15. ЦУГЦВАНГ

      Часть 23       Спустя два часа после обхода дежурного врача к Крису пришёл его лечащий врач, провёл осмотр и назначил ему сдачу анализов, по результатам которых он мог разрешить ему выписаться на долечивание домой, и дал указание медсестре сделать Крису ещё одну систему с антигистаминными препаратами.       Стараясь не мешать медсестре, готовящей капельницу Крису, Минхо тихо вышел из палаты. Он прошёл прямо по коридору и оказался на больничном крыльце. Он запрокинул голову вверх, словно благодаря небо за возможность вдохнуть полной грудью, и упёр руки в бёдра, чувствуя под ладонями твёрдость тела. Свежий, прохладный воздух ворвался в лёгкие, разгоняя спёртый больничный запах и тревожные мысли. Внутри разлилось приятное спокойствие, как тёплая волна, растекающаяся по венам. Минхо ощутил лёгкую, почти эйфорическую свободу. Тяжесть последних суток словно отступила, растворившись в солнечном свете. На лице невольно появилась улыбка - слабая, но искренняя. Он почувствовал себя живым, настоящим, вырвавшимся из липких объятий страха и беспокойства. С новыми силами он направился в сторону дороги.       Шагая по тротуару, Минхо глубоко вдохнул, стараясь унять дрожь в руках. Город окутывало утреннее солнце, но в душе Минхо ещё царила какая-то серость. Мысль о еде кольнула в голове, напоминая о том, что он практически ничего не ел с тех пор, как всё началось. В животе заурчало в знак протеста, вторя его внутреннему беспокойству. Он огляделся по сторонам, ища взглядом знак ближайшего кафе.       Минхо прошёл около квартала и вскоре его взгляд упал на небольшую уютную кофейню с вывеской, украшенной цветущими глициниями. Аромат свежесваренного кофе и выпечки манил, обещая хоть какое-то утешение. Замедляя шаг, Минхо почувствовал слабую надежду на то, что в тишине этого места он сможет немного прийти в себя. Может быть, чашка кофе и что-нибудь сладкое помогут ему унять тоску и собраться с мыслями перед тем, как вернуться обратно к Крису.       Не раздумывая, Минхо зашёл внутрь. Запах свежей выпечки и кофе окутал его, создавая атмосферу тепла и уюта. Он решил заказать себе быстрый сытный завтрак - сочный бургер, который представился ему сейчас самым вкусным блюдом на свете, и большой стакан холодного кофе на вынос, чтобы взбодриться.       Бургер исчез в мгновение ока, унесённый голодом и жаждой жизни. Минхо не стал церемониться, наслаждаясь каждым кусочком жареного мяса и мягкой булочки. С чувством утолённого голода он вышел из кафе, держа в руке стакан холодного кофе.       Возвращаясь в больницу, Минхо намеренно замедлил шаг, стараясь продлить ощущение свободы и умиротворения. Неспешно потягивая кофе, он любовался погодой. Тёплый, ласковый ветер играл с волосами, а солнце нежно грело кожу. На улице было тепло, но не жарко, и в то же время чувствовалась приятная, освежающая прохлада. Идеальная погода для прогулки.       Минхо смотрел на мир вокруг другими глазами. Он замечал детали, которые обычно упускал: яркие краски цветов на клумбе, улыбающихся прохожих, блики солнца на стеклах машин. Даже шум города казался ему мелодичным и живым. В голове внезапно появились мысли о скором выздоровлении Криса и об их будущих совместных прогулках под таким же тёплым солнцем.              Дверь палаты тихо скрипнула, пропуская Минхо обратно в привычную, больничную атмосферу. Он увидел Криса, мирно лежащего под капельницей, и на сердце стало немного спокойнее.       Минхо медленно приблизился к кушетке, словно боясь нарушить тишину. Он замер, не дыша, и уставился на Криса. Расслабленное, спокойное лицо Криса, без следов боли и тревоги, вызвало у Минхо неподдельное умиление, и он не мог отвести от него взгляд. Вся тревога и усталость отступили, уступая место нежности.       Не в силах больше сдерживать это чувство, Минхо присел на край кушетки, не отрывая глаз от лица Криса. Он был как загипнотизированный, не в силах пошевелиться. Ему отчаянно захотелось убедиться, что Крис дышит и что он жив.       Минхо наклонился ближе, ощущая тепло его дыхания на своей коже. Сердце Минхо забилось быстрее. Находясь в такой тесной близости с лицом Криса, Минхо не удержался. Он потянулся вперед, робко, почти неуверенно, поцеловал его в уголок губ. Это был лёгкий, трепетный поцелуй, наполненный любовью, заботой и облегчением.       Минхо медленно выпрямился, стараясь не нарушить сон Криса, и отступил на шаг, чувствуя лёгкий румянец на щеках и приятную дрожь во всём теле. Этот маленький, украденный момент любви наполнил его новыми силами и надеждой. Он взял стул, стоящий за тумбочкой, и сел на него рядом с кушеткой, медленно потягивая кофе.              В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим посапыванием Криса. За сорок минут ожидания воздух словно пропитался усталостью. Теперь, когда система закончилась, в помещении ощущалась какая-то облегчённость, как будто вместе с последней каплей лекарства ушли и тягостные предчувствия и мысли.       Медсестра, вошедшая тихо и бесшумно, казалась посланницей спокойствия. Её движения были отточены до автоматизма, но в каждом из них чувствовалась забота. С какой-то нежностью она убрала опустевшие флаконы, словно избавляя комнату от последних следов болезни.       Когда медсестра приблизилась к Крису, спящему блаженным сном, её взгляд смягчился. Аккуратно, почти невесомо, она извлекла иглу из его вены и бережно наложила давящую повязку на сгиб его руки. Было видно, что она искренне желает ему добра.       Медсестра тихо сказала Минхо, что анализы Криса будут готовы в течение часа, после чего врач примет решение о возможности выписки, и покинула комнату, оставляя Минхо наедине с сонным Крисом и растущей в душе тревогой вперемешку с ожиданием. Тишина вновь завладела пространством, но теперь она была наполнена предчувствием перемен и нового этапа в его жизни.              Пустота кофейного стакана стала отражением тоски, заполнившей Минхо. Ожидание давило, и время тянулось мучительно медленно. Не находя себе места, он машинально потянулся к своему телефону, надеясь скоротать минуты в привычном онлайн-мире, но, увы, безжизненный экран встретил его разочарованием - телефон разрядился, словно разделив с ним бремя истощения.       В этот момент Минхо почувствовал себя оторванным от мира, от привычного потока информации и общения. Осознание того, что он остался без связи, усугубило чувство тревоги. Он вдруг почувствовал себя уязвимым, лишённым привычного инструмента контроля и развлечения.       Признав поражение, он с досадой открыл рюкзак в поисках зарядного устройства и ощутил мимолётную радость, когда нашёл его. Обшарив взглядом палату, он обнаружил свободную розетку, и воткнул в неё вилку зарядного устройства, словно подключаясь к источнику жизни. Подключив телефон, Минхо почувствовал, как в нём просыпается надежда. Загоревшийся индикатор зарядки стал символом возвращения к привычной жизни, к возможности быть на связи с миром, получать новости и поддержку. В этот момент он почувствовал себя немного спокойнее, зная, что скоро сможет вновь обрести контроль над ситуацией, хотя бы маленький, но такой важный.              Экран телефона вспыхнул, словно маяк, возвращая Минхо к реальности. С каждой секундой, пока загружалась система, напряжение в нём нарастало. Наконец, долгожданный рабочий стол появился, а вместе с ним обрушилась лавина уведомлений. Количество непрочитанных сообщений и пропущенных вызовов ошеломило его. Цифры мигали, словно маленькие кричащие огоньки, каждая из которых напоминала о его невнимательности и о том, насколько он выпал из привычного ритма жизни.       Взгляд зацепился за пропущенные вызовы от отца. Внутри всё похолодело. Минхо почувствовал, как вина тяжёлым камнем опускается на его плечи. Он напряжённо выдохнул, выдавая своё внутреннее смятение. В голове пронеслись обрывки вчерашних событий, и он осознал, что в суматохе совершенно забыл предупредить отца о ночёвке в больнице.       Представив лицо отца, полное тревоги и беспокойства, Минхо почувствовал укол совести. Он знал, что отец, будучи человеком старой закалки, очень трепетно относится к пунктуальности и ответственности, а тут он пропал на целую ночь, оставив его в неведении. Теперь, осознавая масштабы своей оплошности, Минхо испытывал мучительное чувство вины и тревоги. Он понимал, что ему предстоит непростой разговор, и от этого на душе становилось ещё тяжелее. Ему хотелось исправить ситуацию, успокоить отца и объяснить всё, но слова словно застревали в горле под гнётом осознания своего проступка.       Минхо отключил телефон от зарядки, словно обрывая последнюю нить, связывающую его с ощущением безопасности. Выйдя из палаты, он набрал номер отца и затаил дыхание, готовясь к неминуемой буре. И буря разразилась, едва Минхо успел поднести телефон к уху.       - “Минхо! Етить твою мать! Ты куда пропал???”, - вместо приветствия в трубке прозвучал упрёк, полный тревоги и гнева. Минхо был оглушён взволнованным криком отца. Ли Джонхён был явно на взводе, и слова не выбирал. Минхо вздрогнул от напора эмоций, понимая, что отец был напуган до предела.       - “Прости отец. Криса вчера экстренно увезли в больницу в критическом состоянии… пока я ждал новостей… даже день с ночью попутал, и просто не подумал тебя предупредить…”, - запинаясь, словно оправдываясь, он начал объяснять причину своего исчезновения. Каждое слово давалось с трудом, он боялся не найти нужных выражений, чтобы передать всю серьёзность ситуации. Голос дрожал от усталости и пережитого стресса.       - “Крис? В больнице?”, - осёкся Ли Джонхён, - “Надеюсь, это не твоих рук дело?”, - вопрос отца застал Минхо врасплох. В его интонации сквозило недоверие, даже подозрение. Минхо почувствовал, как внутри всё закипает от возмущения. Он нахмурился, не понимая, как отец мог такое подумать. Обвинение отца прозвучало для Минхо абсурдно и оскорбительно.       - “Бать! Ты чё такое несёшь?”, - нахмурился Минхо, - “Ты там пьяный что ли?”, - не выдержав, он повысил голос, но тут же осёкся, понимая, что криком делу не поможешь. Слова отца обожгли его словно кипятком. Он почувствовал несправедливость в его словах, но не мог сказать, что он просто переживал за Криса.       - “Я те щас дам “пьяный”! После твоих истерик в его сторону я бы не удивился, если бы ты его покалечил из-за того, что тебе просто что-то не понравилось”, - с укором ответил Ли Джонхён.       - “Ну, не правда…”, - с утомлённым вздохом он признал своё бессилие спорить. Сейчас, когда Крис был в больнице и нуждался в его поддержке, у него не было ни сил, ни желания вступать в бессмысленные перепалки с отцом. Он просто устал: морально и физически. Ему хотелось лишь одного - чтобы всё это поскорее закончилось, и они вернулись к нормальной жизни.       - “Погоди, Минхо… Крис в больнице - окей… а какого хрена тогда ты там делаешь? Сегодня же выходной, а вы где-то умудрились встретиться…”, - усмехнулся Ли Джонхён. Услышав усмешку отца, Минхо на мгновение замер. В голосе Ли Джонхёна прозвучало какое-то неприятное ехидство, словно он упивался его положением. Внутри вскипела злость, но Минхо сдержался.       - “Ладно, бать, мне некогда”, - резко оборвал разговор Минхо, решив, что он зашёл в тупик. У него не было ни времени, ни желания выслушивать язвительные комментарии отца. Сейчас его мысли были заняты только Крисом, его здоровьем и скорейшим выздоровлением.              Минхо вернулся в палату с тяжёлым сердцем и чувством опустошения. Внутри клокотало раздражение, вызванное общением с отцом. Чувствуя себя измотанным, он машинально воткнул телефон обратно в зарядное устройство. Батарея, медленно заполняясь процентами, давая надежду на возвращение к нормальной жизни.       Усевшись рядом с Крисом, Минхо уткнулся в экран заряжающегося телефона, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей. Общение с Феликсом, который с энтузиазмом рассказывал о своей консультации, немного подняло ему настроение. Переписка с друзьями, в том числе и с теми, кто остался в Штатах, помогла ему почувствовать себя частью большого мира, который не ограничивается больничными стенами. В потоке сообщений и новостей он находил утешение, словно маленький островок спокойствия в бушующем океане переживаний.       Иногда, отрываясь от экрана, он бросал взгляд на спящего Криса. Наблюдая за его ровным дыханием, Минхо надеялся, что кошмар скоро закончится, они смогут покинуть эти стены и вернуться к своей обычной жизни.              Крис медленно открыл глаза, словно неохотно выпуская себя из объятий Морфея. Сонная нега, подобно мягкому одеялу, ещё окутывала его тело, но общее самочувствие, вопреки ожиданиям, было на удивление удовлетворительным. Внутри разливалось приятное тепло, и на губах невольно заиграла полусонная улыбка. Он потёр ладонями лицо, пытаясь окончательно прогнать остатки дремоты, и взгляд его нежно упал на Минхо.       Минхо мирно дремал в кресле, уютно устроившись и сложив руки на груди. В его расслабленном лице читались покой и умиротворение. Наблюдая за ним, Крис почувствовал, как в груди разливается волна тепла и нежности. Мысли о Минхо вызвали на его лице мимолётную, но искреннюю улыбку, наполненную тихим обожанием.       Осторожно, стараясь не нарушить царящую тишину, Крис медленно приподнялся, чтобы сесть. Каждое движение отдавалось приятной ленью в мышцах. Минхо, чутко уловив едва слышное ёрзанье, приоткрыл один глаз. Сонный туман ещё застилал его взгляд, но, увидев, что Крис проснулся, он быстро проморгался, отгоняя остатки сновидений. Влажный, сонный взгляд Минхо устремился на Криса, выражая смесь облегчения и нескрываемой нежности. В самой глубине его глаз мелькнуло что-то похожее на беспокойство, сменившееся теплом и заботой.       - “Ты чего улыбаешься?”, - проворчал Минхо, нахмурив брови, словно пытаясь скрыть зарождающуюся на лице улыбку, но его взгляд выдавал внутреннее смятение, намекая на то, что колкие слова не совсем соответствуют его истинным чувствам.       - “Хых… ты такой милый, когда спишь”, - хихикнул Крис. В его голосе слышались нежность и искренняя забава. Он смотрел на Минхо с лукавым обожанием, будто подмечая в нём те черты, которые были скрыты от посторонних глаз.       - “Да ладно?”, - лениво ухмыльнулся Минхо. В его глазах заиграли озорные искорки, - “А ты себя видел?”, - он с притворным изумлением уставился на Криса, - “Бровки нахмурит, губки уточкой вытянет… ну Марфушечка-душечка”, - Минхо зевнул, потягиваясь всем телом, и растянулся в широкой, дразнящей улыбке. В его движениях и словах чувствовалась не только лёгкая насмешка, но и ласковая привязанность.       - “Ну, ты же меня всё равно любишь?”, - Крис расцвёл в улыбке, демонстрируя свои очаровательные ямочки и сияя всеми зубами. В его глазах читалась надежда и ожидание, словно он ждал от Минхо подтверждения их взаимной привязанности. В то же время, в его голосе звучала уверенность, как будто он уже знал ответ.       - “Я? Кто тебе такое сказал?”, - усмехнулся Минхо, его улыбка стала шире и загадочнее. В его голосе звучала лёгкая ирония, и казалось, что он играл с Крисом, наслаждаясь их перепалкой.       - “Как кто? Твои губы… тело…”, - начал перечислять Крис, медленно смакуя каждое слово. В его голосе появилась интимность, а взгляд стал двусмысленным, намекая на более личные моменты между ними.       - “Стоп!”, - Минхо резко зажмурился, мысленно пытаясь остановить поток слов, - “Не продолжай”, - с трудом сдерживая эмоции, добавил он. В его голосе звучало смущение и нескрываемое возбуждение. Слова Криса явно вызывали в нём бурю чувств.       - “Ты так мило злишься”, - хихикнул Крис, наслаждаясь реакцией Минхо. В его голосе звучала нежность и дразнящая любовь. Он словно поддразнивал Минхо, но в то же время восхищался его реакцией.       - “То есть я здесь твой сон охраняю, переживаю, а тебе весело, да?”, - произнёс Минхо с притворной обидой в голосе. Он поднялся с кресла, демонстрируя свою напускную строгость, и упёр руки в боки, словно готовясь к нотации. Однако его поза выдавала колебание: он был готов сдаться и поддаться на провокации Криса.       - “Иди ко мне”, - промурлыкал Крис, протягивая руки к Минхо с лукавой улыбкой. В его голосе звучала нежность и приглашение, а в глазах плясали озорные искорки. Он был уверен в своей власти над Минхо, зная, что тот не сможет долго сопротивляться его чарам, - “Я ждууу”, - он нарочито растянул последнее слово, добавляя в него томности и нетерпения.       - “Аааа”, - простонал Минхо, разрываясь между желанием подчиниться и необходимостью сохранять лицо. Он не желал идти на поводу у Криса, который продолжал сидеть с распростёртыми в стороны руками. Минхо стоял и мялся, не решаясь сделать шаг вперёд или остаться на месте. В его глазах отражалась внутренняя борьба, смущение и тайное желание оказаться в объятиях Криса. Он был на грани того, чтобы поддаться искушению. В момент, когда он уже почти сдался и готов был сделать шаг в объятия Криса, дверь палаты распахнулась, и вошёл врач. Минхо с облегчением выдохнул, словно избежав опасности. Он был благодарен нежданному вмешательству, которое позволило ему сохранить своё достоинство и избежать неловкой ситуации. Однако в глубине души он ощутил лёгкое разочарование, понимая, что момент был упущен.       - “Как вы, Кристофер?”, - участливо поинтересовался врач. В его голосе звучала профессиональная забота и искреннее желание узнать о состоянии пациента.       - “Всё хорошо! Готов к труду и обороне”, - отшутился Крис, стараясь скрыть волнение и радость под маской бравады. В его голосе звучала бодрость, но в глубине глаз мелькнула искорка облегчения. Он был рад, что всё закончилось хорошо, и был готов вернуться к привычной жизни.       - “Ну, юмор на месте - значит всё хорошо. Анализы тоже в норме”, - резюмировал врач, улыбаясь уголками губ. В его словах чувствовалась профессиональная уверенность и удовлетворение результатом лечения. Он был рад видеть, что его пациент идёт на поправку, - “Сейчас подготовлю выписку и назначения, а пока можете собираться и ожидать в коридоре”.       - “Оу”, - воодушевился Крис. Его лицо озарила широкая улыбка, а в голосе звучало предвкушение свободы, - “Наконец-то можно будет покинуть ваше гостеприимное место, а то у меня уже зад квадратный”, - хихикнул Крис, с юмором подчёркивая своё нетерпение.       - “Спасибо, доктор”, - добавил Минхо, сдержанно улыбаясь. В его голосе звучала благодарность и уважение к профессионализму врача. Он был рад, что Крис выздоровел, и готов был как можно скорее отвезти его домой. Врач кивнул в ответ и вышел из палаты, оставляя Криса и Минхо наедине.       - “Наконец-то!!! Свобода!!!”, - выдохнул Крис с облегчением и восторгом, словно скинул с себя тяжкий груз. Он потянулся всем телом, наслаждаясь ощущением свободы, и откинул одеяло, намереваясь как можно скорее встать на ноги. В этот момент Минхо, не отрывая взгляда от Криса, подошёл к нему и осторожно обнял за талию сзади, словно боясь, что тот может потерять равновесие. В его движениях чувствовалась забота и нежность, он хотел поддержать Криса и убедиться, что с ним всё в порядке. Крис уверенно встал на ноги, почувствовав опору и поддержку Минхо. Тот было хотел отпустить его, но Крис внезапно притянул его обратно к себе, сокращая между ними расстояние. Они уставились друг другу в глаза, уткнувшись нос к носу. В их взглядах читались смешанные чувства: притяжение, нежность, смущение и волнение. Минхо медленно сглотнул, ощущая, как в груди нарастает напряжение. Он не знал, как вести себя в данной ситуации, разрываясь между желанием поддаться моменту и необходимостью сдерживать свои чувства.       - “Отпусти”, - прошептал Минхо. В его голосе звучала неуверенность и мольба. Он пытался сохранять дистанцию, но его сердце жаждало другого.       - “Никогда”, - прошептал в ответ Крис. Его взгляд был полон нежности и решимости. Он не собирался отступать и намерен был выразить свои чувства. Не давая Минхо опомниться, он нежно коснулся его губ поцелуем, сначала робким и неуверенным, а затем всё более страстным и требовательным. Он целовал его снова и снова, словно утоляя жажду. Минхо в глубине души метался и терзался, борясь с противоречивыми чувствами. Он понимал, что происходит что-то неправильное, но не мог противиться охватившему его желанию. Обессилев от внутренней борьбы, он прикрыл глаза и нежно ответил на поцелуй Криса. В его поцелуе чувствовалась любовь и нежность, но также и страх перед тем, что может произойти.       - “Давай собираться”, - пошептал Минхо, отстраняясь от Криса. В его голосе звучало смущение и растерянность, он хотел поскорее прервать этот момент и вернуться к реальности, - “Хочется быстрее покинуть это мрачное место”.       - “Хорошо”, - кивнул Крис, понимая состояние Минхо. Он выпустил его из своих объятий и, стараясь не смотреть в глаза, начал одеваться в свою одежду, ощущая лёгкую грусть от того, что момент близости был прерван. Однако он был уверен, что у них ещё будет время поговорить и разобраться в своих чувствах.              Минхо и Крис стояли в больничном коридоре, в тишине которого отчётливо слышалось их сбивчивое дыхание. Напряжение, возникшее между ними в палате, словно невидимой нитью тянулось, наполняя воздух невысказанными словами. Минхо нервно переминался с ноги на ногу, ожидая выписку и собираясь с духом для серьёзного разговора.       - “Вот скажи мне”, - начал Минхо, нарушая молчание. В его голосе звучало раздражение и скрытое беспокойство, выдающее переживания за Криса, - “Какого хрена ты не предупредил, что тебе острое нельзя? Что за детский сад?”, - он напряжённо сжал губы, стараясь сдержать эмоции, и уставился на Криса, прожигая его взглядом. В его глазах читалось непонимание и лёгкая обида.       - “Я не знал, что ты настолько острое назаказываешь, а потом как-то стрёмно было спасовать перед твоими гастрономическими предпочтениями. Не думал, что настолько всё плохо будет”, - нелепо смущаясь, объяснил Крис, опустив взгляд в пол. Он чувствовал себя виноватым и глупым, понимая, что повёл себя безответственно. В его голосе звучала искренность и раскаяние. Он пытался оправдаться, боясь потерять расположение Минхо.       - “В смысле не думал? Твой отец сказал, что у тебя сильнейшая пищевая аллергия на острое и что уже был случай, когда тебя еле откачали”, - возмущался Минхо, тыкая пальцем в грудь Криса, подчёркивая серьёзность ситуации. Затем он легко шлёпнул ладонью Криса по лбу, взывая к его разуму и здравому смыслу. В его движениях чувствовалась одновременно злость и нежность, словно он ругал ребёнка, которого очень любит.       - “Чего? Когда это ты успел с моим отцом пообщаться?”, - удивлённо воскликнул Крис. Его брови взлетели вверх, а в глазах отразилось непонимание и любопытство - он был заинтригован неожиданным откровением. Недоумение сменилось лёгкой усмешкой, словно его забавляло неожиданное развитие событий.       - “Да он приходил сюда, пока ты в палате кайфовал”, - ответил Минхо, напряжённо опуская взгляд, - “Говорил, что ты дебил”, - закончил он, стараясь разрядить обстановку лёгким смешком. В его голосе звучала шутливая насмешка. Крис смущённо улыбнулся, засовывая руки в карманы куртки. Он покачал головой, словно укоряя себя за беспечность, и поднял взгляд на Минхо, ища в его глазах поддержку и понимание. В его взгляде читалась смесь вины и благодарности за то, что Минхо заботился о нём, пока он был без сознания.       - “Что-то ещё говорил?”, - настороженно уточнил Крис. В его голосе появилась тревога. Он словно боялся услышать что-то неприятное или компрометирующее, что его отец мог рассказать Минхо.       - “Нет”, - сухо ответил Минхо и резко повернулся к подошедшему врачу, давая понять, что разговор окончен. В его голосе чувствовалась отстранённость и нежелание продолжать эту тему. Он не хотел говорить Крису, что дебилами его отец потом назвал их обоих, и что в речи Бана Вонги чувствовалась претензия в сторону Минхо, словно он считал его виноватым в том, что случилось с Крисом.       - “Вот. Пожалуйста. Я написал все рекомендации и расписал схему лечения и восстановления. В будущем, будьте более внимательны и не позволяйте своему супругу есть острое - оно ему категорически противопоказано”, - профессионально и участливо пояснил ситуацию врач, передавая Минхо выписку Криса. В его тоне звучала лёгкая укоризна и забота о здоровье пациента. Пожелав им здоровья, врач ушёл дальше выполнять свои обязанности. Минхо задумчиво почитал выписку и назначения, просматривая указания врача и запоминая детали. Он тяжело вздохнул, вспомнив на мгновение, что им пришлось пережить за последние сутки. В его глазах читались усталость и переживания, но также и облегчение от того, что всё закончилось благополучно. Закончив с выпиской, Минхо подошёл к стене, прислонился к ней плечом, словно нуждаясь в опоре, и уставился на Криса, изучающим взглядом, оценивая его состояние. В его глазах играла смесь беспокойства, нежности и лёгкой иронии, - “У тебя сейчас от улыбки лицо треснет”, - слегка ухмыляясь, съехидничал Минхо, стараясь скрыть свои истинные чувства за маской сарказма.       - “Суп-руг”, - поддразнивая Минхо, Крис с наслаждением протянул каждый слог, словно смакуя это слово, и хихикнул, заражая воздух своим озорством. В его глазах плясали игривые искорки, а на губах играла шаловливая улыбка. Он наслаждался тем, как его поддразнивания смущают Минхо.       - “Я тебе щас тресну!”, - игриво ответил Минхо, смущаясь и отворачиваясь. Он сложил выписку Криса в карман и достал оттуда телефон, пытаясь скрыть своё замешательство, - “Поехали, я тебя домой провожу. Сейчас такси вызову”. Крис сдержанно улыбнулся, наблюдая за суетливыми движениями Минхо. Он был тронут его заботой и беспокойством. Минхо вызвал такси, стараясь не смотреть на Криса, словно боялся выдать свои чувства. Он чувствовал, как щёки предательски заливаются румянцем, - “Пойдём, подождём машину на улице”, - предложил Крису Минхо, стараясь говорить как можно более непринуждённо.       - “Пойдём”, - покорно согласился Крис, следуя за Минхо, но только Минхо хотел сделать шаг в сторону выхода, как Крис моментально приблизился к нему, обнял его и нежно, словно боясь потерять, прильнул к его губам обжигающим поцелуем. В его поцелуе выражалась вся гамма его чувств: благодарность, нежность, любовь и желание. Минхо устало обнял Криса за талию и сдержанно поцеловал его в ответ.              Крис распахнул дверь дома, и, слегка подтолкнув Минхо в спину, пригласил его войти. Внутри открылся вид на изысканно оформленное пространство, словно сошедшее со страниц дизайнерского журнала. Минхо невольно залюбовался гармонией, царящей в интерьере.       Цвета и материалы в прихожей и коридоре были подобраны со вкусом и мастерством, создавая атмосферу уюта и элегантности. Палитра приглушённых, глубоких оттенков плавно перетекала из одного помещения в другое, словно художник кропотливо подбирал каждый мазок кистью.       Учитывая продуманную систему освещения, тёмные тона, вопреки ожиданиям, визуально не сковывали пространство, а наоборот - позволяли почувствовать себя свободно и расслабленно. Мягкий, рассеянный свет акцентировал внимание на деталях, создавая игру теней и подчёркивая текстуру материалов. Казалось, что каждый предмет интерьера был расположен на своём месте, создавая ощущение завершённости и гармонии.       - “Welcom!”, - с лёгкой ухмылкой произнёс Крис, лукаво поглядывая на Минхо. В его голосе звучала гордость и предвкушение реакции Минхо на его жилище, - “Добро пожаловать в мой… монастырь”, - сдерживая смех, добавил он, смущённо пожимая плечами. Его слова прозвучали с иронией, словно он высмеивал собственный образ жизни. Минхо снисходительно покосился на Криса, оценивая его игривое настроение, и сделал несколько шагов вперёд, продолжая осматривать дом. Крис шёл рядом с Минхо, словно опытный экскурсовод, проводя его по своему жилищу, - “Здесь направо лестница на второй этаж - там моя спальня и гостевая комната. На первом этаже, если пойти в другую сторону, гостиная, кухня и тренажёрка”. В его голосе звучала гордость за свой дом и желание поделиться им с Минхо.       - “Хм… прикольно… часто тренишь?”, - спросил Минхо, поднимаясь по лестнице на второй этаж и глянув на Криса с любопытством.       - “Да когда время есть”, - уклончиво ответил Крис, стараясь не вдаваться в подробности. Минхо бросил оценивающий взгляд на Криса, осмотрев его с ног до головы. В его глазах промелькнула лёгкая усмешка.       - “Пф… похоже, что времени у тебя навалом”, - сдерживая смех, произнёс Минхо, подкалывая Криса. В его голосе звучала ирония и лёгкая насмешка, но также и скрытое восхищение его формой. Крис понял подкол Минхо, стиснул зубы и медленно, с улыбкой, втянул воздух, стараясь не выдать своего смущения. Он покачал головой, признавая правоту Минхо. Они подошли к двери в спальню, Крис распахнул её, приглашая Минхо войти. Спальня поражала своей просторностью и обилием света. Стены, выкрашенные в светлые тона, отражали солнечные лучи, делая комнату ещё более воздушной и просторной. В центре комнаты возвышалась огромная кровать, словно приглашая к отдыху и расслаблению. Крис сделал несколько шагов вперёд и, не удержавшись, запрыгнул на кровать животом и раскинулся на ней, словно морская звезда.       - “Как хорошо!”, - Крис радостно постанывал от счастья, оказавшись дома, в своей уютной кровати. Он блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь мягкостью простыней и ощущением покоя. Минхо постоял, оценивая обстановку и наблюдая за Крисом, словно убеждаясь, что с ним действительно всё в порядке и посмотрел по сторонам, отмечая детали интерьера и мысленно хваля Криса за хороший вкус. Затем он пришёл к выводу, что его долг выполнен: пациент благополучно доставлен домой, и можно смело отправляться восвояси. Он мечтал как можно скорее принять душ, смыть с себя больничную атмосферу, переодеться в любимую домашнюю одежду, лечь на мягкую кровать и, наконец, выспаться.       - “Раз у тебя всё хорошо, я погнал домой”, - устало произнёс Минхо, повернулся и направился к выходу из комнаты. В его голосе чувствовалась усталость и желание поскорее оказаться в своей зоне комфорта. Крис удивился неожиданному решению Минхо. Его лицо омрачилось разочарованием, словно он ожидал чего-то другого. Собравшись с духом, он соскочил с кровати и быстро пошёл за Минхо, словно боясь его потерять.       - “Стой!”, - громко потребовал Крис. Его голос прозвучал настойчиво и даже немного отчаянно, - “Ты разве не останешься?”. В его глазах читалась надежда и разочарование от того, что Минхо так стремится уйти.       - “Нет! Моя помощь тебе уже не нужна! А я хочу в душ, и спать”, - сухо ответил Минхо, не смягчаясь под напором Крис, - “Завтра на работу. Начальник у меня строгий… работы накидал невпроворот… ещё и презентацию заставил делать”, - ёрничал Минхо, чувствуя затылком, как бесится Крис. В его голосе звучала ирония, и он словно намеренно поддразнивал Криса, испытывая его терпение.       - “Пф… а кто мне будет сыпь на спине мазать? А она уже чесаться начинает… ааа… жуть просто”, - Крис продолжал заманивать Минхо остаться у него ночевать, прибегая к хитрости и жалобам. В его голосе звучала наигранная беспомощность.       - “У тебя руки длинные, сам дотянешься”, - ответил, не поворачиваясь, Минхо, продолжая идти по коридору в сторону прихожей. Он старался оставаться непреклонным, хотя в глубине души его терзали сомнения. Крис понял, что его доводы для Минхо как слону дробина, а он уже почти ушёл, и решил действовать напролом.       - “Подожди”, - крикнул Крис, в два шага догнал Минхо, расставил в стороны руки, словно приглашая Минхо в свои объятия. В его взгляде читалась решимость и нежность. Минхо покосился на Криса, оценивая его напористость, но тот действовал стремительно, крепко обнял Минхо, прислонил его спиной к стене и принялся нежно целовать, осыпая его губы лёгкими прикосновениями. Минхо чувствовал себя слишком уставшим, чтобы бороться с Крисом и сопротивляться его обаянию. Да и не очень-то ему и хотелось это делать.