***
Доктор Фэйт стоял на балконе старой башни в Лондоне и смотрел на вечернее небо. Шлем Набу лежал у него в руках. Золотая поверхность мягко отражала закат, и в отражении иногда мелькали тонкие линии магии, которые обычные глаза не увидели бы. Он поднял шлем и надел его. Мир сразу стал глубже. Потоки энергии раскрылись, как карта. Там, где раньше чувствовались десятки слабых трещин между измерениями, теперь оставались лишь несколько. Остальные… просто исчезли. Набу некоторое время молчал, наблюдая. Потом тихо произнёс: — Давление ослабло. Фэйт слегка наклонил голову. — Я заметил. Он сделал шаг вперёд и протянул руку. Между пальцами вспыхнула тонкая золотая нить. Раньше её пришлось бы удерживать силой, потому что из другой стороны постоянно давило. Теперь она держалась сама. Фэйт тихо выдохнул. — Давно такого не было.***
Высоко в горах, где воздух был холодным и прозрачным, старец снова сидел в своей башне. Перед ним лежала та же самая каменная карта потоков магии, за которой он наблюдал веками. Нити больше не рвались. Наоборот. Некоторые из них начали постепенно восстанавливаться. Он осторожно коснулся одного из узлов. Раньше там постоянно чувствовалось давление из нижних измерений. Теперь — тишина. Старец медленно поднялся. — Значит, время есть. Он подошёл к старому алтарю у стены. Камень был покрыт символами, которые он не использовал уже десятилетия. Теперь использует. Он начал вырезать новые знаки. Не спеша. Точно. Каждая линия ложилась на камень, как часть давно продуманного рисунка. Если потусторонний мир на время отступил — значит, барьеры нужно укрепить. Пока можно.***
В Лондоне Джон Константин сидел на кухне, курил и смотрел на открытую книгу. Сигарета догорала быстрее, чем он делал затяжки. Он наконец закрыл книгу и пробормотал: — Ладно… это уже странно. Обычно его телефон звонил постоянно. Кто-нибудь пытался вызвать демона. Кто-нибудь случайно открывал портал. Кто-нибудь обязательно делал какую-нибудь идиотскую вещь с древним ритуалом. Сегодня телефон молчал. Константин поднялся, подошёл к окну и посмотрел на город. Потом снова проверил книгу. Потом ещё одну. — Да вы издеваетесь… — тихо пробормотал он. Он чувствовал магию достаточно хорошо, чтобы понять простую вещь. Кто-то прошёлся по Земле и аккуратно выдрал из неё половину оккультной грязи. Константин почесал щетину и усмехнулся. — Хотел бы я знать, кто этот безумец. Он сделал затяжку и добавил: — И чем он собирается платить за всё это.***
Затанна почувствовала изменения на сцене. Она как раз заканчивала выступление — обычное шоу, иллюзии, свет, аплодисменты. Для зрителей это была магия фокусника. Для неё — тренировка. Когда зрители начали расходиться, она задержалась у края сцены и закрыла глаза. Внутреннее ощущение мира стало… легче. Она нахмурилась. Потом тихо произнесла заклинание. Слова перевернулись, как и должны были. В воздухе перед ней возникла тонкая серебряная линия. Раньше она дрожала. Теперь стояла спокойно. Затанна открыла глаза. — Ну надо же… Она провела рукой по линии, словно проверяя струну. — Кто-то очень сильно расчистил поле.***
По всему миру маги начали делать одно и то же. Кто-то поднимался в старые святилища. Кто-то доставал давно забытые книги. Кто-то снова рисовал круги защиты. Старые трещины между измерениями запечатывались. Новые барьеры ставились там, где раньше не хватало сил. Потому что впервые за многие десятилетия у них появилось то, чего почти никогда не было. Время. И силы. Многие из них догадывались, почему это стало возможно. Они не видели всей картины. Но чувствовали результат. Кто-то на Земле начал делать работу, о которой маги мечтали веками. И делал её совершенно иначе. Без заклинаний. Без ритуалов. Без магии. Но результат ощущался во всех слоях реальности. Старец в башне закончил очередной символ и на секунду остановился. Он посмотрел на спокойные нити магии. Потом тихо сказал в пустую комнату: — Кто бы ты ни был… И снова взял резец. — Продолжай.