Одна из тех пятниц

Наступает одна из так называемых «свободных» пятниц, когда Гарри забирает Тедди в дом на площади Гриммо с ночёвкой. Предполагается, что в этот день она наслаждается одиночеством. А она, напротив, ненавидит свободное время, потому что понятия не имеет, чем тут можно наслаждаться. Без Тедди в доме пусто и оглушительно тихо, а она этого терпеть не может. Потому обычно отправляется на кладбище, чтобы навестить дочь. И на этот раз у входа натыкается на одного из мальчишек Уизли. «Хотя он уже определенно не мальчик», — она ловит себя на том, что на несколько мгновений невольно задерживает на нём взгляд. Он кивает и улыбается. В голубых глазах мерцает что-то такое, чего она не видела очень, очень давно, и волна жара разливается внизу живота. Вздрогнув, она поспешно огибает его и проходит мимо. Чувствует пристальный взгляд, обжигающий спину, но не позволяет себе оглянуться. Незачем этому потакать. Она проводит рядом с дочерью около двух часов. И на обратном пути даже не вспоминает о той неловкости, пока не замечает его. Он стоит, прислонившись к мраморной колонне семейной гробницы Малфоев. Она чувствует на себе его взгляд и, вопреки здравому смыслу, подходит ближе. Голубые глаза притягивают, и долгое время они неотрывно всматриваются друг в друга. Тяжёлый взгляд обжигает, и ей с каждой секундой всё больше не хватает воздуха. Он протягивает руку, и она с внезапным отчаянием сжимает её, позволяя обнять себя. Он увлекает её в сторону, прижимая к мраморной стене, а затем его губы оказываются на её губах. Поцелуи обжигают, и она тает в горячих объятьях. Колени буквально подламываются, и он помогает, укладывая её на мраморную скамью, твёрдую и холодную, но сейчас это совершенно не мешает. Он пытается высвободить её грудь, и ей приходится помогать ему со всеми этими бесчисленными пуговицами. Когда, в конце концов, его губы находят сосок, она не может сдержаться и стонет. У него горячий рот и умелые руки. Она крепче прижимает его голову к груди, и запах мыла и молодости наполняет её ноздри. Она не хочет этого, но невольно сравнивает его юношескую лёгкость со зрелой тяжестью Теда. Он вонзается в неё, и в глазах закипает влага. Ей хорошо, так хорошо, что она просто не в силах сдержать слёз! Слава Мерлину, он молод, нетерпелив и, конечно, не заметит столь глупой реакции. Он удивляет её, останавливаясь и осторожно сползая вниз. Подняв юбку выше, он приникает губами, тягуче лижет, и его щетина покалывает нежную кожу бёдер, заставляя её стонать от непривычных ощущений: Тед никогда не носил бороду… Он посасывает клитор, и она извивается под его напором... Она забыла, она всё это забыла! Его язык неумолим, и она чувствует, как оргазм пузырится всё ближе и ближе к поверхности… Большой палец нажимает между ягодицами, и она кончает… Он трахает её во время оргазма и достигает кульминации, когда она уже практически приходит в себя. Голубые глаза натыкаются на её взгляд, и впервые она замечает в них неуверенность. Он делает попытку отстраниться, но она не позволяет. Она свободна до завтра. Она осталась одна. Но на этот раз воспользуется возможностью насладиться этим. Обнимая его крепче, она закрывает глаза и аппарирует их прямо в собственную спальню.