Слизарин..

Автор: ждали? Мне стало плохо ну я все равно продолжаю писать (честно признаюсь я писала это 5 часов, хорошо что у меня каникулы) . ݁₊ ⊹ . ݁ ⟡ ݁ . ⊹ ₊ ݁. ────୨ৎ──── ────୨ৎ──── ────୨ৎ──── Рождество в Хогвартсе окутало замок густым снегом. Большинство учеников уехали домой, и в подземельях Слизерина воцарилась непривычная, почти кладбищенская тишина. Гарри проснулся в пустой спальне — Драко уехал в поместье Малфоев, оставив Гарри огромную коробку сладостей и наставление «не лезть в неприятности без него». У подножия кровати Гарри обнаружил сверток, обернутый в грубую серую бумагу. Внутри лежало нечто легкое, как воздух, и переливающееся, как текучее серебро. — Мантия-невидимка... — прошептал Гарри, касаясь ткани. К мантии была приколота записка, написанная каллиграфическим почерком: «Твой отец оставил это мне перед смертью. Пришло время вернуть долг. Используй её с умом. Слизеринцы не попадаются». Подписи не было, но на пергаменте тускло поблескивал сургучный оттиск в виде змеи, кусающей собственный хвост. Это был не Дамблдор. Кто-то из своих, кто-то из «старых змей» присматривал за ним. Первым делом Гарри решил проверить свою теорию о Николасе Фламеле. Накинув мантию, он стал невидимым призраком, скользящим по темным коридорам библиотеки. Его путь лежал в Запретную секцию. Он искал долго, перебирая пыльные тома о алхимии, пока его внимание не привлек странный свет, льющийся из приоткрытой двери заброшенного класса в конце коридора. Забыв о Фламеле, Гарри вошел внутрь. В центре пустой комнаты стояло величественное зеркало на двух когтистых лапах. Золотая рама была исписана странными буквами: «Эиналеж теитсорпап мовищотсон мон ов тялбес яу живаркоп яне мен». Гарри подошел ближе и замер. Он ожидал увидеть себя, но в отражении за его спиной стояли люди. Женщина с добрыми глазами и мужчина в очках, который ерошил свои непослушные волосы точно так же, как это делал Гарри. — Мама? Папа? — голос Гарри сорвался на шепот. Они улыбались ему. Но чем дольше он смотрел, тем сильнее менялось отражение. Его родители начали медленно отступать в тень, а на их месте начали проявляться другие фигуры. Гарри увидел себя, но старше. Он был одет в дорогую мантию, на его пальце сверкало кольцо с печаткой древнего рода, а в руках он держал... маленький красный камень. Рядом с «будущим» Гарри в отражении стоял Снейп. Профессор не смотрел на него с ненавистью. Он склонил голову в знак уважения, словно признавая в Гарри равного. — Значит, это и есть мое истинное желание? — пробормотал Гарри. — Не просто семья... а власть и признание. И тот камень. — Это зеркало не дает ни знаний, ни правды, Поттер. Гарри резко обернулся. В тени у окна стоял директор Дамблдор. Его глаза за очками-половинками больше не мерцали — они были серьезными и испытующими. — Оно лишь показывает самые сокровенные желания нашего сердца, — продолжал директор, выходя на свет. — Многие люди теряли здесь рассудок, завороженные тем, что могло бы быть. — Я видел в нем Николаса Фламеля, сэр, — соврал Гарри, не моргнув и глазом. Слизеринец внутри него кричал: «Никогда не открывай врагу свои настоящие мысли». — Точнее, то, что он создал. Философский камень. Дамблдор замолчал. Между ними повисло тяжелое напряжение. Старый волшебник словно пытался прочесть мысли мальчика, но Гарри выстроил в голове стену, вспоминая холодную озерную воду за окнами своей гостиной. — Камень дает бессмертие и золото, — медленно произнес Дамблдор. — Но для такого мальчика, как ты, он может стать проклятием. Завтра это зеркало перевезут в другое место. И я прошу тебя, Гарри... не ищи его больше. — Как скажете, директор, — Гарри поклонился, вежливо и формально. Когда он уходил под своей мантией-невидимкой, он чувствовал на спине взгляд Дамблдора. Теперь пазл сложился полностью. 1.      Цербер охраняет люк. 2.      Снейп пытается пробраться туда (или охраняет вход). 3.      Под люком — Философский камень. 4.      Дамблдор использует камень как приманку. Но кто настоящий охотник? Снейп, который хромает, или кто-то другой, кто прячется в тени, как сам Гарри под мантией? Вернувшись в гостиную Слизерина, Гарри сел к камину. Он достал записку, пришедшую с мантией. «Используй её с умом». «Если Снейп хочет камень, я не буду ему мешать», — решил Гарри. — «Я позволю ему пройти все ловушки, а потом... потом я сам решу, кто достоин бессмертия». ****** Февраль принес в Хогвартс колючие ветры. Снейп стал еще мрачнее, а его хромота почти прошла, но взгляд стал более дерганым. Гарри подмечал каждую мелочь: как профессор Квиррелл стал заикаться еще сильнее, и как от него начало пахнуть странной, гнилостной сладостью, которую не мог скрыть даже запах чеснока. Наказание в Запретном лесу стало для Гарри шансом проверить свою мантию в деле. Пока Хагрид вел испуганного Рона и дрожащего Драко в одну сторону, Гарри, накинув серебристую ткань, бесшумно скользнул в чащу за ними, но держась на расстоянии. Лес шептал. Деревья смыкали ветви, словно пытались схватить невидимого гостя. Вдруг воздух стал ледяным. Гарри замер, прижавшись к стволу векового дуба. На поляне, залитой призрачным лунным светом, лежало нечто прекрасное и ужасное одновременно. Единорог. Его белоснежная шкура была вспорота, а из раны на траву вытекала густая, светящаяся серебром кровь. Но страшнее был тот, кто склонился над зверем. Существо в глубоком черном капюшоне припало к ране, жадно поглощая жизнь благородного создания. Гарри почувствовал, как его шрам пронзила такая острая боль, что он едва не закричал. Мир перед глазами поплыл. — КТО ЗДЕСЬ? — раздался резкий, властный голос. Из тени деревьев вышел Снейп. Но он не палочку держал в руках, а странный серебряный кинжал. Существо у единорога вскинуло голову, издало потусторонний шип и растворилось в воздухе, словно дым. Снейп подбежал к единорогу, но было поздно. Профессор обернулся, его лицо в лунном свете казалось маской из белого гипса. Он смотрел прямо туда, где стоял невидимый Гарри. — Я знаю, что ты здесь, Поттер, — прошептал Снейп. — Твоя мантия скрывает тебя от глаз, но не от запаха твоего страха. Выходи. Гарри медленно стянул капюшон. Его лицо было бледным, шрам горел, но взгляд оставался дерзким. — Вы убили его, сэр? Чтобы выпить кровь и стать бессмертным? Снейп сделал стремительный шаг вперед и схватил Гарри за плечо. Его пальцы впились в ткань мантии, как когти. — Глупый, заносчивый мальчишка... — прошипел он. — Если бы я хотел крови, я бы не пытался остановить это существо последние полгода. Ты думаешь, мир делится на героев и злодеев? Нет. Он делится на тех, кто понимает цену силы, и на тех, кто ее боится. — То существо... это был Волдеморт? — прямо спросил Гарри. Снейп вздрогнул при упоминании имени, но не отпустил плечо Гарри. — Это была лишь его тень. Ему нужен Камень, чтобы обрести тело. И если он его получит, твой изумрудный галстук не спасет тебя. Он придет за тобой первым, «мальчик-который-выжил». Гарри посмотрел на серебряную кровь на траве. — Тогда почему мы стоим здесь? Почему вы не скажете Дамблдору? — Дамблдор играет в шахматы, Поттер. А ты и я — всего лишь фигуры. Но на Слизерине нас учат одному: пешка может стать ферзем, если дойдет до конца доски. Ты хочешь просто смотреть, как тебя съедят, или хочешь изменить правила игры? Гарри почувствовал, как по телу прошла дрожь. Это был не страх. Это был азарт. — Что я должен делать? Снейп отпустил его и убрал кинжал. — Учись закрывать свой разум. Квиррелл... он слаб, но тот, кто сидит в нем, видит твои мысли. Завтра на уроке Зельеварения мы начнем заниматься Окклюменцией. Официально это будет «отработка за нарушение правил». А теперь беги к Хагриду, пока он не поднял тревогу. И Поттер... Гарри обернулся. — Никогда не доверяй тем, кто слишком часто улыбается. Даже если у них длинная белая борода. Вечерние отработки в кабинете Зельеварения стали для Гарри самым тяжелым испытанием. Слизеринцы шептались, что Поттер «впал в немилость» у декана, а гриффиндорцы злорадствовали, видя, как Гарри каждый вечер возвращается в гостиную бледным и измотанным. На самом деле за закрытой дверью не было чистки котлов. Там шла война за разум. — Очистите свои мысли, Поттер! — Снейп стоял напротив него, направив палочку прямо в переносицу мальчика. — Вы распахиваете свою голову, как дешевую лавку для воров. Если Темный Лорд захочет узнать, где вы прячете мантию, он сделает это за секунду. Начинаем снова. Легилименс! Мир перед глазами Гарри взорвался. Картинки полетели рваными клочьями: Дадли, смеющийся над ним; лицо Хагрида в хижине; первый полет на метле... — СТОП! — выкрикнул Снейп, тяжело дыша. — Вы не сопротивляетесь. Вы просто смотрите кино о самом себе! Вы должны выстроить стену. Представьте холод озерной воды. Представьте лед, который сковывает ваши чувства. Еще раз! Гарри зарычал от ярости. Он не хотел быть слабым. Он закрыл глаза и представил, как его разум превращается в глубокое, темное подземелье Слизерина. Холодный камень, изумрудный свет и тишина. Когда Снейп ударил заклинанием в третий раз, Гарри не отлетел назад. Он почувствовал толчок, но устоял. И в этот момент произошло нечто странное. На стыке их сознаний возник «короткое замыкание». Гарри на секунду провалился не в свои, а в чужие воспоминания. Он увидел молодую женщину с ярко-рыжими волосами и удивительно зелеными глазами — такими же, как у него. Она смеялась, сидя на берегу того же Черного озера, и махала кому-то рукой. Рядом с ней сидел худой, нескладный подросток с черными волосами. Это был Снейп. Но в его взгляде не было яда. Там была такая бездонная, отчаянная преданность, что у Гарри перехватило дыхание. — Вон! — Снейп резко оборвал контакт. Он тяжело осел в кресло, и его руки заметно дрожали. Кабинет погрузился в тишину, прерываемую только тиканьем часов. — Это была моя мать, — тихо сказал Гарри. Это был не вопрос. — Вы дружили. Снейп долго молчал, глядя в пустоту. Его лицо казалось маской из серого камня. — Она была единственной, кто видел во мне человека, а не «сальноволосого ублюдка» из трущоб, Поттер. И она погибла из-за того, что я совершил самую большую ошибку в своей жизни. Гарри сделал шаг ближе. — Вы защищаете меня не из-за Дамблдора. И не из-за того, что я на вашем факультете. Вы делаете это ради неё. Снейп поднял на него глаза. В них больше не было льда, только усталость. — Я делаю это, чтобы долг был выплачен. Твой отец был никчемным гордецом, Поттер, но Лили... — он запнулся. — Она бы не хотела, чтобы ты стал марионеткой в руках «великих волшебников». Профессор достал из стола небольшой флакон с прозрачной жидкостью. — Это Оборотное зелье. Его приготовление заняло у меня месяц. Квиррелл... точнее то, что в нем живет, нанесет удар на этой неделе. Дамблдора вызовут в Министерство по ложному делу. Это идеальный момент. Гарри взял холодный флакон. — Вы хотите, чтобы я пошел туда с вами? — Нет. Я хочу, чтобы ты пошел туда вместо меня, — Снейп криво усмехнулся. — Если там увидят меня, это будет «предательство декана». Но если там увидят «золотого мальчика», который спасает школу — никто не задаст лишних вопросов. Я буду страховать тебя из тени. Используй мантию. И возьми с собой Малфоя. Его имя — лучшая защита, если нас поймают до того, как всё закончится. Гарри сжал флакон в руке. — Вы доверяете мне, сэр? — Я доверяю твоей жажде величия, Поттер. Настоящий слизеринец не упустит шанс убить бога, пока тот слаб. Ночь была душной, словно сам замок затаил дыхание. Дамблдор, как и предсказывал Снейп, спешно покинул Хогвартс. Гарри, Драко и Блейз стояли у двери на третьем этаже. Малфой заметно дрожал, но сжимал палочку так крепко, что побелели костяшки. — Если нас исключат, Поттер, мой отец сотрет тебя в порошок, — прошептал Драко. — Если мы добудем Камень, твой отец будет первым, кто склонит перед тобой голову, — отрезал Гарри. — Входим. Цербер спал — у его лап тихо играла заколдованная арфа. Слизеринцы бесшумно скользнули в люк. Испытания учителей они проходили не с гриффиндорским напором, а с холодным расчетом. • Дьявольские силки: Гарри не паниковал. Он вспомнил урок Спраут и просто расслабился, позволяя растению выпустить его, пока Блейз выжигал путь огнем. • Ключи: Вместо того чтобы гоняться за всеми, Гарри использовал Окклюменцию, чтобы сосредоточиться и заметить тот единственный ключ, чей блеск отличался от остальных. • Шахматы: Здесь блеснул Малфой. Он вырос на этой игре. Он жертвовал фигурами хладнокровно, как истинный стратег, ведя Гарри к победе без единого лишнего синяка. Наконец, последняя дверь. В зале с зеркалом Еиналеж стоял не Снейп. Там стоял Квиррелл. Он больше не заикался. Его лицо было искажено гримасой фанатичного восторга. — Поттер... — прошипел он. — Я ждал Снейпа, но пришел ты. Как символично. Мальчик, который выжил, пришел принести мне Камень. Гарри почувствовал, как шрам взорвался болью. Он прижал руку ко лбу, но не отвел взгляда. — Где он, Квиррелл? За зеркалом? — Зеркало... оно не отдает его мне! — закричал профессор. — Подойди! Посмотри в него! Гарри медленно подошел к золотой раме. В отражении он снова увидел себя — взрослого, сильного, в окружении теней предков. Отражение Гарри подмигнуло ему и вытащило из кармана ярко-красный камень, а затем... положило его обратно в карман реальному Гарри. Вес в мантии стал ощутимым. — Ну?! Что ты видишь?! — Квиррелл схватил его за горло. — Я вижу... как вы проигрываете, — прохрипел Гарри. — ОН ЛЖЕТ! — раздался ледяной, потусторонний голос из-под тюрбана Квиррелла. — Дай мне поговорить с ним... лицом к лицу. Квиррелл дрожащими руками размотал ткань. На затылке у него было второе лицо — плоское, змеиное, с алыми щелями вместо глаз. Волдеморт. — Гарри Поттер... — прошелестел монстр. — Ты на Слизерине. Ты понимаешь ценность крови и власти. Отдай мне Камень, и я верну тебе всё. Твою мать. Твоего отца. Ты станешь моим наследником, а не цепным псом Дамблдора. Гарри почувствовал, как Камень в кармане пульсирует теплом. На мгновение он представил: мама рядом, папа одобряет его выбор... Но потом он вспомнил глаза Снейпа. Преданность Снейпа была живой, а обещания Волдеморта пахли мертвечиной. — Мой декан научил меня одному, — Гарри выхватил палочку, — Слизеринцы не верят на слово тем, кто прячется в чужих затылках. — УБЕЙ ЕГО! — взвыл Волдеморт. Квиррелл бросился на Гарри. Но как только его пальцы коснулись кожи мальчика, раздался шипение. Кожа профессора начала покрываться ожогами и трескаться, как сухая глина. Гарри, охваченный первобытным инстинктом, вцепился в лицо Квиррелла обеими руками. В этот момент дверь распахнулась. Снейп ворвался в зал, его палочка светилась яростным зеленым светом. — Сектумсемпра! — выкрикнул он, направляя заклинание не в Гарри, а в пространство над Квирреллом, отсекая тень Волдеморта от его носителя. Квиррелл превратился в пепел. Черный дым с жутким воплем пронесся по залу, прошил Гарри насквозь и скрылся в стене. Гарри упал, теряя сознание. Последнее, что он видел — как Снейп берет из его слабеющей руки красный Камень и прячет его в складках своей мантии. Эпилог первого года Гарри очнулся в больничном крыле. Рядом на тумбочке лежала гора сладостей от Слизеринцев и... записка от Дамблдора: «Камень уничтожен. Ты поступил храбро». Гарри усмехнулся. Он засунул руку под подушку и нащупал там крошечный флакон. Внутри него переливалась красная пыль. Снейп не уничтожил Камень. Он отдал Дамблдору подделку, а настоящую силу разделил со своим лучшим учеником. Вечером в Большом зале Слизерин праздновал победу. Кубок Школы стоял на их столе. Дамблдор произносил речь о «дружбе и храбрости», но Гарри и Снейп обменялись коротким, едва заметным кивком. Пазл первого года был собран. Гарри Поттер больше не был «мальчиком, который выжил». Он был тем, кто перехитрил Смерть и Директора. И это было только начало. Первый курс остался позади, оставив после себя шлейф тайн и горький привкус победы. Лето у Дурслей пролетело как в тумане — Гарри почти не выходил из своей комнаты, перечитывая книги по темным искусствам и сжимая в кармане крошечный флакон с красной пылью. Он знал: Хогвартс изменился для него навсегда. Второй курс:начяло Возвращение в Хогвартс на втором курсе было триумфальным. Слизеринцы встречали Гарри как своего негласного лидера. Малфой стал еще более заносчивым, ведь его отец, Люциус, теперь смотрел на Поттера не как на врага, а как на «перспективное вложение». Но в замке что-то изменилось. Стены словно стали холоднее, а в коридорах то и дело слышался шепот, который понимал только Гарри. — Кровь... я чувствую запах крови... пора убивать... — шипело из вентиляционных решет. Гарри замер посреди коридора. Драко и Блейз удивленно на него посмотрели. — Ты чего, Поттер? — спросил Малфой, поправляя значок факультета. — Опять шрам разболелся? — Вы... вы не слышите этого? — Гарри прижал ухо к холодному камню. Шепот удалялся. — Слышим только, как Уизли пытается починить свою палочку скотчем, — хохотнул Блейз. — Пошли, скоро пир. Тем же вечером Гарри нашел в своей сумке странный предмет, которого там раньше не было. Небольшая тетрадь в черном кожаном переплете. На первой странице золотыми буквами было выведено: «Т. М. Реддл». Гарри открыл ее, но страницы были абсолютно чистыми. Он достал перо, капнул каплю чернил — и они мгновенно впитались в бумагу, исчезнув без следа. Гарри прищурился. Это было похоже на то, как Снейп учил его скрывать мысли. «Привет», — написал Гарри. Бумага на мгновение потеплела. На белом листе начали проступать буквы, написанные изящным, каллиграфическим почерком: «Привет. Я — Том Реддл. Как тебе удалось найти мой дневник, юный Слизеринец?» Гарри почувствовал странный укол азарта. Он не стал звать учителей. Он не побежал к Снейпу. Слизеринская осторожность подсказала ему: эта вещь может стать его самым сильным оружием. «Меня зовут Гарри Поттер. И я слышу голоса в стенах школы, которые никто больше не слышит», — вывел он. Дневник долго молчал, словно обдумывая ответ. Наконец проступили слова: «Гарри Поттер... Значит, ты — Змееуст. Ты — Наследник. Школа скоро очистится от тех, кто недостоин магии. Ты готов увидеть правду, которую скрывает Дамблдор?» На следующее утро замок потрясла новость: миссис Норрис, кошка Филча, была найдена окаменевшей. Рядом на стене красовалась кровавая надпись: «ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА. ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, ТРЕПЕЩИТЕ!» Гриффиндорцы в панике шептались, бросая на Гарри испуганные взгляды. Рон Уизли во всеуслышание заявил, что «Поттер окончательно стал темным магом». Гарри шел по коридору, чувствуя, как толпа расступается перед ним. Ему не было страшно. Напротив, он чувствовал силу. Но когда он столкнулся взглядом со Снейпом, его декан выглядел не на шутку встревоженным. Снейп едва заметно качнул головой, приглашая Гарри в свой кабинет. — Поттер, — Снейп запер дверь заклинанием, как только Гарри вошел. — Если вы имеете к этому хоть какое-то отношение... если вы нашли что-то, чего не должны были находить... отдайте это мне. Немедленно. — Я не открывал Комнату, сэр, — честно ответил Гарри, пряча дневник поглубже в складки мантии. — Но я знаю, кто это сделал. Или, по крайней мере, я знаю, что это не человек. Снейп подошел вплотную. Его черные глаза пытались пробить ментальный щит Гарри, который стал намного крепче за лето. — Наследник Слизерина — это не титул, Поттер. Это клеймо. Если вы пойдете по этому пути, я не смогу вас защитить. Дамблдор уже ищет виноватого, и его взгляд направлен на подземелья. Гарри улыбнулся — тонко и холодно, совсем как Реддл в его дневнике. — Пусть ищет, профессор. Пока он ищет «монстра», я найду способ управлять им. Разве не этому вы меня учили? Быть выше правил? Снейп промолчал, но в его взгляде промелькнула тень страха. Он понял, что Гарри Поттер больше не просто талантливый ученик. Он превращался в нечто, что даже Снейп не мог контролировать. Дуель: Зал для дуэлей был переполнен. Ученики всех факультетов теснились вокруг длинного золотого помоста. В центре, сияя своей фирменной белозубой улыбкой и мантией цвета незабудок, расхаживал Златопуст Локонс. — Не бойтесь, не бойтесь! — восклицал он, взмахивая палочкой. — Я научу вас защищаться так же виртуозно, как это делал я в схватке с вампирами в Трансильвании! Моим помощником сегодня будет профессор Снейп... Снейп стоял на другом конце помоста, и его лицо выражало такое глубокое презрение, что казалось, сам воздух вокруг него начал замерзать. — Экспеллиармус! — лениво произнес Снейп, когда дуэль началась. Локонса снесло с ног мощной волной магии. Его идеальная прическа превратилась в гнездо, а палочка отлетела к самому потолку. Слизеринцы взорвались хохотом. — Отличная демонстрация, профессор! — Локонс пошатнулся, пытаясь сохранить достоинство. — Но давайте дадим шанс ученикам. Мистер Уизли и... мистер Поттер! Прошу на помост! Рон вышел вперед, сжимая свою перемотанную скотчем палочку. В его глазах читалась смесь страха и ярости. Гарри поднялся на помост медленно, с достоинством лорда, возвращающегося в свои владения. — На счет три! — скомандовал Локонс. — Раз... два... — Серпенсортия! — выкрикнул Малфой из толпы, решив «помочь» Гарри. Из кончика палочки Драко вылетела длинная черная кобра. Она с глухим шлепком упала на золотой настил, подняла капюшон и угрожающе зашипела. Зал ахнул. Рон попятился, едва не свалившись с помоста. — Не двигайтесь, Поттер! — Локонс, решив проявить героизм, взмахнул палочкой. — Я избавлю вас от неё! Алания Экземи... Заклинание Локонса было настолько нелепым, что вместо того, чтобы убрать змею, оно лишь разозлило её. Кобра взлетела в воздух и приземлилась прямо перед Джастином Финч-Флетчли, гриффиндорцем-первокурсником. Змея была в ярости, она приготовилась к броску. — Стой, — тихо произнес Гарри. Его голос не был похож на человеческий. Это был холодный, сухой шелест, от которого у всех присутствующих волосы встали дыбом. Гарри не смотрел на Джастина. Он смотрел в глаза кобре. — Оставь его. Он не достоин твоей ярости, — прошипел Гарри на парселтанге. — Вон там... тот, в голубом. Тот, кто потревожил твой покой. Ужаль его. Змея замерла. Она медленно повернула голову к Локонсу, который застыл с открытым ртом. В следующую секунду кобра молнией метнулась к профессору. Локонс вскрикнул, пытаясь отмахнуться руками, но змея вцепилась ему прямо в расшитый рукав мантии. Зал погрузился в хаос. Ученики кричали и разбегались. Снейп одним движением палочки превратил змею в облако черного дыма, но дело было сделано. Локонс, бледный как полотно, сполз по стене, хватаясь за сердце, а все взгляды были прикованы к Гарри. Гарри стоял неподвижно. Он чувствовал, как внутри него пульсирует сила. Дневник Реддла в его кармане словно стал теплее, одобряя его поступок. — Ты... ты говорил с ней! — прошептал Рон, указывая на Гарри дрожащим пальцем. — Ты приказал ей напасть на учителя! Ты — Наследник Слизерина! Гарри медленно повернулся к Рону. Его зеленые глаза в этот момент светились каким-то неземным, опасным блеском. — Ты прав, Уизли, — громко произнес Гарри, так чтобы слышал весь зал. — Я говорил с ней. И она была гораздо умнее многих в этом зале. Он посмотрел на Снейпа. Профессор смотрел на него с нечитаемым выражением лица — смесь гордости и глубокой тревоги. — Урок окончен, — сухо бросил Снейп. — Поттер, в мой кабинет. Сейчас же. Когда Гарри шел к выходу, гриффиндорцы прижимались к стенам, пропуская его. Теперь они его не просто недолюбливали. Теперь они его боялись. И Гарри понял: страх — это гораздо более надежный союзник, чем дружба. Вечером, открыв дневник Реддла, Гарри увидел новые слова: «Прекрасно, Гарри. Ты начинаешь понимать, что власть — это не только магия, но и театр. Хочешь знать, где находится Тайная комната? Твой декан не расскажет тебе правду. Но я — расскажу». ────୨ৎ──── ────୨ৎ──── ────୨ৎ──── Автор: ну как вам? Бета открыта Жду комментарии!. ݁₊ ⊹ . ݁ ⟡ ݁ . ⊹ ₊ ݁.