Пробудить луковку ликориса

Звук костяной флейты не утихал, становясь всё более резким, почти физически ввинчиваясь в виски. На земле, внизу, Лань Ванцзи, Цзян Чэн и Цзинь Лин превратились в смертоносный вихрь стали и духовной энергии. Бичэнь оставлял за собой шлейф ледяного света, Саньду разил с яростью шторма, а стрелы Цзинь Лина находили цели даже в самом густом тумане. Но сколько бы голов они ни сносили, сколько бы призрачных тел ни распадалось в прах — из марева вырывались новые. — может хватит мучить инструмент? —раздражённо рванула Фанлянь на двойника. Она сделала несколько коротких и длинных щелчков пальцами и пыталась сконцентрировать слух на ответе, но из-за шума едва услышала тихий звон колокольчика. — интересно получается, — усмехнулась тень— неужели Вы не проявите столь великолепному спектаклю хотя бы толики внимания? Моё сердце разбито! — тень театрально скорчилась. Фанлянь даже не посмотрела на него. — будто у тебя оно есть, — холодно произнесла она — не пытайся вести себя как он, выглядит отвратительно. В ответ тень громко рассмеялась. Брови девушки почти сошлись и она прикрыла глаза, чтобы успокоиться. — рассердить саму Малиновую розу! Какая честь для меня! Фанлянь промолчала и перевела внимание обратно на поле боя. Там среди тёмного марева трое заклинателей отдавая все силы сражались с бесконечной стаей собак. — Их слишком много! — выкрикнул Цзинь Лин, тяжело дыша. На его золотых одеждах уже осела серая пыль и копоть этого мира. — Дядя, они не кончаются! Цзян Чэн молча отсек лапу очередному зверю, его лицо застыло в маске холодного бешенства. Он понимал: Фанлянь была права. Это не битва мечей. Это битва воли. Каждая собака, которую они убивали, была лишь проекцией страха Вэй Ина, и пока этот страх питал Тень, бой был бессмысленным. Тень, парящая рядом с Фанлянь, хрипло рассмеялась: — Смотри, как они стараются. Как красиво они машут своими железками. Но разве можно убить то, что уже мертво? Разве можно победить ужас, который впитывался в кости с самого детства, когда ты, маленький и голодный, дрался за корку хлеба в подворотнях Илина? Фанлянь не ответила. Её пальцы незаметно перебирали четки на запястье. Она терпеливо ждала. — Глава Цзян так гордится своей силой, — продолжал двойник, смакуя каждое слово. — Но он забыл, что именно он когда-то сам защищал его от этого лая. А Ханьгуан-цзюнь? Он верит, что его свет разгонит любую тьму. Но посмотри... — он засмеялся, почти безумно — его свет здесь тускнеет. Он так безжалостен Внизу ситуация начала меняться. Псы перестали нападать поодиночке. Они начали окружать троицу, смыкая кольцо, и их рычание теперь сливалось в один низкий, вибрирующий гул, от которого дрожала сама земля. Ванцзи первым почувствовал это. Его движения стали чуть медленнее. Тень была права: этот мир высасывал из них силы, подменяя их уверенность сомнениями. — Не слушайте его шепот! — крикнул Лань Ванцзи, хотя сам едва слышал свой голос за воем монстров. — Цзинь Лин, стой за моей спиной! Цзян Чэн! — Не указывай мне! — огрызнулся Цзян Чэн, но встал плечом к плечу с Нефритом Лань. В этот момент над полем боя раздался чистый, пронзительный звук. Динь-динь-динь! Колокольчик ясности Хоухуа Юй прозвучал так внезапно и остро, что иллюзорные псы на мгновение замерли, словно обратившись в камень. Заклинатели тоже остановились, пытаясь понять происходящее и найти Фанлянь. Даже тень оцепенела и перевела свой взгляд на девушку. Девушка одарила фигуру победным взглядом. — я ведь сказала тебе не надеятся что я останусь в стороне. Мы ещё вернёмся. Одним щелчком пальцев Фанлянь оказалась на земле перед Цзинь Лином и не говоря ни слова коснулась его лба и он исчез. Точно так же она коснулась и Цзян Чэна с Хань-гуань цзюнем. Когда они проснулись Фанлянь уже возилась у кровати Вей У Сяня. Необычно яркие лампы хорошо освещали комнату, но через открытую дверь терассы в комнату задувал ночной ветер. В воздухе всё ещё стоял аромат цветочного благовония. — почему мы проснулись? — спросил Цзынь Лин сев на своём футоне. — потому что продолжать не было смысла, — сказала в ответ Рангику, которая занималась чем-то за ширмой — я ведь сказала вам — не забывайтесь. — проворчала Фанлянь. — объясните, Глава Юй, — попросил Лань Ванцзи. Он сжал одеяло которым его укрыли от досады. Он знал что они сделали какую-то ошибку, но вопрос был в том простит ли она им эту ошибку. — вы все так рьяно сражались, — начала Фанлянь тоном, больше похожим на похвалу чем на упрёк — но разве в этом было испытание? — а разве не в этом? — удивился Цзынь Лин. Наступила тишина. Шуршание со стороны кровати сменил тяжёлый, усталый вздох. — не в этом. Тварь просто решила вас извести на моих глазах. Никакого испытания не было, потому что первый страж был уже мёртв. Глаза всех троих округлились. — что значит мёртв? Как собака во сне может быть мёртвой? — с дрожащей улыбкой спросил юноша. Слова Фанлянь пугали и пробирали до мурашек до самых костей. Цзян Чэн молча слушал. Он уже давно п онял — самой Фанлянь не составило бы труда разобраться со всем. Но она просто не хотела этим заниматься.