Сливочная мята

Аарон чувствовал, как каждая мышца воет от перенапряжения, а тело наливается тяжелым, липким свинцом. Пятничная игра оказалась изматывающим адом. Несмотря на то что Дэй и Абрам перед матчем самоуверенно давили всех своей тяжелой альфа-аурой, обещая быструю победу, реальность обернулась ожесточенной бойней в три раунда, которая выжала из Аарона все соки. Финальный свисток стал для него не просто сигналом — он стал спасением. Мало того что сегодня ему пришлось выкладываться на двести процентов, так еще и весь матч его «опекал» Джоэль. Этот ублюдок был в два раза крупнее, а его агрессивный, подавляющий запах дешевого мускуса и несвежего пота буквально душил Аарона. Стоило игре закончиться, как Джоэль, не обращая внимания на судей и фанатов, навис над Аароном, обдавая его волной своего тяжелого, торжествующего превосходства. — Мелкий ублюдок, я знаю, что ты меня подставил, — прошипел он в самое лицо, с силой хватаясь за сетку ракетки Аарона. Аарон почувствовал, как внутри вскипает инстинктивное сопротивление. Он сжал пальцы на рукояти сильнее, оскалившись в ответ. Ему было плевать на разницу в статусах — Миньярды не склонялись перед чужими узлами. — У тебя глаза раскосые или мозг жиром заплыл? — с ядом выплюнул Аарон. — Это ты весь матч таскался за мной как побитая псина, пытаясь прижать к борту. Свои альфа-замашки оставь для тех, кто на них ведется. Гул стадиона заставлял перекрикивать толпу. Неизвестно, чем бы закончилась эта стычка, если бы рядом не материализовалась знакомая фигура. — Отпусти его, — приказ прозвучал тихо, но в нем лязгнула сталь. Нил стоял в паре шагов, держа шлем под мышкой. Его присутствие мгновенно изменило атмосферу. В воздухе, перебивая вонь Джоэля, разлился резкий, сухой запах дыма и гари — запах альфы, готового к нападению. Аарон поморщился от этого коктейля ароматов: гарь Нила была слишком интенсивной, заставляя его омежьи инстинкты нервно дергаться. Джоэль, почувствовав настоящую угрозу, цокнул языком и резко отпустил сетку. Ракетка едва не прилетела Аарону в лицо. Грязно выругавшись, Миньярд восстановил равновесие. Нил бросил на него короткий, оценивающий взгляд. — Сам бы справился, — огрызнулся Аарон, игнорируя немую поддержку капитана, и поплелся в сторону туннеля. На выходе с поля его тут же атаковал Ники. От него всегда пахло чем-то ярким и безопасным — смесью цитруса и легкого мускуса беты. — Отлепись, ты воняешь! — Аарон попытался оттолкнуть кузена, но тот лишь сильнее повис у него на шее, обволакивая своим успокаивающим теплом. — Вообще-то, от меня пахнет триумфом и лимонами, — гордо заявил Ники, игнорируя ворчание Аарона. — Ты был великолепен, Аари! В раздевалке их встретил Кевин. Он стоял у своего шкафчика, уже полураздетый. Дэй всегда источал властность, но сейчас, после победы, его феромоны буквально заполнили помещение. Это был тяжелый, горько-сладкий аромат темного шоколада и дорогого коньяка — запах удовлетворенного охотника. Аарон, сам того не желая, почувствовал, как его дыхание выравнивается, а бешено колотящееся сердце замедляет бег. Против биологии не попрешь: запах «своего» сильного альфы действовал на него как транквилизатор. — Я в душ, — коротко бросил Кевин, собирая вещи. Его взгляд на секунду задержался на Аароне, проверяя, цел ли тот, и Миньярд лишь коротко кивнул. Аарон дошел до своего шкафчика и обессиленно уперся лбом в холодный металл. Ники, заметив его состояние, быстро подхватил свои вещи. — Переведи дыхание, — ласково сказал он, и его цитрусовый запах стал чуть более мягким, обволакивающим. — Я быстро ополоснусь и вернусь. Аарон сполз на скамейку, закрыв глаза. Раздевалка медленно пустела, оставляя его в тишине, наполненной остатками адреналина и горьким шоколадом Кевиновской победы. Наконец-то его легкие начали работать нормально. Аарон быстро стянул потную джерси, стараясь не дышать глубоко. Блокаторы, которые он принял перед матчем, явно начали сдавать под натиском трех раундов бешеного адреналина. В раздевалке было пусто и тихо, лишь капал кран в дальнем углу. Он потянулся за чистой футболкой, когда тяжелая дверь за спиной с грохотом ударилась о стену. В проеме стоял Джоэль. Его альфа-аура была настолько тяжелой и липкой, что Аарону показалось, будто воздух в помещении мгновенно превратился в густой сироп. — Решил спрятаться, мелкий? — Джоэль оскалился, сокращая расстояние в два шага. Аарон не успел среагировать. Мощные ладони впечатали его в металлический шкафчик. Лязг металла отозвался резкой болью в позвоночнике. Джоэль навис сверху, блокируя любые пути к отступлению, обдавая Аарона своим едким, подавляющим запахом. — Ты заставил меня выглядеть идиотом перед судьями, — прорычал он, притираясь почти вплотную. — Теперь ты заплатишь. Аарон, не теряя времени, резко вскинул ногу и со всей дури впечатал колено в чашечку Джоэля. Тот взвыл, его нога подкосилась, но вместо того чтобы отпустить, он впал в ярость. Альфа мертвой хваткой вцепился в ворот толстовки Аарона, рванув его на себя с такой силой, что ткань затрещала. И вдруг Джоэль замер. Его ноздри судорожно дернулись. Он подался вперед, почти утыкаясь носом в шею Аарона, прямо над воротником, где под кожей бешено пульсировала вена. Аарон похолодел. Из-за физического истощения и стресса его тело начало предательски выделять феромоны, которые он так тщательно скрывал годами. Тонкий, едва уловимый аромат ледяной мяты и зимнего озона пробился сквозь ослабшие фильтры. Джоэль глубоко вдохнул, и его лицо исказилось от дикого, немого изумления. Он отстранился всего на пару сантиметров, глядя на Аарона так, будто у того выросла вторая голова. — Какого черта... — прошептал Джоэль, и его голос сорвался. — Мята? Ты... ты не бета? Все думали, ты просто дефектный бета... а ты чертов оме... Договорить он не успел. Чья-то рука в черной повязке мертвой хваткой вцепилась в загривок Джоэля. С резким, сухим хрустом его голову дернули назад и в сторону. Альфа, который был в два раза крупнее своего противника, вылетел из личного пространства Аарона, как тряпичная кукла, и с грохотом повалился на скамейки. Аарон, тяжело дыша и вцепившись пальцами в край шкафчика, поднял взгляд. Перед ним стоял Эндрю. От брата не пахло ничем — он всегда был мастером контроля, — но сама его аура вибрировала от холодного, расчетливого бешенства. Эндрю не смотрел на Аарона. Его пустой взгляд был прикован к Джоэлю, который пытался подняться, хватаясь за горло. — Ты тронул его, — голос Эндрю был пугающе тихим, лишенным всякой человечности. — Миньярд, ты не понимаешь! — прохрипел Джоэль, указывая дрожащим пальцем на Аарона, который все еще тяжело дышал у шкафчиков. — Твой брат... от него несет! Он чёртов омега! — взревел он, и этот крик, полный первобытного шока, эхом отразился от кафельных стен. Нил, стоявший чуть поодаль, резко замер. Его ноздри дрогнули. Как альфа, он обладал куда более острым чутьем, чем Эндрю, чей нос сейчас был забит запахами пота и медикаментов. Нил медленно перевел взгляд на Аарона. Тот застыл, сжав кулаки так, что побелели костяшки. В воздухе, сквозь плотную завесу блокаторов, едва заметно пробился тонкий, острый аромат ледяной мяты. Черт бы драл этого Джостена и его инстинкты. — Закрой рот, пока я не вырвал тебе язык, — перебил его Эндрю. Для него слова Джоэля были просто грязным оскорблением, попыткой унизить его брата, назвав его «слабым звеном» в их иерархии. — Использовать такие сказки, чтобы оправдать свою никчемность на поле? Жалко. Эндрю медленно вытащил нож. Щелчок лезвия прозвучал в тишине раздевалки как финальный аккорд. — Нет, Эндрю... — Нил сделал шаг вперед, но не к Эндрю, а преграждая путь Аарону, словно защищая его от лишних глаз. Он принюхался и нахмурился. В этот момент дверь с грохотом распахнулась. В раздевалку влетели Ники и Кевин, привлеченные тяжелыми, агрессивными волнами феромонов, которые начали просачиваться в коридор. — Аарон! — Ники бросился к кузену, хватая его за плечи и лихорадочно осматривая на предмет травм. — Видишь, даже твой пёс подтверждает! — запыхтел Джоэль, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией. — И какой ты ему после этого брат, если не знаешь, что этот мелкий ублюдок — омега?! Договорить он не успел — кулак Эндрю с глухим звуком врезался ему под дых, вышибая остатки воздуха. Джоэль рухнул на колени, хватаясь за живот. Ники в шоке замер, его руки на плечах Аарона дрогнули. Кевин, стоявший у двери, медленно снял наушники, и его лицо исказилось от непонимания. Запах Эндрю — холодный, стальной — начал подавлять всё в радиусе трех метров. — Нил, останови Эндрю! — взмолился Ники, хватая Аарона за локоть и пытаясь увести его прочь от назревающей бойни. Его собственные бетские чувства кричали об опасности. — Нет, — твердо отрезал Нил. Он сложил руки на груди, игнорируя вопросительный взгляд Кевина и полный ужаса взор Ники. — Он это заслужил. Джостен смотрел на Джоэля, который теперь буквально вжимался в пол под ледяным взором Эндрю. — Нил, ну умоляю, не глупи! — Ники почти в панике потянул Аарона к выходу. — Нам нужно уходить, сейчас же! Он вытащил Аарона в коридор. Защитник раздраженно вырвал руку, поправляя лямку рюкзака. Навстречу им шагнул Кевин. Его привычный запах дорогого коньяка сейчас стал терпким и горьким — Дэй был на грани паники, и его альфа-беспокойство буквально душило. — Всё хорошо? — спросил Кевин, и его голос звучал неестественно низко. Аарон закатил глаза, хотя его сердце всё еще колотилось о ребра. — Да, заебись. Пытались придушить, а так в принципе всё нормально, — процедил он, обливая Кевина привычной порцией сарказма. — Что там? — он кивнул на закрытую дверь раздевалки. — Надеюсь, этот ублюдок там выживет, иначе нам не избежать проблем с комиссией. Он не успел договорить. Дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о ограничитель. Первым вышел Нил — его лицо было абсолютно непроницаемым, а взгляд — пустым. Следом за ним, как вестник апокалипсиса, шагнул Эндрю, от его лица у Аарона пробежали колючие мурашки. Его костяшки были в крови, но взгляд... взгляд был прикован к Аарону. Эндрю не сказал ни слова. Он просто подошел и, игнорируя протестующий возглас Ники, мертвой хваткой вцепился в плечо Аарона — прямо за лямку рюкзака. — Эй! Отпусти! — рявкнул Аарон, пытаясь вырваться. — Какого хрена, Эндрю?! Но Эндрю был скалой. Он молча развернул брата и потащил его по коридору в сторону парковки. Его движения были резкими, механическими. — Эндрю, остановись! Ты ему плечо вывернешь! — крикнул вслед Ники, но Кевин придержал его за руку, понимая, что сейчас лучше не лезть под горячую руку. — Заткнись, Ники, — бросил Эндрю через плечо, не замедляя шага. Аарон брыкался, сыпался нецензурной речью и пытался ударить брата по руке, но Эндрю словно не чувствовал боли. Он тащил его мимо удивленных охранников и случайных фанатов, прямо к черной «Мазерати», стоявшей на VIP-парковке. — Ты совсем спятил?! — орал Аарон, когда они достигли машины. — Я тебе не девка, чтобы меня так таскать! Эндрю! Эндрю рывком открыл пассажирскую дверь и буквально впихнул Аарона внутрь. — Сядь. И. Заткнись, — прочеканил он, нависая над братом. Его взгляд был настолько тяжелым, что Аарон на секунду забыл, как дышать. В этом взгляде не было знания о том, что Аарон омега. Там была только ярость на то, что кто-то посмел коснуться его собственности. И где-то в глубине — зарождающееся, пугающее сомнение. Эндрю захлопнул дверь, обошел машину и сел за руль. Нил уже устраивался на переднем сиденье, сохраняя гробовое молчание, Ники и Дэй устроились по бокам Аарона, нервируя его ещё больше. Двигатель «Мазерати» взревел, и машина сорвалась с места, оставляя позади стадион и все вопросы, на которые Аарону так не хотелось отвечать.

***

Когда «Мазерати» замерла у входа в общежитие, Аарон первым вывалился из салона, фактически вытолкнув выходящего Кевина плечом. Услышав за спиной отборную брань Дэя, он даже не обернулся. Его мутило. Сочетание адреналинового отката, тяжелого воздуха в машине и того, как его зажали между двумя альфами, превратило его внутренности в тугой узел. Аарон судорожно расстегнул бордовую зипку, подставляя шею прохладному вечернему воздуху. Тяжесть чуть спала, но не успел он сделать и шага, как в лямку его рюкзака снова вцепились мертвой хваткой. — Идем, — отрезал Эндрю. Это был не призыв, а конвоирование. Нил, бесшумно оказавшийся рядом, перекрыл путь к отступлению. — Не упирайся, — ровно произнес он. В его глазах не было угрозы, только странная, давящая серьезность. — А ты мне не указывай! — рявкнул Аарон, но все равно поплелся за братом. Спорить не было сил, а инстинкты, обостренные до предела, шептали, что сейчас лучше быть в стае, чем снаружи. Зайдя в блок, Эндрю сразу потащил его в свою комнату. Нил, замыкающий процессию, зашел последним и с сухим щелчком повернул замок. Аарон напрягся. Эндрю резко отпустил его и развернулся, обдавая волной ледяного спокойствия. Он наклонился неприлично близко, почти вплотную к шее Аарона, глубоко вдыхая. Его лицо на мгновение застыло, превратившись в восковую маску. — А обязательно вообще… — начал было Аарон, пытаясь отшутиться, но Эндрю брезгливо сморщился и схватил его за воротник зипки. — Сними её. Живо, — в его голосе прорезалось рычание. — Нет, это моя любимая кофта! — запротестовал Аарон, вцепившись в ткань. — Она воняет им, — подал голос Нил. Он стоял у окна, скрестив руки. Его взгляд был тяжелым. — Ты идиот или самоубийца? От тебя несет чужим, грязным альфой. Аарон с великим одолжением скинул рюкзак и стянул кофту. Стоило ей оказаться в его руках, как Эндрю вырвал её с корнем и, не глядя, швырнул в ванную комнату, подальше от жилого пространства. Тут же Аарону в лицо прилетела целая охапка вещей — тяжелых, пропахших Эндрю: табаком, порошком и чем-то металлическим. — Переодевайся, — приказал Эндрю. — Чего?! Прямо тут?! — Аарон вскинул глаза на Нила. Тот, тяжело вздохнув, просто отвернулся к стене. — Да, — бросил Эндрю, толкая Аарона в сторону кровати. Брат начал странно суетиться: он не просто кидал вещи, он укладывал их вокруг Аарона, создавая подобие кокона из своих толстовок и футболок. Аарон, уже стянувший футболку и оставшийся с обнаженным торсом, замер. В его ореховых глазах мелькнула растерянность, смешанная с узнаванием. — Эм… Эндрю? Ты что, гнездишься? — Заткнись нахер и переодевайся, — выплюнул Эндрю, не прекращая своего занятия. Возле него материализовался Джостен. Он мягко положил руку на спину Эндрю, и Аарон почувствовал, как по комнате разливается теплая волна феромонов Нила — дым и лес. Успокаивающее воздействие альфы на альфу. — Спокойно, — тихо произнес Нил. — Запах того ублюдка почти выветрился. Мы его перекроем. Аарон, быстро натянувший спортивный комплект брата, который был ему слегка великоват, попытался выбраться из этого текстильного заграждения, но его тут же осадили. — Сядь! — гаркнули Эндрю и Нил в унисон. Только если Джостен звучал предупреждающе, то Эндрю — как разъяренный зверь. Аарон сжал зубы. От избытка эмоций и чужих запахов волосы на загривке встали дыбом. Его собственная омежья натура начала бунтовать. — А то что?! Будете меня насильно тут держать?! — он нахмурился, чувствуя, как в горле встает ком. В этот момент в дверь настойчиво постучали. Троица замерла. Нил принюхался. — Это Кевин. Эндрю коротко кивнул. Стоило Джостену приоткрыть дверь, как в комнату ворвался запах выдержанного коньяка — настолько интенсивный и острый, что у Аарона потемнело в глазах. — Кхе! — закашлялся Аарон, закрывая нос ладонью. — Дэй, ты тупой?! Убавь напор! Кевин, чье лицо было перекошено от ярости и беспокойства, даже не подумал смягчаться. — Это тебе за то, что пнул меня у машины! — выплюнул он, входя внутрь. — Какие мы нежные, — прошипел Аарон, но тут же охнул и схватился за грудь. Воздух в комнате стал невыносимым. Смесь темного шоколада, коньяка, гари Нила и стерильной прохлады Эндрю давила на него бетонной плитой. Его собственные феромоны — холодная мята и сливки — начали метаться в этом флаконе, доводя его до тошноты. — Меня сейчас стошнит, — выдавил он, отворачиваясь к окну. Нил мгновенно оказался у рамы, хватаясь за ручку, но Кевин рявкнул: — Не открывай! Если уличный воздух всё это разбавит, запах Джоэля снова станет отчетливым. Будет только хуже! Аарон сел обратно на кровать, чувствуя, как кружится голова. Нил, заметив его бледность, непроизвольно усилил выброс успокаивающего запаха. — Фу! — Аарон показательно зажал нос. — Джостен, прекрати меня «убаюкивать», это мерзко! Нил явно оскорбился, но от окна не отошел, продолжая бдительно следить за состоянием омеги. — Аарон, успокойся, — Кевин начал стягивать джерси, обнажая мощные плечи. — От тебя за километр несет тревогой и злостью. Именно ты сейчас портишь воздух в комнате! Аарон зло зыркнул на Дэя из-под лобья и молча показал ему средний палец. Ему было физически плохо — кости ломило, а внизу живота начал зарождаться тянущий жар. Он попытался встать, чтобы уйти в ванную и умыться ледяной водой, но подошедший Эндрю тяжелой рукой усадил его обратно в «гнездо». — Ты никуда не пойдешь, — произнес Эндрю, и на этот раз в его голосе не было злости. Только глухая, инстинктивная потребность спрятать своего омегу от всего мира. — Сиди здесь. Пока я не разрешу. Аарон снова дернулся, но рука Эндрю на его плече была как стальной капкан. Пальцы брата впились в ключицу, принуждая остаться на месте. Внутри этого импровизированного кокона из черных толстовок и тяжелых тканей Аарону начало казаться, что он тонет. — Эндрю, пусти, мне… мне нечем дышать, — прохрипел Аарон. Его собственный голос казался ему чужим, надтреснутым. Запах мяты в воздухе стал резким, почти колючим — так пахнет страх омеги, загнанного в угол. Эндрю замер. Его зрачки расширились, поглощая радужку, и он придвинулся еще ближе, почти касаясь носом виска брата. Он не просто вдыхал — он запечатлевал этот запах, проверяя его на наличие «чужака». — Ты никуда не уйдешь, пока от тебя не перестанет вонять этим мусором, — прорычал Эндрю прямо ему в ухо. Кевин, стоявший у изножья кровати, вдруг резко замолчал. Его гневный коньячный шлейф сменился чем-то более тяжелым и озабоченным. Он присмотрелся к лицу Аарона: к лихорадочному румянцу на скулах и влажному блеску глаз. — Эндрю, осади, — негромко сказал Кевин. — Ты его задавишь. Посмотри на него, у него предтечка начинается из-за стресса. Если мы сейчас все не уберем свои феромоны, он просто потеряет сознание от гиперстимуляции. — Пошел нахер Дэй, — огрызнулся Эндрю, но руку чуть ослабил, переводя взгляд на шею Аарона, где из-под воротника выбивался край блокаторного пластыря. Нил, всё это время стоявший у окна, сделал шаг вперед. Его спокойный лесной запах окутал комнату мягким туманом, пытаясь разбавить агрессивный коньяк Кевина и стальной холод Эндрю. — Кевин прав, — Нил подошел к кровати и присел на корточки перед Аароном. — Аарон, посмотри на меня. Аарон с трудом сфокусировал взгляд на Джостене. Тот выглядел пугающе спокойным. — Дыши глубже. Мы не причиним тебе вреда. Эндрю просто… — Нил запнулся, подбирая слово, — он в режиме защиты. Его инстинкты переклинило после того, что сказал Джоэль. — Я не омега, — из последних сил выдавил Аарон, хотя его тело предательски задрожало, когда рука Эндрю скользнула с плеча на затылок, притягивая его голову к своему плечу. — Это ошибка… он всё наврал… — Ври кому-нибудь другому, — бросил Кевин, садясь на стул напротив. Он заметно приглушил свой запах, и Аарону стало капельку легче. — Твои железы сейчас буквально кричат о том, кто ты. Мы все это чувствуем. Вопрос только в том, как ты умудрялся скрывать это столько лет под носом у Эндрю. Эндрю издал низкий, предупреждающий звук, похожий на рычание. Он потянул на себя одну из своих курток и буквально обмотал ею плечи Аарона, накрывая его сверху, как щитом. — Он мой, — выдохнул Эндрю. — Моя кровь. Моя стая. Никто больше не коснется его. Аарон почувствовал, как по щеке скатилась горячая слеза. Это было унизительно. Его, взрослого мужчину, будущего врача, заперли в гнезде и обнюхивают, как котенка. Но в то же время, где-то глубоко внутри, та часть его, которую он подавлял таблетками годами, наконец-то почувствовала себя в безопасности. Тяжелые запахи брата и его «стаи» создавали непроницаемый барьер. — Мне нужно принять подавители, — прошептал Аарон, утыкаясь носом в жесткую ткань куртки Эндрю. — Они в рюкзаке… Нил тут же потянулся к сумке Аарона, лежащей на полу, но рука Эндрю перехватила его запястье. — Нет. Никакой химии. Не сегодня. — Эндрю, ты с ума сошел? — Кевин подался вперед. — Если он не примет их, его накроет прямо здесь. Ты понимаешь, что это значит для трех альф в одной комнате? Эндрю поднял взгляд на Кевина. Его глаза были абсолютно черными. — Я сказал — нет. Его организм истощен. Он проспит это. А вы двое… — Эндрю посмотрел на Нила и Кевина так, что у последнего пошли мурашки по коже. — Если хоть одна ваша молекула запаха изменится на «голодную», я вырежу вам гланды. Нил сел ближе к Эндрю обдавая его запахом, из-за чего Аарон сидевший рядом дрогнул. — Мы поняли, Эндрю. Мы просто побудем здесь. Поможем тебе удерживать периметр. Аарон почувствовал, как сознание начинает уплывать. Жар внизу живота стал тупым и сонным. Он перестал бороться и просто обмяк в руках брата. Последним, что он запомнил, было то, как Кевин тихо закрыл шторы. — Спи, — это было последнее, что он услышал, прежде чем тьма окончательно поглотила его.

***

— И как это вообще могло произойти? — едва слышно прошептал Кевин. Он сидел на низком пуфике, не отрывая взгляда от Аарона, который неподвижно лежал уже двенадцать часов. Тревога в комнате была почти осязаемой. Эбби, которую Нил вызвал посреди ночи, почувствовала жар, исходящий от Аарона, еще в коридоре. Тот горел. Его кожа была влажной от пота, но он даже не вздрагивал, пребывая в глубоком, пугающем оцепенении. — Нил, помоги мне, — скомандовала Эбби. Под прицелом четырех пар глаз она чувствовала себя как на допросе. Эндрю замер в углу, его лицо напоминало посмертную маску, а аура была настолько колючей, что Ваймак превентивно держал его за плечо, не давая сорваться в сторону врача. Тренер понимал: сейчас Эндрю — это взведенный курок, и любое лишнее движение рядом с его близнецом может спровоцировать выстрел. — Ничего с ним не случится, — хмуро заверил тренер, глядя, как Нил осторожно приподнимает Аарона за плечи, удерживая его в сидячем положении. Эбби принялась умело прощупывать триггерные точки на шее и ключицах — там, где располагались наиболее чувствительные железы. — Это нормально, что он так долго не двигается? — подал голос Дэй из угла. — Он лежит в одной позе уже полсуток. Ни единого жеста, ни вздоха во сне. Эбби обеспокоенно поджала губы, застегивая ворот спортивной кофты Аарона обратно. — После стольких лет на лошадиных дозах блокаторов и подавителей? Я удивлена, что его организм просто не сдался раньше. Это не просто сон, Кевин. Это системный сбой. Пожалуйста, наклони его голову. Нил послушно прижал Аарона к своему плечу. Его альфа-запах — спокойный, дымный — действовал как мягкий фильтр. Он аккуратно придержал челюсть Аарона, позволяя Эбби растереть лимфоузлы и проверить реакцию зрачков. Закончив, врач кивнула, и Нил бережно уложил Аарона обратно, снова укрывая его слоями вещей Эндрю и тяжелым одеялом. — Что я могу сказать... — Эбби стянула медицинскую маску и принялась снимать перчатки. — Когда он придет в себя — а это случится не раньше, чем через сутки, — ему понадобится полный курс восстановления. Последствия многолетнего подавления природы будут тяжелыми. Возможны гормональные скачки и сильные побочные эффекты. — Насколько всё плохо? — Ники, стоявший у двери, выглядел так, будто сам готов был упасть в обморок. — Покажут только обследования, — отрезала Эбби, вставая рядом с Ваймаком. Аарон вдруг сонно дернулся, и Нил, сидевший на краю кровати, на автомате сжал его холодную ладонь. — Когда он проснется: теплый душ, плотная еда и никакого давления. Ему нужно прийти в себя в покое. Дальше будем смотреть по состоянию. — Хорошо. Спасибо, Эбби, — подавленно отозвался Хэммик, глядя на пугающе умиротворенное лицо кузена.

***

Прошло еще шесть часов, прежде чем тишину комнаты нарушил сухой, надтреснутый кашель. Эндрю, который всё это время сидел в кресле напротив кровати, не смыкая глаз, мгновенно оказался рядом. Его рука замерла в сантиметре от лица Аарона. Аарон медленно открыл глаза. Мир вокруг него плыл. Первое, что он почувствовал — это чудовищная, невыносимая тяжесть собственного тела. Каждая клетка ныла, а во рту было сухо, словно он жевал песок. Но хуже всего были запахи. Они обрушились на него лавиной: сталь Эндрю, коньяк Кевина, дым Нила. — Э... — Аарон попытался что-то сказать, но горло сковало судорогой. — Не дергайся, — голос Эндрю был непривычно тихим, лишенным его обычной колючести. — Пей. К губам Аарона прижали стакан с водой. Он пил жадно, захлебываясь, пока Эндрю придерживал его за затылок. Когда стакан опустел, Аарон наконец смог сфокусировать взгляд. Он увидел Эндрю, за спиной которого маячили Нил и Кевин. Все трое выглядели так, будто провели неделю в окопах. — Ты... — Аарон зажмурился, вспоминая события в раздевалке. — Вы... всё знаете. В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Кевин отвел взгляд, Нил чуть заметно кивнул. Эндрю же продолжал сверлить брата взглядом, в котором читалось столько невысказанных вопросов, что Аарону захотелось снова провалиться в беспамятство что кстати и случилось, стоило Аарону сложить голову на подушку. Эндрю нахмурился и сложил два пальца на сонной артерии близнеца. Пульс есть. Он убрал руку и снова сел на своё место. Нил поправил его одеяла и лег на соседнюю кровать.

***

— Жарко… — прошептал Аарон, с трудом выныривая из-под наслоения тяжелых одеял. Мир перед глазами всё еще шел рябью, но первое, с чем он столкнулся, были пронзительные голубые глаза. Нил, сидевший на пуфике в углу, мгновенно выпрямился, уловив движение. — Пить хочешь? — голос Джостена звучал приглушенно. Аарон смазанно кивнул. Нил подошел к кулеру и наполнил стакан чистой водой. Когда он протянул его Аарону, тот заметил, как сильно дрожат его собственные руки. Чисто из упрямства он обхватил стакан обеими ладонями, стараясь не расплескать воду, и начал делать жадные, шумные глотки. Ледяная жидкость обожгла пересохшее горло, возвращая подобие ясности. Закончив, он вернул стакан Нилу и свесил ноги с кровати. В комнате было пусто, прохладно и непривычно тихо. — Где все? — прохрипел Аарон. Ему жизненно необходимо было смыть с себя этот липкий слой пота и чужих ожиданий. Он чувствовал себя грязным до самых костей. — Ваймак увез Ники и Кевина на тренировку, чтобы не создавали толпу, — ответил Нил, внимательно следя за каждым его микродвижением. — Эндрю ушел за едой. Аарон попытался встать, но его колени, ставшие мягкими, как вата, подогнулись в ту же секунду. Он уже приготовился встретиться лицом с полом, но крепкие руки Джостена подхватили его за плечи. — Ты так себе нос сломаешь, — прошипел Нил, удерживая его. Без лишних слов он перекинул руку Аарона через свое плечо, а вторую уверенно устроил на его талии. — Идем. Тебе нужно отмыться. — Боже, я будто из канавы вылез, — прошептал Аарон, опираясь на Нила сильнее, чем хотел бы признать. — Всё не настолько плохо, — отозвался Нил, и в его голосе промелькнула странная смесь поддержки и иронии. — Видел я канавы и похуже. Эта — хотя бы пахнет мятой. В ванной комнате было влажно и душно. Нил усадил Аарона на закрытую крышку унитаза и включил воду, настраивая комфортную температуру. Аарон сидел, опустив голову, и чувствовал, как от малейшего усилия кружится голова. Нил мягко убрал слипшиеся волосы со лба. — Я сам, — буркнул он, когда Нил начал помогать ему стягивать пропотевшую футболку. — Не строй из себя героя, Миньярд. Ты едва дышишь, — Нил был непреклонен. Он действовал удивительно бережно и профессионально, словно для него не было ничего странного в том, чтобы помогать другому мужчине. Нил помог ему зайти в душевую кабину и, видя, что Аарон едва держится на ногах, просто встал рядом, позволяя омеге опереться на себя, пока потоки теплой воды смывали соль, пот и остатки блокаторов. Запах мяты и озона начал раскрываться — чистый, свежий, без примеси страха. Нил намылил губку и быстро, без лишних касаний, прошелся по спине Аарона. Для Аарона это было странно: он ожидал брезгливости или неловкости, но Нил был как скала — спокойным и функциональным. Когда они закончили, Нил обмотал Аарона огромным пушистым полотенцем и вывел обратно в комнату. Пока Аарон, тяжело дыша, сидел в кресле, Нил с поразительной скоростью содрал с кровати влажное белье. Несколько ловких движений — и на матрасе уже красовались свежие, хрустящие простыни, пахнущие чистотой. — Надень это, — Нил протянул ему чистые боксеры и мягкие серые штаны. — И вот, — он набросил на плечи Аарона огромную толстовку Эндрю. Она была такой большой, что Аарон почти утонул в ней, но знакомый запах брата подействовал лучше любого лекарства. Спустя десять минут Аарон уже лежал в свежей постели. Перед ним на прикроватном столике стояла тарелка с легким куриным бульоном и пара тостов. — Ешь. Эбби сказала, что твой сахар в крови сейчас ниже плинтуса, — Нил сел на край кровати, открывая ноутбук. Аарон послушно начал есть. Бульон казался самой вкусной вещью на свете. Тепло медленно разливалось по венам, унимая дрожь в мышцах. Когда тарелка опустела, Нил придвинул ноутбук поближе, устраивая его на одеяле между ними. — Эндрю сказал, что если ты проснешься, тебе нельзя давать нагружать мозг, — Нил листал список фильмов. — Так что никакой медицины и никаких новостей. Выбирай: какой-то глупый боевик или документалка про дикую природу? — Боевик, — хмыкнул Аарон, поудобнее устраиваясь на подушках. — Хочу посмотреть, как кто-то другой огребает вместо меня. Нил негромко рассмеялся и включил фильм. Свет в комнате был приглушен, только яркий экран ноутбука выхватывал их лица из темноты. Аарон чувствовал, как постепенно уходит тревога. Рядом был Нил — альфа, который не пытался его подавить. Который просто был здесь, пахнущий лесом и защитой. Под звуки экранных взрывов и криков Аарон почувствовал, как его веки снова тяжелеют. Он не заметил, как его голова склонилась к плечу Нила. Джостен на мгновение замер, но не отодвинулся. Напротив, он чуть сбавил звук и позволил омеге найти опору.

***

— И как, собственно говоря, так получилось? — Кевин сложил руки на груди, не сводя глаз с Аарона. Тот сидел на кровати, скрестив ноги, и сосредоточенно жевал суши. В комнате витал тонкий запах мяты и морозного воздуха, который буквально освежал кожу, а между этими острыми нотами просачивался едва уловимый, нежный аромат сливок. Он ощущался на языке как жидкий шёлк, смягчая колючую ауру Миньярда. — В отличие от «нормальных» детей, я узнал свой вторичный пол гораздо позже, — Аарон проглотил кусочек ролла и макнул следующий в соевый соус с таким видом, будто читал лекцию по анатомии. — Думаю, не нужно объяснять, почему гормоны решили подождать. Моему организму было слегка не до биологического созревания, пока Тильда использовала меня как боксерскую грушу или мишень для бутылок. — Травматическая задержка развития, — подытожил Нил, развалившийся на пуфике. — Твое тело просто решило, что превращаться в омегу в том доме — это верный способ самоубийства. — О, неужели «наркоман» научился пользоваться мозгом? — Аарон ядовито прищурился. — Именно. А когда я наконец прошел тесты в шестнадцать, результаты показали, что я — бета. Причём на целых девяносто девять процентов. — Видимо, оставшийся один процент оказался самым упрямым в мире, — заметил Нил, лениво подперев голову рукой. — Впрочем, учитывая твой характер, я не удивлен. Ты даже законы природы умудрился послать куда подальше. Аарон закатил глаза, игнорируя сарказм Джостена, хотя в уголках его губ на мгновение дернулась тень ухмылки. — Я и сам в это верил. Пока на одной из вечеринок у «друзей» на первом курсе мне внезапно не стало плохо. Я думал — отравление или паническая атака. Оказалось — первая течка. Хреновое вышло посвящение в студенты. — Восемь лет, Аарон, — голос Эндрю разрезал воздух, как лезвие. В нем не было ярости, только пугающая, выжженная пустота. — Восемь лет ты глотал эту дрянь. Прямо у меня под носом. Каждый день. Аарон замер, не донеся палочки до рта. Напряжение между близнецами стало почти осязаемым, вытесняя запах мяты стальным ароматом Эндрю. — Мне нужно было быть нормальным, — прохрипел Аарон, глядя в тарелку. — Не быть… этим. Как вы. Не зависеть от гонов, узлов и чужого настроения. Я хотел быть врачом, а не «ценным ресурсом» для какого-нибудь альфы с замашками тирана. — Ты чуть не убил себя, идиот, — Кевин сделал шаг из тени. Его запах коньяка стал мягче, приобретая нотки искреннего сожаления и горечи. — Твои показатели были на нуле. Эбби сказала, еще пара месяцев в таком режиме — и твое сердце просто бы остановилось. Ты бы сдох ради того, чтобы просто казаться «обычным»? Аарон криво ухмыльнулся. Эта гримаса больше походила на оскал зверя, попавшего в капкан. — Зато никто не знал. Никто не смел смотреть на меня с жалостью. Никто не видел во мне омегу, Кевин. Я был просто Аароном. — Теперь знают, — отрезал Эндрю. Он подошел вплотную и резко схватил Аарона за подбородок, заставляя поднять голову. Взгляд Эндрю был немигающим и тяжелым. — И теперь правила меняются. Ты расскажешь мне всё. Каждую таблетку. Каждое утро. Больше никаких секретов за моей спиной, Аарон. Никогда. Аарон почувствовал, как внутри закипает привычное раздражение, смешанное с облегчением, которое он так боялся признать. Он резко дернул головой, вырывая подбородок из пальцев брата, и с вызовом закинул в рот ролл, демонстративно работая челюстями. — Ого, — подал голос Нил, глядя на эту сцену. — Посмотрите-ка. Наш грозный защитник теперь официально в «гнезде». Эндрю, ты ему еще плед принеси и стакан теплого молока, чтобы картина была полной. — Заткнись, Джостен, — одновременно выплюнули близнецы. — Видишь? — Нил усмехнулся, глядя на Аарона. — Даже статус омеги не мешает тебе быть всё тем же невыносимым придурком. — Если ты сейчас не замолчишь, — процедил Аарон, проглатывая еду, — я проверю, насколько быстро альфы бегают с палочками для еды в заднице. — О, — Нил приподнял бровь, — кажется, агрессивная мята возвращается в строй. Тебе нужны силы, чтобы злиться на нас ближайшие сорок лет. Аарон фыркнул, но на этот раз запах сливок в воздухе стал чуть отчетливее. Ему всё еще было непривычно, но, глядя на эту невозможную компанию в своей комнате, он впервые подумал, что, возможно, быть «этим» — не так уж и смертельно.

***

Следующая неделя превратилась для Аарона в бесконечный цикл из стерильных коридоров, запаха антисептиков и унизительного ощущения собственной хрупкости. Но самым странным было не это. Самым странным было то, что он ни на секунду не оставался один. Куда бы он ни шел — на забор крови, на УЗИ или на консультацию к эндокринологу — за его спиной всегда слышались два типа шагов: тяжелые и уверенные Эндрю и бесшумные, кошачьи Нила. Утро первое. Лаборатория. В процедурном кабинете пахло озоном и спиртом. Медсестра-бета заметно нервничала, когда в тесную комнату вместо одного пациента ввалились трое. Эндрю сразу занял позицию у двери, скрестив руки на груди и превратившись в живое предупреждение. Нил прислонился к стене рядом с креслом Аарона, внимательно наблюдая за каждым движением шприца. — Кулачком поработайте, — пролепетала медсестра, стараясь не смотреть на Эндрю. — Я знаю, как это делается, я медик, — огрызнулся Аарон, хотя его лицо было бледнее простыни. Когда игла проколола кожу, Аарон непроизвольно дернулся. Его омежьи рецепторы, очищенные от химии, теперь воспринимали боль острее. Нил мгновенно сократил расстояние и, прежде чем Аарон успел возмутиться, просто положил ладонь ему на другое плечо. Запах леса и дыма окутал Аарона, притупляя укол. — Смотри на меня, Миньярд, — негромко сказал Нил. — Не на пробирку. Расскажи лучше, на какой странице учебника ты застрял, пока мы тут развлекаемся. — Пошел ты, Джостен, — выдохнул Аарон, но честно уставился в голубые глаза Нила, забыв о игле. — На патофизиологии. Которую я сейчас наглядно демонстрирую. — Девять пробирок, — подал голос Эндрю от двери. Его голос был холодным, но Аарон почувствовал, как брат чуть усилил свой «стальной» запах, создавая вокруг него защитный периметр. Медсестра сглотнула и быстро заклеила локтевой сгиб пластырем. День третий. УЗИ и обследование желез. Самым тяжелым было УЗИ органов малого таза и обследование шейных желез. Аарону пришлось раздеться до пояса и лечь на кушетку. В кабинете было прохладно, и его кожа мгновенно покрылась мурашками. — Посторонним нужно выйти, — строго сказала врач-омега, поправляя очки. — Нет, — отчеканил Эндрю. Он даже не шелохнулся. — Мы остаемся, — Нил подтвердил это кивком, усаживаясь на стул в углу так, словно собирался провести здесь вечность. Аарон прикрыл глаза рукой, чувствуя, как щеки заливает румянец. — Просто делайте свою работу, доктор. Они всё равно не уйдут, пока вы не вызовете спецназ. Врач вздохнула и начала водить холодным датчиком по животу Аарона. Экран показывал серые пятна, в которых Аарон, как будущий врач, без труда узнал свои истощенные яичники и воспаленные протоки желез. Десять лет блокаторов превратили его внутреннюю систему в выжженную пустыню. — Видите эти затемнения? — врач указывала на экран. — Ваша репродуктивная система в глубоком анабиозе. Гормональный фон нарушен настолько, что организму потребуется минимум полгода, чтобы просто понять, что ему больше не нужно бороться с ядом. Аарон молчал. Он чувствовал, как в комнате меняется воздух. Запах коньяка Кевина (который ждал в коридоре) и дыма Нила стал густым от горечи. Эндрю подошел ближе и просто положил руку на край кушетки, рядом с ладонью Аарона. Он не касался его, но его присутствие было тяжелым и надежным, как броня. — Он будет играть? — спросил Нил, и в его голосе впервые прорезалась тревога. — Если будет соблюдать режим и пройдет курс восстановления — да, — ответила врач. — Но никаких игр во время течек. Теперь они будут настоящими. И болезненными. — Мы проследим, — коротко бросил Эндрю. Вечер пятый. Результаты. Когда Эбби наконец собрала все анализы в одну папку, они снова сидели в медицинском блоке. Ваймак стоял у окна, Ники нервно теребил край футболки, а «монстры» в своем обычном составе оккупировали диван и кресла. — Печень в норме, почки выдержали, — начала Эбби, и в комнате все выдохнули. — Но гормоны... Аарон, твои эстрогены ниже, чем у беты в период менопаузы. Твое тело забыло, как быть омегой. Аарон сидел, втиснувшись между Эндрю и Нилом. Теперь, когда его запах сливок и мяты больше не подавлялся, он чувствовал себя слишком заметным. Каждое слово Эбби резало по животу. — Тебе придется пить витамины и специальные стимуляторы, чтобы запустить систему заново, — продолжала Эбби. — И самое важное: социальная адаптация. Твои инстинкты сейчас оголены. Тебе нужно чувствовать себя в безопасности. — Мы его не оставим, — Ники шмыгнул носом. — Мы сделаем ему самое крутое гнездо в мире. С кучей подушек и... — Хэммик, замолчи, пока я не запихал тебе эти подушки в глотку, — огрызнулся Аарон, но тут же почувствовал, как Нил слегка толкнул его плечом. — Расслабься, Миньярд. Тебе теперь официально разрешено капризничать, — Нил усмехнулся. — Хотя, честно говоря, разницы никто не заметит. Ты и так был самым вредным. — Заткнись, Абрам, — привычно отозвался Аарон, но в его голосе не было злости. Эндрю молча встал, забрал папку с результатами из рук Эбби и кивнул брату. — Идем. Тебе пора есть. И не вздумай завтра прятаться в библиотеке. Аарон поднялся, чувствуя, что ноги всё еще немного дрожат. Но зажатый между двумя альфами, он вдруг понял: возможно, он и стал «омегой» в глазах медицины, но в глазах этой стаи он остался тем же Аароном. Просто теперь за его спиной стоял не только его собственный гнев, но и их общая, нерушимая защита. — Пойдемте уже, — буркнул Аарон. — От вашего беспокойства в комнате уже дышать нечем. Коньяк Кевина скоро можно будет разливать по бутылкам и продавать как чистый яд. Кевин, ждавший у двери, лишь фыркнул, но первым пошел к выходу, расчищая путь для омеги. Мир изменился, но Лисы остались Лисами. Только теперь их запах стал чуть сложнее, а связи — крепче.

***

Восстановление после десяти лет на жестких блокаторах не было похоже на красивое пробуждение. Это была грязная, изматывающая работа. Кожа Аарона стала жирной из-за гормональной перестройки, его преследовали резкие перепады настроения — от глухой апатии до вспышек неконтролируемой агрессии, а обострившееся обоняние превращало каждую поездку в лифте в пытку. На тренировках он теперь выдыхался за двадцать минут. Кевин, на удивление, не орал, а молча замерял его пульс и следил за тем, чтобы Аарон не забывал пить изотоники. Эндрю и Нил стали постоянными спутниками. Это не было похоже на романтическую опеку — скорее на конвоирование ценного и очень хрупкого груза. Эндрю всегда шел чуть позади, контролируя спину, Нил — плечом к плечу, перекрывая Аарона от случайных касаний прохожих. Так и прошли два месяца. Аарон шел на восстановление и одновременно проходил гормональную терапию, играл, ходил на занятия успевая иногда спорить с деканами и даже успел сблизиться с Нилом с которым периодически он спорил и вёл словесные баталии. С Эндрю же Аарон всё время смотрел сомнительные дорамы которые рекомендовал им Ники и даже иногда подначивал Джозефа на спор, из-за неправильной траектории боевой позы или слишком фальшивой раны. Первый выезд в «Сумерки» после «разоблачения» прошел под знаком сенсорной перегрузки. В клубе пахло дешевым алкоголем, чужим возбуждением и жженой резиной. Аарон сидел за их привычным столиком, зажатый между Эндрю и Нилом. Слева сидел Эндрю, от которого пахло привычным стерильным холодом и металлом. Справа — Нил, источавший сухой, горьковатый аромат гари и хвои. В какой-то момент Аарон поймал себя на мысли, что эти два тяжелых запаха не душат его, как все остальные, а создают что-то вроде вакуумного купола. Внутри этого пространства его собственная мята переставала «звенеть» от тревоги, становясь мягкой и сливочной. — Ты бледный, — Нил наклонился к его уху, перекрывая музыку. Его рука легла на спинку дивана за плечами Аарона. Запах лесного пожара и дыма Нила смешался со сталью Эндрю, который сидел с другой стороны, прижимаясь бедром к бедру брата. — Я в норме, Джостен, — огрызнулся Аарон, но вместо привычного раздражения почувствовал странный импульс — прижаться к Нилу покрепче. — Просто голова немного кружится от этой вони вокруг. — Может тебе принести воды ? — обеспокоенно спросил Ники, пододвигаясь чуть ближе. —Нет, я сам схожу, — с такими словами Аарон поднялся и развернулся в сторону бара. — Мы сходим, а то ты своими ползками будешь тут полы мыть, — заметил Нил вскинув медовую бровь, на что Аарон показал ему средний палец. Конфликт случился в очереди к бару, когда Аарон пошел за водой. Какой-то крупный альфа, разгоряченный танцполом, бесцеремонно втиснулся перед ним, едва не сбив с ног. — Полегче, мелочь, — бросил тот, обдав Аарона запахом прогорклого жира и агрессии. Аарон уже открыл рот, чтобы выдать что-то язвительное, но тело среагировало быстрее мозга. Он инстинктивно вжался в подошедшего сзади Нила, а Эндрю уже перехватил руку незнакомца, который попытался оттолкнуть Аарона. В этот момент в воздухе что-то изменилось. Не было ярких вспышек, просто давление в радиусе двух метров резко подскочило. Запах Аарона — резкая, ледяная мята — внезапно вошел в идеальный резонанс с дымом Нила и сталью Эндрю. Это ощущалось как физический удар тока. Три разных аромата смешались усилиливая друг друга, создавая плотную, почти осязаемую стену доминирования. Альфа-незнакомец вдруг поперхнулся, его зрачки сузились, а колени заметно дрогнули. Он отступил, не в силах выдержать это совокупное давление, и буквально растворился в толпе. Аарон стоял, тяжело дыша, чувствуя, как по позвоночнику бежит странное, лихорадочное тепло. Его не трясло от страха. Наоборот, он чувствовал себя так, словно его только что подключили к мощному источнику питания. Запах сливок стал невыносимо густым, почти осязаемым, и в ту же секунду Аарон почувствовал, как глубоко внутри что-то с оглушительным звуком «щелкнуло». Это не было болью — скорее резким, коротким разрядом тока, который прошил позвоночник и связал его невидимыми, раскаленными нитями с двумя альфами по бокам. Воздух в клубе мгновенно закончился. — Кажется, я всё, — выдавил Аарон. Не дожидаясь ответа, он резко развернулся и бросился к чёрному входу, буквально расталкивая танцующих. Он чувствовал себя так, словно его внутренности переплавляли в жидкое золото. Выскочив на улицу, Аарон едва не рухнул. Он жадно вдохнул ночной воздух, пахнущий сыростью и бетоном, и тяжело опустился на корточки, прижимаясь лбом к коленям. Железная дверь за спиной снова хлопнула, и в нос ударил резкий запах цитруса. — Аарон? — перед ним возник Ники. Он суетился, пытаясь заглянуть кузену в лицо, но Аарон лишь вяло отмахнулся, давая понять, что он в сознании. — Всё нормально? Ты выглядишь так, будто тебя сейчас вывернет наизнанку! — Ники сморщился, чувствуя, как от Аарона волнами исходит тяжелый, сладкий аромат созревшей омеги. — Вода… — прохрипел Аарон. С другой стороны чьи-то пальцы уже откручивали пластиковую крышку. Нил, возникший рядом как тень, отбросил крышку на асфальт и буквально впихнул бутылку в руки Аарона. — Пей быстрее, — скомандовал он. Аарон вцепился в пластик обеими руками, жадно глотая воду. По его телу расползалось странное возбуждение, смешанное с лихорадочной дрожью. — Да что со мной… — Аарон раздраженно откинул мокрые волосы назад. Его веки стали пудовыми, а движения — тягучими. Сонливость навалилась внезапно, словно по щелчку выключателя. — Ты что, засыпаешь?! — Нил вскинул бровь и перехватил Аарона за шею, контролируя его вес, который всё больше смещался в сторону. — Я что, специально?! Меня… несет куда-то, — зло пробормотал Аарон. Он попытался встать, но в ушах оглушительно зазвенело, мир перед глазами накренился, и он почувствовал, как сильные руки подхватывают его под мышки, прижимая к горячему телу. — Зови Эндрю. Мы уезжаем, — бросил Нил Хэммику. Тот, не задавая лишних вопросов, скрылся за дверью клуба. Нил удерживал обмякшего Аарона, чувствуя, как по его собственным венам разливается странный жар. То, что произошло у бара, до сих пор отдавалось в груди пульсацией. Это была мощная, почти пугающая вспышка — будто его на мгновение окутали тончайшим шёлком, одновременно крепко и нежно обняв на клеточном уровне. Самое странное было в том, что он чувствовал: Аарон ощущает то же самое. Как будто между ними проложили кабель, по которому теперь беспрепятственно циркулировала общая энергия. Через минуту на парковке появился Эндрю. От него за километр разило сталью и подавленной агрессией — его альфа-инстинкты уже зафиксировали, что с «его» омегой что-то происходит. Он молча оценил состояние брата: бледная кожа, тяжелое, неритмичное дыхание и запах — такой сладкий, что зубы сводило. — Открывай, — коротко бросил Нил, когда они достигли черной «Мазерати». Эндрю щелкнул брелоком и открыл заднюю дверь. Нил, стараясь не тревожить Аарона, который уже окончательно провалился в тяжелое беспамятство, аккуратно занес его в салон. Аарон был пугающе горячим. Нил осторожно усадил его на заднее сиденье, придерживая за голову, чтобы та не мотнулась. Эндрю стоял рядом, его взгляд был немигающим и колючим. Он внимательно наблюдал за тем, как пальцы Нила на секунду задержались на шее Аарона, там, где пульсировала жилка. — Он горит, — произнес Нил, поднимая взгляд на Эндрю. — Это не просто стресс. Тот «щелчок»... он выбил его из колеи. Эндрю не ответил. Он подошел ближе, оттесняя Нила, и сам поправил воротник толстовки на брате. Его запах стали стал чуть тише, обволакивая салон машины защитным слоем. — Садись вперед, — приказал Эндрю. Нил кивнул и обошел машину. Кевин уже забирался на заднее сиденье, придвигаясь к Аарону, чтобы быть поближе, но тут же наткнулся на недвусмысленный взгляд Эндрю. Дэй вздохнул и остался на расстоянии вытянутой руки. — Что с ним? — обеспокоенно пробормотал Ники, который тоже успел добежать до машины и заглядывал через открытую заднюю дверь. Его цитрусовый запах был теперь едким от паники. — Он не может так просто отключаться! — Он может, — глухо ответил Эндрю. Он посмотрел на Ники и Кевина. — Никаких касаний. Он мой. И Нила. Эта фраза, сказанная с абсолютной уверенностью, заставила Ники и Кевина переглянуться. От слов Эндрю воздух в салоне Мазерати буквально сгустился, тяжелея от двух альфа-феромонов и одного омежьего. Они почувствовали этот резонанс — глухой, мощный, как раскат грома, — который теперь постоянно вибрировал вокруг Аарона. — Это… это истинная связь? — прошептал Кевин, его коньячный аромат стал еще более горьким. Он понимал, что это меняет всё. Эндрю сел за руль. — Кевин, Ники, живо в свою машину. Мы будем ждать вас у общежития. Аарон тихо застонал во сне, неосознанно потянувшись рукой к пустому месту рядом с собой. Эндрю мельком глянул в зеркало заднего вида. Его костяшки пальцев, сжимавших руль, побелели. Он не знал точно, что это за связь, но чувствовал: теперь они втроем заперты в одной клетке, и ключи от неё только что выбросили. — Поехали, — выдохнул Нил, глядя на дорогу. «Мазерати» сорвалась с места, оставляя позади шум Колумбии и двух ошеломленных товарищей. Вслед за ней тронулся и автомобиль Кевина, внутри которого царила напряженная тишина.

***

Аарон проснулся от ощущения непривычной лёгкости в теле и чистоты. Его собственный запах мяты и сливок казался невероятно свежим, почти хрустящим. Но эта чистота была обманчива — в комнате витали остаточные запахи: сталь и холод Эндрю, дым и гарь Нила, и тонкий, но настойчивый след коньяка Кевина и беспокойный запах Ники. Он лежал в своей постели, в своем привычном спортивном комплекте, но одеяло пахло Эндрю. Он поднял руку, чтобы потереть глаза, и замер: рядом с ним, на расстоянии вытянутой руки, на полу спал Нил, свернувшись калачиком. Эндрю, в своей привычной позе, сидел в кресле, уставившись в стену, но его глаза были открыты. На соседней кровати, накрытый одеялом, спал Кевин. Ники, кажется, остался в своей комнате. — Ну что, проснулся, « королева» красоты? — Голос Эндрю был низким и совершенно лишенным эмоций. Аарон приподнялся на локтях, ощущая тяжесть в голове. — Сколько я спал? — Сутки. Почти, — ответил Нил, поднимаясь с пола. Он выглядел помятым, но в его глазах не было ни раздражения, ни усталости. — Эбби ждёт тебя. «Ждёт» означало «требует». Аарон оделся в чистую одежду, которую ему подбросили на кровать — снова вещи Эндрю, которые сидели на нем чуть мешковато, но пахли безопасно. Они втроем отправились в медблок. Кевин, по приказу Эндрю, остался в комнате, чтобы "удерживать периметр". Эбби встретила их с серьезным лицом. Она не церемонилась, сразу выложив на стол распечатки анализов. Аарон, еще не до конца отошедший от последствий течки, чувствовал себя натянутой струной. — Аарон, причина, по которой ты пролежал без сознания, кроется не только в истощении организма, — начала Эбби, указывая на один из графиков. — Вот здесь, на графике феромонной активности, видно резкий всплеск. Это совпало с резонансом, который вы ощутили в клубе. Аарон нахмурился, вспоминая то странное, обволакивающее чувство. — И что это значит? — Это значит, что твоя омежья природа наконец-то признала своих. И, — Эбби сделала глубокий вдох, — биология не всегда следует правилам, Аарон. В вашем случае она решила наплевать на них полностью. Она повернула ноутбук. На экране Аарон увидел свои генетические маркеры. А затем — маркеры Эндрю и Нила. Три линии, которые в определённых точках сливались в одну. Он, как студент-медик, сразу понял, что это значит. Но его мозг отказывался это принимать. — Что это за хрень? — прошептал Аарон. — Это то, что в старой литературе называют «истинной триадой», — голос Эбби звучал непривычно тихо. — Ты, Аарон, и Эндрю, и Нил — вы истинные. Все трое. Ты для них, они оба для тебя и для друг друга. Одновременно. Мир перед глазами Аарона накренился. В одно мгновение исчезло всё: звуки, запахи, даже гравитация. Он почувствовал, как его ноги отказывают, и лишь чужие руки, оказавшиеся на его локтях, спасли его от падения. — Я… я не… — Аарон отшатнулся от Эбби, от этих слов, от самого себя. Он чувствовал, как его запах мяты, чистый и свежий, сейчас буквально кричит паникой. — Нет. Это невозможно. Я… я не какой-то там.. извращенец! Эндрю и Нил синхронно поймали его, не давая упасть. Эндрю прижал его к себе с одной стороны, Нил — с другой, образуя живой щит. Их запахи, сталь и дым, густыми волнами ударили в нос Аарона, заставляя замолчать. Не успокаивали, нет, но заставляли сосредоточиться на физическом присутствии. — Это не извращение, Аарон. Это крайне редкое явление. Почти миф, — Эбби пыталась звучать спокойно, но её голос дрожал. — Ваша генетическая совместимость достигает 99,8%. Это объясняет, почему ты не умер от блокаторов, и почему твое тело так быстро восстанавливается. Ты получал постоянную, бессознательную поддержку от их присутствия. — Нет, — горечно произнес Аарон, зарываясь пальцами в волосы. Нил и Эндрю просто смотрели на него и пытались переварить полученную информацию.

***

Первые дни после откровения были адом. Аарон чувствовал себя загнанным зверем. Он пытался избегать Эндрю и Нила, запирался в своей комнате, ходил на тренировки только с Кевином. Но это было бесполезно. Физически ему становилось хуже, если он проводил слишком много времени вдали от них. Его феромоны звенели тревогой, тело ныло, а голова болела от постоянного ощущения чужой, но такой необходимой пустоты. Однажды вечером, после очередной попытки сбежать в библиотеку, Аарон вернулся в пустую общую комнату. Он почувствовал себя не просто одиноким — его внутренности скрутило. В этот момент зазвонил телефон. Это был Эндрю. — Ты где? — Его голос был ровным, но Аарон почувствовал в нём стальное предупреждение. — В своей комнате, — Аарон сжал зубы. — И я не собираюсь выходить. — Через пять минут я зайду к тебе. И если ты не откроешь, я выломаю дверь. Аарон знал, что это не угроза, а обещание. Через пять минут Эндрю вошел. За ним, как всегда, маячил Нил. — Значит, это правда, — Аарон сидел на кровати, скрестив руки. Его мята в воздухе была колкой. — Мы… истинные. Это… отвратительно. Нил сел на край его кровати, игнорируя протестующий взгляд. — Отвратительно, что ты выжил? Отвратительно, что твое тело наконец-то работает правильно? Отвратительно, что ты больше не один? — Отвратительно, что я завишу от вас, — Аарон посмотрел на брата, затем на Нила. — От вас двоих. Я не хотел быть… ценным. Я не хотел быть омегой. Эндрю подошел к нему. Его лицо было как всегда непроницаемо, но его запах, который раньше был просто холодным металлом, теперь нес в себе иную ноту — глубокую, почти болезненную защитную привязанность. — Ты всегда был ценным, Аарон, — тихо произнес Эндрю. — Для меня. Не из-за твоего пола. И я не дам тебе умереть, пытаясь быть тем, кем ты не являешься. Аарон почувствовал, как Нил осторожно, почти незаметно, придвинулся ближе, и его запах дыма обволок, успокаивая часть паники. — Мы не будем тебя контролировать, — сказал Нил. — Мы не будем превращать тебя в куклу. Но мы будем рядом. Потому что так надо. Не только тебе. Но и нам. Эта откровенность, эта почти болезненная честность Нила, выбила Аарона из колеи. — Зачем вам это? Я… я всё равно останусь собой. Вредным. Саркастичным. Ненавидящим прикосновения. Эндрю едва заметно скривил губы. — Заткнись. Твоя вредность — это часть тебя. А прикосновения… ты привыкнешь. Или мы научимся не прикасаться. Медленно, через долгие разговоры, споры и молчаливые присутствия, они начали сближаться. Аарон больше не пытался убегать. Он позволял Эндрю сидеть рядом, когда учился, чувствуя его успокаивающую сталь. Он привык, что Нил бросал короткие, но проницательные взгляды, понимая его состояние без слов. Иногда, когда ему было особенно плохо, Аарон сам находил себя в их общей комнате, под слоями их одеял, впитывая их запахи, как губка. Откровения сыпались по крупицам. Аарон признался, что всегда чувствовал странное «право» на запахи Эндрю и Нила, даже когда ненавидел их. Нил рассказал, как впервые почувствовал «зов» к Эндрю, а потом и к Аарону, сам того не понимая. Эндрю… Эндрю просто был. Его действия говорили больше слов. Он начал оставлять Аарону свою одежду, приносил ему любимые суши, позволял Аарону опираться на себя, когда тот уставал на тренировках. Это было не то, что Аарон представлял себе как «счастливую» жизнь. Но это была его жизнь. И она, наконец, перестала быть одинокой.

***

Субботний вечер в общежитии Лисов обычно означал шум в общей комнате, но в спальне монстров воцарилась редкая, почти кощунственная тишина. Свет был выключен, и только синеватое мерцание ноутбука выхватывало из темноты переплетение тел на широкой кровати, которую они давно превратили в подобие общего гнезда. Аарон сидел посередине, утопая в огромной черной толстовке Эндрю. Его ноги, затянутые в мягкие спортивные штаны, бесцеремонно покоились на коленях Нила, а спиной он плотно прижимался к груди Эндрю. — Этот актер — идиот, — пробурчал Аарон, не глядя отправляя в рот горсть невыносимо соленых чипсов. — Кто в здравом уме пойдет в подвал, когда оттуда несет гнилью и слышны крики? Это противоречит любому инстинкту самосохранения. — Это называется «сюжетный ход», Миньярд, — отозвался Нил. Он лениво перебирал пальцами щиколотку Аарона, слегка поглаживая чувствительную кожу над краем носка. — Если бы все были такими же занудными прагматиками, как ты, фильмы заканчивались бы на пятой минуте. — Если бы все были такими, как ты, Джостен, жанр хоррора вообще бы не существовал, потому что ты бы сам вырезал маньяка еще до титров, — парировал Аарон, едва заметно улыбаясь в темноте. Эндрю, сидевший позади Аарона, издал негромкий согласный звук, похожий на мычание. Его руки были по-хозяйски обернуты вокруг талии брата, а подбородок покоился на его плече. От Эндрю исходил густой, успокаивающий запах стали, который теперь, в присутствии Нила, не казался холодным — он был согревающим. — Ешь свою пиццу и заткнись, — коротко бросил Эндрю. Он потянулся к коробке, стоящей прямо на одеяле, выудил кусок с пепперони и буквально ткнул им в губы Аарона. Аарон фыркнул, но кусок принял, чувствуя, как Нил сбоку развалился прямо у него на животе. Запах мяты и сливок Аарона, который раньше был колючим и тревожным, сейчас разливался по комнате мягким, тягучим шлейфом. Он чувствовал себя в абсолютной, почти физически ощутимой безопасности. Нил придвинулся ближе, переплетая свои пальцы с пальцами Аарона на его бедре. — Эй, — позвал он негромко. Аарон повернул голову, и Нил тут же поймал его губы коротким, но глубоким поцелуем. От Нила пахло лесом после дождя и той самой специфической гарью, которая теперь ассоциировалась у Аарона с домом. Поцелуй был со вкусом колы и соли, обыденный и в то же время невероятно интимный. — Фу, Джостен, у тебя рот в специях, — проворчал Аарон, отстраняясь, но тут же сам потянулся назад, притираясь носом к щеке Нила. Эндрю, не вынося того, что его игнорируют, развернул голову Аарона за подбородок к себе. Его взгляд в полумраке был немигающим и властным. Он не спрашивал разрешения — в их триаде «да» было подразумеваемым состоянием. Эндрю накрыл губы брата своими, медленно и требовательно, заставляя Аарона выдохнуть всё скопившееся за день напряжение прямо ему в рот. Ладонь Эндрю скользнула под толстовку Аарона, ложась на теплую кожу живота. Аарон вздрогнул, но не отстранился, а наоборот — сильнее вжался спиной в альфу, позволяя связи вибрировать на полную мощность. — Вы двое невыносимы, — прошептал Аарон, когда Эндрю наконец отпустил его, оставляя на губах легкое покалывание. — Ты любишь это, — Нил устроил голову на плече Аарона, глядя на экран, где очередная жертва маньяка совершала глупость. — Истинная связь, помнишь? Тебе положено страдать от нашей компании. — Я подам на биологию в суд за халатность, — буркнул Аарон, но его рука сама собой нашла затылок Эндрю, запуская пальцы в его короткие светлые волосы, а другая ладонь крепко сжала руку Нила. Джостен протянул руку и получив кивок от Эндрю, сжал другую руку Эндрю, он поднёс её к своим губам начиная медленно выцеловывать костяшки пальцев, чувствуя как Эндрю расслабляется под его нежностями. Аарон же сложил руку сверху руки Эндрю и массировал её, выпуская запах сливок, зная, как Эндрю успокаивается под запах сладости. Когда Нил закончил целовать руку Эндрю, он опустил её. Аарон привстал, потянулся к Нилу и оставил поцелуй на острой челюсти, следом укусив её, а потом слизав. — Хочу поцеловать Эндрю, — говорит Аарон и снова укладывается назад на бок Эндрю, который всё это время не убирал руку с его живота. — Позже, — обещает Эндрю, и Аарон не спорит. Нил же, обняв одной рукой Эндрю за плечи, кладёт другую на грудь Аарона, ощущая его спокойное дыхание. Они сидели так, переплетясь конечностями, споря из-за нелогичного поведения героев и деля одну коробку пиццы на троих. В воздухе стоял густой, сложный аромат: сталь, дым и сладкая морозная мята. Резонанс был тихим, почти неслышным, но он заполнял каждый уголок комнаты, превращая их в единое целое.

***

Дом в Колумбии всегда был их крепостью, но теперь, когда природа Аарона окончательно закрепилась в триаде, это место превратилось в настоящий храм их общей связи. За окном хлестал тяжелый осенний ливень, затягивая мир серой пеленой, но внутри гостиной было тепло и душно от избытка феромонов. Они не сидели на диване. Вместо этого они устроили огромное «гнездо» прямо на ковре перед камином, стащив туда все подушки и одеяла из спален. Аарон лежал на животе, обложившись учебниками по органической химии, но сосредоточиться не давали две увесистые туши по бокам. Нил полулежал слева, подпирая голову рукой и лениво листая какую-то спортивную газету, время от времени его рука методично и мягко поглаживала Аарона по лопаткам, забираясь пальцами под край футболки. — Если ты не перестанешь это делать, я никогда не дочитаю главу, — пробормотал Аарон, хотя его голос звучал скорее сонно, чем раздраженно. — Не ври, я же знаю тебе нравится — отозвался Нил. Он отложил газету и полностью переключил внимание на омегу. Нил подался вперед и прижался губами к чувствительному месту за ухом Аарона, глубоко вдыхая запах морозной мяты. Его собственный аромат — теплый, древесный, с нотками дыма — окутал Аарона, заставляя того непроизвольно выгнуть спину навстречу ласке. Нил не кусал, он просто оставил медленный, влажный след поцелуев вдоль челюсти Аарона, пока не добрался до угла его губ. — Ты слишком громко думаешь, Аарон, — прошептал Нил, прежде чем мягко, почти невинно лизнуть его нижнюю губу. — Расслабься. Эндрю, сидевший справа, до этого момента казался погруженным в свои мысли. Он листал книгу, но его взгляд был прикован к тому, как Нил «обрабатывает» их омегу. Эндрю не любил суеты, но его собственнические инстинкты сейчас вибрировали на высокой частоте. Он закрыл книгу и отбросил её в сторону. Без лишних слов Эндрю мягко перевернул Аарона за плечо, заставляя его перевернуться на спину. Аарон оказался зажат между ними: Нил навис слева, Эндрю — справа. — Да или нет? — спросил Эндрю, глядя Аарону прямо в глаза. Его голос был тихим, но в нем слышалась та самая редкая нежность, которую он позволял себе только в этих стенах. — Да, — выдохнул Аарон, чувствуя, как внутри всё сладко сжимается от предвкушения. Эндрю наклонился и прижался своим лбом ко лбу Аарона. Это был жест абсолютного доверия. Он медленно провел кончиком носа по щеке брата, «смывая» остатки тревоги своим стальным, защитным запахом. Когда его губы коснулись губ Аарона, это не было требованием. Это было обещание. Поцелуй был долгим, тягучим, со вкусом мяты и того самого металлического привкуса, который Аарон теперь обожал. Нил не остался в стороне. Его ладонь легла на грудь Аарона, прямо над сердцем, которое билось в унисон с их общими ритмами. Он начал покрывать поцелуями шею Аарона, оставляя едва заметные розовые пятна на бледной коже, ощущая как Аарон мычит в поцелуй. — Ты наш, — пробормотал Нил в изгиб плеча Аарона. — Слышишь? Весь. Целиком. Аарон зажмурился, запуская руки в волосы обоих альф — одной рукой в жесткие пряди Нила, другой в мягкие волосы Эндрю. — Я знаю, — хрипло ответил он. — Я никуда не ухожу. Эндрю внезапно перевел взгляд на Нила. Между двумя альфами проскочила искра понимания. Эндрю протянул руку через Аарона и схватил Нила за затылок, притягивая его для поцелуя. Аарон оказался в самом центре этого столкновения — он чувствовал, как их губы встречаются прямо над ним, как их запахи гари и стали смешиваются в единый, сокрушительный поток, который просто выключал его мозг. Это было странно и дико для любого постороннего, но для них это было единственно возможной правдой. Нил оторвался от Эндрю и, тяжело дыша, посмотрел на Аарона, чьи глаза были подернуты дымкой удовольствия. — Нам нужно больше одеял, — внезапно сказал Эндрю, отстраняясь лишь на дюйм. Его пальцы продолжали нежно оглаживать скулу Аарона. — Ты слишком холодный. — Я не холодный, это у вас температура как у доменных печей, — проворчал Аарон, но тут же притянул обоих ближе к себе, утыкаясь носом в шею Эндрю. Они пролежали так еще долго, слушая шум дождя и треск дров в камине. Эндрю медленно массировал затылок Аарона, Нил переплел свои пальцы с пальцами омеги, а Аарон позволил себе полностью обмякнуть.

***

Аарон сжал простынь, ощущая, как Нил сминает его губы, плотно прижимаясь к его груди. Как засовывает свой язык глубже, сначала проходясь по дёснам, затем начиная посасывать язык Аарона, ощущая, как ему отвечают. Аарон нарочно немного прикусил уголки губ Нила, ухмыляясь в поцелуй. Нил же не остался в долгу, оттягивая нижнюю губу парня, начиная кусать её. Эндрю сидел позади Аарона и нежно проводил своими холодными, мозолистыми пальцами по его спине. Он ощущал, как Аарон вздрагивает от каждого прикосновения, но в то же время льнёт к нему. Эндрю наклонился к шее Аарона и начал нежно целовать чувствительное место. Затем он укусил её, оставляя следы своих зубов, а после этого осторожно зализал ранку. — Какой вкусный, — произносит Нил, отстраняясь и облизывая губы Аарона. Эти слова вызывают у парня непроизвольное движение бёдер. Эндрю продолжал покусывать, облизывать и посасывать шею Аарона, оставляя засосы на его острых лопатках и плечах. Он обогнул локти близнеца и нежно сжимая его соски, то пощипывая, то оттягивая их, почувствовал, как тело Аарона под его руками тает, словно самое вкусное мороженое. Судя по смеси феромонов, оно было даже лучше мороженого. Сладкий, тягучий аромат гона и течки заполнил помещения, словно создавая вуаль в воздухе. Отстранившись, Нил тяжело вздохнул и откинул взмокшие волосы Аарона назад, наблюдая как он прикусывает припухшие губы, пытаясь заглушить стоны от действий Эндрю. — Не молчи, — произнес Эндрю, спускаясь вниз и начиная массировать половые губы Аарона. Тот откинул голову назад и не мог сдержать стоны, позволяя им вырваться из его уст. Нил, наклонившись над покусанным плечом Аарона, нежно поцеловал его, вовлекая в страстный и чувственный поцелуй. Аарон мягко выдохнул, содрогаясь от наслаждения, и, наконец, переведя дыхание, прошептал: «Эндрю». Эндрю крепко сжал соски Аарона, массируя их с большей интенсивностью. Нил, опустив свою шершавую руку, обхватывает член парня, чувствуя, как Аарон начинает дрожать. Комнату наполняет сладкий и страстный запах сливок, который словно одурманивает двух альф. Оторвались от Аарона, Нил потянулся за поцелуем к Джозефу. Закончив целоваться, Эндрю отстраняется от Нила и, повернув голову, захватывает губы Аарона в свои. Он начинает кусать их, вырывая из Аарона стоны и заставляя его дрожать от удовольствия. Аарон захлёбывался этим грубым поцелуем, где зубов было больше, чем губ, и это было невыносимо горячо. Омега чувствовал невыносимый жар — во рту, на его языке, вспыхивающий в самых костях и отдающий глухой пульсацией в матке. Нил державший член Аарона, стал медленно двигаться, задавая сначала мягкий темп, затем переходя в более резкий и быстрый, временно меняя темп, смотря на скулящего в поцелуй парня. Опустившись ниже, Нил закинул ноги Аарона себе на плечи и начал покусывать его нежные ляжки, слегка оттягивая кожу зубами. Он знал, что такая грубая игра заводит Аарона, и его возбуждение подтверждалось, когда член Аарона стал твердым. Тихо хмыкнув, Нил продолжил свои действия руками. Эндрю продолжает исследовать рот Аарона, играясь с его сосками. — Чего такой тихий? — прошептал Эндрю в ухо Аарону, заставляя его покрыться мурашками. Жар внизу живота становился всё сильнее; голос Эндрю был слишком притягательным — тихим, с легкой хрипотцой и провокационной интонацией. — Неужто голос уже сел? — продолжал он, тянувшись к мягким наручникам. — Хочешь, чтобы я орал? — с ухмылкой ответил Аарон, ощущая, как волосы прилипают к лицу от волнения. — Или чтобы стонал твоё имя? — поддразнил он. Эндрю быстро завёл руки Аарона за спину и щёлкнул наручниками, затем демонстративно лизнул маленький железный ключ, вызывая у Аарона смешанные чувства ожидания и напряжения. —Я не против, — оскалился Эндрю, и прильнул к его набухшему и розовому соску кусая его. — Та..Нил! — воскликнул Аарон, не в силах сдержать эмоции, когда Нил, засунув сразу два длинных пальца во влагалище Аарона, начал нежно ласкать его, одновременно растягивая на манер ножниц. Нил нащупал набухший орган Аарона и взял его в рот. Он ощущал, как орган пульсирует и дёргается у него во рту, доставляя невероятное удовольствие. Эндрю же закончив сосать грудь выпрямился облизывая губы и жадно вдыхая сладкий запах пломбира Опустив взгляд на омегу, Эндрю начал внимательно его рассматривать. Он был весь красный, губы слегка приоткрыты, из них стекала струйка слюны, а глаза были словно стеклянные. Омега дрожал и извивался, хотя они ещё даже не начали. Это только сильнее возбуждало Эндрю, и он чувствовал, как во рту скапливается слюна, которую ему удавалось успешно сглатывать. Что Эндрю, что Нил имели один похожий фетиш по отношению к Аарону, им нравилось сладостно мучить его, смотря то как Аарон плачет от удовольствия и блаженства, весь извиваясь и захлёбываясь стонами. И, глядя в эти наполненные блаженством глаза, Эндрю нежно потянул брата за наручники, заставляя его вытянуться и втянуть живот. Прильнув к животу, Эндрю ощутил его тепло и начал нежно и с любовью выцеловать. Нил, в это время полностью вылизав половые губы, почти полностью растянул его, видя, как Аарон раздвигает ноги — Давай быстрее, —невольно вырвалось у Аарона рваным шёпотом Эндрю закончив целовать Аарона приспустил боксёры, обнажив уже возбуждённый член, и поднёс его к опухшим губам Майкла. Он сделал глоток и начал нежно ласкать головку языком, вызывая у Эндрю тихие стоны и рычание. Затем он обхватил её губами, выцеловывая вены и иногда покусывая. Закончив с головкой, Аарон глубоко заглотил член, ощущая, как его кончик упирается ему прямо в горло. Эндрю, схватив младшего за волосы, начинает задавать ритм, наблюдая, как Аарон закатывает глаза от удовольствия. Он входит глубоко в горло Аарона, чувствуя влажный и скользкий язык на своём члене, и это только усиливает его возбуждение. Нил закончив растягивание Аарона, другой рукой начинает интенсивнее двигаться рукой по члену парня, смотря на его набухшую головку. Нил нежно целует Эндрю в плечо и слегка кусает его, чтобы привлечь внимание. — Войдешь первым, — оповещает его Нил. — я его подготовил. Эндрю, издав сдавленный стон, излился прямо в горло своего близнеца, ощущая, как Аарон полностью принимает его семя, нежно облизывая губы. Нил ухмыляясь склоняется над Аароном, чтобы слизать остатки семени с уголка его губ, и нежно поцеловав его в висок. — Молодец, — похвалил он Аарона, и тот, в ответ на похвалу, вновь начал двигать бёдрами. Эндрю откидывает боксёры в сторону и скользит взглядом вниз, рассматривая половые губы своего партнёра, из которых уже стекала смазка, оставляя пятна на простынях под ними. Нил в последний раз сжимает член своего омеги, и тот изливается себе на живот и на руку альфы, который, под двумя изучающими взглядами, начинает облизывать свои длинные пальцы. Аарон, краснея, закрывает глаза. — Придурок, — беззлобно говорит он. Эндрю, перехватив руку Нила, слизывает остатки жидкости с его указательного пальца и в конце слегка кусает его. — Кто бы говорил, — лукаво произносит Нил и, пряча лицо в шее Аарона, начинает вдыхать его аромат. Эндрю, облизав губы, прижимает свой член к клитору Аарона и начинает медленно двигать им, то входя не полностью, то снова выходя. Он словно дразнит его. Нил отстёгивает Аарона от кровати, но не снимает наручники. Он садится ближе к Аарону и начинает осыпать его поцелуями, покрывая ими плечи, грудь и лицо. Когда Эндрю с силой входит в тёплое, растянутое влагалище, он чувствует, как его близнец крепко сжимает его.Парень выгибается в спине и запрокидывает голову, открывая вид на свой дёргающийся кадык. Эндрю охватывает дрожь. — Слишком хорошо, — бормочет он, не в силах сдержать улыбку. Нил нежно массирует его голову, шепча что-то порочное и ласковое, отчего Аарон возбуждается еще больше. — Посмотри, какой ты молодец, — с ухмылкой произносит Нил, слегка приподнимая голову Аарона и продолжая его целовать. Аарон, глядя вниз, замечает свою ногу, закинутую на плечи Эндрю, и наблюдает за тем, как его близнец начинает двигаться, сначала медленно, иногда даже останавливаясь, а затем все быстрее. Эндрю посмотрел на Аарона под собой своими тёмными глазами и, слегка приподняв бровь, как будто не мог не спросить разрешения. Аарон вяло кивнул, и это стало отправной точкой. Миньярд, сжимая жилистыми руками бёдра Аарона, резко вошёл в него во всю длину. Аарон вскрикнул и задрожал, а Нил, обняв его за талию, притянул к себе. Оба начали испускать феромоны. Эндрю, не жалея сил, интенсивно входил и выходил из Аарона, с каждым движением становясь всё сильнее и быстрее. Кровать над ними скрипела, в комнате раздавались шлепки и тяжёлый вздох Эндрю, смешанный со стонами Аарона. — Б-боже… — прошептал Аарон, не отрывая взгляда от Эндрю, который не сводил глаз с него. — Он самый, — с лукавой улыбкой подхватывает Нил. Аарон не в состоянии ответить чувствует как к глазам подступают слёзы удовольствия, но Эндрю резко остановившись кивает Нилу. — О, Аарон, — прошептал Нил на ухо своему партнеру, — не хочешь попробовать одну интересную позу? — спросил он, нежно целуя его в челюсть. Аарон, который уже был близок к оргазму, сжал губы и произнес: — Да, давайте уже закончим… — не успел он договорить, как две пары рук подхватили его за бедра и талию и резко изменили его положение. Теперь он оказался в позе наездника. Эндрю, который еще не вошел в него, пристально наблюдал за реакцией парня, оценивая его действия. Аарон залился краской, но, проглотив слюну, начал двигаться, стараясь как можно глубже насадиться на член. Эндрю, ухмыляясь, сжал бедра Аарона, полностью входя во влагалище, и остановился. — Надо же, — прозвучал мурлыкающий голос в ухо Аарону, и в следующий миг он почувствовал, как Нил, резко схватив его за бедра, насаживая на всю длину члена. Аарон вскрикнул и дрожа поднял голову, бросил на Нила взгляд из-под бровей. Нил, не обращая внимания на его взгляд, изучал живот Аарона. Орган Эндрю был настолько огромен, что в области живота Аарона появился бугорок, словно очерчивающий член. С легкой ухмылкой Нил провел рукой по животу Аарона и начал массировать этот бугорок, с удовольствием наблюдая, как Аарон сжимает губы, а Эндрю томно вздыхает. — Ну что за прелесть, — произнес он с приторной сладостью. Аарон, повернувшись в его сторону, ответил: — Идиот, — произнес он почти дрожащим голосом, переводя взгляд на свой живот, где все еще лежала рука Нила, который начал сильнее давить на член Эндрю через живот Аарона. Аарон, наблюдая за происходящим, ощущал, как его захлестывает волна наслаждения. Колени подгибались, и он почти полностью оказался на бедрах Эндрю. Нил, бросив на него насмешливый взгляд, резко сжал член Эндрю через живот, с удовольствием наблюдая, как Аарон едва не закатывает глаза от удовольствия. Эндрю же начал двигаться, и Аарон услышал, как их тела с силой ударяются друг о друга, грубо и быстро. Нил, встав, схватил Аарона за щеки и прижал к его лицу свой орган, специально поглаживая и пачкая щеку Аарона своим семенем, наслаждаясь выражением удовольствия на лице Аарона. — Нравится, когда седлаешь, да? — лукаво спросил Нил, глядя на дрожащего Аарона. В ответ Аарон резко схватил его за член и слегка укусил головку, вызвав у Нила шипение, но только усилив его возбуждение. Заметив это, Аарон полностью всосал в себя член Нила, начиная интенсивнее посасывать его, иногда используя язык. Быстро подпрыгивая на члене Эндрю, он лишь добавлял дополнительной стимуляции. «Может быть, тебе стоит попробовать конный спорт?» — подметил Нил, за что снова получил укус. Аарон ощущал, как его заполняют с двух сторон — снизу и сверху. Нил, уже чувствуя приближение кульминации, придвинулся ближе к Аарону и, не сдерживаясь, кончил ему прямо в рот. Парень задохнулся и едва не подавился. — Не глотай, — произнес Нил, глядя на его испуганное лицо. — Открой рот. — Аарон послушно открыл рот, показывая полную семени полость, и высунул язык. Нил хмыкнул и, слизав с него свое семя, вновь посмотрел на дрожащего перед ним юношу. В этот момент Эндрю случайно задел простату Аарона, и тот, застонав, закрыл глаза, по его красивому лицу, словно высеченному из мрамора, потекли слезы удовольствия, он хмыкнул и сжал губы. Заметив это, Эндрю изменил угол проникновения и стал целенаправленно попадать в нужное место, наблюдая за тем, как Аарон плачет от наслаждения. — Хочу съесть тебя, — прошептал Нил, выцеловывая слезы и веки Аарона, любуясь его дрожащими ресницами. — Такой милый, язвительный и чертовски смущённый, — приятно прошептал Нил, и Эндрю, почти дойдя до конца, остановился, слыша мягкий скулёж Аарона. — Я без презерватива, — произнёс Эндрю, пытаясь выползти из-под Аарона, но тот произнёс: — Я-я… у-уже… выпил… — только и вырвалось из его горла, как Нил резко усадил Аарона обратно на член Эндрю, специально под углом, с наслаждением наблюдая за его искажившимся лицом. Именно в этот момент Эндрю кончил, и его Аарон, вскрикнув, схватился за плечи Эндрю, который, встав и обняв Аарона за талию продолжал изливаться в него, одновременно глубже насаждая на свой член. Аарон и Эндрю, вцепившись друг в друга, пытались отдышаться. — Теперь в душ? — предложил Нил, но Аарон перебил его. — Теперь твоя очередь, — хрипло сказал Аарон, медленно вставая с члена Эндрю и наблюдая, как из его половых губ вытекает семя, слегка капая на вялый член Эндрю, который в присутствии Аарона мгновенно ожил. Аарон икнул. — Видимо, не только моя, — произнес Нил и потянул Аарона в свою сторону, разворачивая его. Он сразу подставил свой блестящий в слюне член к влагалищу Аарона, наблюдая, как оттуда с хлюпаньем вытекает белая жидкость. Нил просунул внутрь палец, ощущая, как тот утопает в семени. Вытащив его, он, не отрывая взгляда от Эндрю, тщательно вылизал свой палец. Подтянув омегу по ближе Нил сначала поигрался с клитором Аарона , вызвая у него возбуждение и резко вошел, начиная с быстрого темпа, прямо в простату Аарона. Аарон, охваченный бурей наслаждения, склонился к Эндрю и с жадностью обхватыватил его член губами. Эндрю, с улыбкой принимая эту ласку, позволяет Аарону полностью удовлетворить его. Тот, в свою очередь, не жалея сил, вылизывает каждый сантиметр члена, нежно прикасается к яичкам и возвращается к головке, чтобы вновь обвить её губами. Толчки Нила, которые помогают Эндрю, придают Аарону быстрый темп. Через несколько минут оба альфы достигают кульминации одновременно, заставляя Аарона выгибаться и издавать стоны. Из-за обилия спермы Аарон закашлялся, и она вытекает из его рта. — Какой же ты неугомонный, — произнес Нил, снова пытаясь слизать сперму с лица Аарона. Но его опередил Эндрю, который начал вылизывать подбородок и губы Аарона. — Теперь самое интересное, — сказал Эндрю, нежно подняв Аарона и кивнув Нилу, который тут же полез в тумбочку. — Будете пытать меня? — пошутил Аарон. — Почти, — хмыкнул Нил и достал две пары прищепок, скреплённых между собой нитью. Эндрю, взяв в руки подбородок близнеца, склонился к нему и спросил: — Мы хотим попробовать двойное проникновение, да или нет? — Аарон почувствовал, как на щеках высыхают слёзы, а в животе нарастает жар. — Да, — кивнул он, и Эндрю начал целовать его в щёки. Нил уже подползал к Аарону, лукаво щурясь. Внезапно он резко зажал одну прищепку на члене Аарона, наблюдая, как тот дёрнулся и его орган снова встал. — Какой ты чувствительный, — произнес Нил, быстро сняв прищепку и прикрепив их к соскам Аарона, специально надавив немного сильнее. Аарон издал стон, но покорно принял их. — Хороший мальчик, — прошептал Нил, нежно проводя рукой по груди Аарона и приближаясь к его пухлым губам. — Мы должны растянуть тебя, — продолжал шептать Нил, наблюдая, как уши Аарона заливаются румянцем. «Милашка», — мелькнула мысль в голове Нила. — И украсить. Ты поможешь мне? — спросил он, медленно потянув за верёвку и наблюдая, как соски Аарона начинают набухать. — Д-да... — произнес Аарон, и Джостен, с удовлетворенной улыбкой, убрал руку с его груди. Затем он резко протянул коробку Эндрю, который с недоумением взглянул на нее, словно не совсем понимал, что происходит. — Поможешь ему, — подмигнул Нил, доставая смазку и выжав небольшую каплю смазки стал массировать вход Аарона. Из-за наручников Аарон не мог упереться в землю, поэтому он лег на грудь Эндрю, который, открыв коробку, внимательно в нее уставился. — Сделай бантики, — произнес Нил, начиная вводить первый палец. Аарон сжал зубы и произнес: — Бантики? — только и успел он спросить, как Эндрю отложил коробку и достал из неё красную шёлковую ленту. Он задумчиво перекатывал её в руке и, прищурившись, потянулся к шее Аарона. Тот мгновенно поднял голову и вздрогнул, когда Эндрю, нежно поцеловав его кадык, начал обвязывать ленту вокруг шеи. Нил уже погрузил второй палец внутрь Аарона, медленно растягивая его стенки, и наблюдал за тем, как Эндрю, достав ещё один длинный кусок ленты, продолжал свою работу. — Руки, — сказал Эндрю, и Аарон, осторожно заведя руки в наручниках за спину, почувствовал, как Эндрю начинает обматывать его кисти шёлковой красной лентой. — Тебе идёт этот цвет, — заметил Нил, продолжая растягивать Аарона. — Не ври, бордовый больше тебе к лицу, — закатил заплаканные глаза Аарон, на что Нил удовлетворённо хмыкнул, специально надавливая на простату, будто вознаграждая Аарона за комплимент. В ответ на это Аарон снова хрипло застонал. Эндрю, вытащив последнюю ленту, прищурился, и тут до него дошло, зачем она нужна. Слегка приподняв связанного Аарона, он наклонился и начал обматывать его член шёлковой тканью. Аарон удивлённо посмотрел на него. Закончив, Эндрю завязал милый бантик на конце. Джостен, уже закончивший растягивание, встал и стал придирчиво осматривать Аарона. Пышный бант на шее, золотые прищепки и такая же нить на сосках, связанные руки и член, мило повязанный в бантик — всё это придавало Аарону ещё более соблазнительный вид. — Какой ты милый, — произносит Эндрю, наклоняясь к Аарону и нежно целуя его в щёку. — Готово? — хрипло спрашивает Аарон, и Нил ухмыляется в ответ. — Какой ты нетерпеливый, — ехидно замечает Нил и с помощью Эндрю легко поднимает Аарона на колени. Нил устраивается впереди, а Эндрю сзади, начиная раздвигать ягодицы парня своими руками и с вожделением глядя на его сияющую дырочку. — Теперь,— шепчет Нил, поднося свой член к половым губам Аарона и чувствуя, как они пульсируют. Эндрю начинает мягко водить вдоль его отверстия, наблюдая за тем, как Аарон дёргается, не зная, в какую сторону наклониться. — Аарон, ты же любишь грубость, — шепчет Нил, двигаясь над Аароном с нарастающей скоростью и жадно вглядываясь в его раскрасневшиеся губы, шею и плечи. — Да, это так, — отвечает Аарон, вздыхая, когда Эндрю осторожно погружает головку внутрь него. — Можно мы войдём одновременно и резко? — с невинной улыбкой спрашивает Нил, наблюдая за реакцией парня. — Я не против, — хрипит Аарон, и Нил кивает Эндрю. Джозеф подхватывает Аарона и оба мужчины приставляют свои члены к его отверстиям. Аарон дрожит чувствуя, как Эндрю кусает его плечи, а Нил с присущей ему медлительностью начинает отсчёт: — Пять, четыре, три, два... — Аарон зажмуривается, и в этот момент в него входят с двух сторон, заполняя его на всю длину и растягивая. Он откидывает голову назад, ощущая, как Нил, ухватившись за нити зубами, начинает тянуть их ещё сильнее, доводя его до экстаза. Аарон громко и пошло стонет, невольно сжимая их обоих и вызывая у них вздохи. Слёзы застилают его глаза от столь приятного удовольствия. — Nicht abschalten — произнес Эндрю с хрипотцой, нежно кусая ухо Аарона. — Wir sind noch nicht fertig « seal » — ухмыльнулся он, вызывая у Аарона новый прилив мурашек. Эндрю и Нил начали двигаться внутри Аарона синхронно, стараясь усадить его как можно глубже, чтобы он ощутил их полноту. — Тебе так нравится слушать мой голос ? — спросил Эндрю, на что Аарон, снова начавший плакать от удовольствия, выдохнул: — Да, очень... — и альфа внутри Эндрю довольно зарычал. Он хотел наброситься на Аарона и вытрахать из него все ответы. А затем наблюдать, как тот хромает, испытывая удовлетворение от проделанной работы. Судя по взгляду Нила, тот думал о том же. Они мягко обвивали талию и бедра Аарона, и тот сразу понял, что будет, но не успел подготовиться, когда темп резко начал ускорять . Аарон стонал громче и что-то невнятно бормотал, то и дело меняя Нила и Эндрю, то говоря, как ему хорошо, под хлюпанье звуков и стоны двух альф. Эндрю, нежно касаясь бёдер Аарона, оставлял на его спине следы. Он постепенно продвигался к его члену, который дернулся от прикосновения тёплых и слегка грубых рук. Тем временем Нил, словно нарочно, оттягивал прищепки и слизывал слёзы с щёк Аарона. Он убирал волосы с его лица и наблюдал, как тот закатывает глаза от удовольствия, нарочно ускоряя темп. Аарон чувствовал, как плавится в их объятиях, приближаясь к кульминации. — Я-я… — хотел предупредить он, но Эндрю мягко прервал его, нежно водя по его члену. — Давай, — скомандовал он, и Аарон, не в силах сдержаться, кончил сначала на руку Эндрю, а затем прямо на член Нила, который находился внутри него. Огран начал двигаться ещё глубже и интенсивнее. — Умничка, — с ухмылкой произнес Нил, начиная стимулировать простату. Эндрю тоже не отставал, входя и выходя с бешеной скоростью, из-за чего Аарона приходилось крепко прижимать к себе. Его тело, насаженное на два огромных члена, подпрыгивало от толчков, наполовину выходя из органов. Уже приближаясь к пику удовольствия, Эндрю сжал талию Аарона, а Нил впился зубами в его плечо. Они достигли кульминации одновременно, наполняя Аарона, который, запрокинув голову, захныкал ещё громче. Нил сел, разведя ноги, как и Эндрю. Они не вышли из Аарона, а лишь глубже усадили его на свои члены, слушая его скулёж. Они прижались друг к другу, пока Нил поглаживал дрожащую спину Аарона, а Эндрю поправлял его волосы. — В-вы... ик... — произнес Аарон, чувствуя, как его руки дрожат от туго завязанных шелковых лент, а тело сотрясает от удовольствия. — И-изверги... ик... — Не скромничай, любимый, — усмехнулся Нил, зарываясь в шею Аарона и вдыхая его сладкий аромат мяты. Запах был настолько приятным, что Нилу внезапно захотелось заклеймить Аарона. Он положил руку на живот омеги, ощущая через живот свой подрагивающий член, и стал водить по нему, прижимая матку Аарона ближе, из-за чего глаза Аарона снова начали застилать слезы удовольствия. — Ты был великолепен. — Как и всегда, — произнес Эндрю, нежно целуя шею Аарона, словно не замечая, как его тело содрогается от их прикосновений и наслаждения. — Я хочу заклеймить его, — заявил Нил, и Эндрю, подняв взгляд, начал внимательно изучать его. Аарон, до сих пор дрожащий от удовольствия, выгнул бровь. — Ч-честно... я бы тоже хотел заклеймить... ммм... вас... обоих, — Аарон сжал губы и медленно перевел дыхание. Даже видя его состояние, его альфы, похоже, не собирались отпускать его. — Н-но... вх!.. будет т-трудно.. — Ты думаешь, что мы, заклеймив тебя, не дадим заклеймить себя в ответ, — как всегда проницательный, ответил Эндрю, и эта мысль ему не понравилась. — Ты серьёзно так думаешь?! — хрипло удивился потный и растрепанный Нил. Так обычно поступали всякие звери, которые любили привязывать к себе омег и квитаться с ними. — Такого ты низкого о нас мнения? — с этими словами Нил толкнул Аарона в простату, вырывая из него стон. — Н-нет! — Аарон с трудом держал фокус глаз, его зрение от усталости плыло. — Я-я раньше так думал, а сейчас я могу..вам довериться, е-если вы хотите.. — его резко перебили. — Да. — Да. Синхронно произнесли Эндрю и Нил . Они уже несколько месяцев встречаются, и у всех троих периодически возникали подобные мысли. Аарон, сжав губы, повернулся к Нилу, открывая шею, и кивнул головой, чувствуя, как внутри нарастает возбуждение. Джостен, сделав глубокий вдох, слегка наклонился вперёд и выпустил клыки. Он прорычал, словно спрашивая разрешения у Аарона, который в очередной раз, убедившись в своём желании, тихо произнёс: «Да». Нил вонзил клыки в шею Аарона, ощущая, как по телу последнего разливается сладкий запах мяты. Аарон, не отставая, вцепился в паховую железу Нила, чувствуя, как кожа под его зубами начинает трансформироваться. Они одновременно вздохнули. Аарон откинулся на грудь Эндрю, а Нил, всё ещё не покидая его, лёг сверху, укрывая своим телом Аарона. — Теперь моя очередь, — произнес Эндрю, крепко вцепившись в другое плечо Аарона. Он ощущал, как его внутренний альфа снова начинает рычать, требуя отметить своего партнёра. Аарон вздрогнул, а затем прошептал: — Давайте мы встанем, и я тоже заклеймлю Эндрю, — он повернулся и нежно коснулся губами виска Нила. Тот довольно замурчал и осторожно вышел из Аарона, чувствуя, как тёплая сперма стекает по его влагалищу. Эндрю поступил так же, крепко держа Аарона, который едва удерживался на ногах. Аарон развернулся к Эндрю, поцеловал его в лоб и, опустившись, укусил за запаховую железу. Эндрю зашипел от боли, но Аарон сразу же начал вылизывать место укуса. — Всё, — произнес он с нескрываемым удовлетворением и отполз от Эндрю, от которого теперь, как и от Нила, исходил сладкий аромат мяты. Внутренняя омега Аарона была в восторге от происходящего. Но вот сам Аарон чувствовал слабость. — Хочу спать, — произнес Аарон. Нил, словно что-то вспомнив, повернулся к нему и потянулся к прищепкам на сосках. Аарон издал тихий звук, но Нил медленно снял их, внимательно разглядывая набухшие и покрасневшие соски, которые выглядели как бусинки. Он наклонился и начал нежно вылизывать их, слегка причмокивая. Тем временем Эндрю занялся руками Аарона, освобождая их от шелковых материалов и наручников. Услышав, как Аарон тихо шипит, он начал нежно массировать его руки и плечи, создавая приятное ощущение. — Давайте искупаемся, а потом ляжем спать, — предложил Нил, убирая игрушки и шелка. Аарон попытался встать, но его ноги дрожали, и он снова опустился на диван. Его переложили на мягкое сиденье и укутали в плед. Нил, завернувшись в полотенце, нежно поцеловал Эндрю в щеку и отправился в ванную. Он начал готовить сменные вещи, наполнять ванну и добавлять пенку. Эндрю надел боксеры и начал наводить порядок в комнате: собирал одежду, убирал смазку, менял простыни и проветривал помещение. Пока он занимался уборкой, Аарон, устроившись на маленьком диване, погрузился в раздумья. Из ванной, с чуть влажными волосами, вышел Нил: «Ванна готова, пойдёмте?» Эндрю кивнул и докурил последние остатки сигарет. Аарон лениво поднялся с места и, к своему удивлению, почувствовал, как что-то хлюпает под ним. Он опустил взгляд и с недовольством нахмурился: из его заднего прохода вытекла сперма, испачкав пушистый плед. Нил, который в этот момент настраивал ночник, с хитрой улыбкой взглянул на него, подходя ближе. — Просто заткнись, Джостен, — закатил глаза Аарон. Но Нил неожиданно присел и резко поднял одеяло, с интересом наблюдая, как семя Эндрю лениво стекает по обкусанным ногам. — Позволь мне тебя помыть, — сказал он, хватаясь за лодыжку Аарона. Тот удивленно вздохнул, но не успел ничего сказать, как Нил начал вылизывать сперму с его щиколотки. Аарон попытался уйти, но в итоге упал на пушистый ковер и, пытаясь встать, только сильнее открыл свою красную задницу. Нил же, не стесняясь, проводил языком от щиколоток до самых ляжек, слегка прикусывая кожу. Аарон покраснел. Боже, что этот Джостен никак не может насытиться? Да… Да на него же Эндрю смотрит! Словно прочитав его мысли, Нил хмыкнул и принялся за его вторую ногу, полностью вылизав первую. — Не беспокойся, Эндрю нравится то, что он видит, — произнес Нил с ухмылкой, продолжая облизывать ягодицы Аарона, от чего тот снова застонал. Эндрю, наблюдая за этой сценой, потушил сигарету и пепельницу, а затем, обойдя вокруг, присел перед своим близнецом. Нил все еще продолжал вылизывать бедра Аарона, и Эндрю, взглянув на его дрожащее лицо и губы, почувствовал непреодолимое желание поцеловать, укусить, лизнуть, втянуть в себя, мучить и снова натягивая того на свой член. Это желание было настолько сильным, что Эндрю с трудом сдерживал себя, его зубы скрипели от напряжения. — Давайте примем ванну, — предложил Эндрю, нежно целуя Аарона в лоб. — Удивительно, сколько же здесь спермы, — с легким удивлением произнес Нил, вылизывая каждый сантиметр его ягодиц и бедер, но даже так семя продолжало вытекать. — Сколько нужно, — произнес Аарон, слегка прищурившись, и отполз от Нила, услышав его смех. Войдя в ванную, Аарон раздраженно отбросил плед в корзину и, подойдя к ванной, стал наблюдать за Эндрю, который, прислонившись к ее бортику, изучал пену. Он поднял взгляд, и его глаза остановились на ляжках Аарона, которые были испачканы семенем из влагалища. Эндрю прислонил локоть к краю ванны и вытянул четыре пальца, как бы приглашая Аарона сесть. Тот, смутившись, с хлюпаньем раскрыл влагалище, из которого сразу потекла сперма. Он хотел сесть на пальцы Эндрю, но тот опередил его, аккуратно погрузив их внутрь. Внутри всё было в семени. Эндрю начал гладить и слегка царапать стенки, из-за чего Аарон, шикнув, схватился двумя руками за бортики ванны, глядя на Эндрю. — Развлекаетесь без меня, — нарочито обиженно сказал Нил. Закрыв дверь на щеколду, он сразу снял полотенце с бёдер и подошёл к Аарону, которого Эндрю трахал рукой. — Как мне войти в воду в таком состоянии? — спросил Аарон. Его семя вытекало из него с обеих сторон, и он не хотел пачкать чистую воду. Ждать, пока кто-то другой освободится, тоже было не по душе. Нил, нахмурившись, щёлкнул пальцами. — Точно! — воскликнул он, полез в тумбочку и достал анальную пробку. Аарон сглотнул. — Закрепим её, и всё будет в порядке. Нил взял пробку в рот и начал покрывать её слюной. Затем, облизнувшись, протянул её Аарону, который тоже оставил на ней немного своей слюны. После этого Нил протянул пробку Эндрю, который облизал её и сплюнул на неё. Схватив Аарона за ногу и приподняв её, Нил начал крутить пробкой у анального отверстия, дразня Аарона. — Ты просто… — не успел договорить Аарон, как пробка плотно вошла в него. Он глубоко вздохнул и прикрыл глаза. — А с этим что делать? — спросил Аарон, намекая на влагалище. Нил, прищурившись, начал убирать пену из ванны Эндрю. Он опустил руку в воду и обхватил его член. Резкие движения Нила сделали член Эндрю твёрдым и готовым к дальнейшим действиям. — Вот, импровизированное место, — подмигнул Нил, глядя на Эндрю, которого он всё ещё продолжал стимулировать рукой. Когда Нил закончил, Аарона раздвинул ноги и на пол снова полилось семя — белое, густое. — Как же много мы в тебя влили, — с восторгом произнёс Нил, прыгая в ванну. Аарон, не слушая его, опустил одну ногу в воду. Эндрю, видимо, решив помочь, привстал с ванны и поднёс свой член к Аарону. — Садись, — сказал он, и Аарон быстро опустился в воду, не желая портить её чистоту и мягкость. Перекинув через бортик вторую ногу, он ощутил, как его тело начинает расслабляется в тёплой воде. Нил подвинулся ближе, закинув руки на плечи Аарона. Тот стал нежно поглаживать их и делать лёгкий массаж, иногда двигая бёдрами и вызывая у Эндрю стоны. Аарон, пододвинувшись к Эндрю, начал массировать его плечи. Нил слегка подвинул Эндрю и Аарон лёг рядом, начиная выцеловать лицо и губы Джозефа, тот отвечал взаимностью. Пока они целовались, Аарон успел оставить засосы на шее Эндрю и укусить Нила, что снова заставило его кончить. Утомленный, он прилёг на Эндрю, ощущая его тёплое и мягкое тело под собой. — Не спи, — сказал Нил, щёлкая его по лбу. — Мы уже полчаса здесь сидим, пора выходить. Аарон, совсем обессиленный, устроился плечо Эндрю, который стал перебирать его мокрые волосы. Нил устало хмыкнул и вынул пробку из ванны, давая воде стечь. Сонный Аарон, приподнявшись с Эндрю, потянулся к мочалке. — Я хочу вас вымыть, — произнес он, и Нил с Эндрю не стали возражать. Аарон начал бережно протирать их руки, торсы, ноги и шеи. Налив шампунь на голову Эндрю, он нежно поцеловал его в нос и продолжил массаж. Закончив с волосами Эндрю, он повернулся к Нилу, перебирая его кудри и намыливая их. Аарон взял Нила за руку и начал нежно целовать каждый шрам, чувствуя, как его тело расслабляется под его прикосновениями. Закончив мыть их обоих, он прислонился к стене в ванной. — Всё, я нокаут, — произнес он. Эндрю, уже помыв волосы, слегка подвинул его к себе, а Нил, замирая от страсти, начал наносить лосьон на тело Аарона. Он взял в руки шампунь. Так они все трое, каждый по очереди, вымыли друг друга и приняли полноценный душ. Уже почти выходя из душа, Нил посмотрел на Аарона и Эндрю, на члене которого тот почти засыпал. Нил разбудил его, и Аарон, поняв, что пришло время, встал с члена Эндрю и раздвинул ноги, наблюдая, как сперма снова стекает по его половым губам. Эндрю, зачесав влажные волосы назад, пристально посмотрел на Аарона и наклонился к его влагалищу. — Хочу поесть, — выдохнул он прямо в половые губы и принялся их облизывать. Аарон попытался отстраниться, но Нил мягко удержал его на своём плече. По мере того как Эндрю всё более яростно и глубоко двигался, Аарон чувствовал, что снова вот-вот достигнет кульминации. — Не стоит, — произнёс он с легкой ноткой раздражения в голосе. — Эндрю, ты только что принял душ, испачкаешься. Но Эндрю, нежно лаская ляжки Аарона, не воспринял это как аргумент. Он продолжал всё глубже погружать язык, почти касаясь клитора. Аарон почувствовал приближение и, прерывисто дыша, сжал руку Нила. — Я сейчас кончу, — произнес он, и Эндрю, приняв это как сигнал, ускорил темп. Внезапно Аарон с криком откинул голову на Нила, и его семя брызнуло на лицо и скулы Эндрю. Эндрю проглотил половину содержимого, а остальное смыл водой. Затем он произнес: «Спасибо за угощение, я бы хотел добавки, но отложу её на завтра». В ответ Аарон усмехнулся, и Нил снова принялся за дело, тщательно вымывая его тело. Когда с этим было покончено, Аарон вылез из ванны и начал одеваться. — Сперма всё ещё вытекает, — произнес он, надевая легкую футболку и боксеры. — Одну минуту, — произнес Нил, уже переодевшись, и выбежал из ванны, оставив Эндрю в халате, а Аарона — в футболке и боксерах. Когда Аарон начал наклоняться, Эндрю поймал его и прижал к себе. Вскоре Нил вернулся с необычным подарком — выгнутым вибратором, специально разработанным для омег. — Ты серьёзно? — произнес Аарон, опираясь на мягкий халат Эндрю. Эндрю приподнял футболку Аарона, показывая, как по его ноге течет струя. Затем он начал массировать влагалище Аарона и резко раскрыл его. Нил, восприняв это как сигнал, аккуратно ввел вибратор во влагалище парня, точно перекрыв его, хотя и испачкал стенки. — Я быстро уберу, — произнес Нил, опускаясь на колени и вылизывая ляжки Аарона. Закончив, он поцеловал парня в живот и встал, глядя на смущенного, но очень сонного Аарона. Нил обнял его, зажимая между собой и Эндрю, и подхватил, когда Аарон всем телом навалился на него. — Уснул, — констатировал Эндрю, глядя на спящего Аарона, которого обнимал Нил. Взяв его на руки, он понес Аарона к кровати, осторожно уложил его и укрыл теплым одеялом. Эндрю и Нил отошли к окну, устроились рядом и наслаждались друг другом, потягивая сигареты и обмениваясь нежными поцелуями. — Мне так повезло, — произнес Нил с легкой самодовольной но искренней улыбкой. — Два истинных. Таких колючих, горячих и, милых. Видимо, это награда за все мои страдания. Эндрю в ответ лишь отдал Нилу сигарету и, наклонившись, принялся целовать его шрамы на лице, каждый из них — маленький, косой, уродливый. Он ощущал, как Нил приникает к нему, как доверчиво улыбается в свете луны и ночника. Живое воплощение солнца и неба. Эндрю прислонил лоб Нила к своему и с нежностью выдохнул. — Нам повезло, — кивнул он, касаясь влажными волосами его щеки. Вслушиваясь в тихий смех Нила и сопение Аарона.

***

Аарон сидел на краю стула, то и дело бросая косые взгляды на руки Нила и Эндрю. Джостен устроился рядом абсолютно по-хозяйски: закинул ногу на колено Аарона и, закатав рукава толстовки, выставил одну ладонь вперед. Второй рукой он то и дело жестикулировал, пока Эндрю не перехватил его запястье. — Не дергайся, — ровно произнес Эндрю. Он медленными, почти медитативными движениями покрывал ногти Нила глубоким пурпурным лаком. В лучах заходящего солнца шиммер внутри флакона вспыхивал, напоминая запертую в стекле туманность. Эндрю держал руку Нила бережно, словно хрупкий антиквариат, и этот контраст завораживал: бледные, тонкие пальцы Эндрю с холодным блеском серебряных колец на костяшках и смуглая кожа Нила, испещренная белыми росчерками шрамов. Аарон снял очки и отложил тяжелый учебник на белоснежный стол, окончательно сдавшись любопытству. — Можно посмотреть? — спросил он чуть тише, чем планировал. Нил без слов вытянул уже накрашенную руку в его сторону. Аарон осторожно взял ладонь Джостена в свои, ощущая подушечками пальцев неровности шрамов и гладкий, еще влажный слой лака. Пурпур на свету искрился, точно россыпь разбитых звезд. — Похоже на космическую пыльцу, — озвучил свои мысли Аарон. — Странно, но это чертовски сочетается с твоими шрамами. — Льстишь? — Нил лукаво прищурил свои алмазно-голубые глаза, в которых сейчас плясали золотистые искорки заката. — Еще чего, — Аарон закатил глаза, но уголки его губ сами собой поползли вверх. Он принялся мягко массировать ладонь Нила, избегая свежего покрытия. — Я просто считаю, что тебе бы больше подошел темно-бордовый. Более… агрессивный. Эндрю, закончивший с последним ногтем, закрутил крышку флакона и придирчиво осмотрел свою работу. Кивнув самому себе, он сменил пурпур на радикально черный и коротким жестом поманил Аарона ближе. Аарон, не протестуя, занял место Нила. Он вытянул руку, чувствуя, как Эндрю фиксирует его пальцы своими — уверенно и твердо. Эндрю красил каждый ноготь близнеца с точностью хирурга, не оставляя ни единого зазора. Когда работа была завершена, Эндрю осторожно подул на пальцы Аарона. Прохладный воздух вызвал у омеги табун мурашек, а запах стали, исходящий от Эндрю, на мгновение перекрыл даже резкий аромат ацетона. Дождавшись, пока лак окончательно схватится, Эндрю методично сложил флаконы в ящик тумбы. Он поднялся, взял Аарона за руку и, внезапно сократив дистанцию, коротко, но ощутимо укусил его за кончик указательного пальца. Аарон дернулся от неожиданности, но в долгу не остался: он вскинул руку и чувствительно оттянул Эндрю за щеку. Тот лишь фыркнул, не пытаясь отстраниться. В его глазах на мгновение вспыхнуло то самое «да», которое не требовало слов. Эндрю подался вперед, накрывая губы Аарона своими в глубоком, собственническом поцелуе, в то время как Нил, не переставая улыбаться, положил подбородок на плечо Аарона, замыкая их общее, защищенное от всего мира кольцо. — Нужно купить бордовый лак, — произнёс Эндрю, отстраняясь от Аарона и лизнув его губы. — Сегодня? — уточнил вставая со стула и проходя в сторону кухни. — Предлагаю вечером, — кинул Аарон надевая очки обратно. — Может ещё закупим продуктов? —уточнил Джостен копаясь в старых шкафчиках. И в свете мягкого солнца споря с Нилом и ощущая как Эндрю сзади читает книгу, Аарон почувствовал мягкое умиротворённое что разлилось по венам как пуховое одеяло.