Глава 19. Предсказание
7 мая 2026 г., 05:27
Когда разговор закончился, лаборатория постепенно опустела.
Сначала ушёл Слэйд — коротко кивнул, как человек, который уже получил всю необходимую информацию и теперь будет думать о практической стороне проблемы. Затем Джонн. Он задержался на секунду дольше остальных, словно прислушиваясь к чему-то в моём сознании, но, убедившись, что там нет трещин, просто мягко исчез из комнаты.
Рэйвен ушла почти бесшумно. Кара пыталась ещё что-то спросить — о кубе, о связи, о том, что именно я чувствовал — но Диана положила руку ей на плечо, и криптонка нехотя позволила увести себя в коридор.
Последним вышел Лекс.
Он остановился у двери, обернулся и несколько секунд смотрел на меня так, как смотрят на сложную задачу, которую пока не хочется решать вслух.
Потом сказал только одно:
— Значит, у нас есть время.
Я кивнул.
Он едва заметно усмехнулся.
— Тогда используем его.
Дверь закрылась.
В лаборатории снова стало тихо.
Я не включал свет.
Солнечная энергия в клетках позволяла видеть почти так же хорошо и в темноте, а яркие лампы только мешали сосредоточиться.
Я сидел на полу у дальней стены — спина прямая, ладони лежали на коленях, дыхание медленное и почти незаметное.
Связь с кубом оставалась.
Она больше не давила. После перегрузки система словно сама отрегулировала поток данных — теперь информация шла мягко, как спокойное течение.
Я позволил сознанию ускориться.
Это состояние было привычным. Люди называют его медитацией, но для криптонца под жёлтым солнцем оно скорее похоже на режим работы сверхбыстрого вычислителя.
Мысли ускорялись.
Секунды растягивались.
Мозг перебирал данные, полученные от куба.
Технологии Апоколипса.
Архитектура бум-труб.
Вероятностные модели.
Сотни потоков информации складывались в схемы, потом в более крупные структуры.
Где-то в глубине этих схем оставалось странное ощущение.
Я заметил его ещё тогда, во время первого контакта.
Короткий импульс.
Как если бы среди всех линий будущего на секунду вспыхнула тень.
Тогда я не стал разбираться — слишком много происходило одновременно.
Теперь времени было достаточно.
Я сосредоточился.
Связь с кубом сразу откликнулась.
Не команда.
Скорее намерение.
Поток данных перестроился.
В сознании возникла новая плоскость — сложная система вероятностей. Она не выглядела как картинки будущего. Скорее как сеть ветвей, каждая из которых вела к разным исходам.
Я начал с простого.
Ближайшие годы.
Угрозы планете.
Дарксайд.
Его имя сразу возникло в вероятностной модели как огромный массив ветвей. Но они были… далёкими. Тяжёлыми, как грозовые фронты за горизонтом.
Даже там, где его армия приближалась, между настоящим и этой угрозой лежали годы, иногда десятилетия.
Я спокойно отложил этот слой.
Он никуда не исчезнет.
Но он не был тем ощущением, которое я почувствовал раньше.
Я углубился дальше.
Вероятности начали меняться быстрее.
Некоторые линии исчезали.
Некоторые становились ярче.
И вдруг одна из ветвей вспыхнула.
Не как далёкая буря.
Как свет фар в темноте прямо перед домом.
Я остановил поток.
Связь с кубом стала плотнее.
Вероятностная модель сузилась.
Теперь система показывала не тысячи линий, а несколько десятков.
Потом десять.
Потом одну.
И в этот момент я понял, что именно видел раньше.
Это не была тень далёкой угрозы.
Это было приближение.
Холодное.
Точное.
Методичное.
Я позволил кубу раскрыть эту линию вероятности чуть шире.
В сознании возник образ.
Сначала — структура.
Не армия.
Не флот вторжения.
Один разум.
Цифровой.
Бесконечно холодный.
Он двигался через космос медленно и неизбежно, как математическая формула, которая уже решена и просто выполняется шаг за шагом.
Я почувствовал, как куб усиливает поток данных.
Вероятностная ветвь стала чётче.
Теперь в центре модели появилось имя.
Брейниак.
Я открыл глаза.
Темнота лаборатории вернулась.
Но ощущение угрозы уже не исчезало.
