ZомбиАпоkалипсис

Лучи утреннего солнца пробивались сквозь матовые стёкла аудитории, рисуя на полу неровные световые квадраты. В воздухе витала лёгкая дымка пыли, подсвеченная косыми лучами, будто кто‑то рассыпал золотую пудру над рядами старых деревянных парт. Ким Сынмин в сотый раз проверил код на экране ноутбука – всё идеально. Строки программы выстраивались в чёткую, логичную последовательность. Он машинально провёл пальцем по клавиатуре, ощущая знакомые выемки на клавишах F и J. Эти тактильные ориентиры помогали печатать вслепую, не отрываясь от размышлений. Рядом, склонившись над своим ноутбуком так низко, что почти касался экрана носом, Феликс что‑то бормотал себе под нос, периодически тыкая в клавиатуру с такой силой, что хотел её сломать. Его пальцы летали над клавишами, но время от времени замирали в раздражённом жесте, когда очередной фрагмент кода не срабатывал, как ожидалось. В аудитории царила привычная предлекционная суета: кто‑то дописывал конспекты, кто‑то листал учебники, а пара студентов в дальнем углу тихо спорили о чём‑то, тыкая пальцами в экран смартфона. Из коридора доносились шаги, голоса, хлопки дверей. Всё вокруг двигалось, шумело, дышало. Университет жил своей обычной жизнью, не замечая ни тревог, ни сомнений отдельных людей. — Опять застрял на условном операторе? — не поднимая глаз, спросил Сынмин. Его голос прозвучал чуть громче обычного, перекрывая фоновый шум. — Да нет, — Феликс откинулся на спинку стула, потянулся, хрустнув спиной. — Просто… этот алгоритм какой‑то упрямый. Как ты. Сынмин фыркнул и уже собирался отпустить язвительную реплику, как вдруг резкий звук заставил его вздрогнуть. Дверь аудитории с грохотом распахнулась, с силой ударившись о стену. Эхо удара прокатилось по помещению, заставив некоторых студентов поднять головы. В аудиторию стремительно ворвался профессор Ли Донсок – их куратор, человек, который умел одним своим появлением испортить даже самый спокойный день. Мужчина хлопнул ладонью по преподавательскому столу так, что подскочили чашки с остывшим кофе, а несколько ручек покатились по поверхности. — Внимание, студенты! — голос Донсока звенел от энтузиазма, эхом отдаваясь от высоких потолков аудитории. — У меня потрясающая новость! В задних рядах протяжно и обречённо кто‑то застонал. Джисон, до этого мирно дремавший на последней парте, вздрогнул и поднял голову, его волосы торчали в разные стороны, как перья взъерошенного воробья. Парень протёр глаза и пробормотал: — Опять что‑то обязательное? — Нас пригласили в исследовательский центр «Вектор‑Z», — торжественно объявил куратор. — Это одно из немногих мест в стране, где работают с генной инженерией животных, и сегодня у нас шанс заглянуть в их лаборатории! Аудитория оживилась: кто‑то захлопал, кто‑то удивлённо переглянулся, по рядам пробежал возбуждённый шёпот. Все вокруг зашевелились, заговорили, а Феликс, не скрывая радости, толкнул Сынмина в бок. Его глаза загорелись азартом, но Сынмин лишь слегка приподнял бровь, сохраняя скептическое выражение лица. — Слышишь? Вектор‑Z! Это же… настоящий уровень мирового класса! — Знаю, — буркнул Сынмин, не отрываясь от экрана. — И что с того? Его пальцы замерли над клавиатурой, словно потеряв прежнюю уверенность. Внутри всколыхнулось знакомое чувство раздражения. Планы на выходной снова рушились из‑за очередного так называемого «уникального шанса». — Это часть вашей текущей учебной программы, — продолжал Донсок, обводя взглядом аудиторию. — Явка в понедельник всем обязательна. Я уже договорился с профессором Кимом и администрацией исследовательского центра. — Понедельник? — Сынмин резко выпрямился, с тихим щелчком захлопнув крышку ноутбука. Звук получился неожиданно резким в наступившей тишине аудитории. — Но это мой единственный выходной! Я вообще‑то собирался… — …доигрывать в свой зомби‑шутер, — закончил за него Джисон, не скрывая усмешки. Парень лениво потянулся, хрустнув пальцами, и его голова снова начала клониться к парте, где как раз лежала его миниатюрная подушечка с аниме‑тяночкой. Он едва успел поймать себя, чтобы не ткнуться носом в яркий принт, и, сдерживая зевок, добавил: — Или ты наконец решил устроить генеральную уборку? Несколько студентов поблизости негромко рассмеялись. Сынмин почувствовал, как к щекам прилила кровь, и только сейчас осознал, что изо всех сил сжимает край парты, стараясь не выдать раздражения. Куратор строго посмотрел на Сынмина поверх очков. Его брови сошлись на переносице, он шагнул вперёд, скрипнув половицей, и сложил руки за спиной. — Ким, — его голос прозвучал твёрдо, почти холодно, — это не просто экскурсия. Это шанс получить тёплое местечко в элитном учреждении. Возможно, старт твоей карьеры. Ты хоть представляешь, сколько студентов мечтают оказаться на твоём месте? Сынмин открыл рот, чтобы возразить, но профессор поднял руку, прерывая его. — Я понимаю, — продолжил Донсок уже мягче, — выходной, планы, всё это важно. Но подумай сам: исследовательский центр «Вектор Z» — это не какая‑то заурядная контора. Это передовой научный центр, где работают над проектами, которые определят будущее биотехнологий. Куратор сделал короткую паузу и строго обвёл взглядом аудиторию, проверяя, что каждый студент сосредоточен на его словах. — И они согласились открыть двери именно для вас, — он выделил последнее слово. — Для группы талантливых студентов, которых я лично рекомендовал. Не упускай этот шанс, Ким. Поверь, через пару лет ты будешь благодарен за то, что не упустил такую возможность. В аудитории повисла напряжённая тишина. Сынмин перевёл взгляд на Феликса. Тот смотрел на него с немым призывом согласиться. Где‑то сзади кто‑то шёпотом заметил: «Да ладно, звучит круто, ты чего». Джисон, уловив паузу в разговоре, приоткрыл один глаз, приподнял голову от подушечки и с ленивой ухмылкой бросил: — Да брось, Ким, может, там покажут каких‑нибудь генетически модифицированных котиков! По аудитории прокатился смешок. Даже Феликс не сдержался и хихикнул. — Или зомби‑кроликов, — подхватил кто‑то из задних рядов. — С крыльями. Сынмин сжал кулаки, чувствуя, как внутри борются два желания: отстоять своё право на отдых и не выглядеть в глазах куратора упрямым мальчишкой, не ценящим возможностей. Собравшись с духом и глубоко вдохнув, он встретился взглядом с куратором и твёрдо произнёс: — А если я не хочу? Я же имею право отдохнуть в выходной. — Имеешь, — кивнул Донсок. — Но тогда можешь попрощаться с зачётом по модулю «Современные биотехнологии». Выбор за тобой. Шум в аудитории мгновенно стих, словно кто‑то повернул регулятор громкости. Даже те, кто до этого оживлённо переговаривался, замолчали, прислушиваясь. Сынмин сжал кулаки сильнее, и в тот же миг почувствовал тепло дружеской руки на плече. Не отрывая ладони, Феликс успокаивающе провёл по плечу друга вверх‑вниз. — Слушай, — Феликс слегка сжал плечо Сынмина, — а вдруг это и правда шанс? Выйти за пределы кода. Увидеть, как работает настоящая наука. Может, там и правда что‑то невероятное? Сынмин повернулся к другу. Губы дрогнули в усмешке. — Невероятное? — Он приподнял бровь. — Феликс, мы программисты. Что нам делать в исследовательском центре генной инженерии? — А вдруг там чудеса? — Феликс провёл пальцем по краю стола, а затем машинально схватил кулон на цепочке и начал нервно крутить его между пальцами. — Или… — он запнулся, уставившись на переливающийся в свете кулон, — или там просто печь стоит. И кто‑то пытается испечь торт. Как ты. Феликс резко выпрямился, хлопнул ладонью по столу. — Ты же вечно что‑то пробуешь! То мешаешь, то швыряешь миску в раковину… И каждый раз: «Экспериментально!» – даже если не получилось. — он придвинул стул ближе, понизив голос. — Я сижу, смотрю на это… и думаю: «Вот бы и мне так». Найти что‑то, от чего будешь гореть. Парень замолчал, сжимая черепашку, а потом произнёс почти шепотом: — Может, и в этих лабораториях кто‑то так же мучается с ДНК. Точно как ты – с бисквитным тестом. Сынмин закатил глаза, но тут же фыркнул и расплылся в улыбке. — Очень смешно, — сказал он мягче, с ноткой снисходительности. — Я, конечно, люблю эксперименты, но не до такой степени. Ещё не настолько отчаялся, чтобы лезть в генетику. Давай лучше код оптимизируем. Тут хотя бы понятно, где ошибка. — Так, тихо! — Донсок хлопнул в ладоши, возвращая внимание аудитории. — Сегодня все обязаны пройти вакцинацию. Это непременное условие для посещения центра. Если в течение трёх дней после прививки у вас появятся температура, насморк или озноб — немедленно сообщите мне. В таком случае ваше участие в поездке будет отменено без исключений. — И как вы это проконтролируете? — с лёгкой иронией спросил Сынмин, прищурившись. Его взгляд внимательно скользнул по лицу куратора, выискивая малейший намёк на неуверенность. — На входе проверяют биомаркеры вакцины. Без неё вас просто не пустят. И я проверю всех по базе. Никаких исключений. По аудитории вновь прокатился шёпот. Кто‑то нервно рассмеялся, а кто‑то обречённо вздохнул. Сынмин переглянулся с Феликсом. В глазах друга читалось ожидание, что Сынмин не станет упорствовать, но он никак не хотел откладывать их онлайн‑игру, к которой они готовились целый месяц. После лекции Сынмин и Феликс вышли в коридор университета. Шум и суета кампуса резко контрастировали с напряжённой атмосферой лекции. Мимо спешили студенты, звенели звонки, где‑то вдалеке играла музыка из чьего‑то телефона. Привычный гул, который Сынмин обычно почти не замечал, сейчас казался ему неестественно громким. Он поморщился от резкого звука колокольчика и прикрыл глаза на мгновение, пытаясь вернуть ясность мышления. — Ну, Сынмин‑а, поехали! — всё никак не унимался Феликс, идя вприпрыжку и размахивая рюкзаком. — Поиграть можно и в автобусе – достанем компы, подключимся к мобильному интернету и уделаем всех ещё по дороге! Вот увидишь! А потом вместе, после экскурсии сготовим у меня огромный шоколадный торт, в честь нашей победы! — О, конечно. — фыркнул Сынмин и покачал головой. — Будем героически бороться с лагами вместо нормальной игры вечером. Гениально, Феликс. Просто гениально. — Да ладно тебе, — друг толкнул его плечом. — Ничего страшного не случится. Ну представь, вдруг там прямо сейчас клонируют пряничных человечков! — он всплеснул руками, мельком глянув на свой амулет на шее, и тут же расцвёл в улыбке — Или разводят… шоколадных черепашек! Он прикрыл глаза, представляя эту картину наяву, и произнёс с блаженным придыханием: — Панцирь из тёмного шоколада, лапки из белого… и всё это тает во рту… М‑м‑м, представляю, как пахнет ваниль и какао… Сынмин закатил глаза, но уголки его губ дрогнули, и он не смог сдержать усмешки. — Если там будет что‑то в этом духе, я сразу развернусь. Не хочу быть свидетелем твоих сладких фантазий. — А Кан Суён? — с хитрой улыбкой произнёс Феликс, явно держа в рукаве последний козырь. Сынмин замолчал. В груди что‑то ёкнуло. Перед глазами всплыло воспоминание: прошлая неделя, у кофейни. Кан Суён смеялась, запрокинув голову, и поправляла прядь волос. Солнечный свет ложился на её плечи золотистыми бликами, подчёркивая изгиб шеи, лёгкую тень ресниц. Она держала в руках стаканчик кофе, улыбалась кому‑то рядом и в этом мгновении было столько жизни, столько лёгкости, что у него перехватывало дыхание. Сынмин невольно сглотнул, пытаясь унять странное волнение, которое вдруг охватило его целиком. — Ладно, — буркнул он, стараясь скрыть смущение, глядя в сторону. — Поеду. Но только из‑за того, что ты без меня пропадёшь. Феликс радостно хлопнул в ладоши и подпрыгнул на месте. — Вот и отлично! А ещё, кстати, там будет её подруга – Ли Енхи, с микробиологии, кажется. Она такая милая, что сердце замирает! — У тебя, по‑моему, что‑то другое замирает, — неохотно прокомментировал Сынмин, покосившись на друга и криво усмехнувшись. — Да и вообще, у неё вроде как парень есть. Я на днях в инстаграме видел фотки – они там в обнимку, весь экран в сердечках. — Ну, это ещё не факт, — Феликс игриво покачал пальчиком и подмигнул. — Может, они просто друзья. Слушай, раз уж мы всё равно едем, — он заговорщически понизил голос, — может, все-таки сыграем пару матчей прямо в автобусе? Пока будем ехать? Сынмин помолчал, постукивая пальцами по бедру. Ритм получался неровным, как и мысли в голове. В голове боролись два голоса. Один настойчиво напоминал про долгожданную игру, про тщательно продуманную тактику, про часы подготовки, которые они с Феликсом вложили в этот матч. Другой, чуть тише, но настойчивее, шептал, что шанс увидеть Кан Суён стоит небольшого компромисса. Может, она улыбнётся ему, может, даже заговорит… Он бросил взгляд на сияющего Феликса. Тот уже мысленно, кажется, был в исследовательском центре. Ладно. Один раз можно и уступить. — Чёрт с тобой, — махнул рукой Сынмин, стараясь казаться равнодушным, хотя внутри всё слегка трепетало. — Поедем, но сыграем два матча. Без лагов, без сбоев – я серьёзно! И чтобы ни одна кочка не стала оправданием для проигрыша. — а затем, не желая уступать до конца, добавил — И если победим в игре, хоть раз, так уж и быть будем готовить твой любимый торт. Феликс тут же вскинул руки в победном жесте. — Гарантирую съесть его, даже если запах будет отвратным! — рассмеялся он, пустившись вприпрыжку. Сынмин только вздохнул, но в глубине души почувствовал, как волнение смешивается с предвкушением. Мысли о предстоящей встрече, игре, возможном разговоре с Кан Суён крутились в голове, заставляя сердце биться чуть чаще. Он и не заметил, как они с Феликсом поднялись по лестнице и почти достигли этажа с медпунктом. Сквозь приоткрытую дверь пробивался беспокойный гул голосов, а в коридоре пахло антисептиком и чем‑то ещё. Запах был знакомым, но сейчас почему‑то вызвал лёгкую тревогу. Парни сделали ещё пару шагов, и тут Феликс неожиданно остановился. Улыбка мгновенно погасла на его лице. Он медленно повернул голову в сторону холла, нахмурился и застыл на последней ступеньке. Сынмин, погружённый в свои мысли, не сразу заметил это и чуть не налетел на него. — Смотри… — тихо произнёс друг, указывая вперёд. В нескольких метрах от них, у входа в холл, на полу виднелись тёмные пятна. Кровь. Она тянулась неровной дорожкой к двери. Следы пальцев на пороге говорили о том, что кто‑то изо всех сил пытался удержаться, прежде чем оказаться по ту сторону. Сынмин судорожно сглотнул, сделал шаг назад и упёрся спиной в перила, чувствуя, как по коже пробежал ледяной озноб. Краем глаза он уловил, что Феликс застыл в нерешительности, его тело будто окаменело, а взгляд метался между кровавыми следами и дверью. — Может, вернёмся? — хрипловато спросил Сынмин. — Подожди… Не успел договорить Феликс, как из холла донёсся тихий скрип. Дверь медленно приоткрылась на пару сантиметров, замерла на мгновение, а затем с грохотом распахнулась настежь. Её с силой ударил ногой вышедший Хан Джисон. Он слегка покачивался из стороны в сторону, голова его была окровавлена. Кровь сочилась из раны, струилась по виску и падала каплями на пол. На лице застыла странная улыбка, а взгляд был расфокусирован. — А, это вы, задроты, — пробормотал Джисон, глядя куда‑то сквозь них. — Я уже думал, что снова эти придурки… Кровь им моя понравилась… Да выкусите… Он сделал шаг вперёд, оставляя новый кровавый след на полу. Звук его шагов прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. Сынмин отшатнулся и прижался к перилам сильнее. Парень много раз видел подобное в играх: кровавые сцены, жестокие убийства, литры крови на экране. Там это было частью виртуального мира, развлечением. Но сейчас, столкнувшись с настоящей кровью, он почувствовал, как к горлу подступает ком, а ладони стали влажными. Реальность оказалась совсем другой – без кнопки «перезагрузки», без возможности закрыть вкладку и забыть. Феликс, хоть и был потрясён не меньше, сумел собраться быстрее. Он осторожно сделал шаг к Джисону, протянув руку: — Хен, — произнёс он тихо, подхватывая парня, который уже, кажется, отключался, — тебе нужно в медпункт. Давай я помогу. — Они пожалеют. Все пожалеют… За спиной раздались неторопливые, размеренные шаги. Все невольно обернулись. На площадке появилась медсестра. Она остановилась на мгновение, слегка запыхавшись после подъёма, поправила сбившийся воротник халата и быстро окинула взглядом окровавленного Джисона и тёмные следы крови на полу. Взгляд скользнул по бледному лицу Сынмина, задержался на напряжённом Феликсе, который всё ещё держал руку на плече Джисона. — Опять? — устало спросила она, на ходу доставая из нагрудного кармана блокнот и ручку. Пальцы привычно нащупали их среди упаковки антисептических салфеток и маленького фонарика для проверки зрачков. — Ну, Джисон, пойдём разберёмся с твоей раной. Держись за меня, не падай. Она подошла ближе, подхватила Джисона с другой стороны, оценивающе посмотрев на его лицо, а затем быстро осмотрела рану на виске. — Парни, поможете дотащить его до медпункта? — обратилась она к Феликсу и Сынмину. — Я его с одной стороны поддержу, вы с другой. Сынмин, возьми вот это, — она протянула ему антисептические салфетки, — приложи к ране, но сильно не дави. Феликс, поддерживай его за спину, чтобы не заваливался. Сынмин, вздрогнув, кивнул и осторожно принял салфетки. Феликс крепче перехватил Джисона под руку, стараясь распределить вес так, чтобы тот не упал. Джисон невнятно пробормотал что‑то, но уже не сопротивлялся. Его шаги стали неуверенными, а тело обмякло. — Вот так, молодец, — тихо сказала медсестра, направляя их движение. — Идём медленно, аккуратно. До медпункта всего пара метров, там уже всё сделаем как надо. Они вошли в холл. У кабинета на лавочках сидело несколько студентов. Девушка в синей толстовке листала ленту в телефоне, парень в очках переписывался с кем‑то, хмуря брови, а двое ребят у окна тихо обсуждали предстоящую экскурсию в «Вектор‑Z», время от времени кивая друг другу. Все подняли головы, когда медсестра, поддерживая Джисона под локоть, решительно направилась к двери кабинета. — Значит, тот, кто это сделал, уже смылся, — резко бросила женщина, не оборачиваясь. — Ничего, я выясню, кто это был, и он у меня ответит. Сначала займусь раной Джисона, а потом разберусь с этим делом. После вакцинации поговорим. Она на ходу кивнула Сынмину и Феликсу: — Вы двое – заходите сразу, как я закончу обработку. Остальные пусть ждут. И да, — медсестра на мгновение остановилась и обвела взглядом студентов, — если кто‑то что‑то видел, лучше сказать сейчас. Молчание в таких случаях только осложняет ситуацию. С этими словами она захлопнула дверь, заходя с Джисоном внутрь. Сынмин и Феликс молча остались у двери, чувствуя на себе недовольные взгляды остальных студентов. Один из них демонстративно закатил глаза и буркнул: — Ну конечно, без очереди… Сынмин почувствовал, как в груди снова начало нарастать напряжение. Он простоял так несколько минут, пытаясь собраться с мыслями и унять лёгкую дрожь в пальцах. Рядом Феликс, как всегда, не умолкал. Его голос звучал чуть быстрее и выше обычного, выдавая скрытое волнение, хотя сам он старался казаться беззаботным. — Думаешь, это кто‑то из старших курсов? — быстро проговорил Феликс, нервно теребя золотой кулон — Или, может, из другой группы? А вдруг это из‑за девушки? Я как‑то видел его возле кафе с какой‑то незнакомой девчонкой. Вдруг у неё есть парень, который… Хотя… Он понизил голос, огляделся по сторонам и продолжил почти шёпотом: — Я слышал, что Джисон в последнее время с какими‑то мутными типами связался. Говорят, возле старого склада ошивается с ними. Ну, ты понял… может, в траве дело. Сынмин глубоко вздохнул, стараясь сосредоточиться среди этого потока предположений. Он слегка повернул голову к другу и мягко, но твёрдо произнёс: — Феликс, пожалуйста, дай немного тишины, ладно? Мне нужно подумать. Феликс тут же замолчал, виновато опустив глаза. Он провёл рукой по волосам и пробормотал: — Да, конечно. Извини. Просто… просто всё это так странно, понимаешь? Сынмин кивнул, но тревога не отпускала, она всё сильнее сдавливала грудь. Он посмотрел на свои руки – на пальцах всё ещё виднелись тёмные следы крови Джисона. Кожа на запястье казалась липкой, а воспоминание о том, как они с Феликсом поддерживали избитого однокурсника, не давало сосредоточиться. Он сжал и разжал пальцы, пытаясь стряхнуть ощущение липкости, но оно будто въелось в кожу. Надо успокоиться. Это не моё дело. Я просто помог донести его до медпункта. Всё, точка. — Я сейчас… — он запнулся, глядя на свои руки. — Пойду смою это. Феликс поднял взгляд, и на его лице проступила лёгкая, успокаивающая улыбка. — Конечно, иди. — друг чуть приподнял подбородок, добавляя с привычной небрежной интонацией — Если что – кричи. Сынмин слабо кивнул и быстро направился к выходу. Быстрыми шагами он миновал коридор, свернул за угол и очутился в мужском туалете. Холодная вода ударила в ладони, когда Сынмин открыл кран. Он намылил руки и принялся яростно тереть кожу, повторяя движение снова и снова, пока прозрачная струя не окрасилась в розоватый оттенок. Он смывал не просто кровь. Вместе с ней с пальцев сходила липкая тревога, растворялся ком страха, застрявший где‑то в груди. Вода струилась по запястьям, унося напряжение, смывая следы паники. Сынмин закрыл кран, сделал глубокий вдох и поднял голову. В зеркале отразилось его лицо: бледное, с расширенными зрачками и растрёпанными волосами. Он задержал взгляд на своём отражении, пытаясь унять внутреннюю дрожь. — Всё нормально, — тихо произнёс Сынмин, глядя себе в глаза. — Это всего лишь кровь. Просто кровь. Я не спал полночи, вот и реакция такая. Сейчас всё под контролем. Он вытер руки бумажным полотенцем, бросил его в урну и вышел из туалета. Холл постепенно заполнялся студентами, пришедшими на вакцинацию. В воздухе витал гул голосов, шаги эхом отдавались от стен. Компания из трёх девушек увлечённо обсуждала «Вектор‑Z», перебивая друг друга: — Представляешь, говорят, там клонируют животных! — Да ладно, клонируют? Или просто модифицируют? — А вдруг покажут эмбрионы?! Неподалёку парень проверял список документов, нервно постукивая ногой о пол. Рядом двое однокурсников Сынмина стояли у автомата с водой, тихо переговаривались и то и дело поглядывали на дверь кабинета. Сынмин огляделся, пытаясь найти Феликса среди толпы. Его нигде не было. Сердце забилось чаще, отдаваясь глухими толчками в висках. Волна паники вновь поднялась изнутри, стягивая грудь тугой петлёй. Он невольно сглотнул, ощутив сухость во рту, и обвёл помещение ещё раз внимательным, почти отчаянным взглядом. Пусто. Вокруг кипела жизнь: люди переговаривались, листали бумаги, смеялись, кто‑то нервно поглядывал на часы, кто‑то проверял документы в телефоне. Но для Сынмина всё это вдруг потеряло чёткость, звуки стали приглушёнными, будто доносились издалека. Он сделал шаг вперёд, затем ещё один, неуверенно переставляя ноги, и тут его неожиданно окликнули, вырывая из оцепенения: — Ким Сынмин! Обернувшись, он увидел Ли Минхо, выпускника с факультета искусств. Они иногда общались на общих мероприятиях и пару раз пересекались в столовой. Минхо стоял у окна, держа в руках стаканчик кофе. В его улыбке читалась искренняя забота, а взгляд, внимательный и проницательный, мгновенно уловил тревожное состояние Сынмина. — Ты чего такой бледный? — спросил он, подходя ближе и слегка наклонив голову. — Всё в порядке? Или случилось что‑то серьёзное? Сынмин сделал короткий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Он провёл рукой по волосам, стараясь вернуть себе обычный вид, и выдавил лёгкую улыбку: — Да нет, ничего страшного… Просто… потерял друга из виду. Мы были вместе, а теперь его нигде нет. Минхо понимающе кивнул, сделал глоток кофе и махнул рукой в сторону очереди у кабинета. — А, так ты на вакцинацию? Мы с Сынэль тоже тут застряли. У нас в университете какой‑то вирус, закрыли на карантин, вот и перекинули нас сюда — для какой‑то экскурсии, представляешь? — он бросил быстрый взгляд на свою девушку, что стояла неподалёку и оживлённо беседовала с подружками, жестикулируя и смеясь. — Сказали, без прививки не пустят, иначе на экскурсию не попадём. И попробуй возрази — деканат на ушах стоит. — Экскурсия? — переспросил Сынмин и невольно нахмурился, не понимая, что там забыли студенты колледжа искусств. Его взгляд скользнул по толпе, снова пытаясь отыскать Феликса. — Ага, в исследовательский центр «Вектор‑Z», — ответил Минхо, слегка поморщившись. — Говорят, там проводят какие‑то эксперименты с генетикой. Звучит, конечно, впечатляюще… Но я в этом ничего не смыслю. Да и зачем нам это? Мы же музыканты, а не биологи. — Он усмехнулся, покрутив стаканчик в руках. — Представляешь, скажут: «Минхо, настрой микроскоп вместо гитары!» А я им честно: «Могу сыграть на нём блюз, если дадите пару минут на настройку. Но разбирать ДНК – это уже за гранью моих музыкальных способностей!» Парень тихо рассмеялся, но в смехе читалась усталость. — Лучше бы дали лишний час на репетицию, — продолжил он, понизив голос. — У нас через две недели выступление, а мы до сих пор не доработали аранжировку для последней песни. Сидим тут, кофе остывает, а время идёт… Сынмин невольно улыбнулся, впервые за последние минуты. Он почувствовал, как напряжение понемногу отпускает его. — Звучит как наказание, а не экскурсия, — заметил он. — И у нас похожая ситуация. Минхо улыбнулся чуть шире, поставил стаканчик на подоконник и засунул руки в карманы. — Ну что, — кивнул он в сторону толпы, — будем искать твоего друга? А заодно проверим, не сбежал ли кто‑то из наших от этой «экскурсии»? Вдруг Феликс уже там, с гитарой вместо микроскопа? Их разговор прервал громкий топот и оживлённые голоса, эхом отдающиеся от кафельных стен коридора. В конце коридора появилась группа парней в спортивной форме. Они шли плотной группой, уверенно и шумно, заполняя собой всё пространство вокруг. Это были те, кого в университете называли «Золотой Лигой Чемпионов»: элита кампуса, звёзды разных видов спорта, за которыми следили все – от первокурсников до преподавателей. Во главе шёл Бан Чан, выпускник и неформальный лидер этой команды. Среднего роста, но с такой крепкой спортивной фигурой, что он сразу притягивал взгляд. Открытая улыбка делала его дружелюбным на вид, но те, кто знал Чана ближе, прекрасно понимали: когда речь шла о победе, он готов был рвать и метать ради своей команды. Парень подавал большие надежды в футболе, не зря ходили слухи, что его уже присмотрели скауты одного из клубов французской Лиги. Рядом с ним шагал Ким Мину, мастер тхэквондо. На его счету – три золотые медали национальных студенческих соревнований. Он двигался легко и плавно, будто готов был в любой момент перейти в стойку. Его уважали за дисциплину и хладнокровие, а на татами он не проигрывал уже два года подряд. Следом шёл Со Чанбин – звезда университетской команды по плаванию. Рекордсмен вуза на дистанции 200 м комплексным плаванием, он славился своей выносливостью. На тренировках мог проплыть десять километров без остановки, а на соревнованиях – вырвать победу на последних метрах. Четвёртым был Ли Енсун – баскетболист, рост 189 см. Лидер команды, который в прошлом сезоне принёс решающие очки в финале межвузовской лиги. Его фирменный бросок с отклонением знали все соперники, но всё равно не могли заблокировать. Пятым шёл Пак Чонхун – чемпион по лёгкой атлетике в беге на средние дистанции. В прошлом году он установил рекорд университета на 800 метров. Его называли «двигателем команды». На эстафете он всегда бежал последний этап и почти всегда вырывал победу. Замыкал группу Чон Дэик. Он был самым младшим и самым невысоким, даже ниже Чана, но от этого не менее опасным. На третьем курсе он завоевал бронзу национального молодёжного чемпионата по атлетике и заслужил место в команде от самого Бан Чана. Скорость и ловкость делали его грозным соперником. Сынмин невольно сжал кулаки, но тут же заставил себя расслабиться. Старые раны не должны мешать настоящему. Для Сынмина же Дэик был давним врагом. Ещё со школьных лет, когда тот возглавлял компанию обидчиков, между ними шла молчаливая война. Теперь, встречаясь в университете, Дэик неизменно пытался задеть Сынмина, а тот, в свою очередь, не позволял ему чувствовать себя победителем. В словесных стычках он всегда выходил сухим из воды, потому что обладал бойким языком и быстрой реакцией. За ними шли ещё пара ребят, менее заметных, но явно преданных этой группе. Несколько первокурсников, стоявших неподалёку, разом замолчали и вытянули шеи, стараясь разглядеть Бан Чана. Все они двигались с той особой уверенностью, которая приходит с победами, славой и всеобщим признанием. Минхо, проследив за взглядом Сынмина, тихо хмыкнул. В его глазах мелькнуло что‑то вроде любопытства и лёгкой насмешки. — Смотри-ка, — он слегка толкнул Сынмина локтем, — чемпионы пожаловали. На вакцинацию? Да ладно, кто в это поверит. Просто решили пройтись с важным видом, показать, какие они крутые. А медпункт – ну, почти стадион. Сынмин слегка напрягся, но постарался сохранить нейтральное выражение лица. Он знал, что если Дэик его заметит, конфликта не избежать. Но уже было поздно. Тот шёл прямо в его сторону, нарочито медленно, с привычной насмешливой ухмылкой. Каждый его шаг отдавался в сознании Сынмина эхом давних обид. Он невольно сжал кулаки в карманах сильнее, глубоко вдохнул и заставил себя расслабиться. Спокойно. Не стоит давать ему повод торжествовать. Сынмин расправил плечи и поднял подбородок, встречая приближающегося Дэика прямым взглядом. В глазах его не было ни страха, ни раздражения, только холодная собранность, будто он готовился к очередному раунду в их многолетней негласной игре. — О, гляньте… — Дэик сделал паузу, обводя взглядом своих товарищей, — игрок с нулевым уровнем харизмы вышел в оффлайн. Всё ещё качаешь «взлом замков» вместо того, чтобы научиться общаться с людьми? Едва слова сорвались с его губ, в коридоре повисла тишина. Один из товарищей тяжело выдохнул, другой нервно переступил. Постепенно, один за другим, все обратили взгляды на стоящего парня. В этих взглядах было одно и то же: ожидание, любопытство, едва уловимая насмешка. Чан неторопливо прислонился к стене, скрестил руки на груди и медленно, с явным равнодушием, оглядел Сынмина с головы до пят. Его лицо не выражало ничего, кроме скуки. Лишь после долгой паузы он качнул головой и заговорил: — Не понимаю, зачем ты каждый раз тратишь столько времени на этого неудачника, — он зевнул в кулак, растягивая слова. — Ему же всё равно не понять, что мир не крутится вокруг его клавиатуры и игровых очков. Голос Чана звучал ровно, но в нём отчётливо сквозила насмешка. Он оттолкнулся от стены и сделал полшага вперёд, вставая чуть позади Дэика и тем самым подчёркивая свою поддержку. — Ты тратишь на него силы, а он даже не оценит, — сказал Чан, приглушив голос, но так, что слова достигли цели. — Лучше бы сосредоточился на подготовке к ближайшему матчу. Там хотя бы результат будет. А тут… — он небрежно махнул рукой в сторону Сынмина, — пустая трата времени. Дэик самодовольно ухмыльнулся, явно довольный словами лидера. Парень расправил плечи и сделал ещё один шаг к Сынмину, заметно сокращая дистанцию. — Видишь? Даже Чан считает, что ты зря тут стоишь, — бросил он с издёвкой. — Может, вернёшься к своим кнопкам? Пока кто‑нибудь случайно не нажал «удалить» на твоей виртуальной личности. Сынмин не сдвинулся с места. Пальцы по‑прежнему были сжаты в карманах, но дыхание стало ровным, размеренным. Он не отвёл взгляда, твёрдо глядя в глаза Дэику. Тихо, но отчётливо, с холодной ясностью произнёс: — Знаешь, в играх есть одна полезная штука — режим игнорирования. Может, тебе стоит его освоить? В коридоре, где только что висело напряжённое молчание, внезапно раздался звонкий, раскатистый смех Чана. Звук получился настолько ярким и неожиданным, что от стен отозвалось лёгкое эхо. Мину, стоявший чуть в стороне, отреагировал едва заметной улыбкой. Уголок его рта слегка дрогнул, выдавая сдержанную усмешку, но взгляд оставался абсолютно серьёзным. Дэик на мгновение растерялся. Его лицо утратило привычную насмешливую маску: брови приподнялись, глаза быстро перебегали от Чана к Мину, пытаясь уловить их реакцию, понять, насколько всерьёз окружающие воспринимают его слова. Но уже через секунду он взял себя в руки и заговорил: — О, так ты решил поиграть в невозмутимого героя? Впечатляет. Только вот знаешь, что? — Дэик сделал паузу, обвёл взглядом окружающих, явно ища поддержки. — Даже в самой крутой игре персонаж без аудитории — просто набор пикселей. А ты… — голос стал тише, но от этого звучал ещё язвительнее, — ты даже не главный герой. Ты NPC, который думает, что у него есть сюжетная линия. Он выпрямился, выдержал паузу и произнёс с ледяной усмешкой: — Так что, может, всё‑таки вернёшься в свой слот сохранения? Пока тебя не переписали под кого‑то более интересного. По коридору прокатился смех. Парни переглядывались, обменивались улыбками, а кто‑то даже хлопнул Дэика по плечу, одобрительно кивнув. Напряжённая атмосфера мгновенно сменилась триумфальным весельем. Сынмин не двинулся с места. Поза его оставалась неподвижной; лишь тяжело вздохнув, он покачал головой. Смех ещё катился по коридору, перескакивая от одного к другому, и постепенно все взгляды скользнули к Чану. Тот, всё ещё улыбаясь, но уже явно потеряв интерес к происходящему, двинулся вперёд. За ним последовали ещё двое парней. Остальные студенты, словно подчиняясь негласному сигналу, начали расступаться, образуя живой коридор. Дэик, раздуваясь от гордости, уже развернулся, чтобы присоединиться к этой процессии, как вдруг за спиной раздался, спокойный, но режущий, как лезвие, голос: — Знаешь, в «Золотой Лиге» ценят не скорость бега, а вес побед. Ты можешь сколь угодно быстро носиться по дорожке, но пока за тобой нет ни одного настоящего триумфа – ты просто размытое пятно на фоне тех, кто действительно чего‑то добился. Слова прозвучали чётко, без лишнего пафоса, но их холод пробрал коридор до самых стен. Смех оборвался мгновенно, будто кто‑то повернул выключатель. Шепоты стихли, шаги удаляющейся «Золотой Лиги» растворились в тишине. Все взгляды невольно устремились к Дэику. Тот уже сделал полшага вслед за Чаном, но резко остановился. Плечи напряглись, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Медленно, слишком медленно он развернулся. Лицо превратилось в маску сдержанной ярости, а в глазах вспыхнул необузданный гнев. Чан и Чанбин обернулись одновременно. Их лица оставались спокойными, почти каменными, но в глазах читалось знакомое: «ну вот, опять». Чан едва приподнял бровь, а Чанбин слегка склонил голову, внимательно оценивая ситуацию. В коридоре повисла тяжёлая пауза. Даже самые нетерпеливые из находившихся поблизости притихли, чувствуя, как нарастает напряжение. Минхо, всё это время стоявший плечом к плечу с Сынмином, уловил миг, когда равновесие окончательно рухнуло. Он заметил, как напряглись мышцы Дэика, как дрогнул уголок его рта перед тем, как сорваться в действие. Инстинкт сработал раньше, чем в сознании успела оформиться мысль. Минхо рванулся вперёд, стремительно протянув руку к толстовке Сынмина. Пальцы почти сомкнулись на ткани, но в последний момент соскользнули, так и не сумев удержать. Кулак Дэика врезался в живот Сынмина с глухим ударом. Он согнулся, воздух вырвался сквозь стиснутые зубы, но устоял на ногах. Его лицо исказилось от боли, а руки рефлекторно обхватили живот. — Ах ты, дерьмо собачье! — рявкнул Дэик, сжимая кулаки. Его лицо пылало, глаза горели злобой. — Думал, язык твой острый тебя спасёт? Не успел он закончить фразу, как Минхо, не раздумывая, рванулся вперёд и с силой оттолкнул Дэика. — Вам что, в вашем университете совсем мозги поотбивали к чертям?! — его голос прозвучал резко, почти рыком, эхом разнёсшись по коридору. В ту же секунду к Сынмину метнулась Сынэль. Она буквально ворвалась в пространство между ним и Дэиком, ее лицо исказилось от страха и гнева. — Ты как? — она схватила его за плечи, торопливо оглядывая, пытаясь понять, насколько серьёзно он пострадал. — Дышать можешь? Сынмин, согнувшись, сделал глубокий вдох и кивнул: — Нормально… сейчас… — голос звучал сдавленно, но он постепенно выпрямлялся. Его пальцы всё ещё сжимали ткань толстовки, а на лбу выступила испарина. Сынэль не отпускала его, её пальцы крепко сжимали его рукава толстовки. Она бросила яростный взгляд на Дэика, затем на Минхо, который продолжал сверлить первого взглядом. — Хватит, — твёрдо сказала девушка, повысив голос ровно настолько, чтобы его услышали все. — Минхо, отойди. Это не стоит того. Её голос разорвал застывшую атмосферу. Минхо на мгновение обернулся к ней, коротко кивнул, давая понять, что слышит, но не отступил. В глазах всё ещё горела ярость, но он сделал шаг назад, слегка расслабив плечи. Ситуация накалилась до предела. К ним уже направлялся Чан. Его шаги были размеренными, почти неторопливыми, но в этом спокойствии чувствовалась угроза. Лицо оставалось бесстрастным, но во взгляде читалась холодная решимость. Он схватил Минхо за куртку, собираясь что‑то сказать, но в этот момент из медпункта донёсся оглушительный грохот. Звук был такой, будто кто‑то с размаху швырнул металлический лоток на кафельный пол. За ним последовал резкий крик медсестры: — Джисон! Ты совсем с ума сошёл?! Все невольно обернулись. Дверь кабинета с шумом распахнулась, ударившись о стену. На пороге появился Джисон. Его голова была наспех перевязана, на лбу виднелись следы крови, уже начавшей подсыхать. Он небрежно вытер рот тыльной стороной ладони, оставив на коже кровавый след, хмыкнул и шагнул в коридор. Взгляд его скользил по собравшимся – равнодушный, отстранённый. За ним, буквально вылетая из кабинета, мчалась медсестра. Её белый халат был испачкан кровью, на рукаве расплылось алое пятно. Лицо пылало от гнева, глаза горели яростью, а голос звенел от едва сдерживаемой злости: — Ну попадись мне только на глаза! Разбил пробирки, всё в крови, а он просто уходит, будто так и надо! — крикнула она, прижимая к груди руку с кровоточащей раной. Женщина резко остановилась, тяжело дыша, сжала кулаки, а потом резко развернулась и направилась обратно в кабинет. По пути схватила со стола стерильную салфетку из открытой упаковки и наспех прижала к ране, морщась от боли. — Сынмин! — окликнула его медсестра, уже стоя в дверях. Голос звучал твёрдо, но в нём слышалась усталость. — Заходи, твоя очередь. Ещё не оправившись до конца от удара под дых, Сынмин медленно поднял голову. В груди упорно пульсировала боль, и каждое дыхание давалось с трудом. Он невольно бросил короткий взгляд на Джисона, который уже удалялся по коридору, а потом перевёл глаза на медсестру. — Пусть спортсмены идут первыми, — тихо, но отчётливо произнёс он, опускаясь на лавочку рядом с Сынэль. — Не хочу обострять конфликт. Чан, до этого сжимавший куртку Минхо, услышав это, резко отпустил ее. Пальцы разжались настолько внезапно, что он едва удержал равновесие. Чан нервно шикнул, бросил на их тройку последний предупреждающий взгляд и, не говоря ни слова, направился в кабинет. Они остались сидеть на лавочке. Дэик больше не предпринимал попыток подойти, но его колкий взгляд неотрывно следил за Сынмином. Сам парень почти не обращал на это внимания. Он рассеянно слушал Сынэль, которая пыталась его подбодрить, одновременно отправляя Феликсу очередное сообщение – уже двадцатое за последние десять минут. Экран телефона молчал: Феликс не отвечал, не появлялся в сети. Это начинало всерьёз беспокоить. Пока он ждал ответа, время тянулось мучительно медленно. Вскоре подошла очередь Сынэль. Девушка вернулась через несколько минут, и её лицо светилось от радости. — Вы не поверите! — она широко улыбнулась, едва сдерживая восторг. — Я болею, поэтому мне не будут ставить вакцину! И никуда не поеду! Минхо и Сынмин переглянулись, втайне завидуя ей, но их взглядах читалось явное облегчение: хоть кому‑то повезло избежать этой участи. Затем настала очередь Сынмина. Медсестра встретила его с усталым, но внимательным взглядом. Она задавала стандартные вопросы: о самочувствии, аллергии, недавних болезнях. Сынмин отвечал честно, стараясь не выдавать внутреннего беспокойства. Когда формальности были улажены, он спросил: — А что здесь натворил Джисон? Почему он так… резко ушёл? Медсестра лишь отмахнулась, её лицо на мгновение исказилось от досады. — Совсем голову потерял, — вздохнула она, поправляя повязку на руке — Оттолкнул меня, когда я его забинтовывала, разбил пробирки… Пришлось всё быстро убирать, вот и порезалась... Сынмин молча кивнул, наблюдая, как медсестра готовит шприц. Он старался сохранять спокойствие, но мысли то и дело возвращались к Феликсу. Где он? Почему не отвечает? Когда процедура была завершена, Сынмин медленно поднялся и окинул взглядом холл. Пространство казалось непривычно пустым – ни Феликса, ни даже случайных прохожих. Это вызывало всё большее беспокойство. Он уже почти достал телефон, чтобы ещё раз проверить сообщения, когда экран внезапно загорелся. Пришло уведомление от Феликса.

Feline🐱: Прости‑прости‑прости! (シ_ _)シПока ты мыл руки, мне внезапно позвонил препод по проекту и прямо приказным тоном сказал: «Срочно ко мне!»

Feline🐱: А следом – бац! И цепочка рвётся. Я в полной панике…

Feline🐱: В итоге мы с преподом вместе ползали по полу и искали мою черепашку. Представь?

Feline🐱: Благо нашли, а то я уже напридумывал себе всяких примет.

P.S. Заглажу вину пачкой чипсов (´ ˘ `).｡oO (♡)

Сынмин выдохнул с облегчением. Тревога, сковывавшая грудь, понемногу отпускало, и на смену ей пришло лёгкое тепло. Он быстро набрал ответ, пальцы дрожали от смеси радости и остаточной нервозности: Seungmin: То есть я ушёл на пару минут, а ты успел устроить мини‑драму с преподом и поиском талисмана? (￣_￣)・・・

Feline🐱: Ага. Ты же знаешь, меня, бро. ฅ(•ㅅ•❀)ฅ

Seungmin: Ладно, прощаю, но с условиями. Встречаемся у старого моста через час и чипсы должны быть большими. 凸(￣ヘ￣)♡ Он убрал телефон в карман и невольно улыбнулся. Мир словно вернулся в привычное русло, пусть даже на мгновение. Попрощавшись с Минхо и Сынэль, которые продолжали негромко беседовать, Сынмин направился к остановке. Вечерний город окутывал его привычным теплом: свет фонарей, запах жареной курочки из ближайшей лавочки, смех прохожих. Всё казалось таким обыденным, таким надёжным… В тот момент Сынмин даже не подозревал, что вскоре его жизнь изменится навсегда. Он не догадывался, что эта встреча с Минхо и Сынэль окажется последней. Что совсем скоро их пути разойдутся безвозвратно, оставив лишь воспоминания о времени, когда всё было просто и понятно.