(Не)удачный эксперимент

Сев ровнее на кровати, которую так и не расстелил, Доктор тяжело выдохнул, приводя себя в чувства и стараясь смахнуть остатки сна. Проваливаться в круговерть дурных приукрашенных вырезок из жизни теперь совершенно не хотелось да и после такой встряски врядли бы удалось. Погода за окном совсем была противоположной той, что ранее увидел на острове Доктор: стянувшие небо тяжелые тучи совсем лишали возможности рассмотреть, чего там творится на улице и единственным источником света становились огоньки лаборатории, которая так же исправно работала, не боясь непогоды. Но даже такое освещение "съедалось" ночной мглой буквально за пару метров, не освещая ничего, кроме стальной бликующей обшивки, которая принимала на себя негодование стихии. А вскоре показался виновник потревоженного сна гостя. Разрезая тьму ослепительной вспышкой, молния со множеством лучей расчертила небо в причудливом рисунке, ударив куда-то далеко в океан. Пусть под коротким, но эффектным светом, мужчина сумел разглядеть, что творилось за окном: ветер, спустившийся с небес к земле, несчадно гнул деревья своими порывами, заставлял подниматься волны и гнал густую пену на гребнях к берегам острова. Венцом хаоса стал настигнувший зрителя гром - ровно через шесть секунд, которые невольно засёк мужчина, грянул оглушительный раскат, который поглотило здание, но не смотря на продуманую конструкцию и звукоизоляцию, часть звука прорвалась, добравшись до Доктора. Если бы он сейчас приложил руку к стеклу, то смог бы ощутить ту силу, с которой ударила природа по земле, но даже без этого где-то в груди ощущался этот раскат. И сразу стало ясно, что выбило гостя из сна. Молния бы вряд-ли справилась с этим в одиночку, а вот гром мало того что выдернул с отдыха, так ещё и напомнил о недавнем Выбросе, который как раз и описывали, как содрогание земли и неба неимоверной силы. Никто не знал, что происходит во время этого события, но все, от сталкера до мутанта, точно знали, что высовывать нос из укрытия в это время определённо не стоит. Ходил слух, что эти толчки давала мощная энергия, которая высвобождалась из четвёртого энергоблока и разносилась по всей территории Зоны, расширяя её границы, отравляя всё больше земли и делая ее непригодной для жизни. Во всяком случае, так считали учёные Монолита и Долга. Сам же Доктор относился к этому весьма философски: да, земля становилась зараженной радиацией, но она не была непригодна для жизни. Она становилась пригодна для жителей Зоны. Каждый отвоёванный клочок земли был новой территорией для выживания уже других существ, пропитанных радиацией. Там, где заканчивалась одна жизнь, начиналась другая... Круговорот. Но что заставляло умерший реактор вновь и вновь выпускать новые порции энергии - оставалось одной из самых больших загадок этого забытого Богом места. И снова последовал раскат грома, на который Доктор повернулся в сторону двери. В этот раз молния ударила по другую сторону здания, оповестив о себе только звуком. Зато мужчина абсолютно точно понял, что спать сегодня не будет. И что начала ныть голова, заставившая потереть виски, что не особо-то и спасло. Об одном Доктор жалел: а этом невероятном мире Нео он не мог прямо сейчас заварить себе любимый чай и подумать над какой-нибудь из нерешённых задач. Но ведь перемещаться по лаборатории ему никто не запрещал, так что хозяин болот очень быстро договорился с собой о небольшой прогулке, которая помогла бы отвлечься и разложить бушующие в голове мысли. Поднявшись с кровати Доктор чуть поводил головой, тщетно пытаясь согнать ноющую боль и, поправив на себе халат, неспеша подошёл к двери, которая исправно отъехала вверх. В глаза неожиданно ударило яркое освещение, заставив вообще зажмуриться на пару секунд и дополнительно прикрыться рукой. А когда глаза чуть привыкли, Доктор с прищуром осмотрел происходящее, отойдя чуть в сторону. В коридорах лаборатории так же горела только подсветка у пола, погружая всё в полумрак, а вот ярким источником оказалась незапертая комната напротив спальни Доктора, вернее, настольная лампа в ней, контрастирующая с полной темнотой, поскольку было выключено даже ночное освещение. Видимо, Нео решил не запираться, чтоб гость при любой нужде мог незамедлительно к нему обратиться. Хозяин болот очень удачно сместился. Не попав под вздор Нео, зато имея отличный наблюдательный пункт, Доктор имел возможность рассмотреть, что вообще происходит в комнате жёлтенького, хотя она не сильно-то и отличалась от гостевой. Направленная в стену лампа мягко рассеивала тёплый свет, позволяя побегать взглядом. Основным отличием была "наполненость"; видно, что комната жилая. Пустующие стеллажи для книг у Доктора - в комнате хозяина лаборатории полки ломились от томов разного содержания и толщины, стол с минимализмом - у Нео этот предмет интерьера превратился в творческий беспорядок. Кипы различных бумаг, рассыпаные мелкие детали каких-то приборов и пара кружек, которые учёный явно любил оставлять везде, где ходил. Стены у стола так же покрывали самые разнообразные чертежи, бóльшая часть из которых Доктору была непонятна, однако в одном угадывалось строение дирижабля, а на другом явно были разработки лаборатории, собиравшиеся из нескольких обрывков бумаг. В отличие от обширной заправленной кровати в комнате Доктора - у Нео совсем небольшая, больше напоминающая кушетку, кровать, на которой в хаотичном порядке валялась подушка и пара пледов. Видимо, одеяло учёный не признавал да и в целом любил свой, альтернативный порядок. Много где на полу виднелись какие-то детали и частично собраные макеты с конструкциями, которые потом наверняка собирались в полномасштабе. На шкафу, дверцы которого были чуть приоткрыты, виднелось какое-то ампельное растение, разросшееся своими свисающими побегами с мелкими листиками почти до пола. Но главным отличием было окно. Если у Доктора окно было вполне себе стандартным, то у жёлтенького учёного оно было такое же круглое, как в ванной и такое же огромное, занимающее почти всю стену и открывающее вид на бóльшую часть острова, в то время как окно гостя было направленно в открытый океан с небольшим обрывком тропического леса. С очередной молнией комната осветилась ярче, открыв зрителю что Нео тоже не спал. Он обнаружился на широком подоконнике. Маленькая жёлтая фигура в белом сильно выделялксь на фоне тёмного стекла, украшенного множествами капель, однако просто света отвёрнутой лампы было недостаточно, чтоб рассмотреть ученого. Доктор, озадачившись "находкой" в такой поздний, по его ощущениям, час, неслышной поступью, присущую любому жителю Зоны, скользнул в комнату, остановившись недалеко от дверного проёма и, чуть склонив голову к одному плечу, наблюдая. Очередная вспышка услужливо подсветила Нео, который на фоне огромного окна казался ещё меньше. Сидел жёлтенький на подоконнике, прислонившись спиной к раме и вытянув одну ногу. На согнутом колене второй лежала выпрямленная рука, в которой ученый чего-то прокручивал, глядя вдаль за стекло. После раската грома стало даже слышно: учёный очень негромко, почти шёпотом тихо напевал: — Боже, дай мне сил: остаться на плаву, Стоять на гребне волны и не пойти ко дну, Преодолеть свой путь, собрав всю волю в кулак. Я сделаю всё как надо только дай мне знак... В этот раз жёлтенький казался... Грустным. После того, что весь день наблюдал Доктор, видеть учёного в таком виде было тяжело. Казалось, что ночью то самое жизнерадостное в нём сломалось, оставив просто уставшего мужчину, который был чем-то озадачен. Рядом на подоконнике валились несколько бумаг с записями и парой чертежей, которые сверху были придавленны небольшим розовато-фиолетовым вытянутым кристаллом природной острой формы, который слегка светился. В руке сидящего играло отблеском лампы какое-то стекло, больше всего походящее на ампулу, после чего гений снова сжал его в кулаке. Достаточно понаблюдав за сидящим, Доктор чуть качнул головой, подав голос. — Мысли одолевают? — Они самые... — Нео даже не вздрогнул, словно заранее знал, что кто-то заглянул к нему в комнату и все это время скрывался во мраке. — Не спится..? Позволив себе встречный вопрос хозяин лаборатории помедлил и кинул склянку в нагрудный карман халата, а следом аккуратно собрал записи, кристалл, отложив всё в сторону. Не поворачивая головы, учёный жестом предложил присоединиться к своей меланхолии, освободив место на подоконнике для коллеги. Доктор отказываться не стал. Стараясь не задеть ничего из творческого хаоса жёлтенького, Доктор подошел, устроившись на противоположной стороне подоконника и, в отличие от сидящего Нео - полулег, сцепив пальцы на груди и переведя взгляд за стекло. — Не спится. — Чуть запоздало отозвался Доктор. И комната снова погрузилась в тишину, нарушающуюся только редкими раскатами грома. В Зоне, когда наступало ночь, люди тоже менялись. С лиц сползали так старательно носимые днём маски и люди бывали собой, сидя у костра в окружении всё тех же аномалий и мутантов. Ночью не надо было ничего из себя строить. Ночью сталкеры сидели, тихо прогоняя в голове произошедшее за день и наверняка про себя задаваясь вопросом: "Как я вообще выжил?". И все, сидевшие у костра, прекрасно понимали друг друга. Без слов. Без знаков. Просто молча сидя и глядя на потрескивающие ветки, невольно прислушиваясь к копошеню тушканов в кустах и к далёким взрыкиваниям снорков. И сейчас, так далеко от дома, Доктор чувствовал эту атмосферу, сидя напротив молчаливого учёного. Про себя хозяин болот удивился, чуть поведя бровью: настолько здешний мир был далёк от мира Доктора. Но при этом настолько похож. Не глобально, нет... В мелочах. В этом молчаливом разговоре, например. И прерывать такое молчание пустой болтовней было не принято. Сложно было сказать, сколько доктора просидели вот так, в тишине. Но первым тяжело выдохнул Нео и, собравшись, перевел взгляд на коллегу. — Я тут поглядел, как вернуть тебя домой. Не знаю, откуда ты. Но определённо знаю, что у меня есть телепортатор. Он легко доставляет из одной точки в другую... Но надо задать координаты. А в этой технике равных Джину нет. Мы даже как-то соревновались...— чуть улыбнулся желтенький, выпрямив вторую ногу и так же как коллега улёгся на свою часть подоконника, — У нашего инженера погрешность меньше всех, метр-два. Даже я проигрываю. Выслушав, Доктор головы не повернул, глядя по сбегающим по стеклу каплям. — Спасибо, милейший. У тебя здесь чудесно, но я нужен дома. Всё же мой долг помогать там. Да и Бенито без меня забудет всё, чему я его учил... Только, вроде, научу столовому этикету, а он уже двумя пальцами в шпроты лезет, — позволил себе лёгкую усмешку мужчина и, глянув в сторону, указал на кристалл. — Что это за интересный артефакт такой?.. Нео на вопрос повернул голову, глянув по направлению пальца собеседника и чуть улыбнулся. — Это не совсем арте... — Умолкнув и прикинув, учёный сдался, —...пожалуй, можно и так. Это энергетический кристалл. Пара его "братьев" покрупнее питают мою лабораторию. А этот осколок я беру для проверок. Вот прикидывал, насколько хватит мощности имеющихся кристаллов. Как далеко сможем тебя забросить... — Меня бы домой, а не далеко. — беззлобно усмехнулся Доктор и чуть перелёг, на этот раз указав на чуть выпирающий карман на груди жёлтенького. — А это? Показалось, ты обеспокоен. Нео рефлекторно накрыл карман рукой и, замявшись, аккуратно достал из него опечатаную ампулу с мутно-белым содержимым, показав в двух пальцах, чуть покачивая её. — Это... Моя головная боль. И от нее спасение одновременно. Думаю, ты уже заметил, что у меня, так сказать, есть странности. Просто молчишь учтиво. — Нет, что ты. Не понимаю, о чём ты говоришь. — Тон Доктора показался серьёзным, но глаза смеялись. — Ну, даже если и так... — хохотнул жёлтенький, перекинув ампулу в другую руку, а освободившейся жестикулируя под свои слова, — Не для кого не секрет, что у макрокрания¹. — Нео обвел рукой свою голову, — Повезло, обошлось без гидроцефалии², гипертензии³ и без нарушений зрения. Но вот кости черепа продолжают безостановочно расти. Поэтому я синтезировал ингибиторы резорбции, исключительно под меня... Притормаживают рост костей черепа и не сильно влияют на остальные процессы. Нет, все равно, конечно, поддерживающая терапия есть, но то нюансы. А так этого препарата хватает на неделю. Пытался разработать более долгосрочные варианты, но столкнулся с проблемой — действие распространялось не только на кости черепа. Так что вот, вынужден раз в неделю себе это колоть. Попросил бы Брио - так он нотации читает. — подумав, учёный добавил с юморцой, наиграно жалуясь, — И рука у него тяжёлая! Вообще не ценит и не бережёт коллег. Доктор, слушая и наблюдая, покачал головой, улыбнулся и сел протянув руку открытой ладонью вверх, жестом попросив ампулу. Нео озадачился, тоже сев и потупил взгляд. — А..? — Ну, раз никто не в состоянии помочь такому полезному члену команды, возьму на себя эту ношу. Давай. — Да ну, ты брось... Я ведь так, в шутку. — То есть, инъекция не нужна? — Нужна конечно, но я бы сам...— не ожидая таких действий, жёлтенький пассанул, начав отнекиваться, но мужчина его перебил. — Ну раз нужна, так давай. Самому несподручно, а я, напомню, всё же тоже доктор. И с этой логикой было сложно поспорить, так что Нео даже не стал пробовать. Все же не каждый ему предлагает помощь, а ходить потом с синяками от самостоятельных попыток не особо радовало, так что учёный, из другого кармана достав нераспечатанный шприц, вместе с ампулой вложил в протянулую ладонь. Доктор, забрав набор, пересел, свесив ноги с подоконника и пригласительно похлопал по подоконнику рядом с собой. Из кармана своего халата хозяин болот достал пару спиртовых салфеток и, открыв одну, стал обрабатывать руки. Нео же не оставалось путей отступления - пришлось пересесть, расстегуть халат, под которым оказалась тонкая водлазка с длинным рукавом, отдельно удивившая Доктора: как Нео в ней не сварился в тропиках? Но на лице мужчины ничего, кроме профессиональной отрешенности не читалось, хотя сознание услужливо подкинуло пару диагнозов, связанных с терморегуляцией. Вскоре Доктор получил ответ на ещё один из своих незаданных вопросов: загоревший Нео точно такого же цвета, как и не загоревший. Или он в принципе не загорал. В любом случае, беглый взгляд на достанную из рукава водолазки руку и сравнение ее цвета с цветом на лице результатов не дали - цвет не отличался. А вот на плече виднелись следы прошлых, судя по всему, самостоятельных попыток - пара уже коричневатых расплывчатых пятен, говорящих, что ученый попал в сосуд. Ну или его коллега-химик. "Который его не ценит..." — пронеслось с обиженной, местами детской интонацией в голове у Доктора, заставив невольно улыбнулся. Тем временем жёлтенький уже подготовился, отодвинув одежду чтоб не мешать процессу, и отвернулся, рассматривая чертежи, которые сам же и достал. Доктор затягивать и без того неприятный процесс не стал, видя, что коллеге не особо-то и комфортно. Быстро собрав шприц, мужчина только уточнил, всё ли содержимое ампулы надо ввести и, получив положительный кивок в ответ, обработал руку новой салфеткой. — Кажется, дождь стихает... Выверенным движением прихватив двумя пальцами складку, второй рукой Доктор легко ввел иглу и, проверив, не попал ли он в сосуд, неспеша ввел препарат. Следом приложив салфетку, которую через секунду перехватил Нео, Доктор убрал иглу. Послышался облегченый вздох. То ли препарат был неприятным, то ли жёлтенький так переживал, но всё кончилось и он подал голос. — Благодарю. — Да на здоровье, — закрыв шприц колпачком и вернув его коллеге, доктор ещё на раз протёр свои руки, — Полагаю, теперь поводов для грусти на один меньше? — Да определённо... — Глянув под салфетку и убрав ее, Нео быстренько оделся и, застёгивая халат, хихикнул, продолжив в наиграной манере. — Вот. Вот! Не то, что Брио..! Деланое возмущение вскоре сменилось улыбкой и, кинув использованные материалы под стол в мусорку, учёный подхватил двумя пальцами кристалл, чуть покрутив его. Эдакий символ надежды, что завтра они что-нибудь придумают. Обязательно что-нибудь придумают. А погода под недавнее оставшееся без внимание высказывание действительно начала меняться. Тучи поползли куда-то дальше в океан, молний уже было не видать, а лаборатория полностью справлялась с поглощением шума от далёких раскатов грома. Всё налаживалось. Да и голова перестала ныть. Настало время потушить ночной костёр.