Два полюса, или Рыжая в центре внимания

Это была обычная пятница, которая обещала быть спокойной. Настолько спокойной, что Илья и Саша, залипнув в очередной сетевой шутер, даже не сразу заметили, что Женя куда-то пропала. — Она сказала, что выйдет на пару минут, — отмахнулся Саша, когда Илья отвлекся от монитора, чтобы оглядеть пустую комнату. — В Пятерочку за хлебом и колой. Ты же знаешь её: вечно забывает, что мы вчера всё сожрали. Илья кивнул, но что-то внутри сжалось. С того утра на заброшке прошло уже две недели, и Женя вроде бы оклемалась, снова стала огрызаться и смеяться, но у Ильи осталось то самое паучье чутьё, которое теперь реагировало на любое её отсутствие. — Давно ушла? — спросил он, вставая. — Минут двадцать назад. Там же рядом, через дворы, три минуты ходьбы, — Саша снял наушники, почувствовав напряжение друга. — Иль, ну что опять? Она же не маленькая. — Скинь ей, спроси, где она. Саша потянулся к телефону, набрал сообщение. Тишина. Перезвонил — гудки, сброс. Илья уже натягивал толстовку, когда в дверь постучали. На пороге стоял запыхавшийся парень с первого этажа. — Вы с рыжей дружите? Там такое... Я из окна видел: её какие-то мужики у пивнушки скрутили, запихали в серую «Газель». Я сначала думал, может, знакомые, но она ж кричала. Я испугался, только сейчас собрался... Дальше Илья не слушал. Мир сузился до одной-единственной цели. --- Женя помнила только то, что шла по освещенному двору, сжимая в руке телефон и думая о том, взять ли ещё чипсы. А потом из-за припаркованной «Газели» вынырнули трое. Один схватил её за сумку, она дернулась, хотела закричать, но второй — с мерзким, заплывшим лицом — зажал ей рот, а третий, самый здоровый, что-то резко воткнул в шею. Мир погас. Очнулась она в темноте, на бетонном полу. Голова раскалывалась, во рту был привкус крови и какой-то химии. С трудом разлепив глаза, Женя поняла, что лежит в каком-то заброшенном гараже или подвале. Руки были стянуты за спиной пластиковой стяжкой, лодыжки тоже связаны. Сумки рядом не было, телефон исчез. — Очухалась, — раздался голос откуда-то сверху. Тот самый, со здоровяком, сидел на старом ящике и курил. — Ты, рыжая, не брыкайся. Мы не звери. Отдашь, что есть, и отпустим. — У меня ничего нет, — прохрипела Женя, пытаясь сесть. Голова закружилась, и её вырвало прямо на пол. — Э, дура! — второй гопник, тот, что с заплывшим лицом, подскочил и пнул её по ребрам. — Вещи портишь! Удар был не сильным, но Женя вскрикнула, свернувшись клубком. Третий, молчаливый и худой, стоял у входа, поглядывая на улицу. — Слышь, — здоровяк подошел ближе, наклонился. — Ты только не истери. Мы ж не маньяки. Деньги, карты — и свободна. А если будешь дергаться... — он красноречиво похлопал себя по карману, где угадывался нож. Женя молчала, стараясь не показывать страха. Она понимала, что эти трое — обычные отморозки, которым нужна была легкая нажива. Но в их глазах читалось что-то ещё — злость на целый мир, желание унизить, показать свою власть. — Говори пин-код от карты, — велел здоровяк, вытаскивая её телефон. — Не скажу, — выплюнула Женя. — Умная? — усмехнулся он и со всей силы ударил её по лицу. Из носа хлынула кровь, в ушах зазвенело. Женя упала набок, чувствуя, как сознание снова начинает уплывать. --- Илья надел костюм в подворотне, не дожидаясь, пока Саша отвяжется. Но Саша — парень упрямый. Увидев, как из окна первого этажа вылетел Человек-паук, он схватил первую попавшуюся тяжелую железяку — длинный обрезок арматуры, валявшийся у стройки, — и рванул следом, не отставая. — Я с тобой! — крикнул он в темноту, хотя Илья уже был на крыше. Паучье чутьё вело Илью, как натянутая струна. Он перелетал с крыши на крышу, сканируя улицы в поисках серой «Газели». Район был старым, гаражным, и он знал, что такие, как эти, обычно прячутся там. Нашёл он их через десять минут — машина стояла у гаражного кооператива, заросшего бурьяном. Илья бесшумно спустился на крышу гаража, прислушиваясь. Внутри раздавались глухие удары, всхлипы и пьяные голоса. — ...говори, сука, пин-код! — Пошел ты... Это был голос Жени. Илья услышал в нём боль и отчаяние, и в его груди что-то оборвалось. В этот момент из-за угла выскочил запыхавшийся Саша, сжимая арматуру как бейсбольную биту. Увидев Илью на крыше, он кивнул, и они поняли друг друга без слов. Илья прыгнул. Он влетел в распахнутые ворота гаража, как вихрь. Первым он увидел здоровяка, который стоял над скорчившейся на полу Женей. В тусклом свете фар было видно, что её лицо залито кровью, губа разбита, а на рубашке — темные пятна. Второй гопник, с заплывшим лицом, сидел на ящике, держа в руке её телефон. Третий, худой, стоял у стены с ножом. — Вы, — произнёс Илья голосом, в котором не было ничего человеческого. Паучье чутьё кричало, но он уже не контролировал себя. Он бросился на здоровяка, и удар его кулака пришёлся тому в челюсть с такой силой, что мужчина отлетел к стене, с лязгом ударившись затылком о металлический стеллаж. — Паук! — заорал худой с ножом, бросаясь вперёд. Но не успел он сделать и шага, как сзади его настигла арматура. Саша, не издав ни звука, размахнулся и со всей дури врезал гопнику по руке, державшей нож. Раздался хруст костей, нож упал на пол, а мужик завыл, схватившись за сломанную конечность. Третий, с заплывшим лицом, попытался выскочить через боковой проход, но Илья уже был рядом. Он схватил его за шкирку и швырнул на груду ржавых запчастей, даже не глядя, куда тот приземлился. Саша тем временем подошел к здоровяку, который пытался подняться, опираясь на стену. Глаза у Саши горели такой ненавистью, что гопник побледнел. — Ты её ударил? — тихо спросил Саша, вращая арматуру в руке. — Парень, ты чё, мы ж по-тихому... — Я спросил, ты её ударил?! — заорал Саша и, не дожидаясь ответа, обрушил арматуру на плечо мужика. Тот рухнул, как подкошенный. Илья уже был рядом с Женей. Он разорвал пластиковые стяжки на её руках и ногах одним движением, подхватив её на руки. — Женя, Женя, смотри на меня, — голос его дрожал, под маской блестели глаза. — Я здесь. Я рядом. Она приоткрыла глаза — опухшие, с лопнувшими капиллярами. Губы шевельнулись, пытаясь что-то сказать, но из горла вырвался только всхлип. Илья поднял голову и увидел, что здоровяк снова пытается встать, опираясь на стену. В его руке блеснул нож, который он, видимо, достал из голенища. — Саша, — сказал Илья голосом, не терпящим возражений. — Отойди с ней. Саша понял. Он подбежал, бережно, но быстро подхватил Женю на руки, отступая к выходу. Илья медленно пошел на здоровяка. Тот выставил нож перед собой, но рука тряслась. — Ты кто, мент? — прохрипел гопник, пятясь. — Мы ж ничего... — Ты посмотрел на неё? — спросил Илья, сжимая кулаки. — Ты видел, что ты сделал с её лицом? — Да ладно, подумаешь, поцарапали... Илья ударил. Один удар — и нож улетел в сторону. Второй — и гопник согнулся пополам, выплевывая зубы. Илья схватил его за ворот и приподнял над полом. — Если ты когда-нибудь приблизишься к ней, — прошипел он, — я найду тебя. Даже если ты сменишь город, даже если зароешься в землю. Я приду и сделаю так, что ты будешь молить о смерти, понял? Гопник, захлебываясь кровью, судорожно закивал. Илья разжал руку, и тот мешком свалился на бетон. --- На улице Саша опустил Женю на траву у забора, сам сел рядом, всё ещё сжимая окровавленную арматуру. Руки у него тряслись. — Дура, — сказал он тихо, глядя на её разбитое лицо. — Ну какая же ты дура. Зачем ты пошла одна? В который раз... Женя слабо улыбнулась разбитыми губами. — За хлебом, — прошептала она. Из гаража вышел Илья, снимая маску. Он подошел, опустился на колени перед Женей, осторожно, словно она была из стекла, взял её лицо в ладони. — Больно? — спросил он, глядя на ссадины, на кровоподтеки, которые уже начинали синеть на скулах и под глазами. — Терпимо, — соврала она. Илья повернулся к Саше, и тот кивнул, понимая, что сейчас они нужны ей оба. Саша отложил арматуру, подсел ближе, осторожно взял её за руку. — Я звоню в скорую, — сказал Саша, доставая телефон. — И в полицию. Пусть этих мусоров забирают. — Не надо скорую, — попыталась возразить Женя, но Илья перебил: — Надо. У тебя, возможно, сотрясение, и чёрт знает, чем они тебя отключили. Он прижал её к себе, чувствуя, как она дрожит. Саша, закончив вызов, накинул свою куртку ей на плечи, и они сидели так втроём, среди гаражей, под светом фонарей, пока вдалеке не завыли сирены. Илья поцеловал её в лоб, осторожно, едва касаясь, боясь сделать больно. — Никогда больше, — прошептал он. — Никогда больше не ходи одна. Я теперь буду с тобой везде. — И я, — добавил Саша, сжимая её пальцы. — Потому что вы оба без меня никак. Женя, несмотря на боль, фыркнула и закашлялась. — Вы два идиота, — прошептала она, но руки не убрала. А когда приехала скорая и фельдшер начал обрабатывать её раны, Илья и Саша стояли рядом, готовые в любой момент снова броситься в драку, потому что Женя, их рыжая, низкая, вечно проблемная девчонка, была для них дороже всего на свете. И за неё они были готовы разорвать любого, кто посмеет поднять на неё руку.