15. ЦУГЦВАНГ

      Часть 16       Крис замер, словно пытаясь вдохнуть Минхо в себя, в каждую клеточку своего тела. Запах его кожи, лёгкий, едва уловимый аромат духов, всё это сплеталось в неповторимую мелодию, которую он жадно впитывал. Его губы невесомо скользили по губам Минхо, стараясь запечатлеть каждую их линию, каждый изгиб. Вкус Минхо, сладковатый и терпкий одновременно, обжигал его изнутри. Крис хотел утонуть в этом поцелуе, раствориться в нём, чтобы время остановилось, и они остались вот так навсегда.       - “Минхо! Такси подъехало!”, - голос Феликса, прозвучавший из-за угла, как резкий выстрел, разорвал эту интимную завесу. Крис увидел, как Минхо вздрогнул, словно очнулся от сна. Их взгляды встретились, в них читались и сожаление, и тоска, и невысказанные слова. Руки Минхо опустились, словно крылья подбитой птицы.       - “Нам пора… а тебя гости ждут...”, - прошептал Минхо. Его голос звучал приглушённо, словно издалека. В каждом слове чувствовалась тяжесть расставания, - “Пока”, - добавил он спокойным голосом, но Крис слышал, как дрожит каждая буква. Минхо сделал шаг в сторону Феликса. Крис не мог его отпустить. Инстинктивно, он схватил Минхо за запястье, резко останавливая его уход. Второй рукой обхватил его за шею, притягивая ближе, словно боясь, что Минхо сейчас исчезнет. Он впился в его губы страстно и отчаянно, пытаясь выразить в этом коротком поцелуе всё, что не успел сказать. Это был горячий, обжигающий момент прощания, наполненный тоской и обещанием.       - “Пока”, - прошептал Крис, разрывая поцелуй. Его дыхание было сбитым, сердце колотилось в бешеном ритме. Он смотрел в глаза Минхо, пытаясь запомнить их цвет, выражение, каждую искру. Они переглянулись ещё раз, словно молчаливо договариваясь о чём-то важном.       Минхо ушёл, оставив после себя лишь пустоту, а Крис остался стоять, переводя дыхание. Ему казалось, что часть его самого ушла вместе с Минхо. Собравшись с силами, он двинулся следом, к такси, чтобы проводить его и Феликса, и чтобы увидеть Минхо ещё раз, хотя бы на мгновение.       Такси плавно тронулось с места, унося Минхо и Феликса в ночь. Крис проводил их взглядом, робко махнув отъезжающему такси. Внутри всё сжалось от предчувствия разлуки. Нехотя, словно против воли, он вернулся в ресторан, в шумную толпу гостей, которые казались ему сейчас чужими и далёкими. Внутри него бушевал ураган эмоций, в то время как снаружи он пытался сохранять спокойствие и невозмутимость.       За окном такси мелькали тёмные улицы Сеула, отражая в стекле тусклый свет фонарей. Минхо, погружённый в свои мысли, неотрывно смотрел в окно. Каждая проезжающая мимо машина, каждый силуэт здания казались ему размытыми и нереальными. Внутри него царила тихая буря. Воспоминания о вечере, о Крисе и о поцелуях переполняли его. Он старался удержать эти моменты в памяти, словно драгоценные камни, боясь, что они исчезнут, как дым.       Феликс, увлечённый ночными видами Сеула, время от времени бросал беспокойные взгляды на Минхо. Он чувствовал его напряжение, его отстранённость. Феликс понимал, что сейчас лучше не трогать брата, не нарушать его уединение. Он видел, как Минхо поглощён своими мыслями и как ему тяжело даётся это молчание. Вскоре Феликс, убаюканный мерным покачиванием такси, откинулся на спинку сиденья и задремал, погрузившись в безмятежный сон.       Спустя некоторое время на горизонте показался знакомый силуэт дома, где жил Феликс с их матерью. Такси мягко остановилось у ворот дома. Феликс и Минхо вышли из машины, но такси не уехало, ожидая Минхо.       - “Спасибо тебе за вечер”, - тихо произнёс Феликс, дружелюбно похлопав Минхо по плечу. В его голосе звучала искренняя благодарность и лёгкая забота, - “Зайдёшь? Мама будет рада”, - добавил он с надеждой в голосе. Минхо слегка прикрыл глаза, ощущая усталость, скопившуюся за день.       - “Нет, спасибо. Уже поздно, я - домой!”, - ответил он, устало покачав головой. В его взгляде читалась не только усталость, но и какая-то грусть, разочарование, - “Извини, если что не так! И помни - я твой должник!”, - добавил Минхо, словно пытаясь снять с себя часть вины за происходящее. Он развёл руки в стороны, приглашая Феликса в объятия. Они крепко обняли друг друга. В этом объятии была и братская любовь, и благодарность, и невысказанные сожаления. Феликс отступил на несколько шагов и скрылся за дверью калитки. Минхо, убедившись, что брат доставлен домой в целости и сохранности, с облегчением выдохнул. Он сел обратно в такси и, прикрыв глаза, откинулся на спинку сиденья. Машина тронулась, увозя его домой, в тихую и пустую комнату, где его ждали лишь одиночество и воспоминания.       Оказавшись в стенах дома, Минхо почувствовал ещё большую тяжесть. Дома его ждала лишь тишина, которая сейчас казалась оглушительной. Усталость сковала каждое движение, и он, словно во сне, поднялся по лестнице к себе в комнату. Свет луны, проникавший сквозь приоткрытое окно, слабо освещал пространство, делая его ещё более унылым.       Напряжёнными, словно чужими, пальцами Минхо снял пиджак, повесив его на кресло,и ослабив галстук, сорвал его с шеи. Затем, он. Он чувствовал себя опустошённым, выжатым, словно лимон. Единственным желанием было смыть с себя всё, что произошло, очиститься от воспоминаний и прикосновений.       Ванная комната тепло встретила его. Он повернул кран и подставил тело под тёплые струи воды. Крупные капли падали на кожу, смывая остатки усталости и напряжения. Минхо закрыл глаза, позволяя воде унести с собой всё лишнее.       Нанеся гель для душа, он медленно, массирующими движениями начал растирать его по телу. Аромат геля, лёгкий и свежий, немного отвлёк его от грустных мыслей. Но когда руки коснулись шеи, его словно пронзил электрический разряд. Он вспомнил прикосновения Криса, его горячие поцелуи, его руки, нежно обнимающие его. Лёгкая дрожь пробежала по его телу.       Минхо слегка зажмурился, стараясь выкинуть эти воспоминания из головы, но они настойчиво возвращались, словно назойливые мухи. Он умыл ладонями лицо, словно пытаясь стереть с себя отпечаток поцелуя Криса. Вода смывала пену и стекала по телу, но Минхо чувствовал, что она не может смыть то, что происходило в его душе.       Он выключил воду, ощущая странную пустоту. В ванной комнате стало тихо, и эта тишина давила на него ещё больше, чем шум города. Минхо взял тёплое полотенце и принялся обтираться, но казалось, что даже оно не может согреть его. Холод проникал внутрь, в самую душу. Он чувствовал себя потерянным и одиноким.       В полумраке комнаты Минхо казался тенью самого себя. Он двигался медленно и осторожно, словно боясь нарушить хрупкую тишину. Он опустился на кровать, обнял подушку, инстинктивно ища в ней утешение и поддержку, прижался к ней лицом, надеясь уловить хоть какой-то знакомый аромат, но подушка пахла лишь чистотой и свежестью, ничем не напоминая о прошедшем вечере. Накрывшись одеялом, он попытался согреться, но холод, поселившийся внутри, не отступал.       Минхо выключил свет, словно надеясь, что в темноте ему станет легче. Он устало моргал, вглядываясь в непроглядную черноту, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, за что можно было бы зацепиться, но темнота была непроницаемой и равнодушной. Воспоминания о Крисе, о его словах, о его поцелуях, вновь нахлынули, оглушая своей остротой.       Тяжелеющие веки налились свинцом, и Минхо почувствовал, как усталость берёт верх, унося его в царство сна. Он закрыл глаза, позволяя сну окутать его своим мягким коконом, надеясь, что в этом забытье он сможет найти покой и утешение.              В ресторане, где ещё недавно царила атмосфера праздника и веселья, теперь чувствовалась тихая усталость. Гости, уставшие, но довольные, постепенно прощались и разъезжались по домам, унося с собой частичку этого вечера. Крис, как радушный хозяин, вместе с отцом, провожал каждого гостя, обмениваясь тёплыми словами и пожеланиями. На его лице застыла учтивая улыбка, но в глубине души он чувствовал лишь пустоту и тоску.       Когда последний гость покинул ресторан, Крис почувствовал, как с плеч свалился огромный груз. Он бросил усталый взгляд на отца, который одобрительно кивнул, понимая его состояние. Они молча попрощались, каждый погруженный в свои мысли.       Оказавшись дома, Крис первым делом направился в душ. Тёплая вода смывала с тела остатки запахов и прикосновений, возвращая ощущение свежести и чистоты. Он стоял под струями воды, закрыв глаза, позволяя теплу расслабить уставшие мышцы.       Крис вытерся полотенцем,и устало рухнул на кровать. Тело ощущало приятную слабость и негу, словно после долгой дороги,но в то же время он чувствовал лёгкую грусть, словно ему чего-то не хватало. В голове всплыл образ Минхо, его глаза, его улыбка, его голос.       Крис потянулся к телефону, лежавшему на прикроватной тумбочке. Он посмотрел на время, понимая, что сейчас уже слишком поздно для звонка. Он знал, что Минхо, скорее всего, спит, и не хотел его беспокоить,но он не мог уснуть, не сказав ему хотя бы пару слов.       Вздохнув, Крис открыл чат с номером Минхо и быстро набрал короткое сообщение: “Скучаю”. Он отправил его и отбросил телефон в сторону. Сердце бешено заколотилось в груди. Он лежал в темноте, глядя в потолок, и ждал ответа, хотя и понимал, что сегодня его не будет. В душе теплилась надежда, что Минхо тоже думает о нём, что он тоже скучает.              Яркий свет солнца, пробившийся сквозь неплотно задёрнутые шторы, разбудил Минхо. Он сладко потянулся, ощущая приятную лень в теле, потёр лицо ладонями, словно стирая остатки сна. Затем его взгляд упал на телефон, лежавший на прикроватной тумбочке. Невольно его сердце забилось быстрее. Он взял телефон в руки и увидел сообщение от Криса.       Прочитав короткое, но такое значимое слово “Скучаю”, Минхо напряжённо зажмурился. Внутри него словно что-то оборвалось. Он почувствовал смесь волнения и тревоги, сел на кровати, свесив ноги вниз, и напряжённо огляделся по сторонам. В комнате царил полумрак, сквозь щели в шторах пробивались тонкие лучи солнца, освещая пылинки, танцующие в воздухе.       Минхо пытался восстановить в памяти события прошедшего вечера. В голове всплывали обрывки разных сцен, как кадры из старого кино. Он видел ресторан, гостей, Феликса… и Криса. Он вспомнил его взгляд, его прикосновения, его поцелуи,но всё казалось таким нереальным, словно это был сон. Он судорожно пытался отделить реальные события от тех, которые ему, возможно, могли присниться,но чем больше он пытался, тем сильнее запутывался.       Минхо тяжело покачал головой, словно пытаясь вытряхнуть из головы навязчивые мысли. Он откинул телефон на кровать, боясь, что прикосновение к нему может окончательно разрушить его хрупкое равновесие. Он встал с кровати и, дрожащими ногами, направился в душ, надеясь, что прохладная вода поможет ему проснуться и собраться с мыслями.       После душа Минхо почувствовал себя немного лучше, но тревога по-прежнему не отпускала его. Он направился на кухню за кофе, надеясь найти в нём утешение и поддержку.Войдя на кухню, он увидел отца, сидящего за кухонным столом и что-то оживлённо обсуждающего с Сынмином. Сердце Минхо колотилось в бешеном ритме, он чувствовал себя неловко и неуверенно.       - “Доброе утро”, - поприветствовал его Сынмин, стараясь сгладить ощутимую напряжённую атмосферу.       - “Доброе”, - хмуро ответил Минхо, и машинально поправил волосы, словно пытаясь скрыть своё смущение. Он быстро измолол кофе, стараясь сосредоточиться на процессе, чтобы не думать о том, что происходило за столом. Затем поставил на плиту турку, налил в неё воду, повернулся и, всем своим видом показывая усталость, уселся за стол, подперев голову рукой.       - “Как вчера всё прошло?”, - поинтересовался Ли Джонхён, внимательно наблюдая за сыном. В его голосе звучала заинтересованность, но Минхо почувствовал в нём скрытый подтекст.       - “Нормально”, - сухо ответил Минхо, отбивая по столешнице напряжённый ритм пальцами. Он старался казаться спокойным и невозмутимым, но внутреннее напряжение выдавало его с головой. Отец с интересом посмотрел на Минхо, будто оценивая его состояние, и его губы растянулись в лёгкой, едва заметной ухмылке. Минхо почувствовал, как его щёки начинают гореть.       - “Ликс дома?”, - спросил Ли Джонхён, будто невзначай, но Минхо почувствовал, что это был хорошо просчитанный ход.       - “Не знаю”, - напрягся Минхо, понимая, что его пытаются вывести на эмоции, - “У меня перископа нет… но вчера вечером я сам лично его проводил домой до двери”.       - “Минхо, ты чего как язва? Всё зудишь и зудишь… сколько уже можно?”, - возмутился Ли Джонхён, устав от натянутой атмосферы.       Минхо резко встал, не желая продолжать этот неприятный разговор. Он подошёл к плите, всыпал в закипевшую воду молотый кофе, наблюдая, как тёмная жидкость поднимается, наполняя кухню приятным и бодрящим ароматом. Этот запах всегда успокаивал его, но сейчас он не помогал.       Налив себе кофе в чашку, Минхо сделал глоток, выдохнул с наслаждением, словно пытаясь выдохнуть всё напряжение. Затем, не сказав ни слова, он вернулся в свою комнату и поставил чашку на тумбочку возле кровати. Он избегал смотреть на своё отражение в зеркале, боясь увидеть там отражение своей тревоги и растерянности. Ему нужно было побыть одному, собраться с мыслями и решить, что делать дальше.       В своей комнате Минхо почувствовал себя немного спокойнее, но тревога по-прежнему не отпускала его. Он включил телевизор, словно надеясь, что шум и мелькание картинок помогут ему отвлечься от мучительных мыслей. Накидав подушек себе под спину, он снова улёгся на кровать, накрывшись одеялом, и уставился в экран, не вникая в происходящее.В голове гудело от выпитого на празднике алкоголя и эмоционального перенапряжения. Воспоминания о Крисе, о его взглядах, о его прикосновениях, настойчиво возвращались, несмотря на все попытки отвлечься.Он коснулся пальцами своих губ, словно пытаясь почувствовать на них отпечаток поцелуя Криса. И в этот момент он понял, что их близкое знакомство было реальностью, а не приснилось ему, как он сначала подумал. Внутри него словно взорвалась бомба.       - “Ля… ну вот нахрена?”, - прошептал Минхо, коря себя за чрезмерную беспечность, - “Знал же, что выпью и потеряю контроль над собой”. Минхо с досадой потёр лицо ладонями, пытаясь унять дрожь в руках. Он понимал, что натворил глупость, но не знал, как исправить ситуацию.       Минхо взял с тумбочки пульт от телевизора и с остервенением начал листать каналы, стараясь найти хоть что-то, что могло бы его заинтересовать. Но всё, что он видел на экране, казалось ему бессмысленным и раздражающим.       Внезапно на тумбочке завибрировал телефон, словно живое существо, призывающее к себе. Минхо с неохотой протянул руку, взял телефон и увидел на экране имя Криса. Он почувствовал, как внутри всё сжалось от страха и тревоги.       - “Пф…”, - тяжело выдохнул он, стараясь подавить в себе неконтролируемое волнение. Он знал, что должен ответить, но не мог заставить себя сделать это. Он боялся услышать голос Криса, боялся его слов, боялся того, что может произойти дальше, - “Что произошло по-пьяне в ресторане должно остаться в ресторане”, - пробормотал он сам себе под нос, словно пытаясь убедить себя в этом.       Он отбросил телефон обратно на тумбочку и лёг на бок, уставившись в экран телевизора. Стараясь сосредоточиться на происходящем, он то и дело ловил себя на мысли, что ждёт следующего звонка.       Телефон вибрировал снова и снова, продолжая напоминать о себе. Каждая вибрация отдавалась болезненным ударом в сердце. Минхо старался не обращать на него внимания, но это было всё труднее и труднее. Он чувствовал себя словно на иголках, каждая секунда казалась вечностью.       В какой-то момент терпеть стало невыносимо. Минхо, словно в порыве отчаяния, просто отключил телефон, желая избавиться от этого назойливого раздражителя. Наступила тишина, но она не принесла ему облегчения. Наоборот, эта тишина казалась ещё более гнетущей и зловещей. Минхо лежал в постели, уставившись в потолок, и чувствовал, как страх и неуверенность заполняют его душу. Он знал, что рано или поздно ему придётся столкнуться с реальностью, но сейчас он просто хотел убежать от всего этого, спрятаться и забыться, но, увы, от себя убежать невозможно.