте. Никки почти облегченно выдыхает, но видит, что чудовище двигается, встает на колени после удара такой силы. Новая волна ужаса захлестывает с головой, но Хэммик не дает ей разлиться по телу и берет себя в руки. Его взгляд пересекается с Элисон, та все еще отступает, но становится ясно, что второй уродец подгоняет ее к своему товарищу, который медленно, но верно поднимался с асфальта. Ярко-розовые шпильки уже валялись где-то в стороне. Никки начал движение и наконец вышел из более менее-безопасного места, понимая, что хотя бы один из чудовищ его заметит. Но сбоку хрустнула ветка, и одновременно с этим по ушам резанул вопль тормозов Мазерати. Сет не собирался уезжать, он хотел остановиться, чтобы помочь им. Хэммик на секунду повернулся к месту, откуда послышался звук сломанной ветки, и в тот момент ему показалось, что все звуки вокруг него замерли. Это было невозможно, потому что на периферии зрения Мазерати описывала круг по асфальту, чтобы остановиться, и Элисон юркнула в противоположную сторону, к машине. Никки смог разглядеть ее из-за яркого цвета наряда. Там же где-то сбоку маячило два монстра. А перед ним на расстоянии метра стоял третий. Три. Этих уродливых чудовищ было три. Если раньше Хэммика хотя бы немного успокаивало то, что они имеют числовой перевес, то теперь у них не было совершенно никакого преимущества. Эти монстры обладают нечеловеческой устойчивостью, один из них буквально спокойно встал и продолжил функционировать после того, как получил сильный удар машиной. Элисон сбоку воскликнула, но Никки не смог разобрать, вообще говорила ли она ему что-то или просто взвизгнула от шока, что чудовищ было больше, чем они ожидали. На Хэммика был направлен чертов арбалет, и время вокруг словно замерло. Никки отшатывается, и арбалетный болт угождает ему в ногу, чуть выше колена. Он слышит возгласы товарищей по команде, но не различает их речи, словно слышал из-под воды. Резкая и острая боль простреливает ногу в тот момент, когда болт врезается в мягкую кожу. Но, слава богу, не проходит насквозь. Рана начинает неприятно пульсировать, но Хэммик практически не обращает на это внимание из-за выброса адреналина. Сейчас единственная цель — выжить и не получить пару арбалетных стрел в голову. Никки находит в себе силы, чтобы покрепче сомкнуть обе ладони на рукоятке биты, которую он даже с простреленной ногой не выпустил из цепкой хватки. Он занес оружие для удара, представляя, что держит в руках клюшку для экси, но нанести его по уродливой роже он не успел. А монстр торжествовал, потому что знал, как все закончится. — Никки! — смог различить он надрывной и отчаянный крик Элисон за секунду до того, как стрела с охотничьим наконечником пронзила его шею насквозь. Ее середина находилась внутри Никки, а две боковые части торчали наружу, создавая крайне пугающую картину. Хэммик пошатнулся и сделал несколько отчаянных вздохов, дыхание отвратительно свистело. Его руки неосознанно для самого Никки подлетели к шее, выпуская биту из пальцев, и с ужасом в широко распахнутых глазах нащупали два конца стрелы. Он завалился набок и закашлялся, это выглядело страшно. Стрела в его шее сотрясалась вместе с ним. Элисон хотела рвануть к нему, стоя у Мазерати. Она должна была сделать что-нибудь, хоть что-то. Должна. Никто из ее Лисов не мог умереть. Не сейчас. Пожалуйста, не сейчас. У них только все наладилось. Они выиграли чемпионат, Сет сделал ей предложение, и отношения в команде стали более-менее теплыми. А судьба не дает им и правда стать друзьями, а не вчерашними врагами. У них ведь еще столько времени впереди. Но оказывается, его уже нет. Дверца Мазерати рядом с ее плечом резко открывается и Сет перегибаясь с водительского на переднее пассажирское сиденье втягивает ее внутрь салона. Он качает головой, и на его лице скорбное и сожалеющее выражение. Они на секунду обращают взгляд к Никки, который лежал на боку у фургона. Его глаза застекленели, а изо рта начала литься темная и вязкая кровь. Пальцы, на которых все еще красовались любимые колечки Хэммика, так и не разжали стрелу в его шеи. Ударная часть биты лежала у его лица и испачкалась в крови Никки, вытекающей из его рта. Он не двигался, и Элисон накрыло осознание, почему Сет не позволил ей помочь. Никки был мертв. Их Никки был мертв. Он умер прямо у них на глазах, и они ничего не смогли сделать. Лишь эта мысль жгла изнутри головы. По ушам резанул неприятный звук. Трое чудовищ заливисто засмеялись, издавая ужасные чавкающие звуки. Они запрыгали, словно дети, выигравшие игру. Монстры радовались, что первая жертва их жестокой охоты пала. Один из них вынул длинный нож из крепления на поясе, а двое натянули лук и арбалет, целясь в машину. Сет отмер и снова втопил газ, разворачиваясь и уезжая в ту сторону, куда направились Дэн, Мэтт и Рене. Мазерати не слушалась, постоянно виляя, но это, может, и было им на руку, ведь такая езда непредсказуема. А значит, чудища позади не смогут пробить стрелой еще одно колесо. Сейчас побег оставался единственным вариантом, чтобы они выжили, потому что возвращаться было больше не за кем. Никки уже не нуждался в спасении. Элисон сдавила голову руками, пригибая ее к груди, чтобы не оборачиваться, чтобы не смотреть в зеркало заднего вида и не видеть снова того, что произошло с их Никки. Сет кинул взгляд на нее, чтобы проверить ее состояние, но случайно зацепился за зеркало с ее стороны. В нем отразилась стремительно удаляющаяся тень тела Никки. Сет не смог бы отвести взгляд, если бы Мазерати резко не вильнула влево и не заставила его вернуть стопроцентное внимание дороге.