мак - цветок боли

Хотленд встречает её волной сухого, обжигающего воздуха, который пахнет металлом, золой и чем-то сладковато-гнилым, оставшимся от тех, кто ещё не успел рассыпаться в прах. Фриск идёт по мосту из лавы. Её шаги ровные, размеренные, без единой запинки. Кроссовки, некогда белые, теперь покрыты тёмными разводами - пыль, копоть, и то, что лучше не рассматривать слишком близко. Полосатый свитер цвета детства висит на ней мешком, в нескольких местах прожжён, на левом плече - разрыв, сквозь который видно свежий шрам, ещё розовый, не успевший затянуться как следует. В правой руке - настоящий нож. Не игрушечный, не кухонный. Тот самый, который она подобрала после Руин. Тот, который помнит, как входит в плоть, разделяет кости, гасит свет в глазах. Слева от моста пузырится лава. Справа - стена, испещрённая трещинами, из которых тянется пар. Они появляются из ниши - трое. Молтена, маленький пузырящийся монстр, похожий на каплю ртути. За ним - два хотленда, коренастых, с горящими гривами и длинными конечностями. Они не вооружены, но поза - защитная, боевая. Первый хотленд делает шаг вперёд. человек… - голос у него низкий, горловой, с шипением, как у углей, в которые плеснули водой. - остановись. мы не хотим… Фриск не слушает. Она сокращает расстояние за три шага. Молтена пытается уйти в сторону, но нож входит ему в центр массы раньше, чем тот успевает раствориться. Капля взвизгивает - тонко, по-детски - и начинает рассыпаться золой ещё до того, как Фриск выдёргивает лезвие. Золотая пыль оседает ей на плечи, на волосы. Она не смаргивает. Первый хотленд атакует - длинная рука с когтями-угольками летит в сторону её головы. Фриск уходит вниз, пропуская удар над собой, и всаживает нож в подмышечную впадину, туда, где огонь тоньше, где кость ближе к поверхности. Монстр взревывает, но звук обрывается, когда она разворачивает лезвие внутри и резко тянет вверх. Он оседает на колени, хватаясь за рассечённую грудь, и рассыпается - медленно, неохотно, кусками. Второй хотленд уже бежит. Он ниже, но шире, и в его руках - обломок металлической трубы, вырванной из стены. Фриск ждёт. Стоит неподвижно, опустив руки, глядя прямо перед собой. Выражение лица - пустое. Такое же пустое, как у куклы, у которой вынули душу. Он замахивается. Она делает шаг внутрь его пространства, под удар, и труба проходит в сантиметре от её виска. Хотленд не успевает перехватить - нож входит ему в горло сбоку, уходит по рукоять, выходит с другой стороны. Монстр хрипит, выпускает трубу, она с грохотом катится по металлическому настилу. Фриск смотрит, как он падает. Как золотая пыль начинает сыпаться из раны, как его глаза - два уголька - тускнеют и гаснут. Она ждёт, пока он рассыплется полностью. Потом поднимает трубу, разглядывает её без интереса, бросает в лаву. Идёт дальше.