Вечер последнего дня T.1

Глава 11. Закрывшись у себя в кабинете, Жюли старательно пыталась сосредоточиться на работе. Вновь и вновь перебирая рукописи, она зацепилась взглядом за одну из первых работ Никсона. Мысль о нём не покидала её всё утро. Не встретив его в коридоре, Жюли уже было потянулась к спрятанному за ухом устройству, чтобы предупредить Леона — вдруг это важно? Однако она быстро одернула себя, вспоминая, что Паперс обожал задерживаться или вовсе приходить ближе к вечеру, вечно ссылаясь на «творческие неурядицы». Мистер Гордон и так не особо тщательно следил за посещаемостью — главное, чтобы рукописи сдавались в срок и деньги лились рекой. Остальное было второстепенно. Кстати, о сроках. Жюли открыла ноутбук, отыскивая в бесконечных папках собственный незаконченный роман. Второй том про федерального агента под прикрытием. Истерически хихикнув, она зарылась лицом в ладони, стараясь унять неуместный приступ смеха. «Какая ирония, — мысли в голове звучали совсем не весело. — Моя героиня отважно и храбро бросается спасать мир, а я даже с простым заданием справиться не могу». Перечитав последнюю главу перед решающим столкновением, Жюли раздраженно удалила все свои наработки. Вместо этого пальцы быстро забегали по клавиатуре. Не заботясь о пунктуации, она сплошным потоком переносила на «бумагу» всё, что чувствовала. Свою потерянность и страх. За себя, за Леона, за их привычный мир, который рушился на глазах. Она писала о том, как он отчаянно старается её оградить, и как она до боли благодарна за это. Писала обо всем, что не решилась произнести в машине. В момент наивысшего напряжения она резко отняла руки от клавиатуры, словно та ударила её током. Жюли спрятала лицо в ладонях, и из груди вырвался первый, по-настоящему горький всхлип. Рыдания накрыли её с головой. Впервые за последние сутки она позволила себе прожить всё происходящее. Без свидетелей. В тишине закрытого кабинета. Когда сознание начало проясняться, а слезы постепенно иссякли, раздались три коротких стука, и дверь сразу же отворилась. На пороге стоял мистер Гордон. — Оу, — вырвалось у него при виде заплаканной девушки. — Жюли, с тобой всё в порядке? — Да, — она шмыгнула носом, поспешно указывая на экран. — Как раз эмоциональный момент прописываю, вот и не сдержалась. Облегченно выдохнув, начальник расплылся в радостной улыбке. — Молодец! — он прикрыл за собой дверь, проходя вглубь кабинета. — Я всегда говорил, что ты не зря занимаешь свое место. Будь у меня все авторы такими, мы бы на Европу давным-давно вышли. Быстро стирая с лица «следы преступления», Жюли прикрыла крышку ноутбука, чтобы мистеру Гордону не пришло в голову взглянуть на столь «живой» фрагмент. — Я, на самом деле, пришел по делу, — начал он издалека. — Знаю, знаю, у тебя и так дел выше крыши, но есть просьба. Мне вчера вечером позвонил Паперс и попросил отгул, сославшись на плохое самочувствие. Я не верю ни единому слову этого проходимца. Он хоть и талантлив, но совсем отбился от рук. Мистер Гордон тяжело опустился на край её стола, явно раздраженный поведением Никсона. — Тебя не затруднит к нему подъехать и глянуть, насколько всё плохо? К тому же послезавтра прием. Если вдруг он всё же болеет — в чем я очень сомневаюсь — позвони мне и сразу уезжай оттуда. Не хватало мне, чтобы вы все тут перезаражались. — Почему вы попросили именно меня? — девушка ошарашенно смотрела на начальника, чувствуя, как холодный пот проступает вдоль позвоночника. — Эх, Жюли-Жюли, — покачал головой мистер Гордон, — в нашей прекрасной стране нельзя раздавать адреса сотрудников всем подряд. Представляешь, как меня за такое могут затаскать по судам? А мистер Паперс обмолвился, что вчера ты со своим спутником отвезли его до дома. Так что, думаю, тебя не затруднит вспомнить адрес, верно? В кабинете воцарилась тяжелая тишина. Жюли почувствовала, как пальцы, лежащие на крышке ноутбука, мелко задрожали. „Что же ему вкололи? ”. — Да, конечно, — она заставила свой голос звучать ровно, хотя сердце колотилось где-то в районе горла. — Я... я съезжу к нему прямо сейчас. — Вот и славно, — Гордон удовлетворенно кивнул и, наконец, вышел, закрыв за собой дверь. Подождав несколько мгновений, Жюли подскочила с места и закрыла дверь на защелку. Убедившись, что никто не войдет, она вернулась на свое место. Собравшись с мыслями, тонкие пальцы нащупали небольшое уплотнение за ухом. Одна секунда, две, тр.... — На связи, — голос Леона был сбившимся, как после интенсивной тренировки. — Что-то случилось? — Ты меня слышишь? — Жюли на всякий случай не решалась говорить во весь голос, почти переходя на шепот. В ухе послышался короткий сдавленный смешок. — Слышу, — было ясно, что на другом конце Леон изо всех сил старается сдержать улыбку. — Очень четко. Рассказывай, что узнала. Не в силах усидеть на месте, Жюли подошла к окну, нервно теребя край шторы. Серая морось снаружи никуда не делась, делая пейзаж за стеклом еще более унылым. — У меня только что был мистер Гордон. Говорит, Никсон вчера звонил и попросил отгул из-за болезни, — на том конце повисла густая тишина. — И он попросил меня съездить к нему и проверить. Мистер Гордон считает, что тот симулирует, и... — Никуда не едь, - отрезал Леон, не давая закончить фразу, - дай мне несколько минут. Не дожидаясь подтверждения, связь прервалась. Ладони вспотели, а сердце начало набирать обороты. Несколько глубоких вдохов — и нарастающая паника начала отступать. Жюли открыла окно, впуская внутрь поток свежего воздуха. Пока она мерила комнату шагами, в ухе раздалось короткое непривычное шебуршание, за которым последовал голос: — Я смогу подъехать минут через сорок, не раньше. План сложился в голове практически сразу. Почти сутки без еды давали о себе знать, и такой запас времени был даже на руку. — Хорошо. Здесь рядом есть кафе, я спущусь и буду ждать там. Через дорогу по правой стороне. Мы там были один раз, помнишь? — Очень хорошо, — облегченно выдохнул Леон. — Я постараюсь ускориться, насколько это возможно. — Тогда до встречи? — Да. И еще одно, — его голос заметно смягчился. — Возьмешь мне что-нибудь навынос? Жюли улыбнулась тому, насколько простой и человечной была его просьба. — Как всегда — без лука? — Без, если можно. «Хотя бы это не меняется», — подумала она. Отключив связь, Жюли наспех накинула пальто, прихватив с собой вчерашнюю рукопись Тревора. Проходя по коридорам, она невольно сравнила их небольшое издательство с офисом DSO, в котором ей «посчастливилось» побывать. В отличие от того почти стерильного места, здесь кипела жизнь. Коллеги шумно переговаривались, всюду пахло кофе, принесенным из дома обедом и дурацкими аромапалочками. Мистер Гордон несколько недель назад вернулся из путешествия по Дальнему Востоку и, по всей видимости, слишком вдохновился местной культурой. Утренняя морось прошла, оставляя за собой свежий запах мокрого асфальта. Вдохнув так глубоко, насколько это возможно, Жюли почувствовала, как легкие раскрываются, впуская внутрь пьянящий аромат. В голове пронеслась шальная мысль: рано или поздно каждый дождь заканчивается, даже самый долгий и утомительный. Когда она почти дошла до кафе, сквозь серую пелену туч начали робко пробиваться солнечные лучи. Они слепили глаза, яркими бликами отражаясь от поверхности луж. — Что будете заказывать? — молодой парень, еще явно вчерашний школьник, угрюмо стоял за прилавком. Ориентируясь на аппетитный внешний вид витрины, Жюли продиктовала названия двух небольших багетов, щедро наполненных начинкой. Не забыла она и уточнить отсутствие лука. Найдя свободный столик возле окна, девушка с удовольствием отметила, что вкус свежей выпечки остался таким же, каким она его запомнила. Это придало какой-никакой уверенности. Мир остался прежним. Как и она сама. Доедая свою порцию, Жюли потянулась к сумке. Нащупав плотные листы бумаги, она освободила место на столике, доставая забранную из офиса рукопись. В мире магических существ и любовных интриг время пролетело незаметно. Уже знакомое шипение в ухе и спокойный голос Леона заставили вернуться в реальность: — Я уже рядом. Буквально пару минут. Прежде чем спрятать рукопись обратно, Жюли отметила вычитанный фрагмент. В этот раз правок и замечаний было действительно мало. Спрятав ручку в боковой карман сумки, Жюли бросила короткий взгляд в окно. Знакомый Jeep плавно затормозил у обочины, едва не задевая краем колеса глубокую лужу. Наспех собрав вещи, девушка пулей вылетела из кафе. Солнце, казалось, стало еще ярче, и без импровизированного «козырька» из ладони над глазами невозможно было разглядеть даже силуэты. Перепрыгивая через особенно мокрые участки асфальта, Жюли добралась до машины. В салоне пахло кожей и специфическим теплым воздухом. Обычно такой запах бывает жаркими летними днями, однако сегодняшний ноябрь решил напоследок напомнить об ускользающем зное. Передав Леону завернутый в белую бумагу багет, Жюли предложила: — Если хочешь, можем вернуться за столик, чтобы ты спокойно поел. — Не стоит, дорогая, — Леон наклонился, привычным жестом целуя её в щеку. Выжав педаль тормоза и нажав кнопку «Start», он заставил машину с глухим рыком двинуться вперед. Одной рукой выруливая на главную улицу, Леон второй раскрыл все еще теплый перекус. Лавируя в потоке машин, мужчина задумчиво жевал. — Ты давно знакома с Никсоном? — спросил Леон, не отрывая взгляда от дороги. — Около года, а что? — Да так... — он резко выкрутил руль, успевая влиться в плотный ряд. — А ты знала, что он в детстве любил участвовать в театральных постановках? — Ну... не знала, но не удивлена. Он вполне харизматичный парень, так что ничего такого в этом не вижу, — Жюли совершенно не понимала, к чему он клонит. — А ты знала, что он играл Трэвиса Янгера в «Изюме на солнце»? Нахмурив брови, девушка озадаченно перевела взгляд на Леона. Его глаза были скрыты за солнцезащитными очками, так что эмоций она не видела. — Именно, — он поднял указательный палец вверх, одобряя её реакцию. — И даже получил за это награду — за «Идеальное соответствие образу». — Погоди, Леон, — Жюли недоверчиво покачала головой. — Трэвис Янгер по произведению должен быть темнокожим. — Угу, — подтвердил Леон, надкусывая багет. — Это мы у него и спросим: как за несколько лет он из знойного афроамериканца превратился в кучерявого синеглазого блондина. А знаешь, что еще я хочу спросить у нашего друга? Как ему удалось выжить после такой жуткой аварии десять лет назад. Говорят, у бедняжки на опознании отсутствовала половина лица. Громко сглотнув, Жюли продолжала бесстыдно таращиться на Леона. Мозг отчаянно пытался найти хоть сколько-нибудь логическое объяснение услышанному. Добравшись до дома Никсона, Жюли в который раз отметила, что в таких апартаментах живут явно не бедные люди. Зарплата передового автора в их издательстве, конечно, была неплоха, но все же не настолько. — Я вчера не заметила, что у них в комплексе есть бассейн, — девушка внимательно разглядывала указатели. — Я тоже, — буркнул Леон, вытаскивая что-то из внутреннего кармана. Разговор с охранником закончился, даже не начавшись. Стоило Леону развернуть удостоверение, мужчина средних лет тут же отступил, пропуская их внутрь. — Тебя знают даже обычные охранники? — Жюли семенила рядом. На мгновение усмехнувшись, Леон тут же вернул лицу серьезное выражение. — Не лично, но правительственная эмблема знакома многим, так что обычно лишних вопросов не задают. Поднявшись на нужный этаж, Леон на минуту остановился. Он повернулся к Жюли, стараясь собраться с мыслями. — Послушай. Я не знаю, что мы застанем за дверью. Если я скажу бежать — ты бежишь. Не оглядываешься, не геройствуешь. Просто бежишь со всех ног. Поняла? Жюли кивнула, внутренне радуясь, что очки остались в машине и теперь она видит его обеспокоенные глаза. Поддавшись порыву, она прикоснулась к его щеке. За последние дни щетина успела ощутимо отрасти, и теперь маленькие «иголки» царапали кожу. Закрыв глаза, Леон накрыл её ладонь своей. — Умница, — легкий поцелуй в запястье, и мужчина отстранился. Жестом велев ей идти вперед, Леон остановился в паре метров от нужной двери. «Чтобы не попасть в объектив камеры», — догадалась Жюли. Несколько коротких стуков. — Никсон! Это я, Жюли, — она старалась говорить обыденно. — Мистер Гордон послал за тобой. Сказал, что ты болеешь. Еще несколько стуков. — Он не злится, просто попросил проверить, — Жюли перешла на более жалобный тон. Ответом послужила тишина. — Может, его нет? — девушка повернулась к Леону. — Исключено. Паперс не покидал свою квартиру с того момента, как мы привезли его из больницы. Попробуй позвонить. Найдя в списке контактов «Никсон Паперс», Жюли нажала кнопку вызова. — Абонент недоступен, — её рука опустилась, пряча телефон обратно в карман. — Шерри, ты здесь? — проговорил Леон будто в никуда. — Хорошо. Объект не выходит на связь. Переходим к плану «Б». В ту же секунду лампы, освещавшие коридор, померкли, погружая всё в полумрак. Лишь в конце, возле лифта, уличный свет пробивался сквозь единственное окно. — Отойди, у нас есть секунд тридцать, — скомандовал Леон, подходя к двери. Жюли от неожиданности прикрыла рот рукой, когда Леон с ноги выбил входную дверь. Петли жалобно скрипнули, а ручка с грохотом врезалась в стену. В ту же секунду из-под куртки сверкнуло серебристое дуло пистолета. Сняв оружие с предохранителя, Леон медленно вошел внутрь, давая знак следовать за ним. Прикрыв за собой дверь, Жюли старалась не дышать, почти вплотную прижимаясь к широкой спине Леона. Она буквально ушами чувствовала, как кровь пульсирует в висках, разгоняя по телу адреналин. Поочередно проверяя комнаты, девушка начинала верить, что каким-то чудом квартира окажется совершенно пустой. Но когда они дошли до гостиной, из-за барной стойки начали доноситься едва различимые стоны. Мягко ступая по белоснежному ковру, две пары обуви оставляли за собой мокрые темные следы. К тому, что они увидели, Жюли была не готова. Никсон лежал на полу в позе эмбриона. Обнимая себя за колени, парень трясся так, словно его ежесекундно било током. Леон целился ему в голову. Преграждая девушке путь и не давая подойти ближе, он выставил руку вбок. Почувствовав их присутствие, Паперс громко застонал, невообразимым усилием поднимая голову. Заплывшие кровью глаза жалобно смотрели на них. Из уголков рта расходились почерневшие нити разорванных капилляров. — Помогите... — прохрипел он, из последних сил протягивая вверх трясущуюся руку.