Усыновленный Злодеем, которому все еще недоплачивают

Кап. Кап. Все еще тепло. Все еще свежо. Белая Звезда посмотрел на тело, обмякшее на столе. Голова треснула. Позвоночник изогнут не в ту сторону. Кровь растекалась по полу, закрашивая карту, по которой они отмечали торговые пути. Как жалко. И довольно глупо, на самом деле. Он перешагнул через ногу. Она еще дергалась? Хм. Кто-то кашлянул. О, один еще жив. Едва. «Это пустая трата времени». Он вздохнул. «Это уже нелепо», — пробормотал он, особо ни на что не надеясь. «Ты думал, что красть у меня было умно?» — спросил Белая Звезда, скорее развлеченный, чем что-либо еще. Человек на полу пытался говорить, но не мог. Его челюсть была раздроблена. Белая звезда наблюдал, склонив голову, изучая его. Мужчина дрожал, пытаясь отползти. Бежать было некуда. Он не успел далеко уйти, прежде чем лезвие пронзило его. Резкий вдох, затем тишина. «Тц». Он двинулся, стряхивая кровь с рук. Особо не помогло. Мантии уже были в пятнах. Куда бы он ни шел, за ним тянулся кровавый след. Теперь было тихо. Десять трупов. Может, одиннадцать? Он сбился со счета. В конце концов, они все одинаково истекали кровью. Отвратительные вредители. Он подошел к задней стене, один раз ударил по ней. Поло. Он нажал снова, и камень дрогнул, затем подался с тихим треском. Кладовая. Он шагнул внутрь. Аккуратные ряды сундуков встретили его. Не так уж много, всего несколько золотых монет. Драгоценности, магические камни, набитые в ткань. Он шагнул внутрь, оглядываясь. Затем его взгляд зацепил — маленький, гладкий драгоценный камень, засунутый между мусором. Не самый большой. Очевидно, не самый редкий. Но… Он мерцал. Бледно-красный камень. Чистый, почти стеклянный, ловящий свет мягкими оттенками. Он не был особенно ценным. Не имел магического значения. Но он был красив. Тихо так. «Каллису бы это понравилось». Его выражение смягчилось. Белая Звезда осторожно взял его двумя пальцами, поднес к свету и рассмотрел. «Должен быть достаточно блестящим». Он сунул драгоценный камень во внутренний карман мантии. «— Мой господин». Правильно, он был не один. Белая звезда не обернулся. «Готово?» «Да. Предатели были устранены. Без выживших». «Хорошо». Он бросил последний взгляд на комнату. «Оставь остальное. Сожги это». «Как прикажете». Человек отступил. Снова один. Но его дело было сделано. Прошло три дня. Три дня с тех пор, как он в последний раз видел эти глаза. С тех пор, как его сын был у него на руках, так невинно улыбаясь ему. Три дня. Ему не нравилось отсутствовать так долго. Пришло время. Время возвращаться домой. Домой. Забавная мысль. «Что он сейчас делает, интересно…» Он, вероятно, снова уснул где-нибудь в неудобном месте. В саду, может быть? Пауза. Он не забыл его… верно? Та одна нелепая книга по воспитанию предупреждала о «побочных эффектах разлуки». Три дня, оказывается, достаточно, чтобы ребенок эмоционально заменил родителя плюшевой игрушкой. Он слегка сузил глаза. «Если он заплачет, когда увидит меня, совсем не узнав, я сожгу Фредо». Губы Белой Звезды дрогнули. Всегда виноват Фредо. Он так считает. Хотя шансов на это не было, поскольку его сын отличался от других вредителей, которых люди называют детьми. Но… Если это действительно произойдет, никто не обрадуется последствиям. Пора домой. ───── ⋆⋅☆⋅⋆ ───── Нару был в беспорядке. Его волосы были растрепаны, глаза покраснели, и он не сидел более двенадцати часов. Не то чтобы сидение помогло — не когда его сердце колотилось каждый раз, когда кто-то стучал в чертову дверь. Три дня. Прошло три дня. Три дня с тех пор, как Фредо исчез с Каллисом. Ни письма. Ни гонца. Ни следа. Просто исчез — как будто его никогда и не было. Нару провел дрожащей рукой по лицу. Он точно убьет своего отца. Проклятия повторялись в голове полудракона каждый раз, когда он вспоминал его. Он уже пять раз проверил детскую сегодня. Как будто мальчик мог волшебным образом появиться снова. Как будто Каллис, которому несколько месяцев и который все еще в основном бесполезен, каким-то образом вернулся откуда бы Фредо его ни утащил. А Белая звезда? Он вернется в любой день. Может, сегодня вечером. Может, через пять минут. И когда он войдет в дверь и поймет, что его сын пропал — Нару сглотнул. «Нам конец. Всем нам. Весь замок сгорит, и я первым буду использован для перекраски стен». Ну, может, его отец… Вы поняли. Он снова зашагал, бормоча себе под нос. «Я должен был знать», — дико подумал он. «Я должен был знать, что Фредо что-нибудь предпримет. Я должен был лучше за ним следить. Я должен был запереть чертову дверь. Привязать старика к стулу». Но нет. Он ему доверял. Просто короткая прогулка в саду, сказал Фредо. Всего несколько минут. Это было семьдесят два часа назад. И теперь? Нару собирается приготовить гроб своего отца, возможно, и свой собственный. Он наконец перестал шагать. Вроде. Он заставил себя сесть на стул, прижав руки к вискам, пытаясь спланировать глупую похоронную речь Фредо, потому что беспокойство только ухудшало его самочувствие. «Тела нет», — подумал он. «Но это нормально. Я могу просто… сжечь пустой гроб или что-нибудь в этом роде. Написать что-нибудь приятное на серебряной табличке. «Здесь лежит Фредо: Идиот. Похититель…?. Все еще любим»». Он вздохнул. «Думаю, мне придется пролить несколько слез и на речи. Отец любит драму». Тишина казалась ему почти оскорбительной. Воздух был неподвижен, Нару обвинял Фредо в каждом вдохе. Затем — он почувствовал это. Сначала почти ничего. Достаточно, чтобы волосы на затылке встали дыбом. Магия. Кто-то телепортировался сюда. Его инстинкты сработали без разрешения. Он вскочил со стула, сузив глаза, осматривая комнату. «Кто посмел прокрасться в комнату принца?!» На его вопрос вскоре ответили. Его отец стоял посреди комнаты, как будто никогда и не уходил. Как будто его не было три дня! Растрепанный, конечно, но живой. На руках у него, уютно устроившись, как самое драгоценное сокровище короля, что, очевидно, правда, был Каллис — мирно спящий, держа в руках плюшевую игрушку, которую ему дал Фредо и с которой он никогда не расставался. Нару чуть не упал от облегчения. Затем он замер. Потому что рядом с его отцом стоял кто-то еще. Мужчина был высок, золотисто-русые волосы струились по его спине, сияя, как будто их поцеловало само солнце. Его кожа была гладкой, безупречной, а его глаза — Его глаза были чисто золотыми. И они смотрели на Нару. Комната внезапно стала меньше. Слова не были произнесены. Но полудракон знал. Он знал, на что смотрит. Дракон. Тот, кто теперь стоял рядом с ним, смотря прямо на него с любопытством и чем-то еще. А Нару? Он не мог дышать. ───── ⋆⋅☆⋅⋆ ───── Дерут ожидал спокойной прогулки. Знаете, просто небольшой перерыв от обычного распорядка. Что-нибудь простое. Только он, его сын и свежий воздух. Таков был план. Реальность? «Кейл! Прекрати!» Голос Дерута был скорее насмешливым, чем паническим, когда его пятимесячный сын тянулся к низкой ветке, пальцы нетерпеливо извивались, как крошечные коготки. Его маленькое тельце извивалось в руках отца, толкаясь и дергаясь, как будто ему было куда-то очень важно попасть. Это была глупая сцена, на самом деле. Кейл ворковал, одаривая беззубой улыбкой, которую можно было описать только как озорную. «Ты не получишь этот лист», — сказал Дерут, осторожно отводя сына от дерева. «Ты еще слишком мал, чтобы лазить по вещам, любовь моя». Кейл посмотрел на него, как на сумасшедшего. Он просто хотел красный лист, потому что, ну… вы знаете… Он красный. Кейл любил красный цвет. Он напоминал ему о его близнеце, он так скучал по Каллису в этой новой жизни. И вместо того, чтобы впасть в депрессию и все такое, он начал собирать вещи, которые понравились бы его брату, чтобы передать ему в будущем. Кейл плохо дарил подарки, он никогда никому ничего не дарил, не говоря уже о том, чтобы думать об этом. И когда он думал о Каллисе, ему на ум приходил красный цвет. Его близнец-младенец, должно быть, любил этот цвет, так как он, ну… красный. Кейл чувствовал себя гением! Хотя, конечно, он никогда им не был, и поэтому он начал собирать все красное и блестящее. Блестящее, потому что оно должно иметь ценность, нельзя позволить близнецу думать, что он банкрот или что-то в этом роде. Вскоре ему тоже понравился этот цвет. Поэтому, когда он увидел этот лист, он должен был заполучить его и добавить в свою глупую коллекцию. Но его отец вел себя сложно. Рон, который шел позади них, шагнул вперед, с позабавленным выражением лица . «Я полагаю, молодой господин сегодня весьма энергичен, мой лорд». Дерут, с трудом удерживая извивающегося младенца, бросил Рону понимающий взгляд. «Энергичен? Он просто полон решимости попасть в неприятности». Кейл, чувствуя себя обиженным старым мужчиной, решил наказать его. Он взрослый, черт возьми! Не его вина, что его тело — тело младенца! Поэтому он решил устроить бедному Деруту мини-сердечный приступ. Как? Ну… ему каким-то образом удалось освободить одну руку и схватить цветок, росший в соседней клумбе. Без колебаний он сунул его прямо в рот. «Нет, нет! Не ешь!» Дерут быстро выхватил цветок из рук Кейла. Этот сын его доконает. Кейл просто моргнул ему, бросив хитрый взгляд, а затем снова одарил той дерзкой улыбкой, которая всегда растапливала сердце Дерута. Он понятия не имел, откуда у Кейла такая озорная энергия, но это определенно было непросто. «Я должен сказать Бикроксу, что ты пытаешься есть растения», — поддразнил Дерут, смахивая со лба младенца выбившуюся прядь волос. Упоминание имени Бикрукса оказало немедленное действие на Кейла. Его извивания замедлились, и он поднял глаза на отца с широко раскрытыми невинными глазами, его маленькие ручки замерли. «Что?! Ты с ума сошел?!» Кейл не мог поверить, что его отец так его предаст! Но выражение его лица заставило его задуматься, что он действительно может это сделать. Он посмотрел на красный лист, ожидающий, когда его возьмут, а затем на цветок, который он почти съел. … Может, ему стоит остановиться и пересмотреть свои действия, он предпочел бы это, чем если бы Бикрокc узнал об этом. Кейл выбрал мир. «Больше никаких неприятностей?» — сказал Дерут со знающей улыбкой, и Кейл, как по команде, издал тихий звук, как будто соглашаясь. На мгновение Дерут был убежден, что его сын точно понял, что он имел в виду. Но это не могло быть правдой. «Умный мальчик», — улыбнулся Дерут, целуя Кейла в лоб. Кейл посмотрел на Рона, его взгляд был прикован к нему, как будто он тоже упомянет это событие своему сыну. Кейл оставался совершенно неподвижным в объятиях отца. Рон не предаст его, верно? Рон тихонько рассмеялся: «Я рад знать, что моего сына так высоко ценит молодой господин». Дерут драматически вздохнул, хотя и не мог скрыть улыбки. «Бикрокc в последнее время очень мне помогает, я просто рад, что Кейл благодаря ему не замкнулся». Вскоре они достигли своего любимого места отдыха и приготовились сделать перерыв. Дерут сел, еще мгновение держа Кейла на коленях, прежде чем осторожно опустить его на землю. Кейл воспользовался этим редким шансом свободы и улетел оттуда. Нет времени терять! Он найдет все красное здесь и соберет для своего близнеца! Это сейчас или никогда. Конечно, его темп был медленным, так как он только начал ползать, но это было что-то! «Осторожнее, любовь моя», — сказал Дерут с тихим смешком, наблюдая, как его сын неуверенно ковыляет к клумбе с цветами, ведомый любопытством. Рон, стоявший неподалеку, внимательно следил за Кейлом, но Дерут был уверен, что его сын будет в порядке. Он посмотрел на пустое место рядом с собой. Каллис был бы здесь. Завернутый в то мягкое одеяло, которое ему нравилось, беззаботно дремлющий. Он любил свои дневные сны, ну… это все, что Дерут мог вспомнить. «Мне очень жаль, что Каллиса здесь нет», — тихо сказал он, слова почти сорвались с губ, прежде чем он осознал это. «Ему бы здесь понравилось…» Кейл издал громкий визг и упал животом вперед. Дерут улыбнулся, наблюдая за ним, и откинулся назад. «Я редко видел его бодрствующим. Может быть, если бы он был здесь, я бы сейчас носил его спящим на руках». Его голос на мгновение затих. «Его нет уже почти пять месяцев. Но я не могу перестать думать о нем». Как он мог не скучать по своему ребенку? Его маленькому чуду? Если бы Джур не сделала того, что сделала, их жизни могли бы быть другими. Лучше. Пауза. «Я скучаю по нему». Рон посмотрел на него. Дерут теперь смотрел на Кейла, который сидел среди цветов. «Надеюсь, мой ребенок в порядке. Надеюсь, он хорошо ест. Хорошо спит, тоже — хотя с этим у него никогда не было проблем». О, как он молился каждую ночь богам, чтобы они сохранили его ребенка в безопасности. Рон наконец заговорил. «Мы найдем его». Дерут тихонько рассмеялся. «Ты уверен?» «Я уверен». Последовала тишина, она была мирной. Он посмотрел на Кейла, который теперь лежал на спине и рассеянно смотрел в небо. Дерут мгновение наблюдал за ним, затем снова посмотрел на место рядом с собой. Каллис мог бы быть здесь. Он вздохнул. «Я тебе доверяю». Рон ничего не сказал, просто стоял там в тишине и наблюдал за ними.