Ночной путник

- Да, это так. — сказал врач спокойно. Максим медленно повернулся к Ангелине. Девушка лежала на кровати, такая маленькая, такая хрупкая, с трубками и проводами. Бледная. Неподвижная. С закрытыми глазами. - Она беременна.. — повторил он тише. - Ребёнок... у нас будет ребёнок..! Парень вскочил. Ноги подкосились, Максим схватился за спинку кровати, чтобы не упасть. - Ангелина беременна, — начал он, осознавая всю серьёзность ситуации. - Но она лежит здесь... в коме... На аппаратах... Боже... Врач не перебивал. Мужчина знал эту реакцию. Видел её сотни раз. Шок, отрицание, гнев, боль. И только потом принятие. - Что теперь? — спросил Максим, поворачиваясь к нему. Глаза его блестели, то ли от слёз, то ли от бессонной ночи. - Что вы будете делать? - Сначала УЗИ. — ответил врач. - Чтобы понять, жив ли ребёнок. Потом... потом будем думать, как быть дальше. Но сейчас главное стабилизировать состояние матери. - Сделайте УЗИ, как можно скорее! — умолял Максим. - Пожалуйста!! Врач кивнул и вышел из палаты. Максим подошёл к Ангелине, сел на край кровати. - У нас будет ребёнок.. — прошептал он. - Ты слышишь? У нас будет ребёнок! Ты не можешь уйти. Ты не имеешь права уходить. Потому что я... я люблю тебя. И я буду любить этого ребёнка. Мы будем семьёй. Только не уходи. Пожалуйста. Не уходи... Ангелину оставили в больнице. Под круглосуточным наблюдением, под капельницами, под писк мониторов и монотонное шипение аппарата ИВЛ. Она всё ещё была в коме. Врачи не давали прогнозов, ни хороших, ни плохих. Только разводили руками и говорили: «Ждём. Организм сильный. Может, очнётся» А Максима отправили домой. - Вам нужно отдыхать. — твердил один из врачей постоянно. - Вы не поможете ей, если свалитесь сами. Поезжайте домой. Выспитесь. Переоденетесь. Мы будем на связи. - А если она очнётся? — спросил Максим. - Мы сразу позвоним. — пообещал мужчина. - И вы приедете. Но парень не хотел уходить. Он уже на протяжении трех суток сидел с Ангелиной. Парень пил кофе из автомата, ел сухарики купленные в киоске и всё ждал. Ждал, когда же она проснётся. - Я позвоню вам, как сделают УЗИ. — добавил врач. - Нужно понять, что с ребёнком. Ребёнок. Максим почти забыл об этом. Среди всех этих трубок, приборов, капельниц и белых стен мысль о том, что внутри Ангелины растёт маленькая жизнь, казалась нереальной. Как сон. Как сказка, которую рассказывают на ночь. «У меня будет ребёнок, точно! Маленький.. Я буду учить его кататься на велосипеде. Или играть на гитаре. Или... неважно. Главное - он будет!» — думал парень. Он уехал домой только под давлением врачей. Всю дорогу молчал. В квартире было пусто, пахло её духами, её шампунем, её присутствием. Он не мог спать. Ложился на диван, закрывал глаза, и перед ними вставало её лицо. Бледное. Неподвижное. С трубками. Максим вставал, шёл на кухню, заваривал чай. Смотрел в окно. Не замечал ни дня, ни ночи. Телефон лежал на столе. Чёрный. Беззвучный. Молчащий. «Позвоните. Скажите, что с ребёнком всё хорошо. Скажите, что она скоро очнётся» — мысленно просил он. Но телефон молчал. Дни тянулись медленно. Как густая смола, как февральский снег, который не тает и не радует, как бесконечная дорога, у которой нет ни начала, ни конца. Максим наконец вернулся в реальность. Не в ту, где он был вор, член банды, человек, который врал любимой девушке, а в другую. Новую. Страшную. Без неё. Он сидел на кухне, сжимал кружку с остывшим чаем и смотрел на телефон. Вспомнил, что обещал Владу написать. Парень, который спас Ангелину. Парень ушёл тогда из больницы под утро, не потребовав ничего взамен. Максим открыл чат. Пальцы замерли на пару секунд, что писать? Как начать разговор с человеком, который видел самое страшное в твоей жизни? ------ Максим: Привет, Влад! Максим: Ну что, встретимся? Максим: За эти дни произошло многое. Нужно поговорить. Владислав: Да конечно! Владислав: Давай завтра утром в нашем баре. Там недалеко от центра. Владислав: Я работаю иногда, но могу прийти пораньше. Скину адрес. Максим: Хорошо. ------ Через минуту пришла геолокация, маленькое заведение с названием "Бочка", где-то между старыми домами и новостройками. Он отложил телефон и задумался. Встреча - это хорошо. Нужно было выйти из дома, развеяться, поговорить с человеком, который не связан ни с бандой, ни с больницей, ни с той жизнью, от которой он хотел сбежать. Но перед этим одно дело. Макс достал телефон, открыл контакты и нажал на номер Александра. Гудок. Второй. Третий. - Алло, Максим. — голос был ровным, деловым. - Что-то случилось? - Мне нужны ещё деньги. — сказал парень без предисловий. - Два с половиной миллиона. На два года. - Много кредитов - плохая привычка. — заметил Александр. Но не отказал. - Ладно. Причина? - Личная. — отрезал Максим. - Вы даёте или нет? - Даю. — коротко ответил мужчина. - Проценты те же. Договор вышлю на почту. Деньги придут в течение недели. - Спасибо. — сказал Максим и положил трубку. Он быстро прикинул в голове цифры. Ангелина лежит в коме. Если она пролежит две недели - это четырнадцать дней. За каждый день девяносто тысяч. Четырнадцать умножить на девяносто - миллион двести шестьдесят тысяч. Только за больницу. Плюс лекарства, плюс процедуры, плюс его собственное проживание. Денег не хватало катастрофически. Он договорился с врачами будет платить в конце недели. Сначала за прошедшие дни, потом вперёд. «Лишь бы она очнулась. Лишь бы жила. А деньги... деньги я найду. Украду. Заработаю. Но не брошу» — думал Максим. На следующий день Максим подъехал к "Бочке" за полчаса до назначенного времени. Бар оказался уютным, старый кирпич на стенах, приглушённый свет, длинные деревянные столы. Пахло кофе, выпечкой и немного алкоголем, хотя утро только начиналось. Влада ещё не было. Максим сел у окна, заказал чёрный кофе и стал ждать. Через десять минут дверь открылась. Влад вошёл, стряхивая с куртки снег. В нём что-то изменилось или просто при дневном свете он выглядел иначе. Спокойнее, что ли. Увереннее. - Привет. — сказал он, подходя к столику. - Привет. — ответил парень, вставая. Они пожали руки. Крепко, по-мужски. - Ты рано. — заметил Влад. - Не спалось. — признался Максим. Влад заказал себе американо без сахара. Некоторое время они сидели молча. Не неловко, а так, как будто оба знали, что самое главное ещё впереди. - Ну, давай, рассказывай. — начал парень, отставляя чашку. - Как ты? Как Ангелина? Максим сделал глоток. Кофе был горьким, обжигающим. - Всё сложно. — сказал он. - Она до сих пор в коме. Врачи говорят стабильна, но без изменений. Ждём, когда очнётся. - А ты? — Влад посмотрел ему в глаза. - А я... — Максим усмехнулся, но улыбка вышла невесёлой. - Я в долгах, как в шелках. Взял кредит на лечение. Второй. - Второй? - Да. Первый взял, но тогда думал, что всё обойдётся. А теперь... счёт идёт на сотни тысяч в день. - Блин. — выдохнул Влад. - Мощно. - Ничего. — Максим пожал плечами. - Расплачусь. Главное, чтобы она жила. Они помолчали. - Слушай, ты хотел рассказать о себе. — напомнил Влад. - Давай. Я тоже расскажу. По правилам: ты мне, я тебе. Максим кивнул. - Работал я... до этого... ну, не совсем законно.. — начал он осторожно. - Скажем так, моя профессия не для слабонервных. - Вор. — прямо сказал Влад. - Ты вор. Парень поднял бровь. - Догадался? - Не сложно было. — усмехнулся Владислав. - И не боишься? — спросил Максим. - Со мной общаться? - А чего бояться? — Влад пожал плечами. - Ты девушку с того света вытаскиваешь. Я видел, как ты в больницу прибежал. Как сидел у двери. Как деньги последние отдал. Ты не плохой человек, Максим. Ты ошибся. Это разные вещи. Левин опустил глаза. - Тебя жизнь била? — спросил Влад. - Да нет.. — признался он. - Просто так сложилось.. Но я уйду из банды. Решил уже. - Когда? - Скоро. — парень посмотрел в окно. - Когда она очнётся я должен быть другим человеком. - А если не очнётся? Максим повернулся к нему резко в глазах вспыхнула злость. - Очнётся. Обязательно. - Ладно, ладно.. — Влад поднял руки. - Я не хотел тебя задеть. - Всё нормально. — Левин выдохнул. - Давай лучше ты о себе расскажешь. Влад откинулся на спинку стула. - Я из Мурманска. Родители умерли, когда я был маленький. Воспитывала бабушка. Она меня и научила, что людям надо помогать. Всегда. Даже если тебя просят. Даже если не просят. - Поэтому ты стал волонтёром? - Поэтому выучился на врача. — поправил Влад. - А волонтёрство - это уже потом. Но работать врачом не стал. Не потянул. Слишком больно видеть, как люди умирают, когда ты ничего не можешь сделать. - А в баре? - Подработка. — усмехнулся Влад. - Спасатели много не зарабатывают. А я ещё и помогаю приютам для животных, собираю деньги на операции. Так что, кручусь, как могу. Максим смотрел на него и удивлялся. Парень из Мурманска, врач без работы, волонтёр, спасатель, бармен. И при этом, светлый, открытый, без намёка на ту тьму, которая пропитала самого Макса до костей. - Ты хороший человек. — сказал Левин. - Я таких редко встречал. - Ты тоже хороший. — серьёзно ответил Владислав. - Просто забыл об этом. Пора вспомнить. Влад посмотрел на часы. - Слушай, а как Ангелина? — спросил он. - Ты так и не рассказал по-нормальному. Глаза Максима загорелись. Он заёрзал на стуле, как ребёнок, которому не терпится рассказать секрет. - Она беременна. — выпалил парень. Влад поперхнулся. - То есть? — не поверил он своим ушам. - Беременна. — повторил Максим. - Врачи случайно обнаружили по анализам. Мы не знали. Ни она, ни я. Никто не знал. Семь недель. - Погоди. — Влад отставил чашку. - То есть внутри комы... внутри девушки, которая лежит без сознания, растёт маленькая жизнь? - Да. — кивнул Левин, и его лицо впервые за долгое время осветилось, не улыбкой даже, а каким-то внутренним свечением. - Наш ребёнок, Влад. У нас будет ребёнок.. Владислав присвистнул. - Вот это новости. А врачи что говорят? С ребёнком всё в порядке? Выживет? - Говорят, нужно делать УЗИ. — ответил Максим, и его голос стал серьёзнее. - Сердцебиение должно быть, если всё нормально. Но из-за комы, из-за остановок... есть риски. Я пока не знаю. Жду результатов. - Держу кулаки. — искренне сказал парень. - За вас обоих. И за малыша. - Спасибо. — тихо сказал Максим. - Знаешь, я никогда не думал, что стану отцом. Не заслужил, наверное. Но теперь... теперь очень хочу. Я всё отдам, лишь бы они оба выжили. И она, и он. Или она. Неважно. - Будут. — уверенно сказал Влад. - Вы сильные. Справитесь. Они помолчали несколько секунд. - А что по деньгам? — спросил Влад. - Больница же дорогая.. - Дорогая. — кивнул Максим. - Но я справлюсь. - Если нужна будет помощь ты знаешь, где меня найти. — предупредил Влад. - Спасибо. — повторил Максим. Они вышли из бара. На улице падал снег, мелкий, колючий. Макс закурил айкос. - Бросай. — посоветовал Влад. - У тебя теперь ребёнок будет. Курить при нём нехорошо. - Вот она очнётся, тогда и брошу. — улыбнулся Максим. - А пока... пока нервы. Парни попрощались. Влад ушёл в одну сторону, Максим в другую. Он шёл по заснеженной улице и думал о том, как странно устроена жизнь. Ещё месяц назад Макс был вором, не верил в добро и никому не доверял. А теперь у него появился друг. Настоящий, не из банды, не по делу, а так, по-человечески. Влад оказался именно таким, как показался в первую встречу надёжным, добрым, честным. Максим впервые за долгое время почувствовал, что есть люди, на которых можно положиться не из-за выгоды, а потому что они просто не могут поступить иначе. Все последующие дни были обычными, врачи звонили раз в день, коротко, по делу. Состояние стабильное. Давление нормальное. Пульс ровный. Без изменений. - А УЗИ? — спрашивал Максим. - Записали на среду. — отвечали ему. - Как будут результаты сообщим. Среда была через три дня. Парень пересчитывал часы, минуты, секунды. Он не находил себе места, ходил из комнаты в комнату, трогал вещи, смотрел в окно. Левин представлял, как врач звонит и говорит: - С ребёнком всё хорошо. Сердце бьётся. Несколько недель. Будем наблюдать. И он выдыхает, впервые за эти дни. Максим настроился на хорошее. Парень был уверен на все сто процентов, что ребёнок жив. Потому что иначе - иначе просто не могло быть. Судьба не могла быть настолько жестока. Сначала кома, потом... потом ещё и это? «Нет. Не может быть. У нас будет ребёнок. Я стану отцом» — говорил Левин себе. Он даже начал придумывать имена. Если мальчик - назовёт Яшка. Если девочка - Варя, Варюша.. Ему очень нравилось это имя) Максим не заметил, как пролетели эти дни. Среда наступила внезапно, как удар под дых, как холодный душ. Левин проснулся в шесть утра, не спав почти всю ночь. Сел на кровати, обхватив голову руками. «Сегодня. Сегодня всё решится» — понимал он. Парень налил себе кофе, но пить не стал. Сидел над кружкой, смотрел на чёрную поверхность и ждал звонка. Прошёл час. Два. Три. Максим не мог сидеть на месте. Он ходил по квартире, как зверь в клетке. Останавливался у окна, смотрел на серое небо. Подходил к телефону, смотрел на экран. Отходил. Снова подходил. «Позвоните, я больше не могу ждать» — шептал Максим. Звонок раздался в двенадцать дня. Макс подскочил. Схватил телефон, руки дрожали так сильно, что он едва не выронил его. - Алло? — хрипло произнёс парень. - Максим? — голос врача был серьёзным. Слишком серьёзным. Без обычного «добрый день», без дежурного «как ваши дела». Только имя. Максим почувствовал, как внутри всё оборвалось. - Да, — сказал он. - Что там? Как ребёнок? Мужчина молчал несколько секунд. Для Левина эти секунды растянулись в вечность. - У меня не очень хорошие новости. — наконец сказал врач. Парень замер. Сердце пропустило удар. - Эмбрион есть, но... — мужчина сделал паузу. Голос его был ровным, профессиональным, но в нём чувствовалась тяжесть. - Но сердцебиения нет. Даже при самом тщательном поиске. Плодное яйцо может быть деформировано. Это... это замершая беременность. Примерно семь недель. Парень не мог дышать. Слова врача врезались в сознание, как гвозди. - Семь недель... — повторил он. - То есть... она была беременна ещё до того, как... - Да. — сказал врач. - Скорее всего, беременность наступила за пару недель до событий. Мы не можем сказать точно, нужно больше данных. Но сейчас главное принять решение. - Какое решение? — спросил Максим. Голос его был чужим, будто принадлежал не ему. - Тактику. — пояснил врач. - Есть два варианта. Если мать стабильна мы проводим выскабливание полости матки. Чистку. Под наркозом. Это необходимо, чтобы избежать воспаления и кровотечения. Если мать крайне нестабильна мы откладываем на одну-две недели, назначаем утеротоники и контроль УЗИ каждые три-пять дней. - ЧТО?!! — вдруг заорал Максим, вскакивая со стула. - ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ ВЫ ЕГО НЕ СПАСЛИ?! - Мы не могли. — спокойно, но твёрдо сказал врач. - Плод погиб, скорее всего, во время остановки сердца. — объяснил мужчина. - А реанимация - это огромный стресс для организма. Кислородное голодание, перепады давления, лекарства... Мы бы никак не смогли его вернуть. - НУ ПОЧЕМУ?! — кричал парень, уже не контролируя себя. - ПОЧЕМУ ЭТО НЕВОЗМОЖНО?! Я УЖЕ НАСТРОИЛСЯ! К СЫНИШКЕ!!! ИЛИ К ДОЧЕРИ! К СВОЕМУ РЕБЁНКУ! Слёзы навернулись на глаза, горячие, злые, бессильные. - Я ТАК ЕГО ХОТЕЛЕЕЕЕЕЛ! — закричал он и швырнул телефон на стол. Тот ударился о столешницу, отскочил и упал на пол. Из динамика всё ещё доносился голос врача, что-то про то, что в первую очередь нужно спасать мать, что ребёнка уже не вернуть, что они сделают всё возможное для Ангелины. Максим не слушал. Парень опустился на стул, закрыл лицо руками. Плечи его затряслись. Слёзы потекли сквозь пальцы, не детские, не скупые мужские, а настоящие, взрослые, солёные, от которых становится больно горлу и пусто в груди. Он плакал. Впервые в жизни, не стесняясь, не сдерживаясь, не вытирая щёк. Он плакал о ребёнке, которого никогда не увидит. О маленькой жизни, которая оборвалась, не успев начаться. - Прости меня... — прошептал Макс. - Прости, малыш. Я не уберёг. Я не успел... Телефон валялся на полу. Голос врача замолчал. Видимо, понял, что его не слушают. В комнате было тихо. Только всхлипы Максима, и где-то далеко, шум машин за окном. Он сидел так несколько минут. Может, час. Может, вечность. А потом поднял телефон, вытер лицо рукавом и позвонил врачу. - Делайте чистку. — сказал он. Голос его был твёрдым. - Спасайте её. Мне нужна она живой. Ребёнка... ребёнка уже не вернуть. - Хорошо. — сказал врач. - Мы подготовим всё необходимое. Я перезвоню, когда операция будет назначена. - Спасибо.. — сказал Максим и отключил звонок. Он встал, подошёл к окну, открыл его. «Живи, Ангелина.. Пожалуйста, выживи. Ради нас. Ради меня. Ради того, что мы могли бы иметь, если бы...» Парень не договорил. Не мог. Максим просто стоял у окна и смотрел в серое небо, по которому плыли тяжёлые февральские облака. А в больнице, в палате интенсивной терапии, Ангелина лежала всё так же неподвижно, с трубками и проводами. И не знала, что внутри неё уже никого нет.. Левин постоял ещё немного у окна, потом отошёл. В голове всё ещё шумело, от новости, от боли, от бессилия. Он взял в руки телефон, вздохнул и набрал номер Влада. Тот взял трубку почти сразу. - Макс? — голос Влада был настороженным, чувствовалось, что он не ожидал звонка. - Что такое? Ты почему звонишь? Это срочно? Я на работе, если честно. - Да, срочно. — сказал Максим. Голос его был хриплым, в горле стоял ком. - Очень срочно. - Слушаю. — Владислав напрягся. Максим сделал глубокий вдох. Слова давались тяжело, каждое приходилось выталкивать из себя силой. - Ребёнок погиб, Влад. — сказал он. - Врачи сделали УЗИ. Сердцебиения нет. Семь недель. Замершая беременность. На том конце провода повисла тишина. Несколько секунд, но для Максима они растянулись в вечность. Влад молчал. Замер. Не дышал. - Ты здесь? — спросил парень. - Я в шоке.. — наконец выдохнул Влад. Голос его был тихим, каким-то чужим. - Я... Ахуеть просто. Макс, это как так? - Не знаю. — Макс провёл рукой по лицу. - Врачи говорят, плод погиб во время остановки сердца. Когда её реанимировали. Кислородное голодание, стресс... не выдержал. Такое бывает. - Бывает... — Влад тяжело вздохнул. - Ладно. А что теперь? Что нужно делать? - Нужно делать операцию. — сказал Максим. - Чистку. Выскабливание полости матки. Иначе начнётся воспаление, заражение крови... она может погибнуть. Врачи сказали, что это обязательно. - Когда? — спросил Влад. - Я пока не знаю точно. — парень переложил телефон к другому уху и посмотрел на календарь на стене. - Сегодня среда. Может, на этой неделе. Через пару дней. - Так. — Влад задумался. Голос его стал более собранным, деловым. - А ты как? Что тебе нужно? Максим замолчал на секунду. Слова застревали в горле. - Мне нужно с ней сидеть. — сказал он. - Постоянно. Она не должна быть одна. Не после операции. Не в таком состоянии. Но я, Влад... я не могу. У меня долги. Мне нужно искать работу. Мне нужно решать вопросы. Если я буду торчать в больнице круглосуточно, я просто не вывезу. Мы останемся без денег. Она без лечения. А я... я не знаю, что делать. - Так, понял. — Влад не перебивал, дал выговориться. - Надо узнать когда операцию делать будут. - Да.. — сказал Максим. - Я сейчас поеду в больницу и всё выясню. В какой день, во сколько, что нужно. - Ага. — Владислав что-то обдумывал. - Смотри. Нам с работы обещали отпуск на месяц. Начиная с субботы. Бар закрывается на ремонт, так что все свободны. И если Ангелине будут делать чистку в выходные или на следующей неделе, то за ней точно нужен будет глаз да глаз. Максим нахмурился, не понимая, к чему клонит друг. - Я могу с ней находиться. — сказал Влад. - А ты в это время решишь свои проблемы. Найдёшь работу, разберёшься с кредитами. Парень поднял брови. Сердце забилось чаще. - Реально? — переспросил он. - Ты серьёзно? - Абсолютно. — твёрдо ответил Влад. - Я тоже хочу принимать участие в её лечении. Я ведь её спас, если ты забыл. И мне правда не трудно. В отпуске делать всё равно нечего, буду сидеть дома и в потолок плевать. А тут хоть дело появится. Заодно за ней присмотрю. - Влад... — начал Максим, но голос дрогнул. - Не перебивай. — сказал парень. - Давай так. Ты сейчас едешь в больницу. Узнаёшь все точные подробности: в какой день операция, во сколько, сколько денег нужно, сколько она будет отходить после наркоза, какие риски, короче, всё. Потом пишешь мне. - Хорошо. — кивнул Максим. - Если всё будет, как надо, — продолжал Влад. - то уже после того, как ей сделают операцию, я какое-то время буду находиться рядом с ней. Постоянно. А ты в это время решаешь свои дела. По возможности тоже будешь приезжать. А если не сможешь ничего страшного, я не расстроюсь, всё понимаю. Макс выдохнул. Впервые за долгое время он почувствовал, что груз на плечах стал чуть легче. - Спасибо тебе, Влад. — сказал он. - Ещё раз спасибо. Ты даже не представляешь... - Представляю. — перебил парень. - Поэтому и помогаю. А теперь давай, не раскисай. Поезжай в больницу, всё узнай. А я буду ждать. - Хорошо. — ответил Максим. - Не переживай. — сказал Влад. - Всё будет хорошо. И отключился. Максим убрал телефон в карман, взял ключи от машины и вышел из дома. Через час он уже был в клинике. Прошёл к посту медсестёр, спросил лечащего врача Ангелины. Его проводили в кабинет. Врач, высокий, седой мужчина в очках, сидел за столом и заполнял бумаги. Увидев парня, кивнул. - Максим, здравствуйте. Я вас слушаю. - Здравствуйте. — Макс сел на стул напротив. - У меня вопрос по операции. Когда её будут делать? Врач отложил ручку, вздохнул. - Поставили на субботу. — сказал он. - Утром. Начало в восемь часов. - А если она очнётся? — спросил Максим. - Маловероятно. — сказал врач. - Она в глубокой коме. Но если вдруг это случится а такое бывает, редко, но бывает, операцию перенесут. Сначала оценят её состояние, поймут, готова ли она к такому стрессу. - А если её состояние ухудшится? - Таблетку во влагалище. — кивнул врач. - Матка сама начнёт сокращаться. А через время, если оклемается, мы почистим остатки. - Кто должен быть рядом? — спросил Максим. - Желательно, чтобы вы были рядом. — ответил мужчина. - Или тот, кому вы доверяете. Если она очнётся, что маловероятно, или когда операция закончится, рядом должен быть кто-то из близких. На случай, если она придёт в себя. Кто-то, кто объяснит, что произошло. Поддержит. Максим кивнул. - Деньги. Сколько нужно? Врач назвал сумму. Максим слушал, запоминал. - Хорошо. — сказал он. - Я всё понял. Спасибо. Парень вышел из кабинета, прошёл мимо палаты Ангелины. Не заходя внутрь. Побоялся. Знает, что если зайдёт, не сможет уйти. Спустился вниз, сел в машину. Достал телефон. Написал Владу. ------ Максим: Операция в субботу утром. В 8 часов. Ты не передумал? Владислав: Ни в коем случае. Всё тогда делаем, как договаривались. В субботу утром я приеду. Остальное по обстоятельствам. Ты пока решай свои дела. Договорились? Максим: Договорились. Спасибо, Влад. ------ Он убрал телефон в карман, завёл двигатель и выехал с парковки больницы. В зеркале заднего вида здание клиники становилось всё меньше. Макс смотрел на него, пока оно не скрылось за поворотом. Теперь у него был план. И был человек, на которого можно положиться. Оставалось только действовать. Два дня до субботы тянулись медленно, как патока. Каждый день в полдень Максим приезжал в больницу. Он не сидел там подолгу, хватало часа, иногда полутора. Но ему было важно быть рядом. Важно видеть её лицо, даже если глаза закрыты. Важно слышать писк монитора и шипение аппарата ИВЛ, потому что эти звуки означали, что она жива. В первый из этих дней парень подписал бумаги. Согласие на операцию. Согласие на наркоз. Согласие на возможное переливание крови. Согласие на всё, что потребуется. Рука не дрожала, он уже принял это решение. Макс уже знал, что ребёнка не спасти. Теперь оставалось спасти её. Врач, смотрел на него с каким-то новым выражением. Не жалость, нет. Скорее уважение. - Вы сильный. — сказал мужчина, когда Максим положил ручку на стол. - Нет. — ответил парень. - Просто выбора нет. Во второй день он поговорил с врачом. Состояние Ангелины было стабильным. Без изменений. Ни хуже, ни лучше. Она всё так же была в коме, всё так же не приходила в себя. - Это хороший знак? — спросил Макс. - Никакой. — честно ответил доктор. - Стабильность в её состоянии, это ни хорошо, ни плохо. Это просто... стабильность. Максим кивнул. Зашёл к Ангелине на пятнадцать минут. Посидел, подержал за руку, погладил по волосам. - Завтра операция. — сказал он. - Ты не бойся. Я буду рядом. Или Влад. Не одна... Также, между подписанием бумаг и разговором с врачом, Максим заехал в ангар. Он не хотел этого делать. Знал, что разговор будет тяжёлым. Знал, что не все его поймут. Но так было надо. Ангар встретил его запахом сырости, машинного масла и старой древесины. Внутри уже собрались почти все, Серёга, Андрей, Илья, ещё несколько человек, которых Максим знал по кличкам, но не по именам. Виталий стоял у окна, курил. Максим зашёл, закрыл за собой дверь. Сразу стало тихо. - Я пришёл сказать.. — начал он, оглядывая лица, которые видел почти каждый день на протяжении пяти лет. - Моя девушка в больнице. В коме. Из-за меня. Илья опустил глаза. Андрей нахмурился. - Я больше не хочу продолжать это дело. — сказал Максим. - Я понял, что криминал не моё. Никогда не было моим. Я ошибался пять лет, думал, что это моя жизнь. Но ошибался. В ангаре повисла тишина. Кто-то кашлянул. Кто-то переступил с ноги на ногу. - Я ухожу. — сказал Макс. - Навсегда. Больше, возможно, мы никогда не увидимся. Виталий повернулся от окна. Посмотрел на Максима долгим, тяжёлым взглядом. - Ты уверен? — спросил он. Голос его был ровным, без злости, без сожаления. - На все сто. — ответил Максим. Виталий кивнул. Молча. Он понял. Многие поняли. Шок был, но никто не стал спорить. Андрей нет. Парень не понял. Он подошёл к Максиму, взял его за локоть, отвёл в сторону. - Ты чего творишь? — спросил парень шёпотом, но в этом шёпоте кипела злость. - Ты не отвечал на сообщения, даже не читал. Я думал, ты умер, блин. А ты решил завязать? Сейчас? Когда у нас столько дел? - Андрей, я не могу. — сказал Максим. - Ангелина в коме. Я должен быть с ней. - Так сиди с ней! — не сдавался Каталыч. - Кто тебе мешает? Но зачем уходить из банды? Зачем бросать друзей? - Потому что это всё приносит проблемы. — твёрдо ответил Максим. - Воровство отнимает время. И деньги, которые я зарабатываю... они краденые. Я не могу больше так жить. - Ну и что? — Андрей повысил голос. - Мы всегда так жили. Ты всегда так жил. И ничего, нормально было. - Для меня нет. — сказал Максим. Парень замолчал. Смотрел на друга, в глаза, в лицо, в то, как он стоит, как держит плечи. - Ты, блин... — выдохнул Андрей. - Я думал, ты нормальный. Думал, мы семья. А ты... - Мы семья. — перебил Максим. - Но я больше не могу. Он набрал воздух в грудь и выдохнул слова, которые было тяжелее всего. - Я хочу прекратить с тобой общение, Андрей. И со всеми, кто связан с этим делом. Парень замер. Лицо его вытянулось. - Что? — переспросил он. - Ты... ты гонишь меня? Нас? - Да. — сказал Максим. - Прости. Я знаю, это больно. Но если я оставлю воровство, но оставлю и всех вас, я не смогу начать новую жизнь. Вы будете тянуть меня назад. Не специально. Просто... по привычке. Андрей смотрел на него несколько секунд. Потом его лицо исказилось, сначала в удивлении, потом в гневе. - Ах ты.. — выдохнул он. - Сука. Друг плюнул в сторону, не в Максима, но нарочито громко, демонстративно. - Я был о тебе лучшего мнения. — сказал он. - А ты, оказывается, обычный эгоист. Который бросает друзей, когда ему становится тяжело. - Андрей, я... - Всё, молчи! Заебал уже. — перебил парень. Он хлопнул Максима по плечу, не дружески, а резко, почти грубо. - Хорошо. Оставайся со своей Ангелиной в коме. А ко мне потом не смей прибегать с проблемами. Ни о девушек, ни о деньгах. Я тебя больше не знаю. Он развернулся и ушёл. Взял куртку, накинул на плечи и вышел из ангара, громко хлопнув дверью. Макс остался стоять. Смотрел в одну точку. Туда, где только что стоял его лучший друг. Тот, с которым они начинали. Тот, который вытаскивал его из передряг. Тот, который должен был понять. Но не понял. Левин вздохнул. Запустил руку в карман куртки. Нащупал маленький металлический значок, с надписью "Ганны" и черепом. Ему выдали этот значок, когда он только пришёл в банду. Когда совершил первое дело и доказал, что достоин. Он подошёл к Виталию. Тот всё так же стоял у окна, курил. - Виталь.. — позвал Максим. Виталий повернулся. - Ты же никогда не курил айкос. — сказал он, заметив дымящуюся "трубочку" в руке Максима. - Что на тебя нашло? - Да так.. — пожал плечами Максим. - Попробовал недавно. Затянуло. Виталий вздохнул. Ничего не сказал. - Я это... — начал парень. - Значок отдать пришёл. Он протянул маленький металлический череп на ладони. Виталий взял. Покрутил в пальцах. - Ты точно уверен? — спросил он. - Да. — твёрдо сказал Левин. - Я давно уйти хотел. Виталий покачал головой. - Я понял это ещё в конце ноября. Ты стал другим. Мягче, что ли.. Максим пожал плечами. - Такова жизнь.— сказал он. Виталий спрятал значок в карман жилета. - Ладно. — выдохнул Виталя. - Спасибо, что был с нами. Долгое время. Серьёзно. Ты был одним из лучших. Максим не знал, что ответить. Просто кивнул. - Я не хочу с тобой прощаться. — добавил Виталий. - Но что поделать... Давай. Удачи тебе. — Виталий протянул руку. - И тебе. Они пожали друг другу руки. Крепко, по-мужски. А потом Виталя шагнул вперёд и обнял Максима, коротко, сухо, но искренне. - Надеюсь, с твоей Ангелиной всё будет нормально. — сказал он. - Спасибо. — ответил Максим. Парень подошёл к двери, ведущей на улицу. Уже взялся за ручку, но обернулся. В последний раз. Левин осмотрел ангар полностью. Столы, стулья, старый сейф в углу, плакаты на стенах, которые никто никогда не менял. Людей, тех, кто ещё остался. Они смотрели на него. Кто с уважением, кто с грустью, кто с облегчением. - Прощайте.. — сказал Максим. Он дёрнул за ручку, толкнул дверь и вышел на улицу. Холодный февральский ветер ударил в лицо. Парень глубоко вздохнул. Впервые за долгое время воздух казался чистым. «Начинается новая жизнь...» — подумал он. Сел в машину и поехал.

День операции.

Максим проснулся в пять утра. Не от будильника, сам. Сердце колотилось где-то в горле, в голове шумело, руки дрожали. Он встал, принял душ, оделся. Кофе пить не стал, и так кофеин бил через край. Выехал из дома затемно, когда на улице ещё горели фонари, а небо было чёрным-чёрным, без звёзд. В больницу парень приехал раньше Влада. На несколько минут. Разделся в гардеробе, повесил куртку, подошёл к посту медсестёр. - Я к Ангелине Изосимовой. — сказал Макс. - Знаю. — кивнула женщина в очках. - Сегодня ж операция. Ждите в коридоре. Левин не успел ответить, потому что подошёл Влад. Парень был в тёмных джинсах, чёрном свитере, с рюкзаком за плечами, видно, собрался всерьёз и надолго. - Ты? — удивился он, увидев Максима. - Я думал, ты не приедешь. Я же сказал, что... - Не мог. — перебил Макс. - Просто не мог. Не высидел бы дома. Влад посмотрел на него понимающе, без осуждения, и кивнул. - Ладно. — сказал он. - Пошли. Они вместе прошли по длинному коридору к операционному блоку. Там уже стоял хирург, невысокий лысоватый мужчина в зелёной шапочке и мятых штанах. Увидев парней, доктор дежурно улыбнулся. - Вы Максим? — спросил врач. - Да. — ответил Максим. - А это? — мужчина кивнул на Влада. - Это Влад. — сказал Максим. - Он спас Ангелину. В ту ночь в парке. Врач поднял брови. Улыбнулся, на этот раз уже не дежурно, а по-настоящему. - Так это вы тот самый? — спросил хирург, пожимая Владу руку. - Герой? - Какой герой.. — засмущался Влад. - Просто оказался рядом. - Рядом оказаться недостаточно. — серьёзно сказал врач. - Нужно ещё и уметь. Вы, молодой человек, молодец! Влад покраснел. Максим хлопнул его по плечу. В этот момент из операционного блока вышел ещё один врач, помоложе, с планшетом в руках. - Пора готовиться. — сказал он, обращаясь к хирургу. - Пациентку уже везут. Хирург кивнул. Повернулся к парням. - Вы можете пройти с нами. — кивнул мужчина. - Подождать в коридоре. Там есть диванчики. - Хорошо. — ответил Максим. Они пошли по длинному коридору. Стены были белыми, пол линолеумный, пахло антисептиком и чем-то стерильным. В конце коридора большая железная дверь, за ней операционная. - Вот тут. — врач указал на два диванчика, стоявших у стены. - Располагайтесь. Дальше вас не пустят. - Спасибо. — бросил Максим. Парни сели. Через пять минут из-за поворота показалась каталка. Ангелину везли несколько врачей, они шли быстро, слаженно, не мешая друг другу. Один нёс капельницу, другой аппарат, третий какую-то сумку с инструментами. Максим встал. Хотел подойти, коснуться её, хотя бы посмотреть в лицо. Но врачи двигались слишком быстро, и каталка проскочила мимо, даже не замедлившись. Он только успел взглянуть на её лицо. Оно было таким же бледным, спокойным, безэмоциональным. Будто она спала. Будто не понимала, что сегодня может решиться её жизнь. Дверь операционной открылась и закрылась за каталкой. Макс опустился на диванчик. Сжал руки в замок. Посмотрел на Влада. Парень повернулся к Максиму. - А ты всё-таки работу нашёл? — спросил он. Левин провёл рукой по лицу. Усталость навалилась, не физическая, а какая-то глубинная, изнутри. - Да нет ещё. — ответил он. - Даже не думал об этом. Столько всего было, больница, операция, Ангелина... Я из банды ушёл, но работу не искал. - Это ты зря.. — заметил Влад. - Ну вот сейчас время есть. Всё равно нечем заняться, пока она в реанимации. Посмотри в интернете. Там много вариантов. Максим кивнул. Достал из кармана джинсов телефон, экран засветился, показывая время: 08:02. Он открыл браузер, зашёл в "Яндекс.Работу" и в поисковой строке напечатал: «Питер, работа с большой зарплатой». Секунда загрузки, и перед ним выстроились десятки, сотни объявлений. Максим начал листать, читать заголовки, пробегать глазами по строчкам. «Строитель-отделочник. Зарплата от 80 000 рублей. Требования: опыт от 3 лет...» — не то. «Инженер-проектировщик. Зарплата от 120 000 рублей. Высшее техническое образование...» — не то. «Топ-менеджер по IT. Зарплата от 200 000 рублей. Знание английского языка (Upper-Intermediate)...» — мимо. «Вахта. Зарплата от 150 000 рублей. Работа на Севере. Месяц через месяц...» — нет, не подходит. Не может он уехать сейчас, когда Ангелина в больнице. - Всё не то. — тихо сказал Максим. - Всё не то.... Он уже хотел убрать телефон, как вдруг его взгляд уцепился за знакомую надпись. Чёрные буквы на белом фоне, и в этих буквах было что-то родное, почти забытое, но от этого не менее важное. "Satan's Moon" Максим замер. Палец застыл над экраном. - Макс? — Влад повернулся к нему. - Ты чего застыл? - Погоди. — ответил парень, не отрывая глаз от телефона. Он начал читать объявление внимательно, уже не пробегая, а вчитываясь в каждое слово. Всё быстрее, быстрее, быстрее. Глаза загорелись, дыхание участилось. «Ищем вокалиста-гитариста (электрогитара) со стажем в проект "Satan's Moon". Требования: опыт работы в группе не менее 3 лет, наличие собственного инструмента, знание репертуара (список прилагается). Возможны гастроли, запись альбома. Зарплата по результатам прослушивания. Обращаться по телефону: 8-921***** Адрес студии: улица..... Время: пн-пт с 12:00 до 21:00». - Что там? — не выдержал Влад. - Что-то интересное? Максим медленно поднял голову. Посмотрел на Владислава, и в этом взгляде было столько эмоций, что парень невольно отодвинулся. - Я знаю эту группу. — сказал Максим. - И что? - Я в ней играл. Влад вытаращил глаза. Он знал, что Максим из Питера, знал, что тот был в какой-то рок-группе, но не думал, что это настолько серьёзно. - Ты... это... серьёзно? — переспросил он. - Да.. — кивнул Максим. - С ними мы начинали. Репетировали, выступали, даже пару раз в клубах играли. Потом я ушёл, по личным причинам. И сейчас они снова ищут вокалиста. Это шанс, Влад. Понимаешь? - Супершанс! — согласился Влад. - А ты можешь? У тебя инструмент есть? Сколько ты не играл? - Лет пять.. — честно сказал Максим. - Но я не забыл. Руки помнят. Голос тем более. И гитара у меня дома есть, старая, но рабочая. - Так звони! — Влад чуть не подпрыгнул на месте. - Это же твой шанс вернуться. Найти своё дело. Профессию, а не просто работу. - Да.. — Максим снова посмотрел в телефон, проверяя номер. - Номер всё тот же. — подметил Макс. - Адрес помнишь? — спросил Владислав. - Не совсем.. Но, думаю, ещё вспомню! Влад рассмеялся. - Ты так радостно говоришь об этом, как будто тебе на концерт билет подарили. - Это даже лучше! — сказал парень. И тут его лицо изменилось, стало серьёзным. - Знаешь, когда я ушёл из группы, я думал, что это навсегда. Что я не вернусь. Но сейчас... сейчас почему-то кажется, что это судьба. Именно сейчас. Именно когда я ушёл из банды. Именно когда мне нужно начинать новую жизнь. - Тебе нужно позвонить. — твёрдо сказал парень. - Прямо сейчас. Или написать. Но не теряй время. Такие предложения не ждут. Максим кивнул. Уже собрался нажать на номер, как вдруг из коридора донёсся звук, металлический шум колёс о линолеум. Монотонный, ритмичный, приближающийся. Они оба повернули головы. Из-за поворота показалась каталка. На ней Ангелина. Всё так же неподвижная, с закрытыми глазами, с капельницами и трубками. Но лицо её было спокойнее, без той болезненной бледности, которая была до операции. Рядом шли врач и две медсестры. Максим подскочил с диванчика. Телефон выпал из рук, упал на пол. Парень не заметил. - Ангелина... — прошептал он. Каталка поравнялась с ними. Врач кивнул парням. - Всё хорошо. — сказал доктор. - Операция прошла успешно. Сейчас везём её в палату. - Можно мне с ней? — спросил Максим. - Пока нет. — покачал головой врач. - Часа два-три. Каталка покатилась дальше. Макс стоял и смотрел ей вслед. Влад поднял телефон с пола, отряхнул и протянул Максиму. - Держи. — сказал он. - Ты уронил. Левин взял телефон, но смотреть на него не стал. Парень смотрел туда, где скрылась каталка. - Ты слышал? — спросил Макс. - Что? - Она жива. Всё позади. - Не всё. — поправил Влад. - Но самое страшное - да. Теперь её надо выхаживать. Максим кивнул. Наконец посмотрел на телефон в руке. На экране застыла страница с объявлением. - Я позвоню. — сказал парень, убирая телефон в карман. - Но позже. Как домой приеду. Влад повернулся к нему. Смотрел несколько секунд, пристально, задумчиво, как будто решал, стоит ли говорить дальше. - Макс.. — начал он. - Слушай... Ты же домой приедешь только к вечеру, наверное. Сам понимаешь. А вдруг они до этого времени уже найдут человека? Объявление висит, люди звонят. Такое предложение долго не ждёт. Парень насторожился. - Что ты хочешь? - Я хочу тебе предложить. — начал Влад, глядя ему прямо в глаза. - Поезжай домой сейчас. Прямо сейчас. И как можно скорее позвони по этому номеру. Я же видел, как у тебя глаза загорелись, когда ты читал объявление. Не притворяйся. - Хмм... — Максим посмотрел на Влада с лёгким подозрением. - Что-то тут не чисто.. - Да чисто всё. — усмехнулся парень. - Я правда от души хочу тебе помочь. Если ты провозишься тут с Ангелиной устанешь. Приедешь домой и уже не захочешь звонить. А потом и вовсе забудешь. Отложишь на завтра, а завтра найдут другого. Я сейчас говорю это чисто, как есть. Как думаю. Максим вздохнул. Он знал, что Влад прав. Парень давно знал, но боялся в этом признаться даже себе. - Ладно. — сдался Левин. - Но ты на связи. Всегда. Если что-то произойдёт, если она очнётся, если состояние ухудшится звонишь сразу. Понял? - Конечно. — кивнул Влад. - Обещаю. Максим поднялся с диванчика. - Ты правда думаешь, что у меня получится? - Уверен. — сказал Влад. - Ты музыкант. Это не заканчивается. Это всегда с тобой. Макс кивнул и ушёл. Дома парень позвонил сразу. Руки дрожали, от волнения, от всего, что навалилось за последние дни. Но трубку не взяли. Он сбросил. Посидел минуту, глядя на стену. Потом позвонил снова. Снова гудки, снова молчание. - Да бляя.. — выдохнул Левин и отложил телефон. Прошло два часа. Парень уже начал думать, что зря послушался Влада, что надо было остаться в больнице, что звонок ничего не даст. И в этот момент телефон зазвонил. - Макс? — голос Владислава был спокойным, даже приподнятым. - Можно зайти. Мне разрешили. Максим выдохнул. Не облегчённо, просто потому что надо было выдохнуть. - Как она? — спросил он. - Всё отлично! — ответил Влад. - Спасибо, что сообщил. — сказал Макс. - И спасибо, что не даёшь мне сойти с ума. - Я стараюсь. — усмехнулся парень. - Слушай, а ты позвонил? - Да. Но никто не ответил. - Позвони ещё раз. — посоветовал Влад. - Прямо сейчас. А я пойду к ней. Удачи тебе. - Спасибо.. Владислав отключился. Максим подержал телефон в руке, повертел, посмотрел на экран. Потом снова набрал номер. Гудок. Второй. Третий. Трубку взяли. - Здравствуйте, вас слушает менеджер группы "Satan's Moon". Вы по объявлению? Максим замер. Голос был знакомым, до боли, до дрожи в коленях.. Ольга. Та самая Оля, с которой они когда-то были не разлей вода. Друзья, близкие, почти родные. Их называли парой, но между ними никогда ничего не было, только общий вайб, общее понимание, общая любовь к музыке. - Здравствуйте. — сказал Максим. Голос его сел от волнения, от долгого молчания. - Здравствуйте. — повторила девушка. - Слушаю. - Оля? — спросил парень. Он не был уверен, вдруг ошибся. Вдруг не она. - Да... — в голосе её появилось недоумение. - Откуда вы знаете моё имя? - Это я, Максим! — сказал он. - Макс Левин. Помнишь? Я в группе гитаристом был. Тишина. Такая долгая, что Максим уже подумал, связь оборвалась. - Максим?! — голос Ольги взлетел на октаву выше. - Реально? Ты? Через столько лет? - Да, я. — улыбнулся Максим. - Живой, почти здоровый. Гитара вроде ещё работает. - Ты чего звонишь? — спросила Оля. В её голосе ещё звучало удивление, но уже пробивалась радость. - Да так. — Макс постарался сказать небрежно, чтобы не выдать своего волнения. - Работу себе новую ищу. Наткнулся на ваше объявление. Вспомнил прошлое... и решил, а почему бы не вернуться? - Да ну! — воскликнула Ольга. - Это же какой-то... Джекпот, что ли! Мишка будет очень рад! Он тебя столько лет вспоминал, говорил, что ты был лучшим гитаристом. - А Миша до сих пор в группе? — удивился Максим. - Конечно! Он основатель. Без него ничего бы не было. И Фёдор тоже здесь! - Чёрт. — выдохнул парень. - Старая гвардия!) - Старая, но боевая! — рассмеялась Оля. - А что с прошлой работой случилось? Почему новую искать начал? Ты же вроде в бизнесе был. Максим помолчал. Сказать правду? Что он был вором? Что его девушка в коме? Что ему срочно нужны деньги и нормальная жизнь? - Просто.. — начал он. - Личные обстоятельства. Проблемки небольшие. Прогорел немного. - Бывает. — понимающе сказала Ольга. - Ладно, не хочешь не говори. Слушай, давай так. Тебе надо будет приехать в ближайшее время к нам в офис. В объявлении написано про студию, но тебя, думаю, можно сразу к нам. Мы же знаем, что ты умеешь. Адрес напомнить? - Да. — сказал Максим. - Я забыл уже. Она продиктовала адрес: улицу, дом, этаж. Максим записал в заметки. - А в какой день лучше приехать? — спросил он. - Ммм... — девушка задумалась. - Давай в понедельник. В час дня. Я сообщу о тебе Мише, уберём объявление... А ты за это время подготовься. Гитара где? - На балконе. — усмехнулся парень. - Запылилась, наверное, но как новенькая! Помню, как её настраивать. - Отлично. — сказала Оля. - Только имей в виду: новые ребята могут попросить тебя сыграть. Чтобы убедиться, что ты не забыл. - Я не забыл. — уверенно сказал Максим. - И не забуду. - Хорошо. Тогда в понедельник в час. Я запишу тебя. До скорого! - Ага) Она отключилась. Максим положил телефон на тумбочку и плюхнулся на кровать. В потолке отражался свет уличных фонарей, поздний вечер уже наступил, а он даже не заметил. Его лицо расплылось в широкой улыбке, впервые за долгое время, впервые с того дня, как Ангелина попала в больницу. Парень открыл чат с Владом и написал коротко: ----- Максим: Всё в силе! Владислав: Я же говорил. Красавчик! ----- В последующие дни Максим отключился от мира, в котором Ангелина лежала в коме, от мира, в котором всё было плохо. Левин не забыл её, нет, не мог забыть. Но парень понял: если он будет сидеть в больнице каждый день и смотреть на её лицо, то сойдёт с ума. Макс должен был отвлечься. Должен был начать новую жизнь. Ради себя. Ради неё. Он достал с балкона гитару. Она была покрыта слоем пыли, толстым, серым, как будто пролежала там не пять лет, а пятьдесят. Парень сдул пыль, протёр корпус мягкой тряпкой, проверил струны. Две порвались, заменил. Настроил. Пальцы помнили, они легли на гриф сами, как будто и не было этих пяти лет. Первая песня, которую он сыграл, была их последней, той, которую они репетировали перед его уходом. Ноты всплывали в памяти сами, руки двигались уверенно, голос нашёл нужную тональность. Максим играл и пел, и в этом пении не было боли, только возвращение. В понедельник парень приехал в офис. Его встретили как родного. Миша, основатель группы, коренастый мужчина с вечно растрёпанными волосами и доброй улыбкой, едва не задушил его в объятиях. Фёдька, правая рука Михаила, высокий, худой, с пронзительными голубыми глазами, просто кивнул и сказал: - Давно пора! Новые ребята, молодые, с горящими глазами, смотрели на него с интересом. Кто-то слышал о нём, кто-то нет. Но когда Макс взял в руки гитару и сыграл пару их старых хитов, уважение было завоёвано моментально. - Ты не забыл.. — сказал Миша. Глаза его блестели. - Ты вообще ничего не забыл! - Руки помнят былые времена) — ответил парень. Они проговорили несколько часов. Миша рассказал, что после ухода Максима из группы ушли ещё несколько человек. Группа чуть не распалась. Парни нашли новых ребят, хороших, но такой популярности, как раньше, не было. - А теперь, когда ты вернулся. — Миша хлопнул парня по плечу. - Думаю, у нас появился шанс. Снова быть в топе. Вернуться в лютый прайм! - Ну, постараемся) — улыбнулся Максим. А тем временем, Влад был с Ангелиной. Каждый день, с утра до самого вечера, он сидел у её кровати. Иногда читал вслух книги, медицинские журналы, потому что других не было. Иногда просто держал её за руку и молчал. Иногда разговаривал: о погоде, о политике, о том, как его кот порвал новые шторы. Парень знал, что Ангелина не слышит, но верил, вдруг поможет. Каждый день он писал Максиму. Коротко, по делу. «День 15. Состояние стабильное. Врач говорит, что кора головного мозга активна. Это хороший знак». Максим отвечал: «Супер!». Иногда парень не отвечал вовсе. Молчал день, два. Влад не обижался. Он понимал: Максу нужно отвлечься. Нужно время, чтобы переключиться, чтобы не сойти с ума от больницы, от запаха лекарств, от писка мониторов. И это было правильное решение, не каждый день сидеть тут. Так прошло две недели. Ангелина всё ещё была в коме. Уже три недели. Врачи делали МРТ каждые несколько дней, кора головного мозга была жива, слабо, но жива. Её продолжали реабилитировать, подключали к разным аппаратам, давали лекарства. Один раз, на двадцатый день, врач вызвал Влада в кабинет. - Влад, — начал мужчина, глядя поверх очков. - Ты не родственник девушки, я знаю. Но ты здесь каждый день. Скажу тебе честно: кома может длиться годами. Мы не можем определить, когда она выйдет из неё и выйдет ли вообще.. - Я понимаю.. — ответил Влад. - Поэтому иногда, в таких случаях, родственники предлагают... — врач запнулся. - Отключить? — закончил за него Владислав. - Да. Я не настаиваю. Но должен предупредить. - Нет. — твёрдо сказал парень. - Не отключайте. Её молодой человек... у него сейчас сложный период. Он должен быть здесь, когда девушка очнётся. Мы подождём. Врач кивнул. Вздохнул. - Хорошо. Продолжаем лечение. Нужно подметить, что за эти две недели Максим ни разу не приехал в больницу. Влад считал это правильным. В какой-то степени даже необходимым. Парень должен был обустроить свою жизнь, найти работу, прийти в себя. А Ангелина... Ангелина подождёт. Она сильная. Она справится. И Влад будет рядом. Сколько понадобится. Но однажды, Максим всё таки приехал в больницу к девушке. Левин сидел на своём обычном месте, на жёстком пластиковом стуле, придвинутом вплотную к больничной койке. Левая рука Ангелины лежала в его ладонях, холодная, неподвижная, с воткнутой в вену иглой капельницы. Правую он гладил по тыльной стороне, машинально, ритмично, успокаивая скорее себя, чем её. В палате было темно. Только мониторы светились зелёным и синим, да уличные фонари бросали на потолок жёлтые полосы, похожие на тигриную шкуру. Аппарат ИВЛ шипел в такт чужому дыханию. Где-то в коридоре капали капельницы. Парень говорил. Негромко, почти шёпотом. О том, как они встретились. О том, как он боялся к ней подойти. О том, как впервые поцеловал её в парке, снег тогда падал, и она пахла мандаринами. О том, как хотел сказать правду, но не решался. О том, как жалеет теперь об этом. - Ты только очнись.. — просил он, сжимая её пальцы. - Мы всё исправим. Я всё исправлю. Я больше никогда тебя не обижу. Только живи. Пожалуйста. Тишина. И вдруг его накрыло. Желание курить навалилось внезапно, как лавина, сдавило грудь, затуманило голову, заставило пальцы судорожно сжаться. Парень уже двенадцать часов не выходил из палаты, а курить хотелось так, что сводило челюсть. Максим отпустил руку Ангелины, сунул пальцы в карман джинсов и нащупал айкос. Стик внутри был, он заправил его ещё утром. Нажал кнопку, индикатор моргнул красным и погас. - Разрядился, сука. — выругался Максим шёпотом. Он достал из другого кармана зарядку, короткий провод, который всегда носил с собой. Начал искать розетку. За спиной одна, занята аппаратом ИВЛ. Справа вторая, занята монитором. Слева третья, занята капельницей. - Да чтоб вас!.. — прошептал парень, почёсывая затылок. И тут взгляд его упал на провод, идущий от монитора к стене. Обычный такой провод, чёрный, тонкий, с вилкой на конце. «Один прибор, наверное, не так важен» — подумал Максим. Левин потянул вилку из розетки. Монитор пискнул и погас. Аппарат ИВЛ зашипел громче и тоже замолчал. Капельница перестала капать. Макс застыл. Сердце пропустило удар. Он медленно повернул голову к кровати. Ангелина лежала всё так же неподвижно, с закрытыми глазами. Но аппаратура... аппаратура молчала. - НЕТ. НЕТ.. НЕТ... — забормотал парень, вставляя вилку обратно. Монитор пискнул и снова засветился. Аппарат ИВЛ зашипел. Но писк был медленным раз в три секунды. До этого раз в полторы. Максим схватился за голову. - Что я наделал... Что я наделал!.. Левин заметался по палате, от кровати к стене, от стены к окну. В голове шумело, перед глазами плыло. - Ангелина, прости, я дурак, я не хотел... Мир накренился. Пол ушёл из-под ног. Максим почувствовал, как темнота сжимает виски, и провалился в неё. Несколько секунд или вечность он был в пустоте. Без звуков, без запахов, без мыслей. А потом свет. Максим открыл глаза и сел на полу. Всё ещё в палате. Всё ещё ночь. Монитор пищал ровно раз в полторы секунды. - Приснилось... — прошептал парень. И тут движение на кровати. Левин поднял голову. Ангелина сидела. Не лежала, именно сидела, откинувшись на подушку, скрестив ноги по-турецки. В руке у неё был... косяк. Самокрутка, тёмная, маслянистая, дымилась на конце. Она затянулась глубоко, со вкусом, и выпустила струю дыма в потолок. - Макс, тут такое дело.. — начала девушка. Голос её был хриплым, то ли от долгого молчания, то ли от травы. - Ты, конечно, извини, но я тут подумала. Ребёнка нет и ладно. Ну и хуй с ним, да?) Зато покурить можно вдоволь! А то при нём нельзя было, ты же знаешь. Максим вскочил на ноги. - Ангелина!! — заорал он. - Чего? — девушка приподняла бровь и затянулась снова. - Ты чего куришь?! У тебя лёгкие... сердце... ты в коме была! — Левин кинулся к ней, выхватывая косяк. Она ловко увернулась, будто и не лежала без сознания. - Макс, ты слишком паришься.. — бросила Ангелина. - Расслабься! Доктор сказал, что немного можно. - Какой доктор?! — взбесился он. - Я тут всех врачей знаю! Никто такого не говорил! Ангелина улыбнулась, сонно, отстранённо, и затянулась в третий раз. - Этот доктор - я! — сказала она, и глаза её блеснули чем-то незнакомым, пугающим, тёмным. - Я сама себе доктор. Максим рванул к ней схватить за руку, отобрать чёртову самокрутку, спасти её от неё самой. Парень уже почти дотянулся, пальцы коснулись её запястья... И в этот момент он проснулся. Настоящий Максим, не тот, из сна, а тот, который лежал в своей кровати в пустой квартире, резко сел, открыл глаза тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле, по спине тек холодный пот, футболка прилипла к телу. - Оххх... — вздохнул Левин, оглядываясь. Полутьма. За окном ночь, глубокая, февральская, беззвёздная. На тумбочке вода в стакане, айкос, телефон на зарядке. Никакой палаты. Никакой Ангелины. Никакого косяка в её руках. - Фууух.. — выдохнул он так, будто не дышал несколько минут, и вытер тыльной стороной ладони лоб. Максим встал, прошлёпал босыми ногами на кухню. Налил воды из-под крана прямо в стакан, выпил залпом. Пальцы всё ещё дрожали. В голове шумело. Сон был таким ярким, таким реальным, что до сих пор казалось, если закрыть глаза, он снова увидит девушку с самокруткой. Парень вернулся в спальню, упал на кровать. Повернулся на бок, кутая одеяло под подбородок. Уставился в стену. - Блять.. — сказал он в пустоту. - Надо реально переставать курить. А то кошмары снятся. От переживаний. И от того, что курю постоянно. Парень перевернулся на спину. - И вообще, я сколько уже к Ангелине не ездил? А может, этот сон был знаком? Блин, завтра нужно обязательно съездить в больницу к ней. — решил Максим. Он закрыл глаза. И через минуту Левин провалился в глубокий, тяжёлый, но на этот раз обошлось без сновидений..