Вечер последнего дня T.1

За несколько дней её отсутствия на столе накопилась целая стопка текстов. Помимо работы над собственными книгами, опытных авторов привлекали ещё и в качестве редакторов для рукописей, поступающих в печать. Лишь немногие — в том числе и Жюли — имели собственный кабинет. Начинающие же писатели ютились в общем помещении, отгораживаясь друг от друга импровизированными перегородками. Поприветствовав коллег, Жюли поскорее нырнула к себе. Наверняка весть о выборе представителей уже разнеслась по офису. И определённо не все были довольны результатом. Конкуренция в издательстве была высокой, а провоцировать очередные скандалы совсем не хотелось. Не успела она приступить к вычитке первой работы, как дверь открылась. Подняв глаза, Жюли увидела на пороге Маргарет. Озорные веснушки добавляли её и без того подчёркнуто детскому образу определённую инфантильность. Специализируясь на книгах для малышей, она всегда напоминала Жюли героиню собственных сказок. — Редакция гудит! — закрыв за собой дверь, Маргарет уселась на небольшой диванчик рядом со столом. — Ты даже не представляешь, какой фурор вызвал выбор начальства. — И что про меня говорят? — заранее зная ответ, Жюли отложила рукопись детективного романа одного из молодых авторов. — Почти ничего, — Маргарет заговорщицки наклонилась вперёд. — Но Никсону сегодня точно покоя не будет. Всего полгода работает, а уже такое! Линда просто с ума сходит от «несправедливости». Прокрутившись на стуле, Жюли задумчиво грызла кончик карандаша. Парень действительно пришёл работать недавно, но писал вполне недурно. Не гениально, но вполне читабельно. Если быть совсем честной, в издательстве определённо нашлись бы авторы поопытнее и с бóльшим списком заслуг. — Некоторые даже подозревают, что он гей, — Маргарет приняла предложенное пирожное, — и, сама знаешь, что сделал, чтобы получить это место. Глаза Жюли округлились. Если о нём ходят такие слухи, страшно было представить, что говорят про неё саму. Подруга продолжала монолог, не особо ожидая ответа. После родов и, по всей видимости, длительного пребывания с ребёнком она выработала навык «разговора в пустоту». Когда Жюли уже хотела тактично намекнуть, что пора бы взяться за работу, дверь снова отворилась. — И кого тут можно поздравлять? — Тревор! — Жюли поднялась со своего места, приветственно целуя друга в щеку. В отличие от Никсона, его ориентация была известна всем со стопроцентной точностью. — Не успел зайти к себе, как меня Линда чуть с ног не сбила, — отряхнув зонтик, он оставил его у стены и уселся рядом с Маргарет. — Уже выбрала спутника? Если нет, то с удовольствием предложу свои услуги. Потянувшись за пирожным, он внимательно наблюдал за её реакцией. Прицокнув языком, Жюли покачала головой. В присутствии Маргарет упоминать о Леоне не хотелось. Та хоть и была неплохой подругой, но её длинный язык ещё никого до добра не доводил. — Ты бы лучше спросил Никсона. Маргарет говорит, что половина редакции считает его геем. — Что за чепуха! — возмутился Тревор с набитым ртом. — Я такое за километр чувствую. И поверьте мне, дамы: он чистокровный гетеросексуал. Маргарет тихо хихикнула, прикрывая рот ладонью. — Ну так что, пойдёшь со мной? — он по-хозяйски откинулся на спинку дивана. Жюли на секунду поджала губы. Припёртая к стенке, она встретилась с полным заинтересованности взглядом Маргарет. — С удовольствием, Тревор, но у меня уже есть спутник, — пожав плечами, она старалась сказать это как можно более будничным тоном. — Но на следующий приём — обещаю... — Есть спутник? — выгнув бровь, перебила Маргарет. — Кто он? И почему ты ничего не рассказывала?! Довольный произведенным эфектом Тревор закинул ногу на ногу, обхватив колено руками. — Человек! — Жюли крутанулась на стуле, отворачиваясь от них. — И вообще, мне работать нужно, а не со сплетниками болтать. Перед глазами невольно всплыл образ Леона. Щёки покрылись едва заметным румянцем при воспоминании о сегодняшнем утре. Перекинув волосы вперёд, она подпёрла голову рукой, стараясь скрыть «улики». — Нет-нет, нужны подробности! — запал Маргарет только начал разгораться. Когда ручка двери дёрнулась, Жюли было уже всё равно, кто появится на пороге — хоть сам дьявол, лишь бы прекратить этот допрос. — А вы почему не на своих рабочих местах? — мистер Гордон не умел кричать, но сталь в его голосе заставляла безропотно подчиняться. — У нас скоро конец года, а книги за предыдущий квартал ещё не выпущены. Вы хотите нас по миру пустить? Не сговариваясь, коллеги подскочили со своих мест и, сбивчиво оправдываясь, поспешили ускользнуть от тяжёлого взора начальства. Закрыв за ними дверь, мистер Гордон перевёл на Жюли подобревший взгляд. — Вижу, работаете. Это правильно. Не хотел отвлекать, но нужно обсудить несколько вещей, связанных с пятничным приёмом. Понимаю, времени мало. Изначально я договаривался на начало декабря, но спонсоры в последний момент решили перенести сроки. Хорошо, что успели перепечатать пригласительные, — он запнулся, будто что-то обдумывая. — Хотя знаете... зайдите ко мне в час дня. Поговорю с вами и мистером Паперсом вместе. Он написал утром, что будет как раз после полудня. Когда дверь за начальником закрылась, Жюли облегчённо откинулась на спинку стула. Благословенная тишина была слаще самой приятной музыки. Единственным звуком, доносившимся до её сознания, оставался нарастающий рокот капель за окном.

***

— Ещё раз повторяю: это очень важный шаг для нашего издательства. Жюли сидела в кожаном кресле. На коленях покоился так и не тронутый блокнот для заметок. Вполуха слушая мотивационную речь, она задумчиво разглядывала посветлевшее к обеду небо. Дождь прошёл, оставляя после себя мокрый асфальт и уже по-зимнему прохладную свежесть. Когда вернётся к себе в кабинет, нужно будет не забыть открыть окно на несколько минут. — Мисс де Бернез, вы меня слушаете? — нетерпеливый голос мистера Гордона вырвал её из потока мыслей. — Простите, на секунду отвлеклась, — выпрямив спину, Жюли вернула себе концентрацию. Предложение Леона оставить редакцию и писать только для себя хоть и было заманчивым, но ей было жаль уходить. Придя сюда впервые в восемнадцать, она десять лет провела в этих стенах. И, несмотря на солидный стаж, с начальством следовало быть уважительной. — Поймите, этот вечер поможет нам выйти на европейский рынок, — мистер Гордон кивнул, в мыслях уже подсчитывая возможную прибыль. — Кстати, об этом. Вы прочитали насчёт анализов? Заметив краем глаза энергичные кивки Никсона, Жюли судорожно пыталась вспомнить хоть что-то из прочитанного наспех утром. Заметив её нахмуренный лоб, мистер Гордон неоднозначно вздохнул. — На приёме будут представители балканского филиала «Industrial Infinity». У них там ещё не до конца прошла вспышка какого-то гриппа. Часть делегации переболела, у них слишком слабый иммунитет. Мне только что сообщили: это очень важно. Без подтверждения, что вы не больны никакой заразой, в здание никого не пустят. В информационном буклете есть точный адрес клиники, куда вам нужно будет подойти. Ладони в одночасье вспотели, а по спине пробежал холодок. Жюли ненавидела врачей. Запах больницы и лекарств всегда вгонял её в плохо контролируемую панику. — Если больше нет вопросов... — мистер Гордон взглянул на часы, стрелка которых неумолимо приближалась к отметке «полвторого». — Тогда за работу, мои продуктивные пташки! Хлопнув в ладоши, он жестом показал, что пора закругляться. Судя по тому, как резко он свернул разговор, у него должна была вот-вот начаться другая встреча. Когда они вышли из кабинета, сердце Жюли всё ещё колотилось. Неизбежный визит в клинику, казалось, испортил настроение до конца дня. — И как впечатление? — Никсон, по своему обычаю, не терял позитивного настроя. — Да... нормально. Наверное, — сбитая с толку, она никак не могла собрать мысли в кучу. Они медленно шли по узкому коридору. Никсону было, по её предположению, около двадцати пяти. Или, может, чуть меньше. Светлые волосы и ещё по-юношески открытое лицо буквально излучали восторг. Казалось, слухи среди коллег его совершенно не заботили, за что Жюли его определённо уважала. — Боишься врачей? — в его голосе послышалась искренняя заинтересованность. — С чего такой вывод? — Ты бледнее моли стала, когда мистер Гордон только заикнулся об анализах. Живот сдавило в тугой узел от очередного напоминания об этом. Не видя смысла скрывать, Жюли кивнула, поджав губы. — Если хочешь, можем завтра вместе пойти? Я как раз в обед собираюсь. Вдвоём не так страшно будет. К тому же я ещё не до конца знаю город, а судя по карте — это на другом конце. В подтверждение он достал телефон, указывая на экране нужное место. Действительно, клиника, в которую они должны были прийти, находилась чуть ли не в часе езды от издательства. — Далеко... — протянула девушка, прикидывая, как будет туда добираться. Водительских прав у неё не было, а отвлекать Леона в рабочее время не хотелось. — Ну так что? — его губы растянулись в дружелюбной улыбке. — Заодно и познакомимся. Причин возражать не было. Если им предстояло произвести хорошее впечатление на спонсоров, стоило хотя бы узнать друг друга получше. — Да, думаю, это будет неплохо, — девушка постаралась выдавить из себя ответную улыбку. Проводив её до кабинета, Никсон на прощание протянул открытую ладонь. — Тогда всё в силе. Завтра после обеда. Жюли пожала длинные пальцы, скрепляя договор. Когда дверь собственного кабинета закрылась, она облегчённо выдохнула. Отложив блокнот на заваленный рукописями стол, девушка открыла окно. Прохлада и запах прошедшего дождя успокаивали, давая временную передышку. Предложение Никсона было настолько сумбурным и резким, что она не успела осознать, как согласилась. Неприятный осадок остался после их разговора. Жюли сама не могла ответить на вопрос — почему от мысли о завтрашнем дне всё внутри съёживается в один сплошной клубок нервов? Решив занять голову чем-то другим, она принялась за вычитку очередного текста. Подростковый роман с самой «сильной» главной героиней и двумя эльфийскими принцами, которые от неё без ума. Даже не зная имени автора, Жюли с первых абзацев узнала фирменный почерк Тревора. Он временами публиковался под псевдонимом Анна Липс, штампуя для издательства «быстрые деньги». Подобные книги раскупались как горячие пирожки, что, бесспорно, радовало начальство. Дойдя до первого конфликта с гномами, она вздрогнула от неожиданности: телефон на столе неистово завибрировал. Наспех скреплённые листы соскользнули и рассыпались под столом. Жюли, не глядя на номер, прижала трубку к уху. — Жюли де Бернез, слушаю, — придерживая телефон плечом, она нырнула вниз, собирая разбросанную рукопись. — С каких пор так официально? — Извини, у меня сегодня буквально всё из рук валится, — губы сами расплылись в глуповатой улыбке, стоило услышать родной голос. На другом конце послышался сдавленный смешок. — Значит, всё как всегда. Пока Жюли подбирала ответ, Леон продолжил: — Если не планируешь работать допоздна — я бы заехал за тобой. Может, даже пригласил бы на ужин. Её брови выгнулись от удивления. — Сегодня какой-то праздник? Обычно это она вытаскивала его из дома. Иногда Жюли казалось, что Леон в этом плане напоминает сына Маргарет: того тоже без обещания новой игрушки ни за что не заставишь что-то делать. — Почему я не могу просто сделать для моей писательницы что-то приятное? Жюли села прямо на пол, опираясь спиной о тяжёлый стол. — Хорошо, — она рассмеялась. — Через сколько ты будешь? — Вообще-то, — он шумно втянул воздух, — я уже на парковке. Осознание, что он совсем рядом, приятно щекотало в груди. — А если бы я не согласилась и сказала, что буду работать до ночи? — Ты бы согласилась, — уверенно парировал Леон, зная, что прав. — Так через сколько выйдешь? Несмотря на то, что он её не видел, Жюли закатила глаза. — Дай мне минут пятнадцать. — Буду ждать, мисс де Бернез, — передразнивая её официальный тон, Леон отключился. Сложив рукописи в ровную стопку, Жюли окинула взглядом кабинет. Пока она собирала вещи в сумку, мысли то и дело возвращались к завтрашнему дню. Закинув в выдвижной ящик свежий роман Тревора, она клятвенно пообещала себе закончить его завтра. Закрывая дверь на замок, Жюли постаралась запереть за ней и все свои тревоги. По крайней мере, до завтрашнего утра.