На краю

Артур тихонько постанывал, пока Форд нежно целовал его стоящие соски. Его губы мягко прижимались рядом с возбужденной плотью, скользили по чувствительным кончикам и слегка сжимали их, вырывая из груди Дента особенно сладкие вздохи. Иногда он замирал, просто согревая их своим дыханием, и сердце Артура начинало биться быстрее от предвкушения новых ласк, а сосочки так и тянулись обратно в его рот. После этих томительных пауз он по очереди обводил их языком, то в одну, то в другую сторону, слушая длинные, благодарные стоны. Дент был максимально расслаблен и буквально купался в удовольствии, он был в раю и не хотел, чтобы это заканчивалось. Форд и не собирался останавливаться. Его руки гладили мягкое, податливое тело. Его губы медленно сосали пульсирующий комочек. Он и сам наслаждался процессом, вкус кожи землянина, его запах были бесподобны. Он просто обожал момент, когда его заласканные сосочки увеличивались в размерах, становились горячими и очень, очень чувствительными. Так приятно ощущаются во рту, мммм… всасывать и с легким причмокиванием отпускать упругую кнопочку. Потеребить языком, влажными от слюны пальцами сжимая и массируя вторую сисечку. Пробежаться каждой рисочкой отпечатка пальца на подушечке по самому-самому кончику, там, где блестит прозрачная капля, оставленная языком секундой ранее. И снова играться вдоволь с маленькой конфеточкой. — Сможешь кончить от одних только сосочков? — промурлыкал Префект, кивая на крупные капли преякулята, скатывающиеся по напряженному члену Артура. — Н-не знаю… а это возможно? — запинаясь, пролепетал Дент. — Со мной возможно все, — выдохнул Форд ему в ушко, — я подведу тебя к грани медленно, и мы будем скользить по ней вместе столько, сколько захочешь. — Да, — шепнул коротко Артур, а затем сорвался в низкий, протяжный стон от поцелуев, цепочкой спускающихся обратно к его груди. Легкое прикосновение губ к ареоле заставило его охнуть. Будто его член и яички были напрямую связаны с маленькими чувствительными комочками плоти. Нежное скольжение кончика языка вдоль боковой стороны правого сосочка. То же самое на левом. Артур задыхался от исступления, его глаза накрыла пелена, а в груди пылал огонь. От чувственных поцелуев и томного посасывания он беспрестанно стонал и извивался всем телом, сжимая в кулаке взлохмаченные рыжие кудри. Форд отстранился от него, приятно покручивая оба соска в пальцах и легонько, почти незаметно потираясь своим членом о член Артура. Тело землянина не переставало мелко дрожать, эта дрожь волнообразно усиливалась с каждым плавным движением бедер бетельгейзианина. Дент словно тонул в горячем молоке, как шоколадная бомбочка. Его губы беспорядочно хватали воздух, а глаза закатились, когда Форд остановился и навалился на него, втягивая в рот одну из сочных вишенок. Артур громко застонал, его живот поджался, а член отчаянно пульсировал под давлением чужого тела. Он отчетливо ощущал, что его преякулят сочится прямо в пупок Форда, который тем временем мягко укусил его за сосок. — Ахх!!! — Держись на самом краю… вот так, расслабься, позволь этому наполнить тебя от макушки до кончиков пальцев ног… да, мой милый, умница… — он полностью лег на поскуливающего землянина, нежно массируя его набухшие соски обеими руками и прошептал, касаясь губами шеи: — А теперь соскользни вниз… мягко… Соски Дента стали просто нестерпимо горячими, так же и его с силой пульсирующий член, и его тело испытало маленькое землетрясение, шквал наслаждения прошел сквозь его внутренности лавовой рекой. Воздух тоже был раскален, и вдыхать его было больно. Рот Префекта лег на один из его сосков, и в животе Артура образовалась огненная воронка, а в ушах зазвенело. Он отчаянно стонал и хныкал все время, пока Форд ласкал его, оргазм казался бесконечным. Когда он наконец пришел в себя, бетельгейзианин нависал над ним, довольно улыбаясь. — Ты поливал меня, как ирригатор. Это заставило меня кончить так чертовски сильно. Артур тяжело дышал, заводясь на полную катушку от этих слов. Они оба были совершенно изгвазданы в сперме, и это было просто офигенно. — Я так хочу… — Да, дорогой? Не было сил стесняться. Землянин буквально падал в его изумительные сапфировые глаза, наполненные глубоким, страстным желанием. Желанием, обращенным к нему, Артуру Денту, скучному и серому англичанину… Англичанин? Земли-то больше нет. Как и тех, кто мог бы их осуждать. Он отмел любое самобичевание и произнес ясно и отчетливо: — Я хочу, чтобы ты затолкал все это в меня своими пальцами, а затем оттрахал до потери пульса. Артуру хотелось орать дурниной от обожания и восторга, когда улыбка Форда стала шире. Он ощутил, как в лужу остывающей спермы ложится горячая рука и медленно ползет к его промежности. Мужчина сладко застонал на проникновение сразу двух пальцев, затем они собрали еще жидкости с его живота и размазали ее по так и не опавшему члену. Страстный, головокружительный поцелуй, а затем все как в тумане. И плевать, что они несутся сквозь ночь на чертовом космическом корабле, напоминающем белый кроссовок. — Почему у нас с тобой не так, а? — обратился Зафод к лежащей рядом Триллиан, намекая на довольные стоны, уже час доносящиеся из соседней каюты. Девушка косо взглянула на него и удалилась в рубку, чтобы еще раз свериться с курсом. «Золотое Сердце» как раз ложился на орбиту Магратеи.