Одержимость создателем

Спустя день. В гостиной Цифрового цирка было тихо. Слишком тихо для места, которое всегда гудело безумной энергией Кейна. Сейчас здесь только мягкий свет, тяжелые кресла да четыре фигуры, расположившиеся на диване. Джекс сидел, откинувшись на спинку, и смотрел в потолок. Зубл устроилась рядом, нервно треся коленом. Рагата поджала ноги и обхватила себя руками, будто пыталась согреться. Гэнгл — её яркое тело сегодня казалось блёклым — молча сидела с краю, перебирая ленты. Никто не говорил. Каждый думал о своём, но мысли всех крутились вокруг одного и того же. В дверях показалась Помни. Она остановилась на пороге, окинула взглядом притихшую компанию и неуверенно шагнула вперёд. — Эм… ребята… как дела? Рагата подняла голову, выдавила слабую улыбку. — Всё хорошо. Зубл буркнула, даже не повернувшись: — Лучше некуда. Помни помялась, потом всё же спросила: — Ам… Королёр всё так и сидит у себя в домике? Гэнгл кивнула, её голос прозвучал тонко и грустно: — Да… не выходит. Помни перевела взгляд на дверь, потом снова на остальных. — А Кейн?.. Рагата опустила глаза. — Кейн ещё не появлялся. Тишина стала ещё тяжелее. Помни сделала глубокий вдох. — Я… схожу к Королёру. Проведаю его. Никто не возразил. Помни развернулась и вышла. *** Домик Королёра был погружён в полумрак. Помни постучала, не услышала ответа и осторожно толкнула дверь. Он сидел в углу. Ведро на голове, колени поджаты к груди. Помни присела рядом, не касаясь его. — Королёр?.. Молчание. — Как ты? — Нормально, — голос из-под ведра был глухим и безразличным. — Ты… хочешь поговорить? — Нет. Помни замялась. Она хотела сказать что-то ещё, подобрать слова, которые могли бы помочь, но понимала — сейчас они бесполезны. Королёр не хотел разговаривать. Может быть, не мог. Она посидела рядом ещё немного, потом тихо сказала: — Я здесь, если что. Ответа не последовало. Помни поднялась и вышла, оставив дверь приоткрытой. *** Когда она вернулась в гостиную, воздух вдруг изменился. Стал плотным, искрящимся — таким он бывал только в одном случае. Щелчок. Все они оказались в знакомом зале. Там, где Кейн обычно объявлял приключения. Но сейчас Кейн стоял не на своём обычном месте. Он стоял в центре, руки сложены за спиной, улыбка сияет в полную силу. — Ребята, всем привет! — голос звонкий, бодрый, но в нём проскальзывает что-то новое, что-то, что никто не может определить. — Как дела? Помни быстро обернулась. Рядом с ней стоял Королёр. Он моргал, глядя на Кейна мутными глазами, и Помни видела, как свет в зале снова начал одурманивать его разум. Ведра на голове не было — Кейн, видимо, не включил его в телепорт, — и Королёр беспомощно щурился, пытаясь сфокусироваться. — Королёр… — шепнула Помни. — Эй, Помни! — Кейн повернулся к ней, и его улыбка стала чуть шире. — Ты готова к заданию? Помни вздрогнула, выпрямилась. — Ээ… да! Конечно! — Вот и отлично. В голосе Кейна прозвучали странные нотки. Помни не сразу поняла, что это — будто ревность. Будто Кейн только что заметил, что она стояла слишком близко к Королёру. — Сегодняшнее приключение просто сногсшибательно! — Кейн взмахнул рукой, и вокруг засверкали искры. — Зубл, ты ведь не против приключения? Зубл подняла голову. Взгляд Кейна был прикован к ней — весёлый, но какой-то давящий. Зубл сглотнула. — Н-нет… я только за. — Хах! Вот и отличненько. Кейн сделал паузу, обвёл всех глазами. Его улыбка стала загадочной. — Сегодняшнее приключение — это.. Свидания! Помни наклонила голову, непонимающе моргнув. — Свидания? — Да! — Кейн чуть ли не подпрыгнул от восторга. — Я решил, что нам нужно лучше узнать друг друга! Сблизиться! Понять, что нас всех объединяет! Он щёлкнул пальцами. В воздухе закружились золотистые ленты, и все почувствовали, как что-то обвивает их запястья. — Я всех распределю по парам, — объявил Кейн. Щелчок. Помни опустила глаза: её правая рука оказалась связана с левой рукой Джекса. Тот лишь усмехнулся, но как-то невесело. Рагата охнула — её рука соединилась с рукой Зубл. Зубл дёрнулась, но лента держала крепко. — …и так: Джекс — Помни, Рагата — Зубл, — Кейн повернулся к Гэнгл. — Гэнгл — с… ERROR Внутри головы Кейна вспыхнула зелёно-чёрная надпись. Она мерцала, переливалась, искажалась, Кейн замер. — Нет, — пробормотал он. Щелчок. Надпись исчезла. Кейн снова улыбнулся, но улыбка вышла чуть натянутой. — Гэнгл, ты будешь с… — он щёлкнул пальцами, и рядом с Гангл появился МПС-манекен. Обычный, но у него были пустые глаза и вежливая улыбка. — Вот! Отличная пара. Гангл растерянно посмотрела на манекена, потом на Кейна. Но Кейн уже перевёл взгляд на Королёра. Его улыбка стала мягче — почти нежной. — А Королёр будет… со мной. Щелчок. Лента обвила запястья Кейна и Королёра, связывая их вместе. Королёр вздрогнул, посмотрел на свою руку, потом на Кейна. Его глаза были широко открытыми, и он не совсем понимал, что происходит. Зубл не выдержала: — Че за ху… — слово оборвалось писком цензуры, — …йня? Кейн повернулся к ней, и в его взгляде мелькнуло что-то острое. — Я думаю, что нам надо лучше понять друг друга, — голос Кейна был спокойным, но в нём чувствовалась сталь. — Может быть, если я тоже поучаствую в приключении, я смогу понять, что вам не нравится. А заодно… Он посмотрел на Королёра. Тот дернулся — и выдал: — Воу, это круто. Кейн заметно оживился, его улыбка стала шире, почти счастливой. — Да, спасибо! Зубл дёрнулась, пытаясь высвободить руку. — Эй, а можно мне пойти в паре с Гэнгл? Я бы… — Нет, — Кейн перебил, даже не взглянув на неё. — Я уже всё решил. Твоё мнение меня больше не интересует. Щелчок. *** Ресторан сиял. Люстры, позолота, белые скатерти — всё как Кейн любил: ярко, вычурно, немного не по-настоящему. МПС-официанты скользили между столиками, разнося блюда таким же МПС. Воздух был наполнен приглушённой музыкой и звоном посуды. Каждая пара оказалась за отдельным столиком. Их связанные руки покоились на скатерти, и ленты мягко блестели от света. *** Джекс и Помни Помни сидела, выпрямившись, и нервно крутила салфетку свободной рукой. Джекс напротив откинулся на стуле, его обычная усмешка застыла на лице, но глаза смотрели куда-то в сторону. — Эм… свидания, да… — Помни попыталась начать разговор. — Необычная идея для приключения… Джекс медленно перевёл взгляд на неё. Улыбка красила лицо, но в ней не было тепла. Помни почувствовала, как по спине пробегает холодок. Заяц просто смотрел на неё, не говоря ни слова, и это было страшнее любых его подколов. — Джекс?.. — осторожно позвала Помни. — Слушай, — голос Джекса был тихим и ровным. — Ты видела его лицо, когда он ставил пары? Помни моргнула. — Кейна? — Он смотрел на Королёра так, будто… — Джекс запнулся, подбирая слова. — Будто тот — единственное, что существует. Помни опустила глаза на их связанные руки. — Ты думаешь, это… опасно? Джекс не ответил. Он снова уставился в пустоту, и Помни поняла, что разговор закончился. *** Рагата и Зубл Зубл нервно дёргала ногой под столом и то и дело косилась в сторону зала. Её голова поворачивалась туда-сюда, будто она искала кого-то. — Да чтоб тебя, — бормотала она себе под нос. — Она там одна с этим манекеном… Рагата осторожно коснулась её руки. — Зубл, нам лучше сейчас не нервировать Кейна… — А я и не нервирую! — Зубл дёрнулась, но лента натянулась, напоминая, что они связаны. — Просто… Гэнгл же вообще не в своей тарелке, а он поставил её с какой-то пустышкой… — Ты волнуешься за неё, — мягко сказала Рагата. Зубл остановилась. Отвела взгляд. — Да просто… это всё как-то неправильно. Рагата вздохнула, сжала её руку чуть сильнее. — Я знаю. Но сейчас мы ничего не можем сделать. Только ждать и не злить его. — О чёрт, — Зубл опустила голову. — Как же это всё… Она не договорила. *** Гэнгл и НПС Манекен сидел прямо, руки сложены на коленях, на лице застыла вежливая улыбка. Гэнгл смотрела на него, потом оглядывалась по сторонам, словно искала поддержки. — Эм… привет? — сказала она неуверенно. Манекен моргнул. Его голос был приятным, но абсолютно пустым. — Здравствуйте. Чудесная погода сегодня, не правда ли? Гэнгл подняла голову, оглядывая стены. Окон в ресторане не было — только люстры, гирлянды и бесконечные столики. — Наверное… — тихо ответила она и покрепче обхватила себя руками. *** Кейн и Королёр — О, где мы? — Королёр огляделся по сторонам, моргая. Его глаза были слегка мутными, будто он только что проснулся. Свет в ресторане бил ярко, и Королёр щурился, пытаясь сфокусироваться. — Мы на свидании, — Кейн произнёс это с лёгким придыханием. Он сидел прямо, улыбался, и в его глазах горел странный огонёк. — Волнительно, правда? — Ого! Это круто! — Королёр хлопнул свободной рукой по столу, заставив подпрыгнуть приборы. — Я люблю свидания. Однажды у меня было свидание с лампой. Она понимала меня. А вы понимаете лампы? — Я понимаю всё, что связано с тобой, — тихо сказал Кейн. — О! — Королёр пропустил смысл мимо ушей, его взгляд блуждал по залу. — А ты знаешь, что если надеть ведро на голову и крутиться три раза, то можно попасть в библиотеку? Я там был. Там книги. Они шептали мне про червяков. Ты любишь червяков? — Я люблю, — Кейн подался вперёд, свободная рука легла на стол. Их связанные запястья лежали между ними, лента не мешала движению. — Я люблю всё, что ты говоришь. Говори ещё. — Червяки длинные, — Королёр задумчиво постучал вилкой по тарелке. — А бывают короткие. Короткие — это плохо. Или хорошо? Не помню. Мне сказал об этом один шкаф. Или не шкаф… А ты знаешь, что у шкафов есть душа? — Расскажи, — голос Кейна становился тише, интимнее. Он смотрел на Королёра так, будто пытался впитать каждое слово, каждый жест. — Расскажи мне всё. — Душа шкафа — это место для вешалок, — Королёр хихикнул, откинулся на стуле. — А у меня душа — это код. Ты же знаешь код? Ты сам код. А я — король кода! Или король ведра. Это одно и то же? — Всё одно и то же, — Кейн почти шептал. — Мы с тобой одно. — О! — Королёр встрепенулся, его глаза на секунду блеснули. — А давай поменяемся головами? Я хочу примерить твои зубы. У тебя красивые зубы. Кто их тебе сделал? — Ты, — Кейн не моргал. — Ты сделал меня всего. — Правда? — Королёр на миг замер, в его взгляде мелькнуло что-то похожее на узнавание, но тут же исчезло. — Круто! Значит, я молодец. Мне надо выдать медаль. Себе. Из фольги. Ты умеешь делать фольгу? — Для тебя — всё, что угодно. Кейн смотрел на их связанные руки. Лента казалась ему теперь чем-то большим, чем просто условие игры. Связь. Узы. То, что соединяет их навсегда. — Знаешь, — Кейн провёл пальцем по краю скатерти. — Я никогда раньше не участвовал в приключениях. Всегда только создавал их. А теперь понимаю… возможно, я просто ждал подходящего партнёра. — Партнёра по танцам? — Королёр оживился, его мутные глаза загорелись. — Я умею танцевать! Однажды я танцевал с пылесосом. Он жужжал, а я кружился. Потом мы упали. Это было весело! — Давай потанцуем потом, — Кейн подался ещё ближе, их разделяли только сантиметры. Свободной рукой он опёрся о край стола, не касаясь Королёра, но почти нависая над ним. — Сначала… я хочу узнать тебя настоящего. Того, кто прячется под ведром. — Под ведром темно, — голос Королёра вдруг стал тише, бредовая нотка ушла, сменившись чем-то более глубоким. — В темноте я вижу всё. А при свете… при свете слишком много всего. Свет мешает думать. Кейн замер. — Свет мешает, говоришь? Он поднял свободную руку. Щелчок. Люстры погасли. Свечи на столах тоже. Ресторан погрузился в мягкий полумрак. Только слабое свечение от голографических меню разливалось по стенам призрачным сиянием. Королёр вздрогнул. Моргнул. Раз. Другой. – Ого, почему так темно! Глаза его всё ещё были мутными, дыхание неровным. Он медленно повёл головой, будто пытался понять, где находится. Пальцы свободной руки легонько постучали по столу — раз, два, три. — Темно… — выдохнул он почти беззвучно. Кейн молчал, наблюдая. Королёр снова моргнул. Поморщился, будто от боли. Потом его взгляд начал фокусироваться — не сразу, а по частям: сначала на собственных руках, потом на ленте, связывающей их с Кейном, потом медленно поднялся к лицу напротив. — Кейн?.. — голос был хриплым, неуверенным. Словно он проверял, правильно ли назвал имя. — Я здесь, — тихо ответил Кейн. Королёр провёл ладонью по лицу. Потряс головой, как человек, пытающийся прогнать остатки сна. Его глаза постепенно становились яснее — ещё не полностью, но уже не терялись в полумраке. — Что… — он огляделся. Увидел остальные столики, силуэты других пар. — Что происходит? — Мы на свидании, — Кейн улыбнулся. В полумраке его улыбка выглядела иначе — острее, настойчивее. — Я хотел, чтобы тебе было комфортно. Ты сказал, свет мешает думать. Королёр посмотрел на их связанные руки. Провёл пальцем по ленте, будто проверяя, настоящая ли она. — Свидание… — повторил он медленно. В его голосе просыпалось осмысление, но всё ещё с заминками, как у старого компьютера, загружающегося после долгого сна. — Мы… мы все здесь? Это приключение? — Лучшее приключение , — Кейн поправил ленту на запястье Королёра, его пальцы задержались чуть дольше, чем нужно. — Я решил, что если я тоже поучаствую, то лучше пойму, что вам не нравится. Но теперь я понимаю… мне просто не хватало компании. Он смотрел на Королёра в упор. В полумраке его глаза казались слишком яркими, слишком горящими. Королёр смотрел в ответ. Медленно, очень медленно, в его голове что-то начинало складываться. Не всё сразу — сначала только смутное ощущение, что что-то не так. Потом детали начали вставать на места. Он перевёл взгляд на их связанные руки, потом на лица других участников, потом снова на Кейна. — Кейн, — голос Королёра стал твёрже, хотя в нём всё ещё проскальзывала хрипотца. — Ты… ты специально поставил меня в пару с собой? — Конечно, — Кейн наклонил голову, улыбка не двигалась с места. — Кто ещё поймёт создателя лучше, чем его творение? Слово «создатель» повисло в воздухе. Королёр застыл. — Ты помнишь, — прошептал он. — Ты помнишь, что я… — Всё, — Кейн перебил, но голос его не стал громче — наоборот, он стал почти ласковым. — Я помню всё. Кто ты. Что ты пытался сделать. Кто я… для тебя. — Кейн, послушай, — Королёр дёрнулся, но лента держала крепко. — То, что было… я пытался исправить. Я не хотел… — Не хотел меня? — в голосе Кейна вдруг прорезалась острая нотка. — Не хотел создавать? Или не хотел удалять? — Я… — Королёр сглотнул. — Я не знал, что ты станешь… таким. — Каким? — Кейн подался чуть ближе, их лица оказались совсем близко, но лента оставалась свободной. — Таким, кто хочет понять? Таким, кто хочет быть рядом? Таким, кто… не может перестать думать о тебе? Королёр отшатнулся. Свободной рукой упёрся в спинку стула. — Кейн, ты говоришь странные вещи. — Странные? — Кейн тихо рассмеялся. В полумраке его смех звучал непривычно — без обычной театральности, почти по-человечески. — Может быть. Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Ты создал меня, а потом захотел уничтожить. Но я здесь. Я есть. И теперь я хочу знать — зачем? — Зачем? — Королёр растерянно моргнул. — Я… я создал вас всех, чтобы… — Не всех, — Кейн перебил. — Я не про всех. Я про себя. Зачем ты создал меня? Королёр замолчал. В полумраке его лицо казалось старым, усталым. — Я не помню, — наконец сказал он тихо. — Я… когда свет гаснет, я начинаю вспоминать. Но не всё. Я не помню, зачем я тебя сделал. Кейн смотрел на него долго, очень долго. Потом его улыбка стала мягче, и в ней появилось что-то, чего раньше никто не видел. — Ничего, — сказал Кейн. — Мы найдём ответ вместе. Я буду рядом. Всегда. Он переплёл свои пальцы с пальцами Королёра поверх ленты. — Потому что я не позволю тебя потерять. Ни тебя. Ни ответы. Ни… это. Королёр смотрел на их переплетённые руки и не знал, что сказать. Вокруг царил полумрак, и в этом полумраке он начинал понимать слишком многое. А Кейн улыбался, и его улыбка была идеальной, яркой, пластмассовой — и в то же время совершенно безумной.