Японская ванна с добавлением Кагами

      

Японская ванна с добавлением Кагами

      Белая раздвижная дверь открылась и Маринетт не смогла сдержать восхищённого вздоха.       –Ух ты, какая прелесть! Это твоя комната? –спросила она у Кагами.       Та лишь кивнула в ответ.       –Я пока переоденусь –бросила она и отошла.       Комната и вправду была просто загляденье, просторная и при этом очень уютная. У одной из стен стояли шкаф с книгами и письменный стол. Между ними, на специальной подставке лежали японская шпага и костюм для занятий фехтованием. У другой стены была кровать, ничуть не меньше, а может быть даже чуть больше кровати Эдриана, но на порядок ниже, как и принято в Японии. Рядом с собой, на комоде Маринетт увидела фотографию, Кагами в окружении улыбающихся девочек и весело смеющихся мальчишек, все примерно одного возраста.       «Должно быть это её друзья, а стало быть среди них должен быть и Кадзуно о котором она столько слышала.»       –Кто из них Кадзуно? –спросила она. –Невысокий скромняга, высокий крепыш или тот, что подмигивает?       Вместо ответа, Кагами бросила в подругу свёрнутым кимоно, и сама в точно таком же кимоно прошла мимо.       –Надевай свою юкату и приходи в ванну.       –Что? Зачем? –не поняла Маринетт.       –Чтобы принять ванну! –как чёрт из коробочки выскочил Лонг.       –Вместе?! –потрясённо и одновременно испуганно воскликнула Маринетт. –Мы будем вдвоём?!       –В Японии купание это ритуал. –совершенно спокойно ответила Какгами. –Умение делится сокровенным.       –Почему Кагами не хочет говорить о старых друзьях и о бывшем парне? –спросила Тики, когда Лонг и Кагами скрылись за дверью.       –Не знаю, но надеюсь, она поделится со мной во время купания.       Непонятно для чего, Маринетт отошла подальше от окна, хотя занавески на нём были плотно задёрнуты и стала раздеваться. Она снимала одежду и аккуратно складывала её на кровать, следом за пиджачком последовали любимые розовые брючки и белая сорочка, за ними настал черёд бюстгальтера и трусиков. Не прошло и минуты, как девушка уже стояла полностью голая в тёплой японской комнате. Маринетт уже хотела надеть юкату и идти за Кагами в ванну, как вдруг она заметила то, чего не заметила сразу, когда пришла в комнату. К стене книжного шкафа было прикреплено зеркало, почти до самого пола, аккурат в её рост. Маринетт любила рассматривать себя в зеркало, особенно после ванной, особенно не одеваясь. Но у зеркала висевшего в ванной родительского дома был существенный минус –оно всегда запотевало после горячей ванной и к тому же было слишком маленьким, так что Маринетт могла разглядеть себя только до пупка. Всё что было ниже, ей приходилось рассматривать отдельно, что сильно её огорчало. Маринетт не была самовлюблённой гортензией, как например Хлоя, которая если верить рассказам Сабрины могла часами вертеться перед зеркалом в золочёной раме, хоть в одетом, хоть в голом виде и переводила на свои телеса больше различных кремов и масел, чем все остальные девочки в классе вместе взятые и всё равно оставалась недовольна своим телом. Маринетт же унаследовала от своей матери так сказать природную красоту и была ей довольна.       Вот и сейчас, она едва ли не с обожанием смотрела на своё стройное нагое тело, длинные ноги, чуть выпирающий вперёд после плотного ужина животик, яблоки грудей, которые, откровенно говоря, больше походили на баклажанчики. Мягкие, коротенькие пухленькие, нежного персикового цвета баклажанчики с розовыми горошинками сосков. Текстура её кожи была очень нежной и так и притягивала взгляд. Маринетт опустила глаза и посмотрела на свой клитор со стороны, чего не делала уже довольно давно. Маленький и аккуратный, без единого волоска, похож на розу с тремя лепестками. Маринетт сделала шаг назад от зеркала и стала рассматривать ноги. Голые ступни выглядели очень красиво на этом полу, который никогда не знал обуви. Маринетт подняла правую ногу. Пол в доме был идеально чистым, и пятка, пальцы и подошва на ноге выглядели так, будто девушка только что вымыла ногу с мылом.       Когда они с подругами ходили в бассейн, все девочки: и Джулека и Роуз и Алья и даже Сабрина (которая тогда ещё ходила отдельно от их компании и купалась и переодевалась где-нибудь в уголке, где её никто не видел), все восхищались её телом и говорили, что она у них первая красавица в классе. Маринетт отшучивалась и говорила, что они выглядят ничуть не хуже, хотя понимала, что это не так. Со временем эти разговоры дошли и до Хлои. Хлоя у которой был свой личный бассейн и даже личные тренера по плаванию, вдруг ни с того, ни с сего пришла в обычный общественный бассейн, как обычная парижанка.       –«Сейчас вы увидите, как выглядит настоящая королева красоты» –злорадно торжествуя произнесла она глядя на голых одноклассниц, но увидев среди них Маринетт и присмотревшись к ней, сперва изумлённо ахнула, а потом нахмурившись, решительно скинула с себя одежду и оставшись в чём мать родила, схватила Маринетт за руку и подведя её к зеркалу, принялась громко сравнивать её тело со своим. Ни Джулека, ни Роуз, ни Алья, ни Сабрина, ни сама Маринетт, не попытались ни одёрнуть, ни остановить наглую мажорку. Все были слишком изумлены. Не её телом, а самим её появлением в общественном бассейне, куда она по доброй воле не засунула бы и носа, твердя, что там одна грязь, хлорка и нищие простолюдины. Сама она и правда была довольно хороша (обнажённой), но с Маринетт ей было не сравниться. У неё была больше грудь, но у неё была хуже и текстура кожи, и ножки не такие изящные и лобок не такой притягательный, словом, не конкурентка и Хлоя это поняла, но она скорее съела бы свои любимые туфли, чем признала это. Поэтому она только сказала, что Маринетт выглядит не так уж плохо, для дочки пекаря, разумеется, и гордо удалилась из раздевалки, забыв одеться. Правда секунд через двадцать она вернулась с красным, как помидор лицом и таким видом, словно готова вот-вот разрыдаться. Ни на кого не глядя, она схватила свою одежду, напялила её на себя как попало и кинулась прочь из раздевалки, словно за ней гнались бешеные собаки. Девочки ещё долго не могли опомниться от увиденного, а когда наконец опомнились, то расхохотались в голос, все, даже Сабрина.       Маринетт решила попробовать рассмотреть себя ещё и сзади, повернулась к зеркалу спиной и нос к носу столкнулась с… Кагами.       На какую-то долю секунды девушка оцепенела, а затем истошно завизжав, попыталась прикрыть срамные места руками.       –КАГАМИ ТЫ ЧТО?! Я ЖЕ ГОЛАЯ! И ДАВНО ТЫ ТАМ СТОИШЬ?!       –Маринетт, успокойся. –ответила Кагами ровным голосом и почти с тем же сосредоточенно-скучающим выражением лица, с каким говорила всегда, если не считать едва заметного озорного блеска в голубых глазах. –Ты долго не шла, и я решила проверить, не случилось ли чего. Я простояла там уже минут пять и успела всё как следует у тебя рассмотреть –это, во-первых. Во-вторых, если ты забыла, мы уже видели друг друга голыми, когда ты насильно притащила меня в бассейн, чтобы влюбить в меня Адриана. Нам пришлось переодеваться в купальнике и ни ты меня, ни я тебя, тогда нисколько не стеснялись.       –Это другое. – сердито буркнула Маринетт, но руки от грудей и лобка всё же убрала. –Тогда ты не таращилась на меня так бесстыже. –и затем добавила уже тише. –Да и я не вела себя как самовлюблённая дура.       –Маринетт, мы же собрались купаться вместе. –улыбнулась Кагами. –Я бы всё равно увидела тебя голой, пятью минутами раньше, пятью минутами позже, какая разница.       –Да, ты безусловно права Кагами –виновато вздохнула Маринетт. –Пожалуйста прости, что я на тебя накричала, я просто ужасная подруга.       –Глупости, никакая ты не ужасная, это ты от неожиданности, с кем не бывает.       –Ты права. –сейчас же приободрилась Маринетт. –Ну, чего же мы ждём? Двух лучших подруг ждёт лучшее совместное купание.       Шлёпая по полу босыми ногами, Маринетт бодрым шагом направилась в ванную, когда уже в коридоре её остановила Кагами, ухватив за руку.       –Маринетт, ты конечно очень красивая, но моей бабушке и её спутнице совсем необязательно видеть всю твою красоту разом, может ты всё-таки оденешь юкату.       Маринетт перевела взгляд вниз и едва снова не разразилась страдальческим воплем. –Какая же я всё-таки глупая растяпа.       –Не больше чем обычно. –усмехнулась Кагами.       Ванная располагалась снаружи дома, в небольшом внутреннем дворике. Собственно, это была даже не ванная, а маленький бассейн с горячей водой. Звёздное небо, чириканье сверчков, журчание воды, японские фонарики и даже нежившиеся в отдельной маленькой ванночке Тики и Лонг, всё это создавало неповторимую, тёплую, волшебную атмосферу покоя и уюта. Маринетт и Кагами сидели в горячей воде с полотенцами на головах. Вода в бассейне была довольно глубокой, так что над ней торчали только сами головы и плечи девушек, да изредка мелькала чья-то голая ножка, когда какая-нибудь из девушек устраивалась поудобнее. Вновь и вновь Маринетт пробовала расспросить Кагами о Кадзуно и о старых друзьях, та ей рассказала всё, что, по её мнению, Маринетт надо было знать, а на дополнительные вопросы отвечала невпопад и односложно. Наконец она не выдержала и решительно встала. Струйки воды стекали с её тела в бассейн, вода в котором доходила Кагами до колен и Маринетт снизу стала её откровенно разглядывать, также как это делала Кагами полчаса назад. Японка была чуточку пониже француженки, кожа на всём её теле была несколько светлее чем у Маринетт, хотя та почти всегда ходила максимально закрытой от солнца и даже никогда не загорала. Груди у Кагами были ровными, красивыми и при этом нисколько не уступали в размерах грудям Маринетт. Промежность у Кагами была точно такой же, как у Маринетт. Лобок такой же пухлый и гладкий, без единого волоска, а клитор –точно такая же красивая розочка с тремя лепестками. Животик был круглый, почти плоский и подтянутый. Да и сама Кагами была более гибкой и изящной чем Маринетт. В этом не было ничего удивительного, ведь она регулярно занималась спортом, при чём разными его видами. Обе девушки унаследовали от своих мам природную восточную красоту, стороннему наблюдателю (если бы он был) судить о том, кто из них красивее в голом виде было бы очень и очень сложно, но то, что они были обе неотразимы –это любой хоть сколько-нибудь искушённый в девушках человек понял бы сразу.       –Я думаю, мы с тобой уже достаточно расслабились Маринетт. Поднимайся. –бросила Кагами. –Можем приступать к мытью.       Маринетт поднялась на ноги, а Кагами тем временем подошла к краю бассейна, где стояли различные бутылочки с шампунями и ароматическими маслами, мешочки с солью для ванн, какие-то травы и цветы и ещё куча всего и стала рыться в них. Маринетт скользнула взглядом по идеально ровной спине японки и тут её взгляд неожиданно упёрся в её попку. Обе ягодицы были идеально ровными и круглыми, их цвет блуждал где-то между жемчужным и насыщенно-персиковым, а на ощупь они должны были быть мягкими, как мякоть манго. Рот Маринетт неожиданно наполнился слюной, а рука будто бы сама собой потянулась вниз к вожделенной попке, намереваясь не то просто погладить её, не то сжать изо всех сил. Маринетт даже сама ещё не знала, чего хотела её рука. И так и не узнала, потому что за пару мгновений до того, как рука достигла своей цели, Кагами вдруг резко обернулась и с силой опустила руки на плечи Маринетт, так что девушка от неожиданности взвизгнула и отшатнулась, по плечам потекло что-то прохладное, но одновременно тягучее и липкое словно мёд.       –Что, хотела меня потрогать, да подруга? –спросила Кагами с лёгким злорадством, подходя поближе к остолбеневшей девушке и кладя ей руки на плечи. –Ничего, натрогаешься ещё, но сперва я немного потрогаю тебя. Ты же не против?       Маринетт была не против, потому что остолбенела и ничего не могла ответить, а Кагами тем временем перешла с её плеч на груди и принялась яростно растирать их, одновременно массируя и лаская. Её движения были точными и плавными, а нажатия сильными, но нежными. По телу Маринетт разлилось странное тепло и это было не от воды, она стала глубоко дышать, а когда Кагами немного приподняла её груди и принялась протирать кожу под ними (чего Маринетт раньше не делала), Маринетт не выдержала и тихонько застонала.       –Что нравится? То ли ещё будет.       Кагами переключилась на животик, ощущения там были схожими с грудью, но не такими приятными. Затем, опустившись на колени, она велела Маринетт расставить ноги пошире, так что розочка клитора оказалась немного приоткрытой, сделала несколько мягких волнообразных движений по внутренней стороне бёдер девушки, а затем начала тереть клитор. Маринетт не выдержала и застонала в голос, а Кагами всё тёрла и тёрла, не останавливаясь и вдруг резко сунула указательный палец во влагалище, где он упёрся в тонкую плёнку. Маринетт снова взвизгнула, только на этот раз не от приятности, а от боли и отпрянула от Кагами, но не удержавшись на скользком на скользком дне бассейна, с плеском рухнула в воду, едва не ударившись головой о край бассейна.       –О господи Маринетт! Маринетт ты цела? –в испуге бросилась к ней Кагами.       –Всё нормально Кагами, я цела. –успокоила подругу Маринетт.       В глазах Кагами стояли слёзы. –Прости, я не знала, что ты ещё девственница. Я думала, что вы с Адрианом… Ведь мы с Феликсом уже несколько раз… Прости, я не знала.       –Всё нормально Кагами. –повторила Маринетт. –Мы с Адрианом тоже хотели, но то у него дела, то у меня, т кто-то из нас заболеет. А один раз, всего за 15 минут до встречи, вдруг объявился суперзлодей и мне пришлось перевоплощаться в леди баг.       –Ну что же, раз ты уже сидишь в воде и с тебя смыло весь шампунь, то давай я тебе ноги вымою. –успокоилась Кагами. –Поднимай над водой сначала правую, да, вот так, а теперь левую и прижмись к краю, чтобы тебе было удобно.       Падение Маринетт было забыто и Кагами с прежним усердием тёрла подруге сначала бёдра, потом голени, драила пятки, которые и без того уже были чистыми, что заставляло Маринетт, то стонать, то корчиться от смеха.       –Какие у тебя красивые ножки. –сказала Кагами, разглядывая голые ступни Маринетт. –И кожа такая нежная. Ты, наверное, совсем босиком не ходишь.       –Ошибаешься, я дома почти всегда босиком хожу, а кожа мне досталась от мамы, ну и ещё я иногда мажу ступни увлажняющим кремом.       –Поднимайся, я потру тебе спинку. –велела Кагами.       –А может не надо. –боязливо сжалась Маринетт.       –Надо Маринетт, надо. –мягко, но настойчиво ответила Кагами. –Когда будешь мыть меня, можешь делать со мной всё что хочешь, но пока ты в моём распоряжении и будешь делать то, что я говорю, поэтому вставай и поворачивайся спиной.       Кагами спокойно вымыла Маринетт спину, нежными, но уверенными движениями двигаясь сверху вниз и когда девушка уже вновь была готова расслабиться, Кагами вдруг неожиданно резко одной рукой схватила её за талию, а другой толкнула вперёд, так что нижняя половина Маринетт осталась стоять на твёрдом дне бассейна, а верхняя стала падать и девушка, наверное, сложилась бы пополам, если бы не упёрлась руками в край бассейна.       –Кагами что ты делаешь?! –едва ли не истерично завизжала Маринетт.       –Так можно намного лучше всё промыть. –совершенно невозмутимо ответила Кагами. –К тому же, возможно очень скоро тебе придётся стоять в этой самой позе перед Адрианом или каким-нибудь ещё парнем и будет лучше если ты будешь готова к этому хотя бы морально и будешь знать хотя бы приблизительно, какие ощущения тебе придётся испытать.       –Если я и буду перед кем-то стоять в такой позе, то только перед Адрианом, ни перед каким другим парнем это точно. –сквозь зубы процедила Маринетт, чувствуя, как мыльные ладони Кагами шлёпают её по ягодичкам, а один из мыльных пальчиков тыкает в попку. Ощущения были одновременно мучительными и до боли приятными.       –Ну вот и всё. –наконец сказала Кагами, когда сладкая пытка закончилась. –Остался последний завершающий штрих. Проверить, хорошо ли я вымыла тебе клитор.       Японка развернула покрасневшую от смущения и напряжения француженку к себе лицом и опустившись перед ней на колени, лукаво улыбнулась, посмотрев Маринетт прямо в глаза.       –Я уверена, что то, что я сейчас сделаю, пойдёт тебе только на пользу. А ещё я уверена, что я сделаю это нежнее, чем Адриан.       –Подожди, что ты хочешь сде… –Маринетт не успела договорить.       Кагами прижалась лицом к промежности Маринетт и… начала её вылизывать. Тут Маринетт уже готова была всерьёз завизжать в голос, но вместо крика или визга из её горла вырвался только негромкий стон, сменившийся громким дыханием. А Кагами всё лизала и лизала не останавливаясь, а Маринетт продолжала стонать. И тут, когда девушка затряслась, как будто в судорогах, по её телу побежали огненные ручейки и она впервые в жизни была готова кончить не от своих пальцев, Кагами неожиданно отпрянула, вытирая губы. Наваждение постепенно прошло, Маринетт перестала трястись и в изнеможении опустилась в горячую воду.       –Ну вот и всё, теперь ты можешь помыть меня. –произнесла Кагами своим обычным бесстрастным голосом. –Если ты не против, начинай со спины.       Сидящая в воде, в позе лотоса Маринетт подняла на Кагами взгляд, в котором обида и облегчение смешивались с торжеством и радостью.       –Со спины, охотно! –воскликнула девушка нарочито весёлым голосом. Она буквально вскочила со дна, так что вода в бассейне забурлила и пошла волнами. Подскочила к Кагами, занесла руки так, словно собиралась прибить японку на месте, но вместо этого её руки на удивление мягко коснулись спины подруги.       И тут Кагами в буквальном смысле стала заложницей собственной прихоти и пошлых желаний, проще говоря, угодила в собственную западню, которую раннее поставила на Маринетт, чтобы развлечься с ней во время купания. Она совершенно забыла, что она очень чувствительна к прикосновениям, особенно в интимных местах.       Даже от первого прикосновения, она сразу ойкнула и дёрнулась.       –Маринетт, может быть, ты будешь меня мыть мочалкой, а не руками –робко улыбнулась Кагами.       –Ну нет, ведь ты сама сказала, что руками можно намного лучше всё промыть. И к тому же, ещё ты сказала, что во время купания я смогу делать с тобой всё, что захочу, а хочу я делать с тобой тоже самое, что ты делала со мной. –мстительно улыбнулась Маринетт и продолжила сладкую пытку (купание), а Кагами ничего не оставалось, кроме как терпеть, негромко постанывая.       –Надо же какие у тебя мышцы. –искренне восхитилась Маринетт, ощупывая плечи Кагами, наверняка многие парни в школе были от тебя без ума.       –Да, были, но не поэтому. –сдержанно ответила Кагами.       Она сделала попытку уйти, пробормотав что-то вроде того, что уже чистая, но Маринетт с криком «Куда?! Мы ещё только начали.» обхватила её обеими руками за талию и стала массировать животик.       Кагами уже не могла сдержаться и стонала почти в голос.       –Нежнее Маринетт, прошу, я очень чувствительная к прикосновениям.       –Я это уже поняла, но я и так всё делаю очень нежно. Раздвинь ноги.       Кагами дрожа всем телом, как в лихорадке раздвинула ноги, открывая маленькую бледно-розовую щель, с таким видом, словно это причиняло ей сильную физическую боль.       Сначала Маринетт хотела развернуть Кагами к себе лицом и потереть её клитор обеими руками, но затем её осенила другая, более изощрённая и в тоже время извращённая мысль. Левую руку она сунула Кагами в промежность, введя сразу два пальца во влагалище, а правой сжала левую грудь, теребя и одновременно лаская сосок на ней.       –Маринетт, прошу не надо. –уже взмолилась Кагами, которая сейчас испытывала тоже самое, что испытывала Маринетт, когда она лизала ей киску. –Я же сейчас… а-а-а-а-х-х-х. –вдруг воскликнула она, так, что Маринетт отпрянула от неё.       –Кагами что-то случилось?! –одновременно удивлённо и испуганно спросила Маринетт. –Где-то болит?       –Я же чуть было не… тебе в руку. –сквозь выступившие слёзы с трудом проговорила Кагами. –Я вся горю… Я очень возбудилась.       –Возбудилась? Ну так давай я тебе помогу.       Маринетт обошла Кагами кругом и опустилась перед ней на колени.       –Надо проверить, хорошо ли я вымыла тебя там.       –Маринетт, стой, не надо. –попыталась оттолкнуть подругу Кагами, но было уже поздно. Губы Маринетт плотно сомкнулись на клиторе, а язычок уже вовсю хозяйничал внутри. Кагами перестала сопротивляться и через минуту почувствовала знакомое ощущение.       –Маринетт, убери голову, а то я сейчас…       Кагами не успела договорить, как тёплая, липкая, сладковатая жидкость хлынула Маринетт прямо в рот.       Японка ожидала, что девушка сейчас отпрянет, сплюнет и побежит полоскать рот, но Маринетт спокойно отодвинулась и… сглотнула.       Кагами от удивления и изнеможения опустилась на колени перед Маринетт.       –Ну вот, теперь мы квиты. –довольно улыбнулась Маринетт, глядя Кагами прямо в глаза и Кагами тоже улыбнулась в ответ.       Десять минут спустя, Маринетт вполне мирно закончила мыть Кагами и теперь девушки сидели друг напротив друга в позе лотоса и массировали друг другу груди. Делали они это методично и приятно и именно как подруги, а не как извращенки, шалящие со своими жертвами.       –Прости меня Маринетт за это… купание –выдавила Кагами. –Я думала, мы с тобой как следует развлечёмся, а получилось вот это.       –Я не обижаюсь, Кагами. Ведь мы же квиты, да и я тоже была хороша. Если тебя это утешит, то мне и правда было весело и приятно.       –Если хочешь, я могу тебе ещё полизать, чтобы ты кончила мне в рот. –предложила Кагами. –Тогда мы точно будем квиты.       –Нет спасибо, я хочу, чтобы первым человеком, которому я кончу в рот был Адриан. –при упоминании имени любимого, Маринетт мечтательно закатила глаза. –Ты показала мне, какие ощущения я буду испытывать. В следующий же раз, когда мы встретимся, мы сразу же отправимся к нему домой, запрёмся в комнате и… –глаза Маринетт едва не полезли ей на лоб, настолько сильно она замечталась. –Это будет лучший первый раз, какой я только смогу вообразить.       –Уверена, он тоже будет так считать. –улыбнулась Кагами. –Насколько я знаю Адриана, это будет и его первый раз тоже.       Они ещё немного помолчали.       –Ну всё, я думаю, мы с тобой уже достаточно накупались. Давай одеваться и спать. –наконец сказала Кагами. –Завтра у нас будет трудный день. Нам надо будет найти «Звёздный отряд» и узнать, чем мы можем им помочь.       Маринетт почувствовала, что Кагами не всё рассказала ей о своих планах.       –Ты можешь мне рассказать. Мы здесь не только затем, чтобы помочь супергероям, а затем, что ты всё ещё влюблена в Кадзуно.       Лучше бы она этого не говорила.       Кагами подскочила так стремительно, что, наверное, если бы не находилась в воде, смогла бы запрыгнуть на крышу без всяких суперсил.       –НЕТ, СКОЛЬКО РАЗ ПОВТОРЯТЬ… –приготовилась она обрушить на Маринетт гневную тираду, но замолкла на полуслове. Пол, да и сама земля под ними неожиданно дрогнули, как при небольшом землетрясении.       –Что это?! Землетрясение?! –испуганно спросила Маринетт.       Взгляд Кагами был устремлён в сторону небоскрёбов Токио. Там за ними неумело пряталась гигантская фигура.       –Кайдзю. –выдохнула Кагами.       –Кай… кто –не поняла Маринетт.       –Гигантский монстр. Пора сделать то, зачем мы здесь.       Если бы кто-то в этот момент находился под окнами дома, он бы услышал почти одновременно раздавшиеся команды «Лонг –обрушь бурю!» и «Тики –давай!» и две девушки супергероини вылетели из под крыши и помчались спасать Токио, точно также, как много раз до этого спасали Париж.