Разбитые звездами

1 октября. Утро Октябрь пришёл в Хогвартс с первыми заморозками. Трава по утрам хрустела под ногами, изо рта вырывался пар, а замок наполнился запахом корицы и яблок — домовики готовили пироги к Хэллоуину. Амелия сидела на подоконнике в гостиной Гриффиндора, смотрела, как туман ползёт над озером. В голове крутились мысли о будущем — о том, кем она хочет стать, о том, какие экзамены сдавать, о том, что будет после Хогвартса. — Ты чего такая задумчивая? — спросил Джим, плюхаясь рядом. — Думаю о будущем. — О каком будущем? — О том, что будет после школы. Джим замер. Он редко задумывался о таких вещах — его будущее казалось ему понятным и простым: квиддич, слава, кубки. — И что ты решила? — Ещё не решила, — она покачала головой. — Но скоро надо будет выбирать.

***

2 октября Профессор МакГонагалл вызвала Амелию к себе в кабинет в пятницу вечером. Амелия шла по коридору и чувствовала, как внутри поднимается странное напряжение — не страх, скорее предвкушение. — Садитесь, мисс Поттер, — сказала МакГонагалл, указывая на стул перед своим столом. Амелия села. — Я вызвала вас, чтобы поговорить о вашем будущем. Вы на пятом курсе, и скоро вам предстоит выбирать, какие экзамены сдавать на СОВ, а это определит, кем вы сможете стать после школы. — Я знаю, профессор. — Вы одна из самых способных студенток, которых я видела за долгие годы, — продолжала МакГонагалл, глядя на неё поверх очков. — Ваши оценки по трансфигурации, защите от тёмных искусств, чарам и зельеварению — выше ожидаемого. Травология тоже на хорошем уровне. — Спасибо, профессор. — Я хочу знать, кем вы видите себя в будущем. Амелия задумалась. Она думала об этом много раз, но вслух ещё не говорила никому. — Мракоборцем, — сказала она. — Я хочу стать мракоборцем. МакГонагалл подняла бровь. — Это серьёзный выбор. Требует не только таланта, но и характера. — У меня есть и то, и другое, — ответила Амелия. МакГонагалл смотрела на неё долго, потом кивнула. — Чтобы поступить в программу подготовки мракоборцев, вам нужно сдать минимум пять экзаменов СОВ на «Превосходно» или «Выше ожидаемого». Предпочтительно по защите от тёмных искусств, зельеварению, чарам, трансфигурации и травологии. — Я знаю, профессор. Я готова. — Вы говорите уверенно. Это хорошо. Но уверенность без подготовки ничего не стоит. — Я подготовлюсь. МакГонагалл кивнула. — Тогда желаю удачи, мисс Поттер. Не разочаруйте меня. — Не разочарую, — ответила Амелия.

***

2 октября. Вечер Вечером они собрались в гостиной. Джим, Сириус, Рем, Пит, Лили, Марли, Мэрс — все были там. — У меня новости, — сказала Амелия, когда все расселись. — Какие? — спросила Марли. — Я решила, кем хочу стать. Мракоборцем. — Я тоже, — сказал Джим. — Давно решил. — Я тоже, — добавил Сириус. — Я тоже, — удивила Марли. — Мракоборцем. — Четверо? — Пит округлил глаза. — Четверо, — кивнула Амелия. — А вы? — Я хочу стать лекарем, — сказала Лили. — Целителем в больнице Святого Мунго. — Я тоже, — добавила Мэрс. — Мы с Лили вместе. — А я хочу работать с магическими существами, — сказала Марли. — Но мракоборец — это тоже интересно. Не знаю ещё. — Я, наверное, что-то связанное с учебой, — сказал Рем. — Преподавателем, может быть. Или в министерстве в отделе по работе с магическими существами. — А я не знаю, — признался Пит. — Ещё не решил. Буду сдавать то, что получится, а там видно будет. — Ты определишься, — сказала Амелия. — У тебя есть время. Пит кивнул, но выглядел неуверенно.

***

3 октября В понедельник утром их вызвали к МакГонагалл. Всех пятерых — Джима, Сириуса, Рема, Пита и Амелию. — Садитесь, — сказала она холодно. Они сели. — Вы знаете, зачем я вас вызвала? — Нет, профессор, — ответил Джим. — Вы пропустили шесть уроков за последние две недели. Шесть! — она стукнула по столу. — Вы думаете, что СОВ сдадутся сами собой? Что магия сделает всю работу за вас? — Профессор, мы просто… — Не перебивайте, мистер Поттер, — отрезала она. — Ваши трюки с картой и ночные вылазки мне известны. Я не знаю, как вы обходите защитные чары, но знаю, что вы это делаете. Все замерли. — Я не буду спрашивать, как вы это делаете, — продолжила она. — Но если вы ещё раз пропустите уроки, я отстраню вас от походов в Хогсмид до конца года. Всех пятерых. — Профессор! — воскликнул Джим. — Это не обсуждается, — она посмотрела на него поверх очков. — Вы поняли меня? — Да, профессор, — ответили все хором. — Свободны. Они вышли из кабинета, и Джим выдохнул. — Она знает про карту? — Не знает, — сказал Рем. — Догадывается. — Но это почти одно и то же. — Поэтому мы будем осторожнее, — сказала Амелия. — И не будем пропускать уроки. — А как же ночные вылазки? — Будем делать это реже. Джим вздохнул. — Ладно.

***

4 октября Ночь. Холодный ветер гулял по Астрономической башне, трепал полы мантий и заставлял звёзды дрожать в вышине. Амелия сидела на старом каменном выступе, свесив ноги вниз, и смотрела на Запретный лес, чёрной стеной стоявший вдалеке. Регулус стоял рядом, прислонившись спиной к парапету. Он только что затушил сигарету и теперь смотрел на неё, ожидая, когда она заговорит. — Ты сегодня тихая, — сказал он. — Думаю. — О чём? — О будущем. О том, что будет после школы. — И что ты решила? — Мракоборец. — Серьёзно? — он поднял бровь. — Это жестко. — Я люблю жестко. Он усмехнулся. Шаги раздались снизу, по винтовой лестнице. Амелия напряглась, но Регулус жестом показал — всё в порядке. На башню поднялся Рабастан Лестрейндж. Он был старше — на курс, кажется. Высокий, с тёмными волосами и тяжёлым взглядом. В руках — пачка сигарет. — Регулус, — кивнул он. — Поттер. — Лестрейндж, — ответил Регулус спокойно. — Не ожидал тебя здесь увидеть, — Рабастан посмотрел на Амелию. — Думал, ты проводишь время с братцем и его весёлой компанией. — У меня есть своя компания, — ответила Амелия. — Вижу, — он достал сигарету, прикурил. — Не боишься, что кто-то узнает? Что ты куришь с чистокровным слизеринцем? — Мне насрать, кто узнает, — сказала Амелия. Рабастан усмехнулся. Сель на выступ рядом с Регулусом, закинул ногу на ногу. — Ты интересная, Поттер, — сказал он. — Не такая, как твой брат. — Джим — хороший человек. — Я не говорил, что он плохой. Просто другой. — И что с того? — Ничего. Просто говорю. Они курили молча. Трое. Слизеринец, гриффиндорка и снова слизеринец. На Астрономической башне, под звёздами. — Ты тоже хочешь стать мракоборцем? — спросил Рабастан. — С чего ты взял? — Слухи ходят. Ты, твой брат, Блэк и МакКиннон. — Слухи не всегда правдивы. — Но в этот раз правдивы. Она промолчала. — Я тоже думал об этом, — сказал Рабастан. — Но моя семья… — он не договорил. — Твоя семья не должна решать за тебя, — сказала Амелия. — Ты не знаешь мою семью. — А ты не знаешь мою. Они смотрели друг на друга. Регулус переводил взгляд с одного на другого. — Ладно, — сказал Рабастан. — Мир? — Мир, — ответила Амелия. Он кивнул, затушил сигарету о камень и встал. — Увидимся, Поттер. — Увидимся, Лестрейндж. Он ушёл так же тихо, как пришёл. — Он неплохой парень, — сказал Регулус. — Для Лестрейнджа? — Для человека. — Возможно, — она затушила сигарету. — Пойдём. Холодно. — Пойдём. Они спустились в замок, и звёзды остались смотреть на пустую башню.

***

5 октября Амелия шла по коридору с картой в руках. Филч был в подземельях, миссис Норрис — с ним. Путь был чист. Она свернула за угол и увидела Маркуса, который ждал её у пустого класса. — Ты пришла, — сказал он. — Я сказала, что приду. Они зашли в класс. Маркус запер дверь и сел на парту. — Как дела с Сириусом? — спросил он. — Не знаю, вроде он и заваливает меня фразами и комплиментами, а вроде это только слова.. Амелия села рядом. Они сидели в темноте, и она чувствовала, как напряжение дня понемногу отпускает. — Маркус, — сказала она. — Что? — Спасибо. За то, что ты есть. — Не за что, — он улыбнулся. — Ты как младшая сестра, которой у меня никогда не было. — А ты — как старший брат, которого у меня никогда не было. Они помолчали. — Пойдём, — сказал он. — Пока Филч не вернулся. — Пойдём.

***

10 октября Объявление о Хэллоуинском бале повесили в гостиной в пятницу утром. «Приглашаются все ученики четвёртого курса и старше. Торжественный ужин, танцы, конкурс костюмов. 31 октября». — Да! — закричала Марли. — Наконец-то! — Ты пойдёшь? — спросила Лили. — Конечно! Я уже знаю, с кем. — С кем? — С Дэвидом Хейвудом. Он с Когтеврана. Мы познакомились на тренировке. — С кем? — переспросил Джим, подходя. — С Дэвидом, — повторила Марли. — А ты? — Ещё не знаю. — Пригласи Лили. — Она откажет. — Попробуй. Джим вздохнул и подошёл к Лили. — Лили, — сказал он. — Пойдёшь со мной на бал? — Нет, Джим, — ответила она спокойно. — Я иду с Северусом. Джим замер. — С Нюниусом? — Да, с Северусом. Мы дружим. Я уже согласилась. — Но он… — Он мой друг, Джим. Точка. Джим отошёл, растерянный и злой. — Она идёт со Снейпом, — сказал он Амелии. — Я слышала. — Это ненормально. — Это её выбор. — Но он… — Джим, — Амелия посмотрела на брата. — Отстань. Она не твоя собственность. Джим замолчал.

***

11-20 октября Амелия считала про себя. Десять парней подходили к ней за две недели. Десять. И каждому она отказывала. — Поттер, ты идёшь со мной? — спрашивал один. — Нет. — Амелия, может, составишь мне компанию? — спрашивал другой. — Нет. — Мисс Поттер, я приглашаю вас на бал. — Нет. Джим смотрел на это и усмехался. — Ты кому-нибудь ответишь «да»? — Может быть, — ответила Амелия. — Кому? — Тебе не всё равно? — Мне интересно. — Подожди — увидишь. Она ждала. Ждала, когда подойдёт он. Сириус подошёл 20 октября. Вечером, после тренировки, когда они остались вдвоём на поле. — Лия, — сказал он. — Что? — Пойдёшь со мной на бал? Она посмотрела на него. В его глазах была надежда — тихая, осторожная, почти детская. — Да, — сказала она. — Пойду. Он выдохнул — так, будто держал воздух всё это время. — Правда? — Правда. Он улыбнулся. Улыбнулся так, как она никогда не видела — без защиты, без маски. Просто счастливый. — Ты сделала мне десять отказов ради этого? — спросил он. — Я ждала, когда ты спросишь, — ответила она. — А если бы я не спросил? — Спросил бы. Я знала. Он усмехнулся. — Ты невыносима. Он хотел сказать что-то ещё, но передумал. Просто взял её за руку, и они пошли к замку.

***

25 октября Амелия сидела на Астрономической башне, смотрела на звёзды и закрыла глаза. Покажи мне будущее, — попросила она. — Покажи, что будет. Видения пришли одно за другим. Она увидела себя в форме мракоборца — чёрная мантия, значок на груди, палочка в руке. Рядом — Джим, Сириус, Марли. Они стояли на площади перед Министерством, смеялись. Она увидела Джима с кубком по квиддичу в руках — взрослого, возмужавшего, счастливого. Она увидела Лили и Мэрс в белых халатах целителей — они склонялись над пациентом, переглядывались, кивали. Она увидела Рема за учительским столом в Хогвартсе — студенты слушали его, открыв рты. Она увидела Пита — он стоял перед какой-то доской, что-то чертил. Непонятно, кем он стал, но выглядел довольным. Она увидела Сириуса. Он стоял рядом с ней, держал её за руку, и на его лице была та самая улыбка — только для неё. Она открыла глаза. На глазах — слёзы. Не грусти — радости. Всё будет хорошо, — подумала она. — Всё получится.

***

28 октября Лили сидела в библиотеке, когда к ней подошёл Северус. Он сел напротив, положил на стол книгу по зельеварению. — Лили, — сказал он. — Что? — Я хотел спросить… ты не передумала? — О чём? — О бале. — Нет, — она улыбнулась. — Я иду с тобой. Он кивнул. В его глазах было что-то, чего Лили не замечала — благодарность, смешанная с надеждой. — Спасибо, — сказал он. — Не за что. Мы друзья. — Друзья, — повторил он. Она не заметила, как он сжал книгу. Не заметила, как его пальцы побелели.

***

30 октября Рем сидел в гостиной с книгой, когда к нему подошла Мэрс. — Рем, — сказала она. — Что? — Ты идёшь на бал? — Иду. — Не хочешь со мной? Он поднял голову. Она стояла перед ним, теребя край мантии, и выглядела непривычно нервной. — Ты хочешь пойти со мной? — спросил он. — Да, — она кивнула. — Хорошо, — он улыбнулся. — Пойдём. Она выдохнула. — Спасибо. — Не за что.

***

31 октября Большой зал преобразился. Тыквы светились, летучие мыши кружили под потолком, а профессор Флитвик создал иллюзию падающих звёзд. Амелия вошла в зал под руку с Сириусом. На ней было тёмно-синее платье, простое, элегантное, с вышитыми серебряными звёздами по подолу. Сириус был в парадной мантии, выглядел серьёзно и немного сурово, но когда смотрел на неё, в глазах появлялась мягкость. — Ты красивая, — сказал он. — Ты тоже ничего, — улыбнулась она. Джим подошёл к ним. — Вы вместе? — спросил он. — Вместе, — ответил Сириус. — Как пара? — Как друзья, — сказала Амелия. — На балу. Джим посмотрел на них долгим взглядом, но спрашивать не стал. Лили вошла с Северусом. Он выглядел неловко — мантия была ему велика, волосы падали на лицо. Но Лили улыбалась, и он улыбался в ответ. Мэрс и Рем вошли вместе. Она держала его под руку, он выглядел спокойным и уверенным. Марли вошла с Дэвидом. Он был высоким, с короткими светлыми волосами и весёлыми глазами. Марли сияла. — Все в сборе? — спросил Джим. — Все, — ответил Пит. — Кроме тебя, — заметила Марли. — Я один, — Джим пожал плечами. — Ничего страшного. — Ты не пригласил никого? — Пригласил. Мне отказали. — Кто? — Все, — он усмехнулся. — Но мне не грустно. — Врёшь, — сказала Амелия. — Немного, — признался он. Она обняла брата. — В следующем году повезёт. — В следующем году, — кивнул он.

Оркестр заиграл медленную мелодию. Сириус протянул Амелии руку. — Потанцуем? — Я не умею. — Я тебя научу. Он взял её за руку, положил другую на талию. Она положила руку ему на плечо. — Смотри на меня, — сказал он. — Смотрю. — Не на ноги. — А куда? — На меня. Она улыбнулась. Они танцевали медленно, неловко, но ей было хорошо. Тепло его руки, его дыхание, его глаза. — Лия, — сказал он. — Что? — Я люблю тебя. — Я знаю. — Я хочу, чтобы ты знала: я не тороплю тебя. Я буду ждать. Сколько нужно. — Я знаю, Сири. Я знаю. Она прижалась к нему, и они танцевали, и за окном падали звёзды, и ей казалось, что этот момент продлится вечность.

***

После бала они сидели на Астрономической башне. Все вместе — Джим, Сириус, Амелия, Рем, Пит, Лили, Марли, Мэрс. И Дэвид с Северусом — впервые. — Этот бал был лучшим, — сказала Марли. — Потому что ты была с Дэвидом, — заметила Лили. — И поэтому тоже. Амелия сидела между Сириусом и Лили. Она смотрела на звёзды и думала о том, что видела в видениях. О будущем. О мракоборцах. О Сириусе. — О чём думаешь? — спросил он. — О том, что всё будет хорошо. — Откуда ты знаешь? — Я видела, — она улыбнулась. Он взял её за руку. — Тогда я спокоен. — Не надейся, — она усмехнулась. — Жизнь — штука imprévisible — Чего? — Непредсказуемая. — Ты говоришь как книжный червь. — Я и есть книжный червь. Он засмеялся, и она засмеялась вместе с ним.