Паутина судьбы

      Последнее время Коулсон думал, что половина агентов Щ.И.Т.а уволится после того, как появился этот "не человек". Сделать "человеком" Питера - казалось почти невозможным. Есть он отказывался, по-этому его с трудом(он сопротивлялся) усыпляли, и кормили через трубку, а также он не реагировал на слова Хилл, что разочаровывало, или даже раздражало её. Коулсон и сам однажды пытался поговорить с мальчиком, но тот даже не посмотрел в сторону Коулсона, и лишь сидел у кровати на полу, скрестив ноги, глядя в одну точку перед собой.       Его пытались разговорить, что-бы хотя-бы понять, откуда он знал про перевозку данных, но тот держал твердое молчание.       После завершения миссии по поимке Локи, и спасения Нью-Йорка, всё внимание Щ.И.Т.а сразу переключилось на новобранца. В начале его переместили в изоляционную комнату, которая была больше прежней, а потом отправили к нему психолога.       Агент Хилл и Фьюри стояли перед двухсторонним окном, наблюдая за парнем, и вошедшим психологом. Коулсон не участвовал, так как был занят брифингом новичков, а также шифрованием спутниковой связи.       Агент Хилл держала в руках голографический планшет, на котором был открыт профиль мальчика, а снизу были свободные клетки для написания дальнейших отчётов специалиста.       Фьюри сложил руки за спину, пристально глядя на Питера, который сидел за металлическим столом, глядя в одну точку на столе, как обычно.       В это же время вошла психолог, в руках был обычный планшет с зажимом. Это была молодая женщина. На ней самой - форма Щ.И.Т.а, а сверху - белый медицинский халат с задранными рукавами. С виду - неприметная. На ней ничего яркого. Строгий хвост на голове, никакой косметики.       Питер, как и ожидалось, не поднял глаз. Он привычно смотрел в одну точку.       — Здравствуй. Ты, наверное, Питер? — начала она,— Я твой новый психолог, меня зовут доктор Салливан. Я задам тебе пару вопросов, а ты постарайся на них ответить.—Сказала она, щёлкнув автоматической ручкой, и положив перед собой планшет с зажимом. Голос её был спокойным, ритмичным, не громким.       Он знал, что она задаёт вопросы —хотя знает о нём достаточно информации— что-бы быть с ним на "одном уровне", будто она о нём ничего не знает, как и он о ней. Единственное, что не понял солдат - кто такой Питер?       Шатен подметил - она замужем. На безымянном пальце остался след от кольца, который она, видимо, не замечала. Есть точка, на которую можно давить.       Салливан никак не отреагировала на его пустоту, а лишь приняла это за согласие.       — Отлично, начнём. — спокойно произнесла она, скрестив пальцы рук на столе, что означало. что она старается держать контроль в разговоре, и над эмоциями.—Ты знаешь, где находишься?       Очень формальный вопрос. Она посмотрела ему в глаза, когда он поднял их, и встретила лишь ледяной холод, и пустоту. Она не шелохнулась. Питер предположил, что она твёрдой закалки. Питер не ответил на её вопрос, и она, походу, этого ожидала.       Она записала что-то на бумаге. — Что ты помнишь последним, когда находился в ГИДРе? — Спросила она, чуть тише произнеся название организации. Видимо, предполагала, что у мальчишки будет "триггер".       Питер опустил взгляд обратно на стол. Перед глазами мелькнули последние воспоминания в ГИДРе.       Темная комната. Большая. Широкая. Освещалась лишь середина комнаты, большими прожекторами сверху. По бокам комнаты, высоко сверху - окна. Односторонние. По середине - металлическое кресло. На подлокотниках - фиксаторы для рук. Стул, для промывки мозгов.       К нему подошёл мужчина. Командующий. В руках был злосчастный пульт.                                           Он знал, что сейчас будет больно.       Последнее, что он с трудом вспомнил - безэмоциональные глаза командующего, пропитанные холодной и отточенной решимостью.       Питер молчал. Ни один мускул на лице не дрогнул. Он лишь поднял на неё взгляд. Потом снова опустил. —Ничего.— механическим голосом ответил солдат. Он своих не сдаст. Она записала что-то на планшете. Салливан подняла свои темно-зеленые, словно глубокий лес, глаза.       —Ты кому-нибудь там доверял?— Питер взглянул на неё. Что-то промелькнуло в его взгляде. Эмоция. Грусть. Салливан ухватилась за эту эмоцию. Спина её выпрямилась, а глаза стали выжидающими. —Нет.—коротко ответил младший, на сей раз глядя на психолога. Она долго смотрела на него. Питер знал, что ей известно о том, что он лжёт, ведь он даже не старался скрыть этого. Но она не стала выпытывать из него информацию.       Пока психолог продолжала задавать вопросы, Фьюри и Хилл терпеливо наблюдали.       Ник скрестил руки на груди, Мария сделала то же самое. Она изучала мимику мальчишки, пытаясь уловить хоть каплю лжи, но всё было безрезультатно. —Агент Хилл,—начал Фьюри, нарушив тишину,—Займитесь скрытием данных о его личности из протоколов данных. Мария быстро кивнула, и задержав взгляд на мальчике всего на секунду, вышла из кабинета.