Вечер последнего дня T.1

Глава 23 — Думаешь, ему понравится наш маленький подарок? Жюли сидела за длинным обеденным столом. Руки были намертво привязанны к креслу. Сознание то уплывало, куда-то вдаль, то возвращалось. Напротив, в такой же позе, сидел Майк Вудлер. Вернее его тело. Вместо левого уха, Рихт втавил ему небольшую трубку от граммофона. По всей видимости, вдохновленный Ван Гогом, шут смеялся, разбрасывая по столу яркожелтые подсолнухи. Жюли бездумно наблюдала за действием. На смену страху пришла апатия и дикая усталость. Ей хотелось уснуть, и по возможности никогда больше не просыпаться. — Не нравятся цветы? — Рихт из другого конца стола, в один длинный скачок переместился к ней, проговаривая слова буквально в сантиметре от лица, — Может тогда хочешь посмотреть на что-то другое? В его руках оказался небольшой монитор. Изображение было с помехами, но даже так, Жюли могла безошибочно различить фигуру Леона. Он быстро продвигался по длинному коридору. Девушка неосознанно дернулась, когда из приоткрытой двери на него выскочило нечто, отдаленно напоминающее животное. Четыре ноги, огромная пасть, и кожа вывернутая наизнанку. Существо бросилось на него, и в ту же секунду Леон пригнулся, позволяя животному пролететь над ним. По всей видимости, он успел вынуть нож, и полоснуть им по животу, так как где-то очень далеко послышался приглушенный вой. Не теряя ни секунды, Леон подошел к монстру и с полоборота пригвоздил его голову к полу, ломая череп. Жюли словно завороженная смотрела за его движениями. Не меньше десяти тварей выбегло из разом открывшихся дверей. Медленный пульс начинал учащаться с каждым отдаленным хлопком выстрела. Её ногти до боли вжались в кожаную обивку. Она одновременно боялась, и не могла отвести взгляд от экрана. От одной мысли, что в какой-то момент он может не успеть, или пропустить удар становилось ещё хуже. Дыхание становилось рваным, но уже не причиняло такой боли, как пол часа назад. — Смотри, как твой Айвенго яростно сражается. Как думаешь, патроны закончатся раньше, чем начнётся следующее шоу, или позже? Теперь Жюли осенило. Леон не ошибется, и Рихт это знает. Он специально заставляет его тратить амуницию на этих тварей. Словно хотел ещё что-то сказать, шут застыл с открытым ртом. Маленькие черные глаза забегали, а криво нарисованные брови сжались в районе переносицы. — Кажется, кто-то из гостей решил начать представление немного раньше. Дернув головой, колокольчики на шапке зазвенели, а шута и след простыл. Оставшись одна, Жюли все ещё пристально вглядывалась в оставленный перед ней экран. Без Рихта камера не менялась, и она на протяжении нескольких минут смотрела на изувеченный труп одной из тварей, пока выстрелы не затихли. Горло сжалось, предвещая сухие рыдания. Слезы давно иссякли, и все что она могла это просто всхлипывать, стараясь не смотреть на изувеченного Майка напротив. Отвлекаясь на разбросанные повсюду подсолнухи, она краем глаза заметила на экране движение. Женская фигура почти брезгливо переступала через разорванные останки. Её алое платье резко выбивалось из общей картины. Не задерживаясь, она стремительно прошла дальше, выходя за угол обзора камеры. Звук граммофона заставил Жюли подскочить. Из трубы начал исходить невнятный свист. Майк все ещё был привязан к своему креслу, однако даже издалека было видно, как ткани его тела начали медленно обволакивать металлическую трубу, вживляя её в себя. Свист из трубы Майка становился всё выше, переходя в ультразвук, от которого зубы начинали ныть. Жюли видела, как почерневшая кожа на его шее натягивается, а пальцы, привязанные к подлокотникам, начинают неестественно удлиняться, ломая суставы с сухим треском. Первым желанием было закричать, однако в последнюю секунду она сдержалась, и из груди вырвался лишь сдавленный стон. Его глаза были закрыты, и Майк крутил головой, словно прислушивался. Медь в его голове сверкала, отблескивая в тусклом полумраке. Свечи на столе жалобно догорали. Губы Жюли тряслись, а сердце стучало так громко, что казалось сейчас остановится от перегрузки. За дверью что-то хрустнуло, мгновенно привлекая внимание Майка. Резко подскочив, он с треском разорвал кожаные ремни. От его движения, несколько свечей одновременно потухло, оставляя зажженным лишь один небольшой огонёк, прямо напротив Жюли. Она сидела вжавшись в кресло. Оцепенев от ужаса, ей приходилось почти насильно заставлять легкие работать. Существо все ещё вслепую рыскало по комнате, ожидая повторения звука. Когда Майк оказался за спиной, она чувствовала, как смрад разлагающейся плоти становится все отчётливее. Не отводя взгляд от свечи, Жюли продолжала считать про себя. „Сто двенадцать, сто тринадцать...”. За дверью послышался металлический лязг. Существо замерло, вслушиваясь в темноту. Ещё несколько хаотичных ударов, и дверь отлетела, с лязгом ударяясь о стену. На пороге стоял Леон. В полутьме выделялись только полные холодной ярости глаза. Встретившись с ней взглядом, он скомандовал: — Закрой глаза. Жюли послушно исполнила приказ. В темноте был слышен звериный рык, прерывающийся тяжелым дыханием и ритмичными ударами. Что-то с влажным звуком упало на стол, прямо перед ней. Сильнее сжав веки, девушка вжималась в кресло стараясь не вслушиваться в хруст ломающихся костей. Она не хотела даже предполагать чьих. Лишь когда металлическая труба с грохотом покотилась по деревянному паркету, она выдохнула. Все ещё не смея открыть глаза она почувствовала, как Леон подошёл ближе. На мгновение она почувствовала на руках холодный металл. Разрезав ремни, он мягко прошелся пальцами по онемевшим запястьям. — Жюли... Подняв руки, он почти благоговенно, заключил её лицо в ладони. Почувствовав под пальцами оба уха, он облегченно выдохнул. — Жюли, хорошая моя, — он старался говорить как можно мягче, — Прошу, открой глаза. Опустившись на колени, он смотрел на неё снизу вверх. Перепуганную, измученную, но живую. Жюли медленно подняла веки. Свет фонарика, упавшего на пол, бил под углом, выхватывая из темноты лицо Леона. Оно было перепачкано подтеками чужой крови. Над бровью виднелась едва заметная ссадина. Ухватившись за бесконечно нежный, до боли знакомый взгляд, Жюли не выдержала. Подавшись вперед, прямо из кресла, она уткнулась лбом в его плечо, вцепившись пальцами в воротник смокинга. Ткань была влажной, и пахла порохом, но ей было всё равно. Её плечи содрагались в беззвучном плаче. — Я здесь..., — Леон бережно гладил ей по спине, в надежде, что это хоть немного притупит боль, — Я рядом. — Леон... Я... Это Майк... Я в него стреляла, и ... — всхлипнула она всем телом и задрожала. — Тшш... Тихо, тихо, — Леон поднялся, утягивая Жюли за собой. Контролируя угол обзора, он мягко положил её голову себе на грудь. — Не смотри туда, — прошептал он в макушку, стараясь укрыть её от всего этого ужаса. Знакомый стук каблуков раздался возле входа. — Как трогательно, — Ада прошла по другую сторону стола, методично зажигая потухшие свечи. При её появлении, Жюли хотела отстраниться, но Леон не позволил этого сделать, все ещё удерживая её рядом. — Ты знаешь, где антидот? — Леон одними глазами следил за её движениями. — Знаю. Зажигая последнюю свечу, Ада отодвинула стул и медленно присела за стол. Словно собираясь обедать, она с ухмылкой оперлась подбородком о сцепленные руки. — И не скажешь. — Почему нет? Скажу конечно.— она игриво смотрела на Леона, абсолютно игнорируя присутствие Жюли рядом, — Только за маленькую услугу. Девушка чувствовала, как Леон напрягся. Словно невзначай он глянул на часы. Времени оставалось все меньше. — Да, Леон. Ты прав. Времени осталось мало. Так что выбор за тобой. Ада откинулась на спинку стула. — Чего ты хочешь? — Если бы только у него было больше времени... — Сущий пустяк. Понимаешь, Рихт немного... Сошёл с ума. И перестал сотрудничать с одним очень влиятельным человеком. Начал создавать... Как бы лучше выразиться... несогласованные эксперименты, — впервые за весь разговор её взгляд скользнул по Жюли, — Мне нужен образец вируса. Ты позволишь мне его забрать без пререканий. Этот шут носит его с собой, так что... Убей его и тогда получишь антидот. Всё честно. В теплом полумраке комнаты, блеснула острая улыбка. Она знала, что он согласится.