Табак и озон: Или почему, я выбрал именно тебя

Чонгук стоял в дверях детской комнаты, глядя, как Намджун укладывает их дочь. Девочке было два года, и у неё были большие глазки Чонгука и ямочки Намджуна. Она была омегой - маленькой, хрупкой, но с характером, который уже сейчас пугал всех нянек. – Папа, расскажи сказку, – потребовала она. – Какую? – спросил Намджун, поправляя одеяло дочери. – Как вы с апой встретились. – Чонгук усмехнулся. Намджун бросил на него быстрый взгляд. В их глазах промелькнуло понимание. Никто не рассказывал дочери всей правды. Но сказку они придумали вместе. – Мы встретились в школе, – начал Намджун. – Апа был самым красивым альфой в школе, но он думал, что он слабый. – Апа не слабый! – возмутилась девочка. – Я знаю, – улыбнулся Намджун. – И я тоже это, кстати говоря знал. Поэтому однажды я ему сказал: – Давай поиграем в игру. Если ты выиграешь, я стану твоим другом навсегда. – А апа выиграл? – Да-а апа выиграл, – Намджун посмотрел на Чонгука, стоящего в дверях. – И я стал его другом. Навсегда. – Девочка удовлетворённо кивнула и закрыла глаза. Через минуту её дыхание стало ровным. Чонгук подошёл, вставая рядом с Намджуном. Они смотрели на спящую дочь. – Ты изменил историю, – тихо сказал Чонгук. – Когда-нибудь она вырастет и узнает правду, – ответил Намджун. – Но сейчас нашей маленькой принцессе нужна сказка. – А мне? – Чонгук взял его за руку. – А тебе нужна правда. – Намджун повернулся к нему. – Я люблю тебя. Я любил тебя, когда был монстром. Я люблю тебя и теперь, когда стал человеком. И я буду любить тебя, когда стану старым и немощным. – Это и есть сказка, – прошептал Чонгук. Они вышли из детской, оставив дверь приоткрытой. В коридоре Чонгук остановился. – Знаешь, о чём я думаю иногда? – спросил он. – О чём, малыш? – О том дне на крыше. Когда ты сказал, что я пахну домом. Я тогда не понял. Ведь дом - это не запах. Дом - это когда ты знаешь, что тебя примут любым. Сломанным, злым, испуганным. И всё равно не уйдут. – Намджун обнял его, прижимая тем самым крепко-крепко к себе. К сердцу. В их запахах - озоне и табаке с мёдом уже невозможно было различить, где чей, потому что они вновь смешались воедино, как два ингредиента в рецепте коктейля, который никто не мог повторить. – Ты мой дом, – сказал шёпотом Намджун. – А ты мой, – ответил Чонгук. За окном шумел Сеул. Где-то в своей квартире Чимин играл на пианино, а Юнги записывал новую мелодию, иногда оборачиваясь, чтобы посмотреть на своего парня. Где-то Сокджин и Хосок спорили о том, какую мебель купить в новую квартиру, и их спор был настолько громким, что соседи стучали по батареям. Где-то Тэхён рисовал портрет своего парня, который заснул на диване, и на картине у него были крылья. Это не было идеальным миром. Это был их общий мир. Немного сломанный, собранный заново, и склеенный воедино из осколков, но их. И этого было достаточно.