Два полюса, или Рыжая в центре внимания

В комнате общежития горел только ночник, отбрасывая длинные тени. За окном спальный район затих, лишь редкие машины разрезали тишину. На кровати, застеленной темным бельем, сидели Илья и Саша, ожидая. Щелчок замка прозвучал как выстрел. Женя вошла без стука — рыжая, злая, с пакетом в руке, из которого торчала упаковка суши. Она захлопнула дверь ногой и окинула их взглядом, в котором смешались вызов и голод. — Соскучились, мальчики? — голос низкий, с хрипотцой. Она бросила пакет на стол и, вместо того чтобы сесть на стул, шагнула прямо к кровати, вклиниваясь между ними. Илья усмехнулся, откладывая телефон. Саша сразу подобрался — вечно этот огонь в рыжих волосах заставлял его терять самообладание. — Мы взяли твои любимые, — кивнул Илья на пакет. — С угрем. — Значит, надеялись, что я приду, — Женя вздернула подбородок, но её пальцы уже тянулись к лотку. Она раскрыла его, взяла кусочек пальцами и демонстративно медленно отправила в рот, глядя им в глаза. — Мы всегда надеемся, — тихо сказал Саша. Он подвинулся ближе, так что его бедро прижалось к её ноге. Женя напряглась, но не отодвинулась. Илья действовал иначе. Он взял следующий ролл, обмакнул в соевый соус и поднес к её губам. — Открой рот. В комнате повисла тишина. Женя смотрела на него исподлобья, сверкая зелеными глазами. Её челюсть сжалась — она боролась с желанием подчиниться. — Кто ты такой, чтобы командовать? — прошипела она. — Тот, кто кормит тебя, когда ты голодна, — спокойно ответил Илья, не убирая руку. — Тот, кто видит, как ты дрожишь, когда остаешься с нами вдвоем. Саша подхватил с другого бока, скользнув ладонью по её спине, нащупывая край футболки. Женя дернулась, но Илья перехватил её за подбородок, мягко сжав. — Съешь. Потом получишь то, за чем пришла. Она замерла на секунду, и Саша почувствовал, как дрожь прошла по её телу. Женя медленно, с вызовом, приоткрыла губы. Илья положил ролл ей на язык, и она сомкнула рот, демонстративно облизывая его пальцы. — Хорошая девочка, — выдохнул он. — Пошел ты, — огрызнулась она, но в голосе не было злости. Только напряжение, которое требовало разрядки. Саша не выдержал первым. Он развернул её к себе, впиваясь в губы поцелуем, жестким, требовательным, кусая нижнюю губу, которую она тут же прикусила в ответ. Женя зарычала ему в рот, цепляясь за его плечи, царапая ногтями через тонкую ткань футболки. Илья наблюдал, спокойный, как хищник, выжидающий момент. Он стянул с неё футболку, пока она была занята Сашей, и Женя вздрогнула от прохлады воздуха на коже. Илья тут же накрыл её сзади, прижимаясь грудью к спине, касаясь губами шеи, спускаясь к плечу, оставляя влажные следы. — Играешь в злую, — прошептал он ей в ухо, расстегивая лифчик. — А сама мокрая уже, только от того, что мы смотрим. — Заткнись, — выдохнула Женя, но её голос сорвался, когда Саша сжал её грудь, а Илья одновременно укусил за мочку уха. Они действовали слаженно, как будто давно репетировали. Саша стянул с неё джинсы вместе с бельем одним движением, и Женя оказалась между ними совершенно нагая, с раскрасневшимися щеками и тяжелым дыханием. Она всё ещё пыталась казаться жесткой, но её тело предавало: соски напряжены, бедра чуть разведены, пальцы вцепились в плечо Саши, но не отталкивая, а удерживая. — Хватит смотреть, — потребовала она хрипло. — А что ты хочешь? — Илья присел на корточки позади, разводя её колени шире. — Скажи. Женя молчала, закусив губу. Саша опустился перед ней на колени, целуя живот, спускаясь к бедру. — Скажи, — повторил он. — Чтобы вы… — она запнулась, когда язык Ильи коснулся её сзади, между ягодиц, проводя влажную дорожку. — Чтобы перестали играть. — Это ты играешь, — Илья поднялся, прижимаясь к ней сзади, давая почувствовать свою эрекцию через ткань джинсов. — Скажи прямо, чего хочешь. Или мы будем кормить тебя роллами до утра. Женя развернулась и толкнула его на кровать, нависая сверху. Глаза горят, волосы разметались рыжим пламенем. — Хочу, чтобы вы оба меня трахнули, — прорычала она, вцепившись ему в пояс. — Чтобы забыла, как меня зовут. Ясно? Саша усмехнулся, стягивая футболку. — А то мы не знали. Дальше всё смешалось в клубок рук, губ, зубов. Они уложили её на середину кровати. Илья взял её запястья и завел за голову, прижимая к подушке. Женя дернулась — машинально, по привычке сопротивляться, но не сильно, и он это почувствовал. — Руки держи здесь, — приказал он, и она неожиданно послушалась, оставив ладони над головой. Саша в это время разводил её ноги, укладываясь между ними, проводя языком по внутренней стороне бедра, поднимаясь выше. — Саша, — выдохнула Женя, когда его рот коснулся её клитора. Она выгнулась, но Илья держал, не давая двинуться. — Смотри на меня, — потребовал он. Женя подняла затуманенный взгляд, и он накрыл её губы поцелуем — глубоким, медленным, в то время как Саша работал языком внизу, доводя её до грани. Когда она уже начала выгибаться и скулить в поцелуй, Илья отстранился. — Не смей кончать без разрешения. — Идиот… — выдохнула она, но её трясло от напряжения. Саша убрал рот, заменяя пальцами — двумя, потом тремя, растягивая, подготавливая. — Кто здесь главный? — спросил Саша, глядя на неё снизу вверх, не прекращая движений. Женя закусила губу до крови, борясь с желанием и гордостью. Илья наклонился, лизнул соленую каплю на её шее. — Скажи правду. — Вы… — она выдохнула сквозь зубы. — Вы оба. Только… не останавливайтесь. Этого было достаточно. Они перевернули её на живот, приподняв бедра. Илья вошел сзади, медленно, на всю длину, и Женя вскрикнула, вцепившись в простыню. Саша встал перед ней, беря её лицо в ладони. — Открой рот, — повторил он слова Ильи из начала вечера. Теперь Женя не сопротивлялась. Она послушно разомкнула губы, принимая его, позволяя направлять себя. Каждое движение Ильи сзади толкало её вперед, насаживая на Сашу. Они нашли ритм — быстрый, жесткий, от которого Женя потеряла способность думать. Она стонала, не сдерживаясь, забыв, что в соседней комнате спят, что стены тонкие. Ей было плевать. Она была между ними, распятая, наполненная, желанная. Илья наклонился, кусая её за плечо, оставляя след. Саша запустил руку в её волосы, натянув, заставляя запрокинуть голову. — Посмотри на меня, когда будешь кончать, — приказал он. Женя, с рыжими волосами, разметавшимися по спине, со следами укусов на плечах, с глазами, полными слез от переполняющих ощущений, смотрела на него снизу вверх, когда оргазм накрыл её — волнами, с криком, с дрожью, от которой сжалось всё внутри. Илья почувствовал это, зарычал и кончил следом, прижимая её к себе. Саша вышел из её рта в последний момент, направляя рукой себе на живот, тяжело дыша. На какое-то время в комнате остались только звуки сбитого дыхания. Потом Илья опустился рядом, не выпуская её из рук. Саша рухнул с другой стороны, притягивая к себе. Женя оказалась зажатой между ними, мокрая, разбитая, но абсолютно удовлетворенная. Она лежала молча, уткнувшись носом в грудь Илье, ноги переплелись с Сашиными. Её тело всё ещё подрагивало мелкими судорогами. — Как ты? — прошептал Саша, гладя её по спине. — Отвали, — пробормотала она, но её голос был мягким, сонным. Илья потянулся к тумбочке, достал влажные салфетки, аккуратно вытирая её бедра и живот. Женя позволила, даже не огрызнулась. — Я вас ненавижу, — сказала она уже с закрытыми глазами. — Знаю, — улыбнулся Илья, накрывая её одеялом. — Но завтра принесите ещё роллов, — добавила она, проваливаясь в сон. Саша переглянулся с Ильей через её голову. Борьба за внимание продолжится утром. Но сейчас они были едины — трое, нашедшие друг друга в тесной комнате общежития, тайком, вопреки всему. Илья выключил ночник, и в темноте осталось только мерное дыхание троих тел, сплетенных в одно.