Свет солнца моего

      После длительного отдыха город действительно похорошел.       Скорее всего, это сказывается предстоящее лето, и хоть до него еще достаточно времени, на улицах светлеет чаще, а дожди мелькают реже.       Даже на душе у Лучики потеплело: его настроение следует по пятам за природой, и радостно видеть обычно хмурый город "улыбающимся".       А на лице состроить подобие хорошего настроение он так и не сумел. После приключившихся событий тот день он не забудет еще... да очень долго! Впечатлительным людям нелегко жить на белом свете, и Лучике не повезло являться именно таким. Чувствительным и запоминающим каждые мелочи своей социальной активности.       Хорошо хоть, что рутина осталась в том же русле. Если, конечно, его далеко непостоянные посещения университета можно посчитать рутиной...       И все таки, в этом что-то есть. Порой его вдохновляет собственный загадочный вид на лекциях, или же... просто... пребывание в обществе не так уж и плохо. Особенно, когда к тебе не пристают всякие сумашедшие, ха-ха.       Сегодня по расписанию юноша решил посетить целых две пары! В целом, это и было всё его расписание, ведь:       – Эй, Лучика, стой!       Художника привычно сотрясает дрожью, и все же он оборачивается.       – Д-да..?       – Третьей пары не будет, мне в деканате сказали. Можешь отдыхать, – улыбается ему одногруппница, проходя мимо. Она всегда такая ми-илая. Не милее Далии в глазах Лучики, но... мы отошли от темы!       Поэтому часы летят незаметно. В основном юноша развлекает себя новыми эскизами на бумаге, если ему надоедает сосредоточенно записывать каждое слово профессора. Творческая личность, вы не можете его винить!       По окончанию он неспеша собирает вещи в свою сумку, которую таскает почти везде, и сливается с толпой дабы спокойно проследовать к следующему кабинету. Чаще всего его путь не сопровождается препятствиями, но бывает и иначе...       – Постой!       Да что же такое? Лучика тут же останавливается, всем нутром прочувствовав, что эти слова были обращены точно к нему.       – Лучика Хару, верно? – женский голос становится ближе. По прошествию пары секунд юноша чувствует мягкое прикосновение чужой руки к плечу, отчего его... угадайте что, вновь передергивает. – Ты чего?       – А-а... н-ничего... – он промаргивается и выдыхает скопившийся в легких воздух через нос. Затем поднимает взгляд, неуверенно оглядывая незнакомое лицо.       В университете его нечасто тревожат. В основном это однокурсники, чаще всего их староста – Рико*(да-да, та самая блондинка из нитро). Достаточно ответственная девчонка и активная в их группе... Лучика всегда завидовал таким людям: мастерски уметь общаться с толпой людей может далеко не каждый. Он бы и сам с радостью, но... всегда есть свои причины. Возможно, его просто напросто так воспитали, что общество кажется злым и постоянно давящим на мозг.       Ох, кстати, незнакомка перед ним также была блондинкой. А они уже чем-то похожи.       – Не твоё случайно?       Глаза Лучики, уставшие после недолгого уличного света, успевшего появиться сегодня утром, тут же нормализуются и широко раскрываются, когда девушка поднимает его блокнот. Точнее, альбом? Он был достаточно внушителен, и Лучика уже давно его носит с собой, никак закончить не может... вдохновения нет, да и дома художник перешел на холсты и краски.       – А... ээ...       – Обронил, наверное? Мне твои одногруппники сказали, что ты там единственный художник, да и альбом на твоем месте лежал. Не думаю, что простое совпадение, – улыбается та, протягивая целый и невредимый альбом.       Лучика тут же хватает его без лишних слов, и лихорадочно начинает листать страницы. Успокаивается он почти сразу, как видит, что все эскизы на месте.       Юноша поднимает глаза на свою спасительницу и уже начинает благословить её в своих мыслях. Девушка же в ответ выжидающе смотрит.       – Аа, точно. Спасибо тебе, ха... – неловко выдавливает из себя Лучика, поспешно пряча свою "драгоценность" поглубже в сумку.       – Не за что. Хорошо, когда люди находят свои вещи, – студентка становится прямо перед ним, после чего ойкает, будто что-то вспоминает. – Твоё имя я узнала, а сама не представилась, вот же... Я Астрея, приятно познакомиться!       Девушка протягивает ему руку. Лучика пару секунд переваривает ее слова, а затем с полной уверенностью, что это нормально, протягивает руку.       – Лучика... а, точно... прости, Астрея, – вновь неловко смеется Лучика, опуская руку после рукопожатия. В обычной ситуации он бы просто сгорел от стыда и постарался бы уйти, но...       В этой Астрее ему показалось что-то странное. Только сейчас юноша заметил, что она была одета во все черная... на ее затылке красовался скромный берет аналогичного цвета. Лучика любопытно заглядывается на эту шляпку, стараясь вспомнить, когда он в последний раз видел подобное на головах людей. Конкретно девушек... либо таких-же сумасшедших, как он сам, с головой погрузившихся в искусство и отрицание общественных норм.       – М? У меня что-то с волосами?       – Нет! Всё не так... просто... приятно познакомиться, – поправляет себя юноша, услужливо кивая. Астрея кивает в ответ, прекрасно понимая чужие чувства.       – Мне пора бежать, Лучика. Если захочешь встретиться, я буду в деканате, скорее всего. Удачи! – студентка откланялась и сбежала при первой же возможности, не расслышав мямли Лучики в ответ.       Чего же ты так разволновался опять, Лучика?       Далия бы хотела, чтобы ты был сильным и верным, а ты...       Нет! Хватит!       ***       Как разузнал Лучика на следующий день, эту девушку знают в университете многие, и судьба уже сама готовила ему встречу с ней, но та произошла так внезапно, что юноша даже и подготовиться толком не успел... он не считает себя совершенством в тот скучный день, когда его альбом нашелся, и хотел бы предстать перед Астреей в новом обличии, извиниться за свою неуверенность, может, подарить ей что-то?...       Чисто из вежливости, конечно!       Он, пока что, не собирается бросать Далию. Несмотря на стереотипное мнение о дружбе между мальчиком и девочкой, Лучика верил. Ему нужна подруга. Очень как нужна.       Но, с трудом давшийся ему опрос одногруппников об Астрее мало к чему привел.       Кто-то говорил, что не слышал о такой, а другие отвечали что-то про "местную помощницу" и "борца за справедливость". Интересно это все, конечно.       В один из похожих дней, когда Лучика из важных событий мог вспомнить только об информации про Астрею, он чувствовал себя странновато. Нет, не из-за информации. Нечто тяготило его, и он сам понять не мог, что именно... в животе странно закручивался узел тревоги, который чувствовался в юношеской жизни в последнее время ну уж слишком часто.       Опустив голову и натянув капюшон мантии, как всегда, он шел. Ему даже не нужно вспоминать, куда идти, ноги сами ведут к дому.На улице необычайно большое количество людей... это и пугает и радует. Радует тех людей, так как в основном это вышедшие погулять парочки или полноценные семьи с детьми. А пугает Лучику. Да, он не смотрит в их лица, но всегда страшно столкнуться с кем-то ненароком, или попасть в зону внимания...       Он попадает в переулок, где в обычный день можно услышать лишь гул машин. Ах да, сегодня же.. пятница.       День "приключений", так сказать.       – Помогите! Стойте, извините... а-а-а!       Не успевает Лучика привыкнуть к активной обстановке вокруг него, как уже в кого-то врезается. Его память откатывает события на пару минут назад, и он помнит, как эти же вопли раздавались над ухом буквально недавно...       Знакомые из университета? Иначе, кого еще он мог вспомнить?       Лучика, заинтригованный собственными мыслями, поспешно поднимает глаза. А затем выпрямляется. Потом недоверчиво моргает.       Перед ним стоял... ОН? ОПЯТЬ ОН?! Да, тот самый сумасшедший с ярмарки, о которой уже успел позабыть юноша! Его ведь еще не понять куда утащили и Лучика надеялся, что это была одноразовая акция в виде их встречи, разве нет?!       Глаза напротив, всё те же темные и в меру пронзительные, умело подмечают детали на чужом лице. А после широко раскрываются, и незнакомец преувеличенно удивленно отскакивает назад, прикрывая рот своими все ещё длинными и аккуратными пальцами.       – Ты! Э-э... кхм! Л-лучика, да? Кажись... я не помню точно! – начинает запинаться тот, неконтролируемо взмахивая руками.       Видимо, он тоже был напуган. Лучикой ли? Выясняется этот вопрос достаточно быстро.       Кунай оборачивается, действительно разглядывая что-то в толпе незнакомцев, окруживших их несчастные тушки, и также резко возвращается обратно:       – Прости!       Лучике даже говорить ничего не далось. Этот ненормальный исчез прямо из под носа! Студент в недоумении смотрит на свои руки, на пространство впереди, только потом чувствует странное шевеление за спиной.       Вдоволь "насладиться" ощущениями спонтанной встречи также не далось, ведь к нему спешат протиснуться две причудливые фигурки в... полицейских фуражках?       – Гражданочка, здравствуйте, – они кланяются и достают свои удостоверения, но Лучика едва в них вглядывается. Врядли кто-то стал бы притворяться в их маленьком городке...       Гражданочка?!       Что еще произойдет странного за этот день? Сначала то странное чувство, которое Лучика явно испытывал пару минут назад, потом "старые" знакомые, и теперь это!       Юноша неловко поднимает палец, желая высказаться по этому поводу, но его тут же перебивают.       – Миледи, мы ищем мужчину... тощего телосложения, в непонятной облегающей фигуру одежде и... у него еще был хвост, да? – один поворачивается к другому с вопросом на устах.       – Ага. И волосы черные, как смоль. А лицо и руки бледные. Не видали здесь такого молодого человека?       – Эээ... – Лучика опешил. То есть, этот самый "человек в облегающей фигуру одежде" сейчас стоял буквально за его спиной. Ситуация становится все интереснее.       – Послушайте... – вновь начинает он, – во первых, я мужского пола... во вторых, я не встречал никого. Можно мне... пройти домой?       Он постарался, как смог, чтобы смягчить свой голос и быть обычным уставшим после учебы студентом.       Полицейские от такого поворота – от первых слов Лучики – конечно встали в ступор. Но решили не показывать собственную невоспитанность.       – Ох... Конечно, господин, вы можете быть свободны. Ясного дня.       Те отдали честь и, откланявшись, скрылись в успевшей рассосаться толпе. Да, люди и впрямь будто исчезли с переулка, и здесь стало более просторно и обыденно. Лучике такое время нравилось больше всего. Вроде и мало людей, но и не полная изоляция.       Юноша вздрагивает, чувствуя шевеление под плащом, и тут же оборачивается, видя знакомое лицо.       Его брови слегка хмурятся. В голове у Лучики... каша. Каша из вопросов и собственных домыслов по поводу ответов на них. Возможно, некоторые теории даже и верны, но узнать можно, только лишь спросив самого знатока.       – Спасибо тебе, мой спаситель! – Кунай дерганно наклоняется, хватая обе руки в собственные и сжимая этот комок из рук вкупе.       – Так-так, стоп! – Лучика моргает. Затем для верности мотает головой, стараясь таким привычным образом собрать мысли в кучу, и смотрит на лицо, до сих пор полное энтузиазма. Он вырывает свои руки из чужой хватки и прячет их в складках мантии, – Зачем ты меня преследуешь?       – Я? Тебя?! Зачем же мне такое вытворять, мм? Это скорее меня преследуют! – проповедник выпрямляется и, в привычной ему манере, начинает жестикулировать, пальцами указывая за спину Лучики, – Ты видел, мальчик мой, что творится-то вообще? Меня, невиновного! Еще и обыскать хотели. Ироды, ух!       – Была причина, я думаю...       – В том то и дело! Средь белого дня напали!       Кунай стучит своим невысоким каблучком по каменному тротуару, со всем присущим ему драматизмом размахивая руками.       Лучика неловко моргает и пятится назад. Может, оставить его?.. Их встречи действительно не должно было случиться... это все из-за тех полицейских. Если бы их не было, они бы наверняка даже не взглянули друг на друга.       Внезапно, к всеобщему удивлению в лице Лучики, Кунай становится ровно, успокаиваясь.       – Кхм. Раз уж ты помог мне... я хочу предложить кое-что! – он широко, почти... маниакально улыбается, двигаясь ближе к студенту, отчего тот отступает на шаг, и хватает его за руки. Не-е-ет, опять?! – У меня денег хватает. Я могу... платить тебе за небольшую помощь в моем закутке-храме! Услуга за услугу, и ты разбогатеешь!       Странно, что тот не стал сразу же предлагать вступить в его секту или... вообще молиться на улице, чтобы "ихний Бог" принял Лучику в ряды своих последователей. Эти действия кажутся странными и почти нереальными. Но на слова про деньги в наше время мало кого дергает. Даже беловолосый юноша, переживший многое, и на данный момент находящийся в приближающемся финансовом кризисе, не верит, что обычный странненький проповедник даст ему действительно много денег.       – ...А сколько?       – Ну. Смотря сколько времени будешь проводить со мной.       – Стоп, с тобой?       – Я имею в виду другое, мальчик мой, не подумай! – Кунай тут же отпускает его руку и вновь изо всех сил машет собственными, – Я в нашей церкви так называемой почти все дни и провожу. Так что, можно сказать, что мы будем почти все время твоей подработки рядом!       Хм...       Этот выбор для Лучики был роковым в его дальнейшей спокойной жизни.       Либо сейчас, либо никогда.       Хотя, смотря на характер Куная, он бы врядли отстал так просто и принял отказ. Лучике ничего не оставалось, кроме как соглашаться. Проповедник был в восторге. Честно говоря, художник был в ужасе, когда тот перевозбужденно подпрыгивал на месте, широко растянув губы в улыбке, начиная ведать Лучике о всех тонкостях в их райском уголке. Он ни слова не проронил про обязанности, сказав, что тот узнает все на месте.       Назвал лишь приблизительный адрес.       "Там все будет написано, сам увидишь!" – вот, что он сказал.       И как он всё ещё... держится на своих каблуках?