Попаданец мучитель

Приятного прочтения ❤

Глава 4.

Проснулась я от внутреннего толчка. Меня ударило в грудь чем-то острым и горячим изнутри. Я вздрогнула, готовая закричать, но тело не слушалось. Глаза открылись — рассвет? Комната была вся в серебристых искрах, как будто кто-то разбил зеркало и разбросал осколки по воздуху. Они висели вокруг кроватки, медленно кружились, цепляясь за пелёнки. - Не двигайся, — сказал дракон, но его голос пришёл не в голове, как раньше. Он был везде. Или я была в нём. Я попыталась повернуть голову — ничего. Попыталась сжать пальцы, тело не отзывалось. Но я чувствовала что парю в воздухе, среди этих осколков и искр, которые щекотали кожу и звенели в ушах не переставая.   - Начинай, — рыкнул дракон, и тут же нарушил собственную инструкцию. Вместо того чтобы спросить согласие, он впился зубами в мою лодыжку — не сильно, но я взвизгнула, или попыталась. Из горла вырвался только сип, как у проткнутого мяча. - Тихо. Кто-то идёт.  Послышались шаги в коридоре. Медленные, сонные — медсестра Мадлен, наверное, выходила в уборную, а теперь возвращается. Искры вокруг меня резко сгустились, стали невидимыми. Но я чувствовала, как они жгут, прячась под кожей. Шаги прошли мимо. Дверь не открылась. - Повторяй, — приказал дракон, и его голос изменился. Не рычание теперь, а гул, как у того существа у врат.  И тут я почувствовала как в ноге, там, где он укусил, там, где его зубы все еще впивались в кожу — жар. Как будто в меня вливалась лава, и она полилась по ноге, по вене вверх, к груди, переплетаясь с моим ядром и формировалась в плотный клубок прямо под сердцем.  - … И я беру тебя, Элайджа Скорпиус Малфой, своим побратимом, своим проводником, своим щитом и своим оружием. Кровью моей к крови твоей, магией моей к магии твоей. Да будет так. Я вытянула ниточку из клубка магии обратно в левую ногу, инстинктивно, потому что чувствовала, что так надо. И тут же ногу свело судорогой.  - Если разорвет канал, — прошептал дракон сквозь зубы, не прерывая потока, — ты останешься калекой. Стало страшно, но я продолжала тянуть. Чувствуя что это нужно делать прямо сейчас. Клубок давал нитки нехотя, но я не сдавалась. Одну в правую ногу, в шею, в каждую руку, в затылок. Жар шёл по ним, нарастая. Детское тело не выдерживало, сознание уплывало. - Продолжай — давил дракон, и в его голосе появилась странные нотки. Усталость, страх? Я старалась держаться. На каждый вдох тяну новую нить, каждый выдох - уплотняю её. Я уже была сплошным коконом из светящейся паутины, но магии внутри было все еще слишком много. И тут почувствовала — он заканчивает поток. Время последних слов клятвы - мои слова, мои условия. Я открыла рот. Те слова, что готовила ночью, что повторяла про себя, пока засыпала. - Я Элайджа Скорпиус Малфой беру тебя своим побратимом — фамильяром, и в подтверждение даю тебе имя Лилиан, — мой детский голосок хрипел, срывался, но я говорила. — Будь же мне верным побратимом-фамильяром, надежным защитником и учителем, — а дальше слова шли сами из меня, как будто кто-то другой проговаривал их моими губами — будь моим щитом и моим оружием, а по истечению 300 лет побратимства ты получишь человеческое тело, войдёшь в мой род и сможешь развиваться как маг. Будем же мы равным, не рабами, не подчиненным, а партнерами. Да будет так. Дракон взревел. Не громко — внутри моей головы, в моих костях. Это был рёв ярости, удивления и предательства. Он не ожидал. Он планировал связь, где он сильнее и контролирует. А я скорей всего стала бы его фамильяром, а не наоборот как я думала изначально.  - Что ты наделала?! — орал он, но уже было поздно. Магия ответила. Клубок в груди расширялся, пульсировал сильнее, требовал выхода наружу. Мои каналы не справлялись. Нужно было куда-то девать энергию, иначе я сгорю изнутри. Маленькие белые молнии начали пробегать по моему телу, между моих пальчиков на руках. А потом — взрыв. Из моей груди вырвалась молния. Настоящая, фиолетово-белая, с запахом озона и ударила в потолок. Ещё одна в стену. Ещё и ещё. Я превратилась в грозовую тучу. - Ты взяла мои умения! — рычал дракон.  Эти молнии, подаренные магией или украденные? Следствие переделанной мной клятвы или его слов “Кровью моей к крови твоей, магией моей к магии твоей”? Мы оба перехитрили друг друга.  Я чувствовала, как молнии рвутся наружу, как моё магическое ядро пытается переварить то, что изначально было не предназначено для человека. Дверь распахнулась. Крики. Свет.  - Мерлин! — это мама. — Скорпиус, он весь в молниях! - Не трогайте его! — голос дракона, но его уже слышали все. Я видела это сквозь пелену молний: огромный дракон, он вырос. Весь в разрядах молний, завис в воздухе над моим парящим и дергающимся в судорогах телом, и рычит на взрослых. Отец влетел первым, палочка в руке. Потом дедушка, в ночном халате, с растрепанными волосами. Они что-то кричали, махали палочками, щиты наверное ставят, заклинания. Молния ударила в щит деда, и он отлетел к стене. - Целителей! — орала девушка. — Немедленно целителей! Я не видела их больше. Меня затянуло внутрь, в то место, где формировалось ядро. Я должна была продержаться. Только это. Выдержать, продержаться. Перед закрытыми глазами цвета: Фиолетовый, молнией летит к центру. Зелёный — гербология, тянется к фиолетовому. Жёлтый, золотистый — артефакторство, врезается между ними. Синий неизвестный, тоже смывает к ним, и серебристо белый. Он обволакивает их всех, уплотняет. Цвета кружились, сливались воедино с магическим ядром. Оно раздулось, пульсировало, хотело вырваться наружу. И тут вспышка боли в голове.  Скала. Гнездо. Маленький дракон, ещё меньше меня сейчас. Серый, не блестящий, как остальные. Они кружат над ним, большие, огнедышащие. Не подпускают к пище и теплу. «Бездарь», — говорит один голос, и я чувствую, как он режет, как режут слова в детдоме. «Твоя магия — позор.»  Опять вспышка боли. Маленький дракон прячется в расщелине. Молния ударяет в скалу, он её поймал, держит в лапах, как живую. Она не жжёт его, они одно целое. «Изгой», — говорят голоса. «Изгой, изгой, изгой.»  Я поняла почему он так хотел человеческое тело. Ведь там, у себя, он был изгоем. А здесь мог стать кем-то. — Ты видела. — голос дракона в голове тихий, уставший. — Теперь держись и постарайся справиться, или мы оба... Он не договорил. Потому что меня подхватили и понесли. Я видела это как сквозь воду: потолок, двери, коридор, лестница. Мама плакала, отец кричал что-то про «родовой камень», дедушка бежал впереди, открывая двери заклинаниями. Меня положили на что-то холодное. Камень. Резной алтарь с рунами, которые зажглись под моей спиной. Я чувствовала, как они пьют излишки магии, ту бурлящую лаву, которая разрывала меня изнутри. Молнии начали понемногу стихать.  - Стабилизируйте его! — чей-то голос, врач, наверное. - Ядро расслаивается! Нет, не расслаивается. Я видела. Ядро было одно, цельное, но слишком большое, слишком многоцветное. Оно не влезало в меня. Как семечко, которое уже начало прорастать не влезет обратно в кожуру. Я больше не строила каналы, а позволяла им расти самим, так как им нужно, искать путь вглубь.  - Нужно разорвать связь, — сказал другой голос - с этим... существом. Оно перегружает магическое ядро ребенка. - Нет, — прошипел дракон, и я услышала его физически, не в голове. Он был рядом, на алтаре, его хвост обвивал мою ногу, ту самую, что он укусил. — Разорвете связь и ребенок умрёт. Наша магия уже сплелась.   Я не могла пошевелиться. Но чувствовала хвост вокруг своей лодыжки, чешую, впившуюся в кожу, кровь, которая стекала тонкой струйкой на алтарь.  Камень продолжал пить магию и кровь из меня. Мне становилось все легче и легче дышать. Молнии уже не били. Магия успокаивалась. И тут я почувствовала как часть магии с ядра опускается тонкой нитью в мой животик, под пупок. Образуя там озеро. Ядро все ещё пульсировало и вращалось, но уже не так отчаянно. Нить связи между ядром и озером уплотнилась, стала серебристой, упругой. Ядро замедлило пульсацию, подстраиваясь под ритм сердца, и начало уплотняясь втягиваться в тело. Цвета в нём устроились по кругу: фиолетовый, зелёный, жёлтый, синий, и белый посередине, связующий. Не смешались, а сложились, как лепестки в бутоне, которые раскроются позже, когда придет время. Я знала: это только начало. Впереди годы чтобы расти и развиваться. Мое ядро было не врагом, а ростком, которому еще предстояло вырасти и раскрыться. Я открыла глаза. Потолок. Каменный, резной. Вокруг люди — мама, отец, дед, два врача в желтых мантиях и дракон, огромный. Теперь метров 1,5 длины, лежит рядом измождённый, с перламутровой чешуёй. Он посмотрел на меня. Я посмотрела на него. - Лилиан? - спросила я по мысленной связи. Я чувствовала эту связь между нами. Он посмотрел на меня долгим усталым взглядом, кивнул и закрыл глаза.  - Мальчик стабилизирован и жив.  — сказал кто-то из врачей, и в голосе  было столько облегчения.    Меня вернули в детскую через два или три дня. Я плохо считала, голова плыла от зелий. Ноги не слушались. Не то чтобы парализованы, нет, я чувствовала их, но они... дёргались. Судороги приходили без предупреждения, сжимали икры, разгибали колени, скрючивали пальчики на ногах, а потом судороги шли вверх по телу, в руки.  — Это пройдёт, — говорил врач, тот самый, в жёлтом халате. — Каналы разрослись слишком быстро. Мышцы не успевают адаптироваться. Нужен массаж, зелья, терпение. Терпение. Моё любимое. Мама плакала, но больше не подходила ко мне. Отец ходил по комнате, как лев в клетке и смотрел на дракона, который теперь жил на подушке рядом с моей кроваткой. Дедушка что-то исследовал в библиотеке, связанное с «редкими магическими связями». Бабушка, как я поняла, всё ещё лежала, ей ничего наверное не рассказали. Я смотрела на свою лодыжку. Там, где дракон укусил, была родинка. Нет, не родинка, татуировка, если татуировки делают светящимися. Семиконечная звезда, совсем маленькая, фиолетово-серебристая. Когда приходила судорога в ноги, она пульсировала. — Это метка братания, — сказал дракон, когда мы остались одни. — В моём мире такие не делают. Ты... ты изменила ритуал. Добавила слова. — Ты пытался меня обмануть. Те слова, что ты сказал в клятве, я стала бы твоей рабыней бесправной.   — Ты взяла больше, чем положено. Мои умения, они не должны были перейти. Эта магия — стихия молнии, тебе придется совладать с ней, обуздать ее и только потом сможешь ее развивать. — Судороги? — было понятно, что это больше чем обычные судороги. — Они самые.  Он молчал долго. Потом:  — Теперь ты несёшь мою магию. И я твою. Это не братание. Это... я не знаю, что это. Никто не знает. Мы оба изменили ритуал братания. Я посмотрела на свои руки, меня больше не пеленали. На звезду на ноге. На дракона, который был изгоем в своём мире, как я в своём. — Значит, будем узнавать по ходу, — сказала я. — Как всегда. Он фыркнул. Почти смешно. — Мелкий кипиш. — сказал он, но теперь это звучало иначе. Не презрение, а что-то другое. Я закрыла глаза. Ноги опять дернулись, но я уже не боялась. Это было моё тело, моя магия и я справилась. Не идеально, не по плану, но справилась.  Темнота пришла быстро, детское тело, перегрузка магией, зелья. Но перед сном я успела подумать: Теперь я начинаю свою новую жизнь.  _______________________________ Примечания: Спасибо за прочтение. Автору очень интересно услышать обратные отзывы.