Друзья детства

      Сон выдался неспокойным. К шести утра Варка лежал без сна, глядя в потолок. Он понимал, откуда взялось плохое настроение — смесь разочарования и глухой тревоги, — но не мог с ней справиться. Потому что стоило чему-то пойти не так, Николь закрывалась. Если он влезет больше, чем нужно, она закроется навсегда. А терять её он не хотел.       Он сел, бросил взгляд на окно напротив. Шторы задёрнуты плотно, ни щёлочки.       Было раннее утро. Варка глянул на экран — всего да градуса. Город ещё спал, холодный воздух проникал в щель приоткрытой форточки.       «Раз уж сон не идёт, — подумал он, — хоть мысли приведу в порядок».       Он натянул спортивную куртку, накинул капюшон и вышел на улицу.       Холод ударил в лицо, заставил дышать глубже. Варка побежал не разбирая дороги: в парк, вдоль замёрзших аллей, мимо спящих домов... Дыхание вырывалось облачками пара, сердце стучало в такт шагам. Мысли постепенно уходили. Сначала исчезли слова, потом образы. Осталось только тело: лёгкие, напряжённые мышцы.       Утренняя пробежка всегда прочищала голову. Возвращала прежний фокус.       Снег снова начал падать — мелкий, колючий, он таял на лице, смешиваясь с потом. Варка замедлился, перешёл на шаг, чувствуя, как дыхание выравнивается, а голова пустеет.       Вернулся домой, когда небо начало сереть. Снял куртку, повесил на спинку стула. Прошёл на кухню, открыл холодильник, достал воду. Отпил небольшими глотками, вытер лицо полотенцем.        Отец, наверное, смотрел новости, мать хлопотала в ванной.       Он поднялся к себе, повесив полотенце на шею, подошёл к комоду, чтобы взять чистую футболку. И замер.       Окно напротив было приоткрыто. Шторы раздвинуты — не полностью, но достаточно.       Николь лежала на кровати, откинув голову, с закрытыми глазами. Пижама задралась, обнажая живот, грудь, плечи...       Сердце пропустило удар. Он знал, что надо отвернуться. Знать-то знал. Но тело не слушалось. Бутылка замерла у губ.       Её руки двигались медленно, неумело. Пальцы скользили по груди, сжимая и оттягивая соски. Варка видел, как они розовеют и твердеют. Вторая рука опустилась ниже, замерла на резинке штанов, скользнула под ткань. Бёдра дрогнули, она выгнулась, и он услышал — сквозь шум улицы, сквозь собственное дыхание — тихий, сдавленный стон.       – Варка…       Она выгнулась, двигая рукой между раздвинутых ног, и её губы снова шепнули его имя. Он смотрел, не в силах отвести взгляд. На быстро двигающиеся пальцы. На выгибающиеся тело. На её губы, зовущие его.       Она кончила. Мелко дрожа и сжимая второй рукой грудь.       Бутылка выпала. Покатилась по полу, звякнула.       Николь открыла глаза и увидела его сквозь пелену наслаждения. Её лицо исказилось ужасом, спустя пару секунд она закричала — или он подумал, что она кричит, потому что шторы захлопнулись с такой силой, что кольца зазвенели.       Варка стоял посреди комнаты, тяжело дыша. Член ныл, в голове звенела тишина, а перед глазами всё ещё была она.       Он опустил взгляд. Выступающий бугорок в спортивных штанах не оставлял сомнений.       – Какого чёрта? — прошептал он.       Он зашёл в душ, прислонился лбом к кафелю. Вода ещё не успела нагреться, но он не чувствовал холода. Он чувствовал только одно: непонятно забытое чувство, которое снова просыпается в нём. Он прикрыл глаза, тяжело вздыхая.       – Бля, – прошептал он. – Бля-бля-бля...       Член стоял. Твёрдый, горячий, пульсирующий. Варка опустил руку, и перед глазами снова появилась она. Стоило только провести рукой по члену, сжать до приятной боли, как он сразу же дошёл до пика. Он не мог сдерживаться, когда перед глазами встал образ Николь, которая так сладко выгибалась, водила руками в интимных местах и достигла оргазма, произнеся его имя...       Он кончил быстро, почти болезненно, закусив губу, чтобы не издать ни звука. Стоял под ледяной водой, тяжело дыша, и думал: «Что я наделал? Что она теперь подумает?»       В мыслях крутилось сразу несколько вопросов: зачем Николь произнесла его имя? Она представляла его?… Представляла их секс?       Варка не мог остудить горящее тело даже спустя полчаса. Член поднимался обратно, приятное чувство возбуждения поднималось выше, приятно щекотало живот.       – Я не могу, это…       Когда он наконец-то вышел из душа, он переоделся и лёг на кровать. Невольно взгляд поднялсь на окно напротив. Закрыто. Шторы снова задвинуты.       Он бы тоже закрыл, если бы Николь застала его за подобным.       Варка подумал, может ему это приснилось. Ссылался на подобный бред, потому что не верил своим глазам. Не верил, что Николь шептала его имя. Это невозможно. Нет-нет.       Это просто сон.       Варка достал телефон на комоде, разблокировав, сразу же полез в интернет.       Его пальцы печатали следующее:       «Что делать, если застал лучшую подругу за мастурбацией?»       Он подумал, глядя на текст, и вскоре добавил следующее:       «Что делать, если застал лучшую подругу за мастурбацией, и она произнесла моё имя...»       Переходя в первую же статью, он вчитывался в текст жадно. Не упускал ни текста и вскоре жалобно застонал, падая в подушку.       Там писалось, что в подобном случае ваша подруга влюблена в вас.       Влюблена в вас.       Влюблена.       Николь влюблена в него?       Вряд ли.       Варка счёл, что в интернете пишут чушь, и переходя в раздел звонков, набрал знакомый номер. Послышались длинные гудки.       Его друг поднял трубку после четырёх гудков.       – Честное слово, Варка, если ты сейчас не скажешь веские причины своего звонка, я тебя достану из Берлина, – по ту сторону трубки послышался глубокий голос.       – Прости, что потревожил в позднее время, но мне срочно нужен совет, Флинс.       Флинс, его одноклассник и сокомандник, который жил во Флориде, не сдержал вздоха. Непонятно, вздыхал ли он то ли от услышанного, то ли от чего-то ещё.       – Говори?       Варка, услышав одобрение на то, чтобы он вывалил свою ситуацию, уселся на кровати, принимаясь рассказывать с самого начала, говоря о том, что Николь решила отстраниться от него, избегала его и так далее, но сдавленный голос прервал начало его рассказов.       – Короче, Варка.       – Ладно, прости, – Варка отодвинул телефон и усмехнулся. Кажется, Флинс во Флориде не скучает. – В общем. Что мне делать, если я… застал свою подругу за мастурбацией?       Флинс молчал.       Варка был прав. Ему не до других сейчас. Сейчас, между его разведённых ног, сидела его любимая и делала ему приятно. Хотелось скинуть звонок, сказать, чтобы Варка не тревожил его ближайшие пару часов, но не мог. Дружеский долг не позволял с ним так поступить.       – И что? Сделай вид, что ничего не видел, это же нормально, что человек занимается подобным.       – Я… она… – Варка не решался озвучить следующее. Как-то было даже интимно в подобном признаваться. – Она простонала моё имя, когда кончила.       Варка и Флинс замолчали.       По ту сторону трубки послышался небольшой шорох и тихое: «Я сейчас вернусь, детка».       Флинс вздохнул тяжело.       – А чего спрашиваешь? Это же понятно. Она тебя хочет.       – Я не знаю, Флинс. В интернете пишут, что подруга может быть влюблена в своего друга, но я сомневаюсь, что Николь… – Варка осекся, он не хотел произносить её святое имя своим грешным ртом.       – Дружище, ты слишком накручиваешь себя. К тому же по твоим рассказам я думаю, что она редко занимается подобным.       – Эй, – светловолосому стало неприятно от услышанного, и Флинс сразу же решил исправиться в выражении.       – Ну, я имею в виду по твоим рассказам, какая она хорошая и воспитанная девочка. Не подумай лишнего. Может, она хочет от тебя только секса, а может, только любви. Спроси у неё напрямую, незачем голову морочить.       Флинс был прав. Варка может спросить прямо, чтобы не ломать голову над её утренним действием. Но она ответит? Она не закроется?       – К тому же, не ты мне прожужжал все уши за последние полгода этой своей подругой? Попробуй спросить, не избегайте друг друга. Вдруг из вас получится пара, – Флинс говорил быстро, пытаясь вернуться к своей любимой.       Варка же тяжело вздохнул.       – Хорошо. Спасибо.       – Я тогда отключаюсь. Потом расскажи, как всё прошло. – его друг отключается первым, пока Варка всё ещё утопает в своих сомнениях, смотря на отключённый экран.       Но долго размышлять ему не дали. Снизу донёсся мамин голос.       – Варка, спускайся завтракать!       Парень тяжело вздохнул, поднимаясь и в последний раз смотря на окно напротив. Блять, ну почему он застал за подобным?       Член между ног снова твердел, стоило представить этот образ, который никак не хотел уходить.       Он стыдливо почесал щёку, подождав пару минут и спускаясь позже.       Родители были на кухне. Матушка приготовила его любимый завтрак, а отец читал утреннюю газету. Всё напоминало старые былые времена, когда он жил с родителями.       – Сядь, покушай. Сегодня после обеда ничего не планируй. Мы планируем провести семейный вечер у Рейнов. Алиса буквально только что прилетела со своей дочкой и мужем, – женщина заботливо накладывала ему блины, пока он невольно кивнул.       Провести вечер с Николь теперь звучит немного по-другому. Щёки чуть заалели: он увидит её после утреннего… Интересно, как она отреагирует? Как он должен реагировать?       – Варка? – отец глянул на сына, который не слышал вопроса матушки, и тот кашлянул.       – Прости, я задумался. Да, конечно, проведём вечер у них.       – Вот, я хочу испечь пирог, дорогой, нам необходимо сходить в магазин за продуктами.       Родители отвлеклись на разговор между собой, а Варка прикусил губу, ковыряясь вилкой и отправляя в рот блины. Утренний завтрак с родителями помог отвлечься от тяжёлых мыслей.       Он быстро оделся, накинул куртку и вышел. Спортзал ждал. Там хотя бы не нужно было думать — только двигаться, выжимать из себя силы, пока тело не забудет, о чём болела головой.       У входа его встретил знакомый голос:       – Снова ты? Ещё не улетел? – его давний друг усмехнулся по-доброму, увидев Варку.       – Пока ещё неделю буду приходить, Ян, – Варка прошёл дальше, вздохнув тяжело.       Они дружили с самого подросткового времени. Ян не учился с ним в одной школе, нет, совсем наоборот. Он был на пять лет старше, Ян стал для него тем самым старшим братом с набитыми рукавами татуировками. Крутой взрослый, которым Варка восхищался и по сей день.       Этот спортзал принадлежал Яну. Открыл он его два года назад, не сказать, что он очень популярный, но стабильно держится на плаву. На крыше находилась однокомнатная квартира, в которой он жил. Ян в целом был человеком свободолюбивым.       – Вижу, что-то случилось. До сих пор закрытость твоей подружки беспокоит? – Ян сел рядом, пока Варка переодевался.       Он сразу же угадал. Светловолосый остановился, переводя взор на старшего.       – Она всё ещё избегает тебя?       – Нет, я… – Варка снова тяжело вздыхает, наконец-то закрывая свой шкафчик и опускаясь на скамью рядом со своим другом.       Он рассказал всё от и до. Ну, конечно, не рассказывал о божественном виде Николь, старался коротко рассказать эту часть, и вскоре, когда его речь завершилась, Ян свистнул.       – Ого, да она сохнет по тебе.       – Это не так, Ян.       – Ну, или по твоему крепкому телу. Дай девчонке то, что она жаждет.       Дать то, что она желает?       Себя? Или своё тело?       Варка чуть нахмурил брови.       – Она тебе всё ещё нравится, что ли? – Ян усмехнулся, поднимаясь с места и оглядывая пустой зал.       – Нет, – Варка ответил машинально, и вскоре усмехнулся над собой же.       Слишком быстро ответил, слишком на автомате.       – Грустно звучит. Если ты ничего не чувствуешь к ней, то лучше, конечно, не лезть. Вдруг она влюблена в тебя? А ты ненароком разобьёшь её сердце.       Ян был прав.       Варке лучше не лезть и сделать вид, что он не видел ничего. Со временем они снова станут общаться, как ни в чём не бывало.       Но один вопрос всё ещё вертелся на уме.       «Она тебе всё ещё нравится?»       Он так и висел на протяжении всей тренировки. В зал пришли ещё пару человек, но Варка не обращал внимания, утопая в прошлом.       Впервые, когда он начал чувствовать симпатию к Николь, ему было двенадцать. Варка тогда не понимал свои чувства, не осознавал до конца. Он начал ходить на курсы баскетбола, и мальчишки в команде делились своими секретами — у некоторых даже были свои девчонки.       А потом была поездка в Лейпциг на турнир. Три дня, чужие спортивные залы, гостиница, ночи, когда не спишь, потому что рядом мальчишки шушукаются вместо сна, а в голове её лицо. Тогда он впервые подумал: «А что, если бы Николь была здесь? Что бы я сделал?» Ответ пришёл не сразу. И испугал его.       И в одну ночь мальчики все не спали, проводили небольшой прощальный вечер с городом. Так говорил капитан команды, мальчишка по имени Макс. В этот вечер мальчики обсуждали о многом, в частности, о девчонках. Когда очередь дошла до Варки, он чуть замешкался, но ответил, что у него есть подруга. Тогда друзья рассмеялись и сказали, друзья это другое, а любимая девчонка — другое. Варка не смог ответить, сказал, что ему никто не нравится, перед юношеским взором стояла она. Николь Рейн.       Из-за того, что у Варки появилось хобби, он часто начал уделять время баскетболу и команде. Николь же не говорила ничего, не приходила к ним, не писала ему первой.       Она никогда не делала первые шаги.       Внутри как-то стало обидно от этого осознания.       Варка начал догадываться, что ему нравится его подруга, но он боялся, что Николь не станет с ним встречаться. И отчасти боялся, что мальчики в команде засмеют, если он получит свой первый отказ в жизни от своей же лучшей подруги.       Поэтому он проглотил это признание, сам того не замечая, как он и Николь начали отдаляться друг от друга.       Хоть они старались обедать вместе, Варка иногда предпочитал играть в баскетбол с друзьями на дворе школы.       Когда ему исполнилось шестнадцать, он думал, что ему больше не нравится Николь. Он старался избавиться от этих чувств, понимая, что та всё ещё не примет его чувства. Её небесно-голубые глаза стали холоднее, а ответы во время посиделок их семьи стали короче. Николь всё больше времени проводила за книгами и в классе, пока Варка старался жить свою жизнь.       Обычно он думал и скучал о ней ночью, когда днём после насыщенного дня он не мог даже задумываться о ней. Её окно напротив его играло огромную роль. Открывая окно и смотря на чужое окно напротив, которое было зашторено, в душе он мечтал о том, чтобы Николь тоже открыла окно и посмотрела на него.       Но этого никогда не случалось.       Отмечая свой день рождения, он никогда не думал о других девушках, поэтому когда его поцеловала девушка по имени Ханна, он задумался. Может, начать с ней встречаться? Может, он сможет полюбить эту Ханну?       Она была на класс старше. Она была умной, хорошо разбиралась в математике и даже периодически помогала Варке с его домашними заданиями. Ханна с подругами часто посещала его игры и тренировки, отчего они привлекли множество внимания. Варка не желал подобного, не желал, чтобы Николь закрылась от него полностью, ведь они всё ещё оставались друзьями, разве нет?       Но Николь будто испарилась в его жизни. Её будто и не существовало, несмотря на то, что они являлись соседями.       Он думал, это правильно.       У него появилась девушка, и ей надо уделять много времени, чем подруге…       Но внутри что-то отторгало. Варка старался долго игнорировать, пока сам не заметил то, как начал говорить о Николь.       «Она всегда любила голубику», — проговорил он, когда Ханна заказала десерт с голубикой.       «О, давай поиграем в автоматы?» — на предложение Варки Ханна лишь скривилась и развела рукой, отвечая, что это занятие для глупых детей.       «Не хочешь сходить в поход?» — на данное предложение Ханна охотно согласилась, но оделась неподобающе. На ней были обтягивающие легинсы, и Варка предложил ей переодеться во что-то тёплое, ведь в горах прохладно. Игнорируя его слова, Ханна стояла на своём, и они поехали.       В горах девушка лишь сдерживала вздох, шла за своим парнем, и вскоре, когда они обосновались в палатке, Ханна непонимающе выгнула бровь. Она сидела рядом со своим парнем, вся в обтягивающем, а он рассматривал фотографии на аппарате и улыбался.       – Что делаешь? – спросила она, сдерживаясь от желания закатить глаза.       Она ласково коснулась крепкой руки блондина и, заглянув в аппарат, не сдержала вздоха.       – Рассматриваешь белок? – она спросила с занудным тоном.       Ханна думала, раз Варка такой популярный в школе, то имеет хоть немного крутые увлечения. Но кроме баскетбола все остальные его хобби были то детскими, то занудными.       – Николь любит белок, вот и сфотографировал. Смотри, какой вариант ей подарить? Тут просто два хороших фото, – Варка поочерёдно показывал фотографии, и Ханна сдержала нарастающую злость.       – Слушай, милый, – она провела по его плечам, смотря тому в губы, – подари два варианта и обними меня… мне холодно, – но её попытка соблазнить провалилась крахом.       Варка поднялся и полез в сумку.       – Я знал, что тебе станет холодно, и взял куртку с термозащитой. Надень их, – Варка снова уселся на своё место, рассматривая фотографии.       Не то чтобы Варка был тупым в то время. Он понял, о чём имела в виду Ханна, лишь полгода спустя, когда рассказал эту ситуацию Яну, и тот прыснул смехом.       Ханна бросила его со словами, что Варка никогда не замолкает и безустанно говорит про свою подругу. Варка и не спешил сходиться с Ханной, потому что заметил то, как Николь иногда здоровалась с ним и нелепо улыбалась.       Он тогда понял, что лучше пока ни с кем не встречаться, пока чувства не пройдут до конца. Предложение поехать во Флориду было спасением и наказанием. Ведь Флорида оказалась солнечным городом. Тут много разных девушек на вкус и цвет, но ни одна не привлекала его внимания.       Он занимался баскетболом и спортом, пока его ребята из команды смеялись над ним и говорили, что ему уже давно пора лишиться девственности. Варка не обижался, но и не бежал к первой встречной девушке сломя голову. Он всё хотел сделать по любви, как бы банально это ни звучало.       «Она всё ещё нравится мне?»       Сердце пропустило удар.       Варка лежал на коврике в зале и пялился в потолок, в глубине души своего сердца он знал ответ, но боялся озвучить вслух.       Ян уже пару часов наблюдает за ним, лишь качая головой. Варка всегда такой, когда дело касается Николь. Хорошо, что он вообще отговорил своего друга в его желании признаться своей подруге в любви ещё два года назад. Иначе бы наблюдал сцену похуже нынешней. Может, Варка в таком случае вообще не вернулся бы в Берлин, полностью обустроившись во Флориде.       Телефон в кармане Варки завибрировал.       Это было сообщение от матери, которая писала, что уже через два часа они собираются в доме Рейнов. Ответив ей лишь одним стикером, Варка поднялся, усевшись.       Ладно. Не избегать же Николь, как маленький ребёнок.       Просто… будет вести себя, как обычно.       Так думал он.       Пока Николь с самого утра перепугала весь дом. Она вскочила с кровати, натягивая штаны, приспуская верхнюю одежду и проскальзывая в ванную комнату. Она шептала под нос разные слова, не разбираясь.       На первом этаже родители переглянулись.       Опять Николь чудит.       – Что с твоей дочерью снова? – женщина качнула головой, пока глава семейства сидел за столом.       – Почему она моя дочь, когда чудит?       – Потому что ты сам чудак! – женщина хихикнула, садясь рядом с ним и целуя мужа в щёку.       Утренний душ не помог унять тревогу. Разного рода мысли крутились в голове блондинки. Она укуталась в одеяло и не выходила даже завтракать. Шторы плотно закрыты, окно тоже, но сам факт того, что окно Варки напротив, – убивало в ней всё. Она хотела провалиться под землю, исчезнуть от стыда.       Мысли путались. Здравый разум говорил, что это же нормально, иногда даже необходимо выпускать пар. А потом этот же разум кричал: но стонать имя своего друга и представлять его?!       Угх.       Это бесполезная битва разума.       Через полчаса в доме стало шумно. Алиса приехала со своим мужем и дочкой. Алиса и раньше говорила, что планирует приехать на Рождество, но Николь не думала, что время так быстро пролетит.       Ей необходимо было встать, встретить их и поздороваться, но почему-то не хотелось вылезать из своего кокона. Николь так и продолжила лежать.       Когда старшая дочь зашла в дом, она сразу же обняла родителей, пока муж сзади мягко улыбался, приветствуя их скромно. На руках мужчины покоилась маленькая копия Алисы, которая сразу же привлекла внимание бабушки и дедушки.       – Кто это тут у нас красивый и маленький? – женщина заботливо забрала внучку, обнимая маленькую Кли.       – А где Николь? – Алиса оглянулась, но не увидев младшую сестру, глянула на родителей.       – Заперлась у себя и не желает выходить, – матушка качнула головой. – Кляйнер, проходи, наверное, устали с дороги.       – Да, конечно, – светловолосый юноша кивнул, неловко оглядываясь то на жену, то на родителей.       Алиса же решительно поднялась наверх, нашла нужную дверь. Когда она хотела открыть её, осеклась и постучала пару раз ради приличия.       – Николь Рейн, если ты сейчас же не встанешь, то я тебя живьём закопаю!       Николь услышала знакомый голос за дверью, но стыд был сильнее.       – Николь!       Дверь в комнату распахнулась, и на проёме показалась старшая сестрица.       Николь даже не подняла голову, пряча лицо в одеяле. Алисе пришлось побороться с ней, как в молодости, и, как тогда, Алиса выиграла, стянув одеяло.       Николь показалась. На её глазах выступали слёзы, которые норовились вот-вот политься. Алиса на минуту испугалась, усевшись рядом.       – Николь, что случилось?       – Сестра! – Николь разревелась, бросаясь в объятия старшей сестры.       Алиса обняла её, гладя по спине, и ждала, пока та успокоится. Николь всхлипывала, не в силах вымолвить ни слова.       – Ну, рассказывай, – мягко сказала Алиса, когда слёзы начали утихать.       – Я… я сделала ужасную вещь, – прошептала Николь. – Я… он меня видел, когда я занималась этим, когда я произносила его имя. Я даже не знаю, что он подумает…       – Кто? Варка? – Алиса прищурилась.       Николь кивнула, зарываясь лицом в плечо сестры.       – Я думала… я вообще ни о чём не думала! А он стоял у окна и пил воду. И… он всё видел. И слышал.       Алиса смотрела на неё, и в её глазах плясали чёртики. Конечно, так как она старше, она уже давно прошла все стадии стыда, хотя… она не припомнит, что стыдилась своих желаний, как это делала Николь на постоянной основе.       – И что он делал?       – Стоял, – Николь подняла голову. – Просто стоял и смотрел! А потом я закрыла шторы и… и больше не открывала.       – А он?       – Не знаю. Я не открывала шторы после этого.       Алиса усмехнулась, покачала головой.       – Николь, если он стоял и смотрел, значит, ему понравилось.       – Что?! – Николь не верила сестре, и Алиса, увидев это в глазах сестры, решительно продолжила.       – А ты думаешь, если бы ему не понравилось, он бы отвернулся. Он бы сделал вид, что ничего не видел. А он смотрел. И не отводил глаз.       Николь замерла, обдумывая её слова. Почему-то эта мысль немного утешала. Хотя остановитесь. Она же не должна радоваться!       – Ты думаешь? – уточнила она шёпотом.       – Я уверена, – Алиса улыбнулась. – А теперь вставай. Я привезла тебе кое-что. Эти подарки должны тебе поднять настроение.       Она встала, вышла из комнаты и вернулась с большим пакетом. Николь смотрела, как сестра выкладывает на кровать вещи. Это было пару новых одежд, которые Алиса прикупила для Николь.       – Это не всё, – Алиса подмигнула и достала из пакета маленькую коробочку, протянула сестре. Николь открыла её и замерла, то ли от смущения, то ли чего-то ещё. Внутри лежало нежно-розовое бельё с цветочками. Кружевное, совсем невесомое и очень красивое.       – Алиса, это слишком, я не могу это принять, – Николь покачала головой, но сестра не сдавалась.       – Наденешь сегодня, – сказала Алиса тоном, не терпящим возражений. – И не вздумай спорить. Надеюсь, ты мылась, давай, надевай это. – девушка пошарила по бумажному пакету и достала оттуда короткий тонкий свитер и коричневую юбку.       – Но… – она смотрела на упакованное бельё.       – Николь, – Алиса взяла её за руки. – Ты красивая. И ты заслуживаешь чувствовать себя красивой. Надень хотя бы для себя, я хочу видеть свою сестрицу красивой и счастливой!       Николь смотрела на бельё, потом на сестру. Вздохнула, соглашаясь. От Алисы не уйдёшь, как бы ни пыталась.       – Хорошо.       Алиса улыбнулась, помогая ей разобрать вещи. Через полчаса Николь спустилась вниз. На ней был новый свитер, юбка, и под ними — то самое бельё, которое она никогда бы не выбрала сама. Она чувствовала себя неловко, но Алиса шепнула ей на ухо: «Ты прекрасна», и это помогло справиться с неловкими чувствами.       В гостиной Кляйнер играл с Кли, которая тянула его за волосы и смеялась. Николь подошла, обняла племянницу.       – Привет, маленькая.       Кли захлопала в ладоши, узнав её. Кляйнер поднял голову и улыбнулся.       – Привет, Николь. Как дела?       – Нормально.       Она помогла накрывать на стол, готовить индейку, раскладывать приборы. Мама и Алиса хлопотали на кухне, отец с Кляйнером обсуждали что-то в гостиной. А Николь думала.       «Может, он не придёт. Может, ему тоже неловко. Может, он сделает вид, что ничего не было. Может, я зря переживаю». Мысли не заканчивались, они перемешивались, и в конце Николь уже сама не знала, о чём думала. Голова настолько сильно разболелась от переживаний и мыслей, что она опустилась на диванчик, опуская голову на подлокотник.       Но сердце колотилось, и мысли возвращались к одному и тому же: «А если придёт? Что я скажу? Как буду смотреть ему в глаза?»       «Не приходи, — подумала она. — Пожалуйста, не приходи».       Но в глубине души она знала: он придёт.       К вечеру дом наполнился запахом имбирного печенья, хвои и копчёной курицы из духовки. Снова, как в прошлом, два семейства собрались у Рейнов. Родители обсуждали предстоящий праздник, ёлка в гостиной уже была украшена, радуя глаза гостей.       Николь стояла у окна, сжимая в руках пустой бокал, и смотрела на дверь. Варка должен был прийти с родителями. Она знала об этом, она ждала его, но одновременно боялась встречаться с ним взглядами.       Дверь открылась. Вошли его родители, и за ними — он.       Варка был в тёмной футболке, волосы аккуратно уложены, и он выглядел так, будто сошёл с обложки журнала. Николь замерла, чувствуя, как сердце пропускает удар.       Он поднял голову, и их взгляды встретились.       Николь не знала, сколько это длилось — секунду, минуту, целую вечность. Она смотрела в его голубые глаза и не могла отвести взгляд. Он тоже смотрел на неё. Не на родителей, не на ёлку, не на гостей. Только на неё.       Она первая отвернулась, здороваясь с родителями друга. Те тепло обняли её, и она вновь глянула на Варку, неловко кивая и отходя назад.       Николь чувствовала, как в груди разливалось что-то тёплое, чему она боялась дать имя. Неужели… Она опустила руку на сердце и с ужасом подумала: ей нравится Варка?! С каких пор?!       Когда все сидели на кухне за огромным столом, Николь сидела возле окна, поджав губы, и делала вид, что очень занята едой. Она не смотрела на Варку, который сидел напротив неё. Алиса с Кляйнером расспрашивали его о жизни во Флориде: тот отвечал развёрнуто, рассказывал про академию, в которой обучается, и что у него получается набрать нужные баллы для дальнейшей учёбы там же, но уже в университете.       Периодически Николь чувствовала его взгляд. Он жёг щёки, руки, которые не знали, куда деться. Она вцепилась в вилку и отправила в рот лист салата, хотя не чувствовала вкуса. Прожевала на автомате, хотела встать и уйти, но не могла. Не хотела расстраивать Алису, которая весело смеялась в кругу семьи, иногда обращалась к Николь, которая кивала и улыбалась в ответ, но на деле не слышала её.       Кляйнер же с отцом отправились в гостиную, играться с Кли, которая начала капризничать и отказываться сидеть за столом.       – Николь, ты чего такая красная? – спросила мама, отвлекаясь от разговора.       – Жарко, – быстро ответила Николь, не поднимая глаз.       – Открой окно, доченька.       – Я открою, – сказал Варка, опередив девушку в ответе.       Он встал, подошёл к окну, и его рука на секунду замерла рядом с её плечом. Николь вжалась в стул, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.       Он не коснулся. Но она знала — он мог.       Ужин тянулся бесконечно. Родители говорили о своих делах, Алиса рассказывала что-то про Кли, Варка отвечал, улыбался, кивал, но Николь видела: он смотрит только на неё. Каждый раз, когда она поднимала глаза, он отводил взгляд. Но она успевала заметить. И сердце пропускало удар.       После ужина все переместились в гостиную. Родители устроились на большом диване, Алиса лежала в обнимку с матушкой, а Варка и Николь оказались на маленьком диване в углу. Слишком близко, лежание на одном диване оказалось неприлично странным. Хотя что в этом странного, казалось, они и раньше могли лежать на одном диване, спать вместе.       Николь смотрела в экран, но не видела фильма. Она чувствовала его рядом — его тепло, его запах, его дыхание. Она боялась повернуть голову. Боялась, что, если встретится с ним взглядом — не выдержит стыда, и провалится сквозь землю. И почему он вообще молчит? Делает вид, что ничего не видел? Делает вид, что он тактичный и что ничего не было?       Этот факт должен был успокаивать девушку, но почему-то в глубине души ей было неприятно.       Через минуту Варка поднялся, Николь даже не проследила за тем, как он ушёл и вернулся спустя пару минут с небольшим пледом в руках. Он без лишних вопросов накрыл её голые колени, и только сейчас она заметила то, как юбка задралась, оголяя голые бёдра.       Варка снова лёг, скрещивая руки на груди и смотря вперёд. Фильм был какой-то рождественский, но ни он, ни Николь не смотрели его полностью.       Парень заглядывался на подругу, которая всем видом стеснялась, пыталась не встречаться с ним взглядом, и это немного обижало. Он, хоть и решил, что будет делать вид, что ничего не видел, но при виде Николь не мог не заговорить про утреннюю ситуацию. Однако он держался, хотел, чтобы взрослые ушли, или хотел подождать, пока они останутся вдвоём.       Краем глаза он заметил то, как Николь подняла тёплый плед до талии, смотря вперёд.       – Ты не смотришь, – сказал тихо, чтобы никто не слышал.       Николь чуть дёрнулась, пересилила себя, чтобы не повернуться к нему, и так же тихо ответила.       – Смотрю.       – Врёшь.       Она замолчала. Его рука легла на диван между ними. Николь видела её краем глаза — сильную, с длинными пальцами, те, которые снились ей по ночам… Она зажмурилась, прогоняя картинку.       Вскоре фильм закончился, Кляйнер ещё с середины фильма поднялся первым, обнимая свою сонную дочь, идя укладывать её.       Алиса с остальными взрослыми поднялись. Родители Варки засобирались обратно к себе, они посмотрели на сына, который не спешил подниматься.       – Я бы хотел посмотреть ещё один фильм с Николь, – он посмотрел на подругу, которая всё ещё пялилась в отключённый телевизор.       – Николь, тогда мы пошли наверх, спать, – Алиса глянула на них обоих и подавила усмешку. Она специально протянула последнее слово, смотря на Варку, который задумался о своём.       Да они же тянутся друг к другу!       – Хорошего просмотра тогда, спокойной ночи, Николь, дорогая, – родители Варки тепло глянули на Николь, которая кивнула.       Когда они остались вдвоём, Варка чуть приподнялся.       – Что хочешь посмотреть? – он посмотрел на подругу, которая чуть надула губы.       – Не знаю, я бы хотела лечь спать… – Николь хотела подняться, но рука парня легла на её руку, останавливая её.       – Останься, – Варка не понимал, просил ли он насчёт фильма, или ещё чего-то, но он не хотел, чтобы она уходила. Не сейчас. – Прошу, досмотри со мной хотя бы один фильм, – тихая просьба, похожая на мольбу, заставила Николь повернуться к нему.       Их взгляды встретились.       Они оба почувствовали то, как сердце глухо отбило ритм в груди.       Хотелось наклониться, прижаться друг к другу, и Николь резко отвернулась вперёд, первой разрывая контакт.       «Что за странные мысли лезут тебе в голову, Николь Рейн?!»       Варка же включил мелодраму, которую давно хотел глянуть, но руки всё не доходили. Когда фильм начался, они молчали. Казалось, Варка действительно вникал в сюжет, смотрел и даже вслушивался, в отличие от Николь, которая не могла смотреть, не могла сконцентрироваться. Ей становилось жарко, неловко и стыдно за своё собственное поведение.       Это ведь она вытворяла ужасные вещи, не Варка. Но тот остаётся невозмутим, не задаёт неудобных вопросов, не стыдит её, а она избегает его так, будто Варка всемирное зло.       Николь стало стыдно за своё поведение. Она поджала колени к груди, обнимая и поворачиваясь к другу, который склонил голову в бок и смотрел в телевизор.       – Я… – Варка медленно повернулся к ней, и взгляд Николь упал на его губы. Она быстро подняла взор вверх, встречаясь с его глазами, – принесу попкорн?       Варка медленно кивнул.       – Хорошо.       Николь быстро вскочила, проходя и на пару секунд закрывая обзор.       Парень тяжело вздохнул, когда Николь скрылась за проёмом.       Чёрт подери, надо ей было сегодня надеть подобную короткую юбку? Она же раньше не носила их вообще. Его голубые глаза опустились вниз, он цокнул, а на уме думал: не смей подниматься, не смей, не смей! Вообще он не хотел приносить плед, он хотел продолжать пялиться на её аккуратные и красивые бёдра, но воспитанная сторона Варки так и била тревогу на уме, заставляя его подняться. Он итак извёл себя тренировками в спортзале Яна, чтобы не отвлекаться на ненужные мысли, но когда Николь встретила его в подобной одежде… Варка старался не думать о её внешнем виде, о её одежде, об утренней разнеженной Николь. Он снова вздохнул, быстро облизнув пересохшие губы.       Когда Николь вернулась с миской попкорна, она неловко забралась под одеяло, поставив миску посередине, хотя знала, что Варка не ест сладости. Просто хотела восполнить небольшую пустоту между ними.       Полчаса Николь просто хрумкала попкорн, пока он не закончился. Когда рука Николь не нашла еду, Варка тихо усмехнулся.       Девушка чуть покосилась на него. Что его позабавило?       Когда их взгляды встретились, Николь замерла. Варка смотрел прямо на неё.       – Вкусно было? – спросил он тихо, склонив голову вперёд, почти нависая над ней.       – М-м, д-да, – Николь ответила тише.       – Это понятно, ты ничего не ела за ужином.       Голубые глаза смотрели испытующе. Николь снова хотела отвернуться, не смотреть в его глаза, но следующий вопрос выбил воздух из лёгких.       – Ты… давно делаешь это, представляя меня?       Он всё видел и слышал! Какой стыд, какой ужас!       Николь хотела вскочить, уйти, убежать, как это делала раньше, но сильные руки Варки опустились на её, закольцовывая её руки в свои.       – Прошу, Николь. Мне важно знать, – тихий шёпот раздался впереди девушки. Варка приближался с каждой секундой, нависая над её лицом. Ей казалось, если она сейчас не оттолкнёт его, то их лица окажутся слишком близко.       – Прости, пожалуйста. Я… я не хотела обижать тебя, просто… прости, пожалуйста, – Николь лишь просила прощение шёпотом, её дыхание сбивалось, – Я… это было всего дважды… Ты мне просто снился, и я не могла не пойти на такой поступок, – девушка тяжело вздохнула, когда наконец-то ответила. Её ответ был несвязным, непонятным, но Варка понял её.       Он склонился над ней, сталкиваясь лбами друг друга.       Сердце Николь пропустило удар, она ощущала его дыхание, запах мыла и немного его одеколона. Те самые, которые снились ей.       Варка не знал, как ему поступить. Зачем он вообще задал этот вопрос, если решил, что сделает вид, что ничего не произошло? Он сам себя не контролировал, когда губы произнесли этот вопрос… Но сейчас, при виде Николь, у которой забегали глазки туда-сюда, он не мог не продолжать. Это казалось единственным шансом, шанс один на миллион… попытаться сделать шаг к ней не как друг, а как полноценный парень. Тело требовало дальнейших действий, разум требовал ответов.       – Что мы такого делали в твоём сне? – голос Варки стал глубже и ниже.       – Ты и я… мы… – Николь задержала дыхание, прикрыла глаза от волны мурашек по телу. Варка был слишком близко, это… неправильно… но её тело нуждалось в нём. Она сама невольно поддалась вперёд. Варка приобнял её за талию.       Они казались неловкими со стороны, но их это не волновало. Они стояли на диване на коленях, нелепо обнимались, шептались, как двое подозрительных.       – Мы там целовались? – Варка выдохнул горячо и наклонился, наконец-то накрывая девичьи губы в аккуратном, нежном поцелуе.       Он не позволял себе большего. Гладил пальцами её кожу через тонкий свитер, пока его губы сминали её: он мягко толкнулся меж губ, водил языком по губам, вбирал и вдыхал каждое её дыхание. Он чувствовал вкус сладкой карамели, которая осталась после попкорна, делая поцелуй слаще и необычным.       В груди у обоих сердце бешено колотилось от подобного. Варка ощущал то, как в животе завязывается узел наслаждения и возбуждения, перекатываясь вниз. А Николь могла лишь неловко отвечать на поцелуй. Она переживала, что их первый поцелуй получится ужасным из-за отсутствия опыта у неё, но Варка не волновался об этом.       Тягучий и сладостный поцелуй сносил им здравый разум. Варке потребовалась ещё минута, чтобы он отстранился от её аппетитных губ. Смотря на лицо девушки из-под полуприкрытых век, Варка сдержал вздох: Николь вся раскраснелась, на глазах от переизбытка чувств стояли слёзы, готовые политься, стоило ей моргнуть.       – Чем мы ещё там занимались? – взгляд Николь опустился вниз.       Варка не мог расшифровать взгляд, но рука механически опустилась на её ягодицы, вырывая мягкий и тихий стон с её губ. Ему казалось, что он правильно угадывает.              Чуть наклоняясь и мазнув своими губами по щеке девушки, он опустил горячую ладонь на её бедро, забираясь под юбку. Он действовал осторожно.       – Могу я коснуться тебя тут? – Варка спрашивал разрешение, несмотря на то что у него рука покоилась на бедре.       – Ты уже, – Николь выдохнула, прикрывая глаза, и вскоре ощутила то, как дыхание Варки опалило её ушко.       – Я имею в виду выше, – шепчет он, оставляя влажный чмок.       «Что… они делают? Это неправильно… Это правильно…» её мысли плавились под мягким напором Варки. Николь прекрасно знала, что, если она скажет: остановись. Он остановится, извинится и оставит её одну. Но она не желала этого…       – Ты был между моих ног, – шепчет она, сдерживая очередной стон, когда крепкая рука до приятной боли сжимает бедро, а вторая рука опускается на её тонкую шею. Ей стоило немалых усилий признаться, ответить честно. Они уже перешли грань. И смысл теперь останавливаться?       Ей становилось хорошо. Наконец-то начала расслабляться после всех тревожных мыслей.       Варка не остановился, но приятно удивился, услышав ответ. Несложно догадаться, что было дальше.       – Можно? – Варка надавил на неё телом, заставляя обратно лечь на диван. Одеяло спуталось между ног. Им пришлось пару секунд повозиться с ним, и, освободив прекрасные ноги своего ангела, Варка развёл их медленно, оказываясь между ними.       – Николь? – парень снова обратился к ней за ответом.       Николь закивала, и Варка тихо вздохнул от облегчения. Он гладил её колени, сам опускался ниже, задирал край юбки вверх. Его ноги опустились на коврик перед диваном, крепко сжав её за бёдра и притянув к себе ближе.       – В-варка, стой…       Варка послушался, он чувствовал, как сердце колотится в горле. Он боялся, если сейчас Николь скажет остановиться, скажет, что не желает дальнейших событий, то он не сможет послушаться. Но вопреки своим страхам, Варка услышал следующее.       Николь лежала на небольшом диване, чуть смущённо приподнимаясь на локтях.       – Родители могут проснуться… или может кто-нибудь спустится, – она не могла скрыть возбуждение, каждый её вздох становился жарче, а взгляд затуманивался. Особенно, когда между её ног сидел Варка, гладил её бёдра и поднимался выше.       – Всё нормально, я не думаю, что кто-то проснётся, – шепчет он и льнёт губами к её коже, оставляя влажный поцелуй. Он поднимался выше, задирал юбку всё выше и выше, и вскоре замер, когда увидел розовое бельё с цветочками.       Член дёрнулся от подобного вида. Он никогда не думал, что Николь носит подобные вещи… Чёрт подери. Это слишком сильно заводит его.       Николь вспомнила, что она там не брилась больше двух недель. Она слишком резко опустила руку в волосы Варки, привлекая внимание. Помутневшие глаза от возбуждения смотрели на неё снизу вверх.       – Не хочешь? – его голос низкий, хриплый. Николь хочется, очень сильно. Но стыд за свои волосы там перевешивал возбуждение сильнее.       – У меня там волосы… я…       – Всё нормально, Николь. Меня это не смущает, – говорит Варка томно, ласково убирая её руку со своих волос, чтобы он мог снова наблюдать.       Варка вздохнул, а после прильнул губами между ног, оставляя чмок сквозь ткань. Его губы встретились с особой влажностью. На вид бельё казалось сухим, но на деле оно уже давно пропитано девичьим соком.       – Ах, Варка… – Николь зажмурилась от новых чувств, которые окутали её. Это было странно, это было хорошо.       Но хотелось большего, ощутить его язык между складок… внутри… а не только сквозь ткань.       Варка, будто бы слыша её мысли, медленно приподнял края трусиков, а позже чуть отстранился, избавляясь от ткани.       Когда Николь оказалась без белья, она хотела сжать колени, но Варка лежал между ног, не позволяя ей этого сделать. Она стыдливо заливалась алым, когда голубые глаза ещё минуту смотрели на её интимную зону.       Ох.       Она была прекрасна. Её розовые губы были влажными, припухлыми из-за возбуждения, складки — мягкие, с нежным румянцем — раскрывались, стоило ему коснуться, и Варка замер, чувствуя, как внутри всё сжимается от одного этого вида. И волосы, из-за которых смущалась сама Николь, не оказались ужасными. Наоборот, они были аккуратными, не мешали процессу, но до перехватывания дыхания нравилось Варке.       Вскоре он наклонился и без раздумья оставил первый влажный поцелуй. Губы целовали с причмокиванием, с тяжёлым дыханием, которое ощущала Николь там…       Ей пришлось прикрыть свой рот ладонью, чтобы не пискнуть от неожиданных чувств. Приятный ток прошёлся по телу, заставляя её вздыхать томно и нетерпеливо ждать продолжения.       Варка же вбирал в рот её губки, выбивая у Николь тяжёлые вздохи. Когда язык парня скользнул выше, к клитору, Варка втянул её губами, кончиком языка раздразнивая.       – Ах, Варка, кажется я скоро… – «кончу!» слова были постыдными для того, чтобы она произносила их. Но то, что они делали сейчас, в гостиной, пока наверху отдыхают родители, Алиса со своим мужем, было ещё постыднее.       Варка начал двигать языком активно, целовал её аккуратно, но так страстно, что Николь думала, если закроет глаза – то увидит звёзды. Варка не желал останавливаться, он целовал её, водил языком инстинктивно. Он не знал, как это делать, как правильно доставлять удовольствие, но подстраивался под ситуацию. Старался делать так, как понравилось бы Николь, и почти всё угадывал.       Когда его кончик языка мазнул по маленькому, влажному входу, он задержал дыхание, утыкаясь своим острым носом в её лоно.       Первая мысль до смешного дурная. Она сможет принять его? Она слишком маленькая… А позже Варка отбросил эти мысли прочь. Николь может и не захотеть заходить дальше. Он шаловливо толкнулся языком в эту дырочку, и Николь инстинктивно сжала ноги, но, встречаясь с крепкими плечами, откинулась назад, опираясь на локти и тяжело вздохнув. Её тело мелко подрагивало, а сама она закатила глаза, когда оргазм накатил её тело приятными волнами.       Варка не прекращал двигаться, слизывал её сок и причмокивал, заставляя её тело дрожать ещё больше.       – Я больше не могу...! – шепчет она, и Варка, переводя своё сбившееся дыхание, смотрел на неё, чуть приподнявшись.       Николь увидела его.       Его кончик носа был влажным, как и губы, измазанные в её соках.       Вскоре они напряглись, когда позади послышались шаги по лестнице. Варка наклонился к ней сразу же, оставляя мокрый чмок на её губах и обнимая её, прилёг рядом, натягивая одеяло до их подбородка.       Они лежали в темноте, прижавшись друг к другу, и Николь думала, кто же мог спуститься, и прикрыла глаза, стараясь дышать ровно, чтобы их не застукали за постыдным делом.       Это оказался Кляйнер. Он оглядел гостиную и, увидев их на диване, тихо усмехнулся.       – Так, я вроде тут оставлял, – проговорил мужчина тише обычного, стараясь не разбудить спящих людей, – Даже телевизор не выключили, – тот качнул головой и склонился к пульту.       Пока в руках Кляйнер сжимал пульт, он искал то, что было неизвестно Варке и Николь. Николь боялась, что муж сестры может найти её бельё, которое Варка куда-то дел… Её сердце отдавалось глухим ритмом, Варка это чувствовал, обнимая её, и вскоре сильнее прижал её в объятиях, подумав, что Николь боится, что их спалят. Варка не боялся, если честно. Если такое произойдёт, то он с радостью и решительно возьмёт на себя ответственность.       Но мужчина повозился две-три минуты буквально. На самом деле, его взгляд наткнулся на что-то интимное. Бельё лежало возле ножки дивана, где лежали двое голубков. Кляйнер поднялся, не находя то, что искал, он вернулся в комнату, проговорив: ах, нашёл.       Он надеялся, что его актёрская игра была на высшем уровне, хотя если нет, вряд ли те двое задумаются об этом.       Возвращаясь в комнату, мужчина наконец-то вздохнул тяжело и осекся, смотря на жену, которая лежала на кровати.       – Я не разбудил Кли своим вздохом?       Алиса перевела взор на свою доченьку, которая спала посередине кровати.       – Где пустышка?       – Я не нашёл её, – честно признался муж жене, и та сдержалась от вздоха. Когда Алиса поднялась, чтобы самой спуститься и поискать её, её остановила рука мужа, которая ласково легла на её плечи. – Давай… спустишься позже?       Алиса непонятливо глянула на него, мол, с чего бы?       – Там… Николь и Варка спят, – щёки мужа заалели, и Алисе только сейчас дошло, что имел в виду её мужчина.       На её губах появилась усмешка, которая превратилась в улыбку.       Пока Алиса и Кляйнер обсуждали это, внизу Варка с Николь продолжали обниматься.       Губы парня находили губы девушки. Они долго целовались: поцелуй был тягучим, жадным до вздоха, чуть влажным.       – Нас могут поймать, – шепнула она, когда Варка навис над её личиком.       – Хорошо, мне уйти? – Варка не хотел уходить, но и не смел первым предлагать подняться к ней.       Николь протяжно и тихо застонала, когда влажные губы парня опустились на шею. Он мазнул широким языком по коже, поднимаясь вверх и опаляя дыханием её ушко. Она не смогла сдержать стона вновь, а её тело дрогнуло под ним.       Варка понял, что это её слабое место, и продолжал целовать, ожидая ответа.       – Н-не уходи, пожалуйста, – она шепнула через силу, через возбуждение. Не сейчас. Она не хочет отпускать Варку.       – Я здесь, я не уйду, – те слова, которые были во сне, резанули её слух.       Но в отличие от сна, это было реальностью.       Варка поднялся, поднимая её тоже. Николь обвила его шею и прильнула к крепкому плечу. Они совсем забыли про бельё, которое оставили там, в гостиной. Варка аккуратно поднимался, шёл в сторону комнаты Николь, отлично знал, где она расположена. Нёс Николь словно принцессу, и, придерживая её одной рукой, словно она была пушинкой, он тихо открыл дверь свободной рукой и закрыл так же тихо.       Он опустил девушку на кровать и наклонился, целуя её губы в жадном поцелуе. Он толкался в горячий маленький ротик увереннее, чем в прошлые разы, пока руки гладили голые ножки, поднимались выше и, найдя замок на юбке, он звякнул им, наконец-то стягивая юбку вниз.       Николь всегда была красавицей, и сейчас, под открытыми шторами, откуда падал лунный свет, она казалась самым настоящим ангелом.       Варка глотнул, отодвигая её небольшую чёлку в сторону и провёл пальцами по щеке, заглядывая глаза в глаза.       – Т-ты… можешь повторить то, что ты делал? – девушка стыдилась просить об этом, но внутри всё горело от очередного возбуждения.       Варка лишь поцеловал её вновь, спускаясь к шее снова и снова. Руки шарили по тонкой талии, забираясь под свитер и стягивая его вверх.       Варка снова опустился на колени перед кроватью и притянул девушку к себе за талию. Одним ловким движением он стянул с неё свитер, и лифчик оказался милым, под цвет трусикам.       Парень уверенными движениями скользнул по её тонкой талии, поднимаясь выше и расстёгивая лифчик. Николь помогала избавиться от белья, чуть приподнимаясь на локтях и стыдливо глянула на Варку, который тоже поспешил избавиться от своей футболки, стягивая её через голову и бросая в сторону.       Николь думала, что сейчас рассмотрит его крепкое тело, которое окрепло за полгода, но парень опустился вниз по её ранней просьбе. Его влажные губы целовали пупок, спускались мокрой дорожкой вниз, и девушка думала, что сейчас увидит отвращение в лице Варки, когда его губы мазнули по волосам снизу, но Варка оставался сосредоточенным, спускаясь к её складкам и сразу же припадая туда губами.       Ей становилось всё приятнее, не от самого процесса, а от осознания, что Варка не брезгует. Целует нежно, аккуратно, когда надо – настойчивее. Он спрашивает, реагирует на её желание и тело… От этого осознания сердце отбивало бешеный ритм, а сама она была готова кончить от одного лишь вида.       Варка делал это всё увереннее и лучше. В груди даже как-то неприятно кольнуло от осознания его опытности, но она смылась, стоило влажному языку войти в неё.       – Ах! – она не сдержала стона, выгибаясь в спине.       – Тише, малышка, – обращение было для них новым. Варка, несмотря на то, что проговорил уверенно, в душе боялся, что Николь рассмеётся и скажет, чтобы он так не обращался к ней, но та лишь залилась красным и кивнула.       Варка снова вернулся к своему делу, вводил язык в дырочку, которая пульсировала. Николь была до ужаса вкусной… а Варка был до ужаса голодным. К тому же, она обильно истекала соками, что это просто что-то с чем-то.       Он чуть отстранился, поднеся ладонь к низу. Когда его большой палец нашёл клитор, он продолжал вылизывать её, толкаться языком. Пальцем он ритмично водил в стороны, пытаясь найти тот самый такт для оргазма. Но вскоре горячая и влажная ладонь опустилась на его палец. Николь вела его палец чуть размашисто, пытаясь довести себя до пика.       Язык внутри ощущался иначе, стенки пытались сжать, поймать этот шаловливый язык, но он ускользал каждый раз.       Николь шептала его имя, просила не останавливаться, и вскоре кончила с протяжным стоном. Она почувствовала, как внутри что-то раскрылось, и по бёдрам потекла тёплая струя.       Варка стиснул зубы, ощущая то, как член становится до боли твёрже. Хотелось выпустить из белья, хотелось ощутить горячие ладони, а после её узкие стенки… Но он боялся, что она испугается, увидев его член.       Когда Николь легла на спину, она прикрыла веки и перебирала дыхание. Варка поднялся на ноги и навис над ней. Смотрит, наблюдает за ангельской красотой и не может отвести взгляда.       – Ты красивая, – шепчет он, проводя пальцами по её щеке, и даже под лунным светом Варка замечает её румянец от его комментария.       – Ты… такой умелый, – Николь стыдливо кусает губу, дышит через рот.       – Я стараюсь, – шепчет Варка.       Они так и лежат ещё минуту, смотрят друг другу в глаза.       Николь обнимает его за шею, притягивает к себе за поцелуем, и Варка послушно следует.       – Ты… мы можем заняться этим полноценно? – Николь ощущает то, как её лоно сжимается, требует заполнения…       Варка лишь стонет ей в губы, шепчет горячо:       – У меня нет смазки и презервативов.       Ему самому хотелось вставить, или довести себя до оргазма.       – И что? – Николь смущалась, но хотела продолжения. Хотела, чтобы Варка, который всё это начал, довёл дело до конца.       Варка посмотрел на неё. В её глазах отражалось множество чувств – желание, страх, доверие.       – Николь, если будет больно — скажи. Я остановлюсь.       Она кивнула, в предвкушении замирая.       Его пальцы снова скользнули вниз, надавили на внутренние складки, она была мокрой, готовой. Но Варка был уверен, что её необходимо растянуть хорошенько. Он ввёл внутрь первый палец, наблюдал за лицом девушки, которая чуть нахмурила брови.       – Больно? – спросил он, припадая губами к её щеке.       – Нет, – отвечает Николь тише обычного.       Варка ввёл второй палец, который вошёл без труда. Ощущать внутри себя чужие пальцы было странным ощущением. Ощущать то, как эти пальцы двигаются, толкаются до костяшек, раскрываются подобно ножницам… заводили её.       Вообще, вся ситуация была до ужаса странной. Она сама не знает, каким образом они начали целоваться на том злосчастном диване, сама не понимает, как Варка довёл её до двух оргазмов своим умелым языком, и как Варка вводил третий палец.       Внутри неё стало чуть тесно. Стенки пульсировали, отдавало жаром. Варка гулко глотнул, не прекращая целовать её шею, стараясь не оставлять видимых следов, чтобы завтра родители Николь ничего не заподозрили.       Если она сейчас сжимает его пальцы до онемения, ему было страшно подумать, как она будет сжимать его член… От подобных мыслей член снова дёрнулся. Он уже ощущал, как его собственные боксёры стали мокрыми от предэякулята, который не переставал выделяться с момента их поцелуя.       Спустя пару минут он развёл её ноги, приспуская свои штаны с бельём. Член шлёпнулся о низ живота, и Николь не могла не смотреть. Ого.       Ого, – повторила она внутри себя, проглатывая ком в горле. Она на секунду испугалась от размера. Сможет ли эта штука войти в неё? Не порвать её?       Заметив страх девушки, парень поспешил успокоить её, касаясь её колена и поглаживая. А позже он поспешил стянуть одежду до конца, оставаясь полностью голым.       – Всё хорошо, малышка. Я буду нежным, – Варке самому захотелось рассмеяться от подобных клишированных слов, но других слов не находил. – Ты такая влажная, – он томно шепнул, удобнее устраиваясь и проводя головкой по складкам.       Варка ощущал то, как Николь напрягалась под ним, и он поспешил поцеловать её, чуть толкаясь. Их губы вновь сплелись в поцелуе, Николь старалась не думать о том, что сейчас ощущает внизу. Головка члена упиралась в её вход, это невозможно не почувствовать.       Он вошёл медленно. Дюйм за дюймом. Николь закусила губу, вцепилась в его плечи. Было тесно, непривычно, почти больно.       – Всё хорошо? – прошептал он в её губы, наблюдая за её выражением лица.       – Да, – выдохнула она. – Продолжай.       Варка глотнул слюну в горле, но не смел двигаться дальше. Он слышал тяжёлое сбившееся дыхание, чувствовал её напряжение. Он целовал её щёки, оставляя размазанный чмок на губах, носу, уголках губ.       – Расслабься, Николь, – Варка говорил это потому что девушка неосознанно сжимала его до боли. – Дыши со мной, – сказал он. – Вдох. Выдох.       Она повторяла, и её тело постепенно расслаблялось.       Он двинулся дальше, когда почувствовал её расслабление, как стенки перестали сжимать его член до боли. Ему понадобилось множество усилий, чтобы не кончить, стоило ему войти хотя бы на половину. Внутри неё слишком жарко, тесно, стенки сжимают до приятной боли, обволакивают и не пускают дальше. Внутри неё горячо. Намного горячее, чем снаружи. Это ошеломляюще. Даже когда он не двигается, он чувствует, как внутри неё всё живёт, пульсирует, сжимается и разжимается.       Николь лежала на спине, смотрела то в сторону, то на лицо Варки, замечая, что на лбу и висках парня выступили капли пота. Варка думал о чём-то, тяжело дышал, и вскоре, когда их взгляды пересеклись, они снова слились в поцелуе.       Девушка чувствовала странную болезненную заполненность. Она пыталась расслабиться, забыться в поцелуе. Варка нервно опустил руку на её маленькую грудь и обвёл её пальцами, сжимая твёрдый розовый сосок.       Николь тяжело дышала, задала вопрос запыхавшись.       – Всё? – спросила она, Варке пришлось минуту переварить её вопрос.       Его мозг плавился, несмотря на то, что член был внутри неё. Это было чертовски хорошо.       – Нет, – ответил он позже, губами касаясь подбородка девушки и сразу же выпрямляясь.       «В смысле нет?» ей казалось, что в ней уже есть десять сантиметров точно. Николь приподнялась на локтях и смущённо глянула вниз.       Действительно.       Там было ещё пару сантиметров, которые не вошли. Ох, почему он такой большой?       И… Николь только сейчас заметила гладкость его кожи там. Не было волос, как у неё… Николь стыдливо прикусила внутреннюю щеку. Как-то стало обидно за несправедливость. Её руки, что опустились на крепкие руки, тоже не нащупали волосы.       П-почему Варка такой гладкий везде?!       – Варка, – она тихо обратилась к нему, к парню, который старался не кончить.       – Что такое, малышка? – его тон глубокий, а глаза чуть заплывшие.       Варка сильно возбуждён…       – Ты… – она стыдилась озвучить мысли, боялась, что её вопрос покажется неуместным во время акта, она сказала совсем не то, что планировала, – Можешь войти до конца?       Варка кивнул, начиная вновь толкаться. Когда он вошёл полностью, она вскрикнула — не от боли, от ощущения полноты. Ей казалось, что он заполнил её всю, до краёв. Варка замер, давая ей время.       – Всё? – спросила она снова.       – Теперь всё, – ответил он. И поцеловал её.       Потом он двигался медленно, смотрел на неё, на её раскрасневшееся лицо, на губы, которые она прикусывала, на слёзы, которые стояли в глазах.       – Не плачь, Николь, – Варка смахнул первую слезу, которая скатилась вниз.       – Не знаю, – прошептала она. – Это… это так странно. Хорошо и больно одновременно.       Он улыбнулся и поцеловал её в лоб.       Они двигались вместе, медленно, неумело, но это было необходимо им обоим. Когда она кончила, её тело сжалось вокруг него, и он почувствовал, как что-то тёплое разливается внутри. Он последовал за ней, выходя из неё вовремя и кончая обильно на её живот.       Хотелось извиниться, ведь Варка действовал на инстинктивном уровне. Николь стало неприятно от того, что он кончил на её живот?       Когда он хотел найти её губы, извиниться, он увидел разнеженную Николь, которая тяжело вздыхала, перебирала дыхание, и Варка наклонился к ней, обнимая её и ложась рядом.       Они лежали в темноте, прижавшись друг к другу. Николь чувствовала лёгкое жжение между ног, но это было неважно. Важно было то, что он рядом.       – Больно? – спросил Варка.       – Немного, – честно сказала она.       Он прижал её к себе и поцеловал в макушку.              Так они лежали, переводя дыхание. Варка осознавал всё происходящее. Он сам не понял, как они оказались в таком положении. Как переспали друг с другом. Как Николь оказалась в его объятиях и первой женщиной в интимном плане.       Он хотел признаться ей. Сказать, что любит её. Хотел рассказать, как давно любил, но боялся. Боялся, что Николь хотела от него только секса. Что для неё это был просто способ выпустить пар. Что она проснётся завтра и сделает вид, что ничего не было. Поэтому он осторожно, осевшим голосом прервал тишину между ними.       – Ты мне нравишься, Николь.       Девушка, которая лежала на его груди, кажется, перестала дышать. Она осознавала это весь вечер — и во время акта. Если бы он ей не нравился, вряд ли Варка относился бы к ней так осторожно. Вряд ли он смотрел бы на неё так, будто она — единственное, что имеет значение. Или нет? Гадать смысла не было. Она понимала, что должна ответить. Но что? Николь сама не знала, что им делать после этой ситуации. Она повелась на его поцелуи, не отталкивала, и в итоге они переспали. Это ведь нормально? Они оба этого хотели?       – А я тебе? – Варка не вынес тишины, спросил прямо.       Николь подумала. Наверное, больше да, чем нет. Она вспомнила, как искала его взгляд за ужином. Как ждала, что он подойдёт. Как билось сердце, когда он взял её за руку. Как таяла, когда он целовал её.       – Ты мне тоже нравишься, – сказала она, поднимая голову.       Варка посмотрел на неё. В его глазах не было насмешки, не было игры. Только облегчение. Такое глубокое, что у неё перехватило дыхание.       – Слава богу, – прошептал он. – А то я уже не знал, что делать.       Она не сдержала смешка, ткнула его в грудь.       – Что бы ты сделал, если бы я сказала нет? – она задала чисто из-за интереса.       – Не знаю, – но Варка ответил честно. – Ждал бы тебя.       Николь замерла. Ого. Сегодня Варка необычайно честен. Он поцеловал её в макушку, притянул ближе. Николь чувствовала, как его пальцы гладят её по спине, как дыхание выравнивается. Как страх отступает. Она не стала спорить. Просто прижалась ближе, закрыла глаза.       – Может, помоемся? – Варка предложил спустя десять минут валяния.       Николь почувствовала то, как сперма парня засыхала на её животе, и подумала, что это неплохая идея.       – Вместе? – девушка неловко глянула на него, и Варка прикусил нижнюю губу.       – Отдельно, – ответил он чужим голосом.       Позже, когда она встала, чтобы сходить в ванную, она увидела на простыне несколько капель крови. И замерла.       Варка проследил за её взором и не сдержался, вздохнул, обратно притягивая девушку к себе за её тонкие запястья.       – Это из-за меня, – сказал он. – Прости.       – Не извиняйся, – она обняла Варку за голову, мягко прижимая к себе.       Варка не брезговал, приложил щеку к талии, а вторая рука опустилась на аккуратные ягодицы.       – Не болит? – спросил он.       – Немного, но мне было хорошо, Варка. – Николь обвела ладонью его щёки, заставляя того поднять голову. И сама наклонилась к ним, оставляя сладкий поцелуй на губах.       Прерывая поцелуй, Варка сжал её бёдра и прижал к себе, смотря на неё снизу вверх влюблёнными глазами.       – Николь, мы теперь встречаемся, – произнёс он факт.       Николь неловко кивнула.       – Да.       Сердце парня забилось чаще от её ответа, а улыбка растянулась на губах.       Это было так странно, признаваться после того, как переспали. Но Варка не считал это неправильным. Это было их необходимостью. Как он нуждался в Николь. Как Николь нуждалась в нём.       Он любил её всю, и будет любить до самого последнего вздоха. Своего ангела, свою девушку. В его глазах горели сотни, тысячи признаний в любви. Николь это отчётливо видела и чуть смутилась.       – Ты мой парень, – шепнула она и чуть глупо хихикнула, когда Варка рассмеялся от её слов.       – Ты моя девушка.